Вы читаете книгу «Отбор в гарем вампира: подайте нищей попаданке» онлайн

Часть 1. «Подайте, кто может... или хотя бы не укусит»

Глава 1. Куда приводит бедность и сломанный зонт

Я сидела на подоконнике общей кухни в своей родной коммуналке и смотрела на дождь. Не потому, что была меланхоличной натурой. Просто у меня не было денег на чай, а бесплатная вода из крана кончилась ещё вчера — сантехник-домовой обиделся, что я назвала его «бородатым тараканом».

— Дашка, — пропела из своей комнаты бабка Нюра, которая на самом деле была некроманткой третьего разряда, а по совместительству моей соседкой, — слышала, магазин «Книжный червь» сгорел?

— Это я в курсе, — мрачно ответила я. — Потому что я там работала. И это я его подожгла. Случайно.

— Господи, — бабка перекрестилась левой ногой (у неё свои причуды), — и как ты умудрилась?

— Перепутала магический запал с арома лампой, — призналась я. — Там этикетки были на латыни. А у меня латынь была только в первом семестре, и то я её прогуливала, потому что влюбилась в парня с филфака, который носил шарф, как у Шерлока.

— И что тот парень?

— Женился на кафедре древнегреческого. Я осталась с двумя корками филолога и умением цитировать Овидия в нетрезвом виде.

Бабка Нюра высунулась из своей комнаты. Она выглядела как классическая ведьма из дешёвого фильма ужасов — худая, крючконосая, с родинкой на подбородке, из которой рос волос. Только вместо метлы у неё была швабра, а вместо кота — таксидермический хорёк Федя, который смотрел на мир стеклянными глазами и явно не одобрял моё существование.

— Внучка, — сказала она серьёзно, — тебе только в гарем и дорога.

— Что⁈ — я поперхнулась воздухом. — Баб Нюр, ты в своём уме? Какой гарем? Мне двадцать восемь, у меня нет приданого, зато есть кредит за курсы «Скетчинг для чайников» и хроническая невезучесть.

— Вот именно, — бабка подняла костлявый палец. — Даром что ли у тебя группа крови «везучая-несчастная»? Я по твоей ауре видела. Ты — классическая попаданка в замок к тёмному властелину.

— Я не хочу быть попаданкой! — возмутилась я. — Я хочу, чтобы мне вернули деньги за подписку, которую я забыла отменить! И чтобы в магазине давали скидку по дисконтной карте, а не делали вид, что её не существует!

— Поздно, — бабка загадочно улыбнулась и зашуршала в свою комнату. Через минуту она вышла с пыльной книгой в кожаном переплёте, от которой пахло плесенью и чем-то горелым. — Держи. «Великий ритуал призыва богатства и удачи». Твой дед, царствие ему некрологическое, по этому рецепту три рубля под ковром нашёл.

Я с сомнением взяла книгу. Страницы были жёлтыми, некоторые выпадали, а на одной красовалось жирное пятно, очень похожее на борщ.

— И что надо делать?

— А чего там делать? — бабка пожала плечами, и её плечо противно хрустнуло. — Сходи на перекрёсток, выпей святой воды, сплюнь через левое плечо, потанцуй вокруг костра. Я точную инструкцию не помню, но, кажется, надо ещё громко сказать: «Деньги, идите ко мне, а то я убью соседку своей туфелькой».

— У меня нет туфельки, — буркнула я. — У меня есть только резиновые сапоги с дыркой на левом.

— Ну, значит, сапогом, — отмахнулась бабка. — Главное — вера. И не забудь мысленно представить свой идеальный образ жизни.

Я представила. Тёплый плед. Кот. Чашка какао. Мужчина, который приносит кофе в постель и не требует отчёта «куда ты дела мои носки». Никаких вампиров, никаких гаремов, никакой магии.

— Ладно, — вздохнула я. — Хуже уже не будет.

Ох, как же я ошибалась.

Ритуал я решила проводить прямо на кухне, потому что на улице лил дождь, а мой зонт сломался ещё вчера, когда я пыталась им отогнать голубя, который хотел украсть мою последнюю булочку. Бабка Нюра любезно предоставила свечи (парафиновые, с запахом «Лесная поляна», купленные на распродаже), кусок мела (школьный, сгрызенный по краям) и свой любимый бубен.

— А бубен зачем? — спросила я.

