Вы читаете книгу «Маршрут перестроен» онлайн

Плейлист

1. Баста – Февраль

2. Ubel – Плевать

3. Ubel – Лидокаин

4. Nemiga – Маяк

5. Ocean Jet - Shades of Past

6. Тима ищет свет – Волна

7. Mary Gu – Забыть тебя

8. КАТЕРИНА - Отпустить

9. Elvira T - На кухне

10. By Индия - ей так страшно

Первая глава

– Мы с тобой не подружимся, если…

– Если у тебя такой мерзкий голос! – раздраженно проговорила я и заблокировала мобильный одним резким движением.

Отражение девушки на темном экране гаджета нахмурилось так, что на лбу появилась едва заметная морщинка. Внимательный взгляд серых глаз сейчас готов был буквально прожечь дыру в собственном телефоне.

Я пересмотрела запись собственного видео уже раза четыре, и всё больше приходила к выводу, что блогинг – это не моё. Казалось бы: и тему для ролика выбрала интересную, и мне действительно было, что рассказать про дружбу. Но собственный голос раздражал, непослушные красно-каштановые локоны торчали в разные стороны, а слова давались с трудом, и это несмотря на заготовленный текст.

Глупая оказалась идея послушать Дашу. Ту самую подругу Дашу, которая ни секунды своей жизни не проводила без мобильного в руках, постоянно что-то снимала и стремительно набирала аудиторию в социальных сетях, обсуждая разные баночки с кремами и средства для укладки волос.

Я же, как и всегда решила прыгнуть выше головы, посчитав, что глубокие и философские темы для обсуждения – это именно то, что я должна транслировать в этот мир.

Сделав глубокий вздох, я бросила придирчивый взгляд на барную стойку, за которой стояла: от блеска идеально протертой поверхности слезились глаза. Пожалуй, на моей домашней кухне такой чистоты никогда не было.

А виной всему вечер 31 декабря и снежная буря за стеклянной дверью кофейни, на которой отражался свет от жёлтой неоновой вывески, вперемешку со следами мокрого снега.

Желающих поработать в канун Нового года, очевидно, не оказалось. Никого, кроме меня. Но такой вариант в разы лучше, чем сидеть в стенах арендованной студии, и придумывать жалкие отговорки для друзей, которые сейчас занимались приготовлением праздничного стола в загородном доме.

«Через час закрываешься?» – высветилось на экране мобильного. Даша наверняка сейчас пилила бесконечный новогодний контент для блога, не забывая при этом терроризировать меня.

Я схватила телефон и быстро набрала сообщение в ответ: «Да, но я не уверена, что смогу приехать. В такую погоду такси будет не дождаться».

Что ж, вполне адекватная отговорка.

«Новый год в одиночестве – это полное дно. Я оплачу тебе такси. Закажи заранее, еще целых три часа. Успеешь», – продолжала пытки подруга.

– А если я не хочу? – вслух и достаточно громко произнесла я, как раз в тот самый момент, когда входная дверь хлопнула, и мерзкий колокольчик над ней оповестил о новом посетителе.

– Понимаю, кто захочет работать в Новый год? – послышался мужской голос, и на секунду в кофейне повисло неловкое молчание, прерываемое лишь звуками тихой рождественской песни из динамиков.

Я подняла глаза, и поймала стойкое ощущение того, будто попала в дешевую американскую мелодраму, где именно в Рождество двое незнакомцев внезапно встречались взглядами, неловко улыбались друг другу, а в следующем кадре уже мило ворковали, понимая, что это судьба и любовь на всю жизнь.

Да еще и эта песня глупая на фоне из новогоднего плейлиста кофейни никак не заканчивалась! Какой идиот делал эту подборку, и почему нельзя было скачать какой-нибудь депрессивный рок?

Ведь я – не героиня кино, а внезапный посетитель – не любовь всей моей жизни. А бывший. Тот самый Главный Бывший.

Сердце на секунду замерло, а потом застучало с такой силой, что заглушило навязчивую рождественскую песню.

– Это шутка какая-то? – выдавила, наконец, я, едва не выронив мобильный из рук.

От Даши тем временем поступило еще три сообщения, но прочитать их я уже не торопилась.

– Не поверишь, но у меня возник тот же вопрос, – неуверенно проговорил Ваня, оглядев внимательным взглядом кофейню, – всё-таки сделали перестановку, как я тогда и говорил? Места стало значительно больше.

– Шеф просил передать тебе «спасибо», – едко бросила я, зачем-то взяв в руки тряпку, и протирая и без того чистую поверхность.

– Мне? – иронию в мужском голосе сложно было не услышать.

– Ладно, мне. Конечно же, я выдала твою идею за свою.

– Это был главный критерий, почему тебя снова взяли сюда работать? – ухмылка на его лице вызывала у меня желание схватить все бумажные стаканчики, что стояли стопкой у кофемашины, и забросать ими самодовольную фигуру напротив.

– Меня слёзно просили, буквально умоляли.

Ваня вдруг перестал улыбаться, сунул руки в карманы пальто, внимательно на меня посмотрел, и уже серьёзно спросил:

– Всё настолько плохо, да?

