Вы читаете книгу «Пока не пролились слезы» онлайн

Рассказ

Верочка выходила из родной школы в последний раз.

Ей не хотелось ни с кем встречаться и ни с кем прощаться. Официальные проводы с цветами и сокрушениями по поводу ее увольнения прошли еще на прошлой неделе, а сегодня она пришла забрать документы и личные вещи. Ее кабинет находился в конце коридора, и шанс дойти до выхода незамеченной был крайне мал. К тому же ноги из-за обострившейся болезни предательски не слушались, и их приходилось переставлять одну за другой с усилием.

Но в этот раз удача была на стороне Верочки. Она наконец вышла из двери, затем — со двора, распахнула плащ и глубоко выдохнула. Всю дорогу до дома в ее голове вертелась одна мысль: как когда-то, будучи маленькой маминой Верочкой, она мечтала сюда попасть, и как сейчас хотела больше никогда здесь не появляться.

В этой школе прошла почти вся ее жизнь, если не считать шести лет до нее и пяти лет в педагогическом институте. Тут же она проходила практику, а потом пришла работать учителем начальных классов.

Когда-то ее привела сюда мама — в первый класс. Маленькой Верочке тогда казалось, что она никогда не выберется из этого лабиринта одна, если мама оставит ее. Кабинет первоклашек был последним по коридору, и пока они шли, мама останавливалась поздороваться с бывшими коллегами. Верочка боялась опоздать, и время тянулось мучительно медленно, а школа представлялась огромным муравейником с запутанными ходами.

Спустя годы 1 сентября в этот же кабинет Верочка привела своего сына Димку. Прибежали её бывшие ученики, теперь пятиклассники. Обняли её, загалдели и тут же переключились на Димку, радостно тиская его, как своего.

Пухлого, забавного сына Веры Павловны они полюбили еще с тех пор, когда она брала его с собой на работу, если детский сад не работал.

Коллегам Верочки это не нравилось:

— Могла бы уж побороть свою гордость и попросить свекровь приглядеть за ребенком. Но нет же, боится, что родня мужа научит ее дитятко материться и бегать с козами за огородом, — усмехалась историчка Светлана Олеговна.

— А муж только и знает, что на сменах пропадать. А то ж без него завод встанет, производство остановится, — подмигивала завуч Софья Витальевна. – А может, там в столовке просто щи вкуснее, чем у Верочки?

Светлана, Софья и другие обитатели учительской не любили Верочку за то, что у нее все было не как у всех: сама всегда с иголочки, сын отличник, ученики лучшие, муж не пьет, не бьет, всю зарплату отдает и каждые выходные везет семью то на речку, то в горы, то в лес.

Дети же Веру Павловну обожали: на математике у нее можно было петь песни про цифры, а на изо — рисовать гуашью прямо на парте.

На работу она всегда приходила с укладкой и макияжем. То брошку наденет, то ногти в бирюзовый выкрасит. Косметику по каталогам вместе с ними не заказывала, ей присылала все мамина сестра из Польши. Короткую химзавивку, как у всех, она не носила, а наоборот, выпрямляла свои белокурые обесцвеченные волосы в гладкое каре до плеч или взбивала в легкие волны после ночи в бигудях.