— Для настроения, — бабка ударила в бубен так, что с люстры упала мумифицированная муха. — Начинай.

Я нарисовала мелом круг. Получилось похоже на сломанный овал, но бабка сказала, что сойдёт. В центр я положила остатки своей зарплаты — три смятые купюры и горсть мелочи. Зажгла свечи. Встала на колени (сапог с дыркой был на левой ноге, как и требовалось).

— Деньги, — громко сказала я, — идите ко мне, а то я... эээ... убью соседку своей туфелькой!

— Я не против, — донеслось из комнаты бабки. — Она мне проходу не даёт со своими привидениями!

— ...своим резиновым сапогом! — поправилась я.

И тут пол подо мной начал светиться.

Сначала зелёным. Потом фиолетовым. Потом ярко-розовым, и это был уже перебор, потому что розовый мне категорически не идёт.

— Баб Нюр! — заорала я. — Это нормально?

— А что там? — бабка высунулась. Глаза у неё округлились. — Ой.

— Что значит «ой»? Что значит это твоё «ой»?!

— Кажется, ты не тот ритуал открыла, — бабка нервно зашелестела страницами. — Это не призыв денег. Это портал в параллельный мир!

— Какой ещё портал⁈

— Вон тот, который сейчас откроется у тебя под задницей!

Я глянула вниз. Пол исчез. Вместо него сияла воронка из искр и какого-то густого тумана, пахнущего лавандой и... кровью? Кровью. Определённо кровью.

— Закрывай! — заорала я.

— Не могу! — заорала бабка в ответ. — У меня ритуал обратного вызова был на отдельной странице, но Федя её съел в девяносто третьем!

— Твой хорёк-мумия съел страницу с отменой портала⁈

— Он не мумия, он таксидермический! И он был голодный!

Я попыталась ухватиться за край кухонного стола, но пальцы соскользнули. В последний момент я успела схватить бутерброд с колбасой, который лежал на тарелке — мой последний ужин. И провалилась в сияющую бездну, сжимая в руке бутерброд, с дырявым сапогом на левой ноге и мыслью: «Бабка Нюра, если я выживу, я лично превращу Федю в пылесборник».

Глава 2. Добро пожаловать в «Замок-на-Костях», или Где тут бесплатный Wi-Fi?

Я приземлилась на что-то холодное и твёрдое. И мокрое. И очень громко ругающееся.

— Какого... — раздался снизу скрипучий голос. — ...демона?

Я открыла глаза. Подо мной был... скелет. Настоящий скелет в мантии, расшитой золотыми звёздами. И он явно был живой, потому что его челюсть двигалась, и он пытался отпихнуть меня костлявыми руками.

— Простите, — пробормотала я, слезая. — Я не специально. Портал, понимаете. А вы кто?

Скелет встал, отряхнулся (кости противно застучали) и выпрямился во весь рост — метра два. Потом поправил мантию, огладил несуществующие усы и произнёс голосом уставшего администратора:

— Я церемониймейстер его темнейшества Лорда Влада Кровавого III. И вы, сударыня, только что испортили мне идеально накрахмаленный воротник.

— У вас нет воротника, — заметила я. — У вас ключицы торчат. И вообще, где я?

— В Замке-на-Костях, — скелет окинул меня презрительным взглядом (я умею читать эмоции на черепах, это моё суперспособность). — В тронном зале. Во время проведения ежегодного Отбора в гарем. А вы кто такая, простите?

Я оглядела себя. Дырявые носки. Резиновый сапог (один). Джинсы в пятнах от кетчупа. Свитер, который моя кошка драла три года. Бутерброд в руке, уже немного помятый.

— Я... — начала я. — Я Даша. Кукушкина. Я, наверное, участница?

— Участницы проходят предварительный отбор, — сухо сказал скелет. — Они подают заявки за три месяца. Они проходят медицинский осмотр. Они приносят справки об отсутствии инфекционных заболеваний, включая лишай и желание обмануть лорда.

— У меня справки нет, — честно призналась я. — Зато у меня есть бутерброд. И дырявый сапог.

Скелет посмотрел на бутерброд. Потом на сапог. Потом куда-то вверх, словно молился богам, которых уже не существовало.

— Знаете, — сказал он наконец, — а вам повезло. Мы как раз искали замену одной участнице.

— Почему замену?