Такие проникновенные и точные вопросы мог задавать только человек, который хорошо меня знал.

И это даже несмотря на то, что с момента нашего расставания прошло четыре года.

К слову, Ваня почти не изменился: густые, жесткие пшеничного оттенка волосы хоть и намокли от снега, но по-прежнему «жили своей жизнью» и торчали в разные стороны, а на выбритых висках ярко выделялись полоски – значит, до сих пор брился он сам.

Отросшая светлая щетина – терпеть не могла, когда он избавлялся под ноль от растительности на лице, и мгновенно походил на старшеклассника. Борода всегда придавала Ване шарма и мужественности.

Твидовое бежевое пальто больше подходило для осени – не самый надежный вариант сейчас, как и обычные кроссовки на ногах. Сколько же мы раньше спорили из-за этих кроссовок! Но какой вес имели мои аргументы, если Ваня передвигался исключительно на машине.

– Плохо ли? Я всего лишь согласилась выйти на замены. На период праздников, – прочистив горло, тихо ответила я, наконец, отведя от парня взгляд.

– Уйти в работу с головой, когда все поедают тоннами оливье под «Один дома» – тревожный звонок, – Ваня сделал два шага в мою сторону.

– Трудоголиком всегда был ты, а я лишь остаюсь отзывчивой для тех, кто мне важен. Шеф всё-таки друг моего отца, – буквально протараторила я на одном дыхании, – американо без сахара?

– Именно, – мягко улыбнулся парень, еще внимательней на меня посмотрев, – тебе идёт чёлка.

– Нам вовсе не обязательно любезничать.

– Верно. Но я, правда, рад тебя видеть. И не хотел начинать диалог так высокомерно, извини. Защитная реакция.

– Я на тебя не нападала, – я повернулась спиной к гостю из прошлого и переключила всё своё внимание на приготовление кофе.

Но даже затылком чувствовала изучающий, внимательный взгляд голубых глаз, и готова была поспорить, сейчас Ваня слегка наклонил голову в бок, как всегда делал, когда его что-то заинтересовывало.

– Знаю. Но ожидал, что ты бросишь в меня кофейным стаканчиком. Судя по тому, как ты на них смотрела.

Я на секунду замерла. У него сохранилась эта дурацкая способность читать мои мысли?!

«Хватит романтизировать, Мила. Он просто хорошо тебя знает», – подключился внутренний голос разума.

– Какие планы на Новый год? – Ваня продолжал попытки разбить лёд.

– Я похожа на человека, который планирует праздновать?

– Ну, судя по нескончаемому потоку сообщений на твоём мобильном – да.

Я резко обернулась, только сейчас осознав, что так и не ответила Даше, и она наверняка подняла панику.

– Девочки хотят, чтобы я приехала к ним на ужин. А я думаю, как мне остаться дома.

– Девочки – это Даша и Катя?

Я поставила горячий американо перед Ваней, и пересеклась с ним взглядом:

– Они самые. Если ты сейчас хочешь что-то прокомментировать…

– Что ты, – парень вскинул руки вверх перед собой, – абсолютно не моё дело. Теперь.

Я поджала губы, так и не в силах выдавить из себя удивленное «спасибо». А очень хотелось.

– Как тебя занесло в наш унылый маленький городок? – пришла моя очередь поддерживать диалог.

Ваня сделал глоток, и поднял на меня полный удивления взгляд.

– Брось, у нас осталась куча общих знакомых, – опережая его вопрос, закатила глаза я, – мне прекрасно известно, что ты перебрался в Питер. Чего, в общем-то, всегда и хотел.

– Мы хотели. Ты тоже грезила большим городом.

– Какая уже разница, чего хотели мы, – буквально на выдохе проговорила я, и окинула придирчивым взглядом полку с сиропами для кофе.

– Кофе, кстати, потрясающий. Без сарказма.

– Спасибо, старалась. Тоже без сарказма, – бутылочка с лавандовым сиропом плавно переместилась к кофемашине, и я принялась за приготовление, – знаю, как тебе сложно угодить с кофе.

– Лавандовый раф? – ухмыльнулся Ваня, – я в тебе не сомневался.

Мои губы тронула мягкая улыбка. Хорошо, что сейчас я стояла спиной к Ване, и он не мог этого увидеть.

Парень тем временем едва слышно выдохнул и продолжил:

– Отвечая на твой вопрос: я действительно здесь застрял. Машина сломалась в самый неподходящий момент. По плану я уже должен был вернуться в Питер.

– И сколько займёт ремонт? – не отрывая глаз от своего стаканчика с кофе, зачем-то спросила я.

– Понятия не имею. Обещали завтра к вечеру сделать. Собственно, был рядом, решил заглянуть в знакомое место.

Ваня словно забыл, что нужно моргать. Его изучающий, внимательный взгляд голубых глаз начинал действовать мне на нервы. Хотелось бы узнать, какие мысли на самом деле сейчас крутились в его голове.

Хотя, о чем это я? Такая роскошь и раньше была мне недоступна.

– Рядом? – паззл вдруг в моей голове начал складываться, – автосервис рядом?

– Ну да, в паре кварталов.

–Ты хотел сказать, твой сервис?

