Вы читаете книгу «Нехорошая квартира» онлайн

Демон вящий

(Повесть о том, как враг стал корешем за доской для нард)

Глава 1. Генеральский дом

Мы раньше жили в двухкомнатной квартире на пересечении улицы Панфилова и Волоколамского шоссе. В так называемом генеральском доме. Настоящий сталинский ампир с лепниной на фасаде, эркерами, высокими окнами и парадной, где даже лифт был похож на карету. Потолки — три сорок. Я такие потолки люблю: дышится легко, и мысли не давят на темечко.

Четыре остановки от метро «Сокол». Можно на 23-м трамвае, можно на 12-м или 70-м троллейбусах. Район тихий, зелёный, с детскими площадками и старыми липами. Мы с женой Бельчей думали: вот оно, счастье. Две комнаты, большая кухня, соседи — бывшие военные, генералы в отставке, которые выходили гулять в кителях и с тросточками. Идеальная жизнь.

Но потом чего-то там не сложилось. На Панфилова стали образовываться пробки. Сначала по утрам, потом в обед, после — круглосуточно. Весь этот генеральский покой сменился гудением моторов, сигналами такси и матерком дальнобойщиков, которые лезли в объезд через двор. Жена Бельча не высыпалась. Я, правда, сова, мне по барабану, но она жаворонок — её будили даже не пробки, а первые грузовики в 6 утра.

— Игорь, — сказала она как-то, — мы переезжаем.

Я не спорил. С женщиной лучше не спорить, особенно если она права. И если у неё в руках скалка.

Глава 2. Рай на Новопесчаной

Квартиру нашли быстро. Агент по недвижимости — лысый толстяк с галстуком-селедкой — показывал нам три варианта, но третий зашёл. Трёхкомнатная на Новопесчаной, недалеко от метро «Полежаевская», но главное — с окнами во внутренний двор. И над нами никто не жил. Квартира пустовала два года — бывший хозяин, какой-то бизнесмен, уехал в Лондон и забыл её продать.

— Тишина, — сказал риелтор. — Соседей сверху нет.

— А по бокам? — спросила Бельча.

— По бокам пенсионеры. Глухие. Один с шумом в ушах, другой вообще без слуха после контузии.

— Берём.

Потолки здесь были пониже. Три десять. Я перетерпел. Ради тишины можно пожертвовать сантиметрами. Въехали, разобрали коробки, расставили книги и двух моих любимых бронзовых котов. На кухне я повесил свой каллиграфический свиток с иероглифом «тишина», написанный водой на рисовой бумаге (через день он высох, но дух остался).

Мы радовались ровно три недели.

Глава 3. Вселение Виталика

Первый звук был похож на падение шкафа. В три часа ночи. Я не спал — сидел на кухне, правил очередной рассказ про трактор. Бельча давно спала, затыкала уши ватой. Сверху: бабах — треск — мат — хохот.

Я подумал: показалось.