— Она скончалась при загадочных обстоятельствах, — скелет понизил голос до шёпота, который звучал как скрип несмазанной двери. — Говорят, подавилась собственной гордостью. Очень трагично.

Я хотела спросить, подавиться гордостью — это вообще как, но в этот момент дверь в тронный зал с грохотом открылась, и внутрь вплыли (именно вплыли — по-другому не скажешь) две женщины.

Первая была высокой, бледной, с чёрными волосами до пояса и взглядом, который мог заморозить кипяток. Вторая — чуть ниже, с рыжими кудрями и таким количеством кружев, что казалось, она несёт на себе целый свадебный салон.

— Церемониймейстер, — ледяным тоном произнесла брюнетка, — что здесь происходит? Почему воняет... колбасой?

Все уставились на мой бутерброд.

— Я просто перекусываю, — сказала я. — У вас тут есть холодильник? А то колбаса пропадёт.

— Кто эта... крестьянка? — брюнетка скривилась, как будто увидела таракана в своём супе. (Хотя суп у них, наверное, из крови, так что таракан был бы меньшим из зол).

— Это новая участница, — объявил скелет с обречённым видом. — Даша Кукушкина. Из... дальних земель.

— Из коммуналки, — поправила я. — Можно просто Даша. И, если честно, я не в курсе ваших правил. Можно мне сначала позвонить? Связь тут ловит?

— Что такое «звонить»? — рыжая наклонила голову, как любопытная птичка.

— Ну, телефон. Мобильный. Смартфон? — я вытащила из кармана свой старенький «Самсунг», который треснул ещё на второй день покупки. — Эй, сети нет. Вообще никакой. Вы живёте в каменном веке?

— Мы живём в тёмном веке, — холодно ответила брюнетка. — И здесь не принято тыкать в лицо магическими артефактами неизвестного происхождения.

— Это не артефакт, это кредит на два года, — отмахнулась я. — Ладно. Давайте по порядку. Где тут бесплатный Wi-Fi?

— Что такое «вай-фай»? — спросил скелет.

Я поняла, что моя жизнь только что стала намного сложнее.

Глава 3. Отбор по-нашему: конкурс «Чья шея белее»

Оказалось, что Отбор в гарем — это вампирское реалити-шоу с элементами древних традиций, кровопусканий и политических интриг. Трансляции, правда, не было (спасибо и на том), но зато был полный набор участниц: стервозная брюнетка (Элис), пафосная рыжая (Моргана), молчаливая блондинка, которая, кажется, вообще не понимала, где находится, и ещё трое девушек, чьи лица я запомнить не успела, потому что они менялись каждые пять минут.

— Итак, — провозгласил скелет, когда мы все собрались в так называемой «Зале Испытаний», — первый конкурс. Продемонстрируйте, как вы стойко переносите вампирский взгляд.

— Что значит «вампирский взгляд»? — спросила я, жуя бутерброд. (Колбаса уже начала портиться, а выбрасывать жалко).

Вместо ответа в зал вошёл Лорд Влад.

Я ожидала увидеть классического вампира — бледного, в плаще, с клыками и трагическим взглядом. Ну, или хотя бы похожего на того парня из фильма «Сумерки», чтобы было на что пожаловаться подружкам, если выживу.

Реальность оказалась страннее.

Лорд Влад был... красивым. Это бесило. Высокий, широкие плечи, тёмные волосы, глаза — кроваво-красные (ну, хотя бы это стереотипно). На нём был чёрный камзол с серебряной вышивкой, сапоги до колен и плащ, который развивался сам по себе, даже когда он стоял на месте.

— О, — сказала я вслух. — А я думала, плащи только в Хогвартсе носят.

Лорд Влад посмотрел на меня. Это был Тот Самый Вампирский Взгляд — гипнотический, давящий, заставляющий кровь стынуть в жилах.

Я икнула. От бутерброда.

— Вы икнули, — сказал Лорд Влад голосом, от которого, наверное, плавились предохранители во всём замке.

— А вы моргаете? — спросила я в ответ. — Потому что у моего бывшего директора взгляд был страшнее. У него лицензию отобрали за психологическое насилие. И он не носил плащ. Ну, только на корпоративах.

В зале повисла тишина. Элис побледнела ещё сильнее (я не знала, что это возможно). Моргана подавилась собственным кружевом. Скелет-церемониймейстер начал читать заклинание самоподрыва.