Ваня вдруг грустно улыбнулся, опустил взгляд в пол и словно занервничал: его пальцы так сильно сжали бумажный стакан, что часть горячего кофе чуть не выплеснулся на его белоснежный свитер.

– Раньше был мой. Сейчас там давно всем Серёга заправляет. Ну, ты помнишь.

Конечно, как такое забыть. Благодаря этому Серёге и выбранному им помещению для ремонта автомобилей, мы когда-то с Ваней и познакомились. Вот так же, в стенах этой же самой кофейни, где я работала на время летних каникул в университете.

– Я думала, вы до сих пор в тандеме, просто ты ведешь дела удалённо.

– Всё сильно изменилось за это время, – наши взгляды встретились, и от волнения мне ничего не оставалось, кроме как ответить Ване его же натянутой улыбкой.

– Погоди, – вдруг на мужском лице отразилось замешательство, и он поспешно поставил пустой стакан на стол передо мной, – ты случайно с Никой не встречалась в последние дни? Может, она сюда заходила?

– Если и заходила, то она меня бы тут не нашла: я согласилась выйти на замену лишь сегодня, – и как от будничного разговора для поддержания беседы мы за считанные секунды перешли к обсуждению младшей сестры Вани? – я не видела Нику ровно с того момента, как она получила школьный аттестат. А это уже больше четырёх лет назад.

– Просто это она поселила в мою голову мысль зайти сюда. Только сейчас это осознал, – ухмыльнулся парень, и на щеках показались знакомые мне ямочки.

– Вероника та ещё интриганка, – пожала плечами я, – как у неё дела?

– Ну, она бросила универ…

– Это у вас семейное, – язвительно вставила я.

–…получила права на мотоцикл, чем шокировала родителей ещё больше. И теперь работает в двух кварталах от этой кофейни.

Ваня с интересом, и почти детским азартом в глазах наблюдал за моей реакцией, пока я складывала в голове факты.

– В сервисе? В твоем уже бывшем автосервисе, правильно понимаю?

– Бинго. У них с Серёгой крупные планы на него.

Кажется, мои глаза в долю секунды увеличились до размера пятирублевой монеты, и это вызвало задорный смех у Вани, какой я не слышала уже очень давно.

– Ну, Нике всегда нравились парни постарше. Но кто бы мог подумать, она же… была такой правильной! Грезила юрфаком, работой в суде!

– Родители считают, что я показал дурной пример, – Ваня продолжал смеяться, а наш разговор всё больше обрастал какой-то внезапно вернувшейся атмосферой из прошлого, когда мы могли часами валяться в подушках, прямо на полу, и сплетничать обо всех людях, что нас окружали. Это всё новогодняя магия, не иначе.

– Как ты сама? – кажется, парень облегченно выдохнул, глядя как я смеюсь, как расслабляются мои плечи, а некогда скрещенные на груди руки сами собой опускаются, и вот я уже опираюсь на высокий стол, подавшись немного вперёд в сторону главного врага этого вечера.

– Права я, конечно, не получила, – в том же веселом тоне продолжила я, – но целям своим не изменяла. Хоть и сложно говорить об этом, учитывая, где я в данный момент работаю.

Ваня расстегнул последнюю пуговицу пальто, и опустился на стул прямо напротив меня, не прерывая зрительного контакта. На его губах играла мягкая улыбка, в глазах читалось любопытство, а широкая грудь и руки, облачённые в свитер с высоким воротником точно указывали на то, что он занимался спортом. Хотя когда-то так горячо отнекивался от совместных походов в зал, списывая всё на постоянную занятость в бизнесе.

– Работаешь по специальности, как и хотела? Честно скажу, не помню, какое у тебя было направление на психфаке, но…

– …но ты в этом не разбираешься, всё верно, – вдруг резко ответила я, бросив ему в лицо его же фразу из прошлого.

Улыбка исчезла с моего лица, я опустила взгляд и, наконец, вспомнила, что за человек передо мной сидел. И как глупо я повелась на его манипуляции, даже имея за плечами психологическое образование, и сотни часов работы с клиентами. А может история с Никой и вовсе оказалась выдуманной?

Ваня в одно мгновение считал моё вернувшееся отчуждение, и плотно сжал губы, явно подыскивая слова.

– У меня всё прекрасно. Правда. И я ни о чем не жалею, если ты об этом хотел узнать, – я резким движением схватила два пустых стакана из-под кофе и бросила их в мусор.

– Не хотелось уехать отсюда? – мужской голос вдруг охрип, в голубых глазах появилась растерянность.

– Думала, конечно, об этом и не раз. Но потом решила, что смысла не имеет, – я снова отошла от стола на два шага, скрестив руки на груди, – в маленьком городе есть свои плюсы: меньше пробок, людей и все друзья рядом.

– Видимо, именно эти друзья уже четвёртый раз пытаются до тебя дозвониться, – Ваня указал взглядом на мой мобильный, где на экране повисло двенадцать уведомлений от Даши, и несколько пропущенных.

– Мне пора готовиться к закрытию, – нашла идеальную причину для прощания я, – такси подъедет через двадцать минут, нужно собираться.