А Лорд Влад... улыбнулся. Совсем чуть-чуть, одним уголком рта. Но я заметила.

— Продолжим, — сказал он и сел на трон, стоящий в конце зала. — Второй конкурс. Продемонстрируйте изящное кровопускание.

— Это как? — спросила я.

— Вы должны показать, как красиво вы порежете себе палец, чтобы я мог попробовать вашу кровь, — объяснил скелет. — Это традиция.

Я посмотрела на остальных участниц. Элис достала крошечный серебряный кинжал с рубинами, изящно чиркнула по подушечке пальца — одна капелька крови упала в хрустальный бокал. Моргана использовала заколку-стилет и проделала то же самое, добавив театральный вздох. Блондинка просто укусила себя за палец, и это было жутковато, но эффективно.

— У меня нет кинжала, — сказала я, шаря по карманам. — Но есть... о, канцелярский нож! Я его для распечатки посылок ношу. Сейчас...

Я попыталась открыть лезвие. Оно заело. Я дёрнула сильнее — нож выскользнул из рук, полетел в сторону, задел амфору с донорской кровью (я потом узнала, что это была донорская кровь, и она стоила как моя годовая зарплата), амфора упала, разбилась, и кровь красивым фонтаном окатила всех участниц, включая Лорда Влада.

Тишина. Абсолютная. Даже призраки, которые висели под потолком и наблюдали за отбором, перестали скрежетать цепями.

Я стояла в луже крови, с бутербродом в одной руке и сломанным канцелярским ножом в другой, и медленно осознавала, что меня сейчас, наверное, убьют.

— Изысканно, — произнёс Лорд Влад, вытирая кровь с лица. — Вы, сударыня, определённо умеете произвести впечатление.

— Это комплимент? — пискнула я.

— Это приговор, — шепнул скелет. — К пожизненному участию в отборе.

— А если я откажусь?

— Тогда вас казнят за порчу имущества его темнейшества, — скелет пожал костлявыми плечами. — Выбирайте.

Я выбрала гарем.

И в этот момент дверь в зал распахнулась, и внутрь вбежала заплаканная горничная-зомби (я поняла, что она зомби, потому что её левая рука осталась на дверной ручке).

— Лорд Влад! — завопила она. — Там... там Элис! Она мёртвая!

Мы все переглянулись. Я пересчитала участниц. Элис, которая только что изящно резала палец, стояла рядом со мной, живая и недовольная.

— Какая Элис? — спросила Моргана.

— Другая! — зарыдала зомби. — Та, которая была фавориткой! Её убили! В библиотеке! Клыками!

Лорд Влад медленно повернулся ко мне. Все повернулись ко мне.

— Что? — сказала я. — Я тут пять минут! И вообще, у меня алиби! Я только что облила всех кровью и чуть не убила скелета своим бутербродом!

— Бутерброд — не алиби, — холодно заметила Элис (живая, которая теперь стала главной подозревающей номер два).

— А вот и алиби, — я подняла бутерброд. — Он с чесноком. Если бы я была вампиром, я бы уже сгорела. Или как вы там? Рассыпалась?

Лорд Влад принюхался. И чихнул.

— Она права, — сказал он, морщась. — Чеснок. Настоящий. Откуда у вас чеснок в мире, где его запретили триста лет назад?

— Я из России, — гордо сказала я. — У нас чеснок — это национальная идея. Им лечат всё, включая плохое настроение и вампиров.

Лорд Влад посмотрел на меня долгим взглядом. Потом на мёртвую горничную. Потом на скелета, который уже рисовал мелом круг для ритуала изгнания подозрений.

— Так, — сказал он. — Отбор не отменяется. Но отныне вы, Даша Кукушкина, будете жить в замке как подозреваемая и участница одновременно. И вы поможете мне найти убийцу.

— С чего это вдруг? — возмутилась я.

— Потому что у вас чеснок, наглость и отсутствие инстинкта самосохранения, — ответил Влад. — Идеальный детектив.

— А что мне за это будет?

— Останетесь живы.

Я вздохнула. Посмотрела на свой бутерброд (колбаса уже точно испортилась). На дырявый сапог. На толпу вампирш, которые смотрели на меня как на конкурентку, убийцу и фрик-шоу одновременно.

— Ладно, — сказала я. — Но если мы найдём убийцу, вы купите мне новые носки. И нормальный ужин. Без крови.

Лорд Влад усмехнулся.