– Конечно, я понимаю – Ваня буквально вскочил со стула, словно его ударило током, – спасибо за кофе. И я был рад услышать, что у тебя всё складывается так, как ты этого хотела. Правда.

Мы молча смотрели друг на друга, словно затягивая этот странный разговор, хотя ещё какое-то время назад я внутренне умоляла Вселенную никогда больше не напоминать мне об этом человеке, и уж тем более не вести с ним светских бесед.

– С наступающим, – сдавленно проговорила я, натянуто улыбаясь при этом.

Ваня застегнул пальто, подмигнул мне, как часто раньше делал при прощании, и вышел за дверь кофейни, где его силуэт быстро растворился в снежной метели.

Вторая глава

– Ты уже едешь? – взволнованно спросила Даша, и в эту секунду на заднем фоне что-то с грохотом упало.

Послышался звонкий женский смех, вперемешку с криком Кати на фоне:

– Мила, мы тут чилим, пока ты работаешь! Всё шампанское скоро выпьем, тебе не останется!

– Если бы, – раздражённо ответила я, в сотый раз, бросив полный надежды взгляд в сторону пустого перекрёстка.

Морозный ветер оказался настолько сильным, что гнул деревья, осыпая мою макушку холодными хлопьями снега. Я практически не чувствовала пальцев рук, и даже тёплые перчатки не спасали ситуацию.

– Я уже пятнадцать минут торчу на морозе, но время прибытия этого чудесного такси переносится каждый раз! Где ты вообще его заказала?

– Ты, конечно, подруга полный кринж. Такси не причем, погода такая. Я слышала, что в городе коллапс, жуткие пробки, так что ничего удивительного, – Даша сделала глубокий вздох, – вечно мне приходится тебя спасать. Жди такси, я пока попытаюсь дозвониться в поддержку. В любом случае, до Нового года целых полтора часа.

– Если ты пыталась меня приободрить, то вышло так себе, – я сунула свободную руку в карман куртки, и, нащупав там какой-то странный предмет, поспешно его достала.

– Только не смей говорить, что поедешь домой! Мы вообще-то за месяц договаривались!

Я внимательно всмотрелась в небольшого оленя из фетра в своей руке – ëлочная игрушка, что упала мне под ноги ещё утром, когда я зашла в кофейню. В тот момент меня отвлёк внезапный первый клиент, и я, даже не задумываясь, положила оленя в карман куртки.

– Мила, ты меня слышишь?

– Да, да, я тут. Жду дальше. Напишу, когда сяду в машину.

Наконец-то мобильный вместе со странной игрушкой были спрятаны в сумку, и я смогла обе руки спрятать в карманы.

Моему терпению приходил конец. Но горькая правда заключалась в том, что и домой при такой ситуации я тоже добраться не могла – общественный транспорт в этом районе уже не ездил, время стремительно близилось к полуночи, погода ухудшалась, а на улице не было ни души.

Единственная здравая мысль, которая пришла ко мне в этот момент: укрыться в кофейне до наступления Нового года и смиренно ждать, пока ситуация в городе улучшится, и такси начнут ездить в обычном режиме.

Выходит, все-таки праздник в одиночестве? Всё, как ты и хотела, Мила!

Но проблема заключалась в том, что одиночество сейчас мне было противопоказано. Я трезво оценивала свои ресурсы, и точно не была готова к ментальному самоуничтожению на предмет: «год прошёл, число сменилось, ничего не изменилось». Или как там звучала эта известная цитата из сериала?

Интересно, а мой супервизор будет рад провести со мной сессию прямо в новогоднюю ночь?

Вдруг в одной из машин, припаркованных в конце дома, зажглись фары, и водитель, явно привлекая моё внимание, «поморгал» мне дальним и ближним светом.

Я тут же зашагала в его сторону, уже мысленно отменив заказ бесполезного такси. Даже если в машине окажется маньяк, я была готова и к этому. Лишь бы согреться.

Но мой быстрый шаг в одного мгновение сменился резкой остановкой: у тротуара стояла знакомая, старая Волга. Вся семья Вани устроила за мной слежку в этот вечер?

Однако, мне навстречу вышел совсем не его отец.

– Садись, отвезу тебя. Ещё успеваем.

– Ты же полчаса назад уехал, – только и смогла тихо проговорить я, продолжая стоять напротив машины.

Если Вселенная умела с нами разговаривать через знаки, то игрушечный олень в моей сумке сейчас объяснял многое. И речь шла даже не о внезапном возвращении бывшего в мою жизнь, а о семейном автомобиле, символом которого исторически считался олень.

– Как видишь, не уехал. Садись, давай, у тебя губы уже синие! – Ваня поежился от порыва холодного ветра со снегом, и сел за руль.

И вот я снова оказалась в теплом салоне до жути знакомой мне Волги, где по-прежнему царил аромат кофе и сладкого ароматизатора с нотками цитруса. Стянув с рук перчатки, я поднесла их к потоку тёплого воздуха из печки, перед этим на автомате увеличив силу обогрева.

Ваня наблюдал за этой картиной со свойственной ему мягкой усмешкой, но ничего при этом не сказал.

– Что ты здесь забыл? – пальцы на руках постепенно оживали, и я облегченно выдохнула. Но посмотреть в сторону парня так и не решилась.

– Понял, что не знаю, куда хочу поехать на этот дурацкий праздник. Потом мне позвонили, ну и…, – Ваня вдруг рассмеялся, глядя, как я продолжила хозяйничать в машине: уверенно нашла рычаг под сидением и одним резким движением подняла спинку выше.

– Я так понимаю, последней здесь ездила Ника. Что у вас за привычка ездить в машине лёжа?

Ваня молча наблюдал за моим хмурым лицом, не переставая улыбаться.

– Праздник действительно дурацкий, тут даже спорить не буду, – продолжала ворчать я, избегая взгляда голубых глаз в слишком знакомой атмосфере, – отвезешь меня домой?

– Без проблем.

– И… спасибо. С этого нужно было начинать разговор.

– Всегда пожалуйста. Адрес скажешь?

– Да, только…, – я достала телефон, который снова громко завопил от звонка Даши.

– Тебя там ещё снегом не замело? – тон голоса подруги совсем не настраивал на дружелюбную беседу, – прикинь, этот идиот отказался от заказа! Ещё и за ожидание деньги списал! Я сейчас же напишу на него жалобу!

– Я тебе сразу говорила, что идея с такси провальная, – я украдкой посмотрела на Ваню, который галантно достал свой мобильный, всем видом демонстрируя равнодушие к нашей беседе.

– Говорила она! Мила и неприятности – это уже база! – Даша сделала глубокий вдох и продолжила, – есть возможность попросить кого-нибудь тебя отвезти? Мои все уже начали отмечать, варианты закончились.

– Сомневаюсь, что найдутся желающие ехать в такую погоду за город, да ещё и перед самым Новым годом.

– Но нашлись же желающие поработать 31 декабря там, где вообще не должны были! – язвительно заметила подруга, – мне надо в сториз выйти: я обещала подписчикам показать своих подруг. И между прочим, это бесплатная реклама для твоих психсессий! Тебе разве новые клиенты не нужны? Или мы зря начали вести твой блог?

– Если это была попытка заманить меня к вам, то она заведомо была провальной, прости.

Ваня едва заметно улыбнулся, хоть и тут же попытался это скрыть, но я всё равно заметила.

– Но знаешь что, – вдруг в мою голову пришла, как мне казалось, гениальная идея, – у меня есть один вариант.

Наши взгляды с Ваней встретились, а на губах заиграла хитрая улыбка.

– Это очень плохая идея, – шёпотом проговорил парень, чтобы Даша не смогла его услышать.

– Я приеду. Но не одна. И вам это не понравится, – продолжала парировать я, испытывая какой-то детский восторг от своего плана.

– Мила, ты меня пугаешь, – подруга на том конце провода не на шутку занервничала, – ты уже выпила?

– Через час буду. Готовьте дополнительный бокал на стол.

Я сбросила вызов, и резко откинулась на спинку сидения, ощутив прилив сил и внезапное желание отпраздновать этот Новый год по своим правилам.

– Всегда удивлял тот факт, как вы, женщины, умудряетесь дружить на грани ненависти.

– Это не ненависть. Это реванш.

– Не замечал в тебе раньше этих демонических ноток, – Ваня даже не пытался скрывать своё удивление, хоть и устремил взгляд на дорогу, нажав педаль газа.

– Хочу оставить всё невысказанное в этом году, чтобы двигаться дальше. Ты же не возражаешь?

– Я похож на человека, который пытается тебя остановить? – улыбнулся парень, – адрес точный скажи.

Третья глава

Первые минут десять мы ехали молча.

Ваня делал вид, что сейчас его волновала лишь обстановка на дороге, и я могла это понять: несмотря на непогоду, машин в центре города меньше не стало.

Плохое сцепление с заснеженной дорогой, ужасная видимость из-за метели, и другие водители, которые будто отрицали наличие дорожных знаков, и всячески пытались нас подрезать. Почему-то старый автомобиль вызывал у некоторых людей убеждение, что он ни на что не способен, и вовсе в любой момент мог заглохнуть. Но так размышляли только те, у кого никогда не было Волги.

Водительские права я хоть и не получила, но много лет общалась с Ваней и его друзьями, потому кое-что в машинах и вождении я научилась понимать.

Когда мой случайный спутник-авантюрист в очередной раз громко выругался из-за поведения другого водителя, я все-таки решила сбавить напряжение, в котором ехать целый час совсем не хотелось.

– Удивительно, что ваша Волга ещё на ходу. Отец так и ездит на ней?

– Это танк, а не машина. И она очень живучая, в заботливых руках, – хмуро ответил Ваня, не отрывая внимательного взгляда от дороги. – Отец чаще всего держит её в гараже, и редко выезжает – нет необходимости. Он думал, что Ника заберёт машину себе, но сестрёнка решила, что четыре колеса – это история не для неё. Зато я не становлюсь пешеходом, когда приезжаю сюда и жду ремонта, как сейчас. Это как минимум удобно.

– Продавать не собираетесь?

– Кого, Волгу? Ещё чего, я сам не дам этого сделать. Она в нашей семье уже больше десяти лет, и останется до конца.

Я сдержанно улыбнулась, прекрасно зная, что другого ответа у Вани и быть не могло.

Он любил эту машину, часто сам её ремонтировал, и не раз катал меня жаркими летними вечерами.

– А ты чего на права не сдала? – кажется, это был первый раз, когда парень отвлёкся от вождения ради того, чтобы посмотреть мне в глаза, пока горел красный сигнал светофора.

– Решила, что нет необходимости. Я работаю удалённо, а в случае чего, всегда есть общественный транспорт или такси, – пожала плечами я, почувствовав в этот момент стойкое, неприятное сожаление об упущенной возможности.

Я ведь давно хотела за руль, и когда-то Ваня меня этому даже обучал.

– Ну да, видел я ваше такси и автобусы сегодня. Далеко на них уехала?

– Сегодня день – исключение из правил. В целом, в городе многое меняется, мне стало больше нравиться.

– А, может, просто смирилась? – ухмыльнулся парень, одним рывком сменив передачу.

Я закусила нижнюю губу, не в силах найти подходящий ответ в своей голове. Такой, чтобы не звучало, как жалкое оправдание с моей стороны.

Мы снова замолчали.

– Как думаешь, – вдруг раздражённо начал Ваня, нажимая несколько раз подряд на экран своего мобильного, – Даша уже придумала план мести на случай, если ты опоздаешь?

– Не успеваем?

– Навигатор уже увеличил время в пути на двадцать минут. Прибытие в 00.14.

– Ну, мы же на Волге. Уверена, что как выедем за город, ты как и всегда опередишь такую глупую вещь, как интернет, – язвительно проговорила я.

– То есть тебя это не парит?

– Если бы ты не застрял у кофейни, я бы вообще сейчас осталась сидеть там, празднуя Новый год в одиночестве, и с кружкой кофе. Так что нет, я не сильно расстроюсь, но всё же верю в лучшее. У меня даже кое-что для мотивации есть, – я достала из сумки фигурку оленя из фетра и положила её на приборную панель, ближе к Ване, – это ли не знак, что всё складывается, как должно быть?

Ваня рассмеялся, и повесил игрушечного оленя на зеркало заднего вида, не спрашивая, как она вообще у меня оказалась.

– Если бы я знал, что именно так проведу остаток вечера, купил бы шампанского.

– Если бы я знала, что сегодня встречу тебя, – я вдруг осеклась, совсем не желая заканчивать заготовленную фразу вслух.

– То? Взяла бы с собой биту?

Ваня опять звонко рассмеялся, хотя за этим смехом явно скрывалось что-то ещё. Он нервничал, не иначе. Хоть и внешне сохранял абсолютную невозмутимость.

– Я хотела сказать, что не согласилась бы на смену в кофейне, но это неправда.

Мой внимательный взгляд в сторону парня не остался незамеченным: он понял, что я наблюдаю за его реакцией, и перестал улыбаться.

– Хочешь сказать, что ты рада нашей встрече? – уже серьёзно уточнил он.

– Конечно. Иначе как бы я добралась до Даши, если такси не ездят, – саркастично ответила я, прекрасно осознавая, что сейчас неслабо его задела.

– Ну да. Всё ради того, чтобы порадовать Дашу. Как я мог об этом забыть, – в том же тоне вдруг произнёс Ваня, и теперь ему удалось задеть меня.

– Почему ты вообще с ней дружишь? Никогда этого не понимал.

– Я не буду обсуждать с тобой эту тему, – грубо даже для самой себя произнесла я, скрестив руки на груди, и инстинктивно вжалась в сидение.

– Как скажешь.

И снова оглушающая тишина.

От возникшего напряжения мне сейчас хотелось только одного: выйти из машины прямо на ходу, и больше никогда не видеть и не слышать человека, что сидел рядом. Старые обиды резко пробились сквозь тёмные недра памяти, сломали все ментальные замки, что я старательно развешивала эти годы на каждую «комнату» с воспоминаниями, и это не предвещало ничего хорошего.

А тем временем навигатор вовсе отказался показывать быстрый маршрут, и заветные цифры в виде времени прибытия предательски исчезли с экрана. А ведь только они давали надежду, что весь этот абсурд скоро прекратится, и я, наконец, осознаю, какую глупость допустила, да еще и устроила все это, будучи в уме и здравии.

Ваня продолжал яростно нажимать на экран мобильного, и уже в который раз перезагружал приложение. Все попытки оказались безуспешными: вместо карты мы оба смотрели в пустой, белый экран, и это совсем не способствовало снятию напряжения между нами.

– Мы ещё можем остановиться, – тихо проговорила я, кожей ощущая гнев, исходивший со стороны водителя.

И очень сомневалась, что эти эмоции были направлены только на пропавший интернет.

– Шутишь что ли? – ухмыльнулся Ваня, – я теперь всё сделаю, чтобы увидеть лицо Даши при встрече.

Забавно, что мы оба направили наши негативные эмоции на одного человека, но не друг на друга. Или так просто казалось.

– Тогда давай установим одно правило на время поездки, – я постаралась включить весь свой профессионализм, – мы не обсуждаем прошлое. Допускаются любые темы или вовсе можем ехать молча, но без флешбэков.

– Я и не собирался выяснять с тобой отношения, – спокойно ответил парень, но в его голосе слышалась досада, – но в целом я согласен.

– Спасибо.

Ваня ничего больше не сказал, и одним резким движением прибавил громкость музыки в салоне Волги.

Однако, уже спустя двадцать минут в замкнутом пространстве, под раздражающие новогодние треки по радио, мы попали в бесконечную пробку, на выезде из города.

К этому времени я уже начала судорожно подбирать возможные темы для разговора.

Пришлось признать тот факт, что поговорить с Ваней мне всё же хотелось. Но грань между невинной беседой и началом конфликта была настолько хрупкой, что я так и не решилась что-то сказать.

Оставалось только наблюдать, как по стеклу медленно скатывались снежинки. Или как слонялись по тротуарам редкие фигуры прохожих в новогодних красных колпаках, и с зажжёнными бенгальскими огнями, и верить, что мы переживем эту ночь.

Четвёртая глава

– Ты там газ с тормозом перепутал, братан?

Я в очередной раз громко рассмеялась, глядя, как от злости у Вани буквально раздувались ноздри. Он слишком крепко держал руль, и казалось, ещё секунда, и парень вырвет его и выбросит в окно.

– Смешно тебе? – мы встретились взглядом, и Ваня мгновенно растаял от моей улыбки, а тон голоса смягчился, – вот получишь права, побудешь в моей шкуре!

– Это всегда забавно, – весело проговорила я, нежно коснувшись мужской руки, – когда ты злишься. Но я правда не понимаю, зачем так нервничать? Мы никуда не опаздываем, пробка рано или поздно закончится.

– Потому что я не хочу стоять в пробке, – Ваня крепко сжал мою ладонь в ответ, – я хочу как можно скорее добраться со своей девушкой в одно прекрасное место, а эти олени на дорогах мне мешают.

– Не называй их так! Олень – это ты.

– Спасибо, любимая, – Ваня наигранно закатил глаза, и плавно отпустил мою руку, чтобы переключить передачу.

Я снова рассмеялась:

– Я имела ввиду, что олень – это же твой символ! Он умный, статный, независимый и очень сильный!

– А, по-моему, это просто капризное и бездумное животное. Посмотри на Волгу – я все выходные проторчал с ней в гараже, но она опять начала чудить! А ещё здесь не работает кондиционер – я скоро приклеюсь к сидению.

Ваня опустил до конца стекла с обеих сторон, и обжигающий, сухой, июльский воздух растрепал мои вьющиеся локоны, которые я с таким трудом пыталась собрать в аккуратный пучок.

– Расскажешь, куда мы едем? – улыбка не сходила с моего лица, даже, несмотря на постоянное ворчание со стороны водителя.

Мне казалось, я проживаю своё лучшее лето, в свой лучший период жизни. Рядом с человеком, от которого я без ума, и на которого хотелось смотреть бесконечно. Особенно на его взлахмоченные волосы на голове, родинку на скуле, и то, как уверенно он справляется с управлением старой, винтажной Волги…

– Ты сменила имидж? – знакомый голос вмиг вернул меня из солнечного, жаркого дня в промозглую метель, и бескрайнюю пропасть с человеком, ближе которого у меня никогда не было.

Та же машина, тот же участок дороги, даже пробка на выезде – ничего не изменилось с тех времён, не считая нас самих.

Я вопросительно посмотрела на Ваню, совершенно потерявшись с ответом.

– Ну, твои волосы. Решила все-таки избавиться от рыжих кудряшек? Мне они нравились.

Кажется, он тут же пожалел о последней фразе. Виновато поджав губы, он больше не отрывал взгляда от дороги.

– Ярко-рыжие кудри придавали моему и без того детскому лицу излишнюю ветреность. Имиджу психолога это только мешает. Люди должны видеть перед собой профессионала, а не девочку, застрявшую в подростковом максимализме.

Всё же, последняя фраза про максимализм была лишней. Уверена, что Ваня прекрасно понял, что адресована она была именно ему.

– Заметно, что цвет волос стал темнее… – растерянно добавил он.

– Ну да, а хорошая плойка выпрямляет даже самые непослушные волосы.

– Насчет плойки я бы поспорил, – мягко улыбнулся он.

Вдруг его рука возникла передо мной, и на секунду мне показалось, что сейчас он попытается дотронуться до моих холодных пальцев.

Но Ваня лишь опустил солнцезащитный козырёк, чтобы зеркало оказалось прямо перед моим лицом.

Каштановые, некогда прямые локоны, как и стоило того ожидать, приняли привычную для них форму маленьких завитушек. Ни средство для укладки, ни утренняя борьба с плойкой не смогли противостоять генетике и погоде с ветром и снегом. Теперь буря царила не только за окнами Волги, но и на моей голове.

– И на что я только надеялась? – хмуро произнесла я, придирчиво рассматривая себя в зеркало.

– Против природы не пойдешь, – задумчиво вставил Ваня, уже не реагируя на очередного водителя, который пытался нагло затолкаться в наш ряд, даже не включив сигнал поворота.

– Воспринимай свой кудри не как что-то несерьезное и детское. Это же часть твоей индивидуальности, и я об этом говорил и раньше, – Ваня сделал вид, что не заметил моего растерянного взгляда, – хотя, если учитывать твои вечные попытки всё контролировать в жизни, тебе действительно больше идут прямые волосы.

– Прекрати! – вдруг громко рассмеялась я, – ты же это нарочно!

– Я лишь делюсь своими наблюдениями.

– Не пытайся меня терапевтировать! Это моя прерогатива!

– Ну, я за четыре года тоже на месте не сидел, – Ваня намеренно избегал взгляда со мной.

Кажется, он сам засмущался после такого признания, и начал нервно барабанить пальцами по рулю. Но тень улыбки на губах явно говорила о том, что тема этого странного разговора явно была ему по душе, и своей цели он добился.

– Ты ходил к психологу? – слишком громко и эмоционально спросила я, испытывая удивление и любопытство одновременно.

А резко возросший интерес к мужчине рядом со мной я даже не пыталась скрыть, повернувшись вполоборота к водителю.

– Нет, но я немного читал…литературу, – совсем тихо ответил парень.

– Читал литературу – это второе шоковое признание от тебя за последние пять минут.

Мы переглянулись и вдруг рассмеялись. Напряжение в салоне Волги сменилось невероятной лёгкостью и внутренним расслаблением для меня.

– Если я и соберусь к психологу, то пойду только к тебе. Есть свободные окошки для записи?

– Есть, но не для тебя, – моя улыбка перестала быть такой по-детски наивной, – внутренняя этика. Мы не имеем права консультировать близких друзей и родственников.

– Да я вроде ни в одну из групп не подхожу, – Ваня вдруг нахмурился, глядя в сторону тротуара, и тут же включил правый сигнал поворота, уводя машину с нужной нам полосы.

– В целом под запретом те, с кем я могу быть слишком субъективной, где могут помешать эмоции, переносы и… Что ты делаешь? Нам же налево, да и пробка впереди почти закончилась!

– Сделаем небольшую остановку.

Кто-то позади нас начал яростно сигналить, когда мы ловко перестраивались из полосы в полосу, приближаясь к тротуару. А именно к старенькому Форду, у которого ярко-оранжевым моргали оба сигнала поворота, что свидетельствовало об аварийной ситуации.

Ваня проехал вдоль машины, ради которой мы перестроили весь маршрут: волна злости и раздражения тут же утихла, как только я увидела растерянную женщину у поднятого капота Форда. В салоне её ждал мальчик лет десяти, чей взгляд сейчас с любопытством провожал нашу Волгу.

– Твои знакомые? – озвучила своё предположение я.

– Понятия не имею, кто это, – Ваня одним рывком поднял ручник и заглушил машину.

– Тогда почему мы здесь?

– А ты бы хотела застрять на морозе, в канун Нового года, с ребенком на улице? Хорошо, если у них печка еще не перестала работать. Потому что если я окажусь прав, скоро в салоне их машины будет холоднее, чем на улице.

– Я и забыла, что тебе достаточно одного взгляда на марку машины, чтобы почти наверняка узнать причину поломки, – с трудом скрывая восхищение в голосе, тихо проговорила я.

– То же самое, что ты делала с людьми, даже вовремя учёбы, – парень одарил меня короткой улыбкой, и поспешно вышел из машины.

Пожалуй, это были самые долгие минуты ожидания в моей жизни. И не потому, что я переживала за опоздание к подругам или тот факт, что навигатор по-прежнему не загружался. А из-за своих внутренних противоречий, где логика умоляла меня успокоиться и сохранять презрение к Ване, напомнив, что это всего лишь короткое приключение, которое я забуду на следующий же день.

А эмоции внутри отчаянно кричали мне о том, что я должна была признать один очевидный факт: Ваня изменился. И ненавидеть его стало в разы сложнее.

Ваня из нашего общего прошлого не считал нужным тратить время на помощь кому-то, кто не принесет ему выгоды. У него тогда сложилось четкое разделение на «своих» и «чужих», а эгоцентризм достиг своего пика развития.

– Мила, ты в каком мире живешь? – усмехнулся Ваня, придержав мне дверь торгового центра, которая вела на уличную парковку.

В тот вечер мы возвращались из кино. Лето подходило к концу, и в такой поздний час на улице уже сильно стемнело, а от прохладного воздуха мурашки побежали по моим рукам.

– В этом мире надо доверять только себе, а на других вообще плевать!

– То есть ты хочешь сказать, что если в доме начнётся пожар, ты не будешь спасать никого, кроме себя? – сюжет просмотренного только что фильма никак не давал мне покоя.

– Тебя разве что, это даже не обсуждается, – мы остановились у припаркованной Волги.

– А собаку? Если у нас в этот момент будет жить, например, собака?

– Я уже сказал тебе: никаких животных ближайшие лет пять, пока не переедем в Питер, и окончательно там не обустроимся. И то не факт.

– Ну, я же прошу просто представить ситуацию! Хорошо, давай иначе, – я даже не собиралась отступать, – у нас уже есть собака. И…

– Мила, – парень закатил глаза, и устало вздохнул.

–… и она заболела. Серьёзно. Ты как обычно пропадаешь в своем сервисе, и трубку берешь не сразу.