Вы читаете книгу «Бозон Хиггса» онлайн
Глава 1
Глава 1 18+
Аннотация
Что, если реальность — это всего лишь сложный программный код, а человечество — эксперимент, запущенный в «потенциальной яме» под номером *XR-7B*?
Обычный вечер в спальном районе меняет всё. Владимир находит странный **коричневый пульт**, который мгновенно переносит его и компанию друзей в аэропорт будущего, где люди — лишь голограммы, а еда материализуется из воздуха. Но это лишь первый шаг за Грань.
Героям предстоит пройти путь от супермаркета, где за мысли начисляют загадочные **«Бозоны Хиггса»**, до тайных заседаний **Межгалактического Совета**, где решается судьба Земли. Они узнают, что Вселенная — это холст для высших существ (**Тэта и Эты**), использующих души гениев как краски для своих картин, а «тёмная материя» — это живая субстанция, обволакивающая всё сущее.
Но самое страшное открытие ждёт впереди. Оказывается, наша реальность управляется жесткой «сеткой» предопределенности. Мы лишь **сосуды для накопления эмоций**, а свобода воли — иллюзия. Или нет?
Когда на теле избранного загорается метка — **Звезда Давида**, — начинается охота. Троица наблюдателей из Купола готова на всё, чтобы вернуть беглеца. Но Владимир уже понял главное: пульт в его руках — это не просто ключ к телепортации. Это инструмент для взлома самой **Матрицы**.
Сможет ли обычный человек переписать код Вселенной? Или человечество обречено вечно оставаться «виртуальным товаром» на полке бесконечного супермаркета бытия?
«Имя мое- Иной» — это философская космоопера о поиске Бога, цене гениальности и битве за право быть больше, чем просто строчкой в чужом коде.
Оглавление
1. Пульт
2. Бозон Хиггса
3. Энтропийное печенье
4. Резонанс измерений
5. Темная материя
6. Звезда Давида
7. Школа всевышнего
8. Учитель.
9. Поющий ангел
10. Протвинская лавочка
11. Ловчая сеть
12. Наказание
13. Хрустальная капсула
14. Немного любви
15. Черная дыра
16. Полет сознания
17. Проксима b
18. Сингулярность
19. Создатель
20. Лист Мебиуса
Глава 2
1. Покаяние
2. Код Петра
3. Сетка: Патч для вечности
4. Печать безисходности
5. Испытание Иного
6. Частота выбраций
7. Острова надежды
8. Я возвращаюсь
9. Имя мое- Иной
Глава 1. Пульт.
Вечерний город окутывал привычный сумрак. Владимир, погружённый в свои мысли, направлялся к ближайшему ларьку за сигаретами. Шагая по знакомой улице, он вдруг заметил на асфальте странный предмет — **коричневый пульт** с округлыми краями и множеством кнопок. В груди шевельнулось странное чувство: он не помнил, где видел этот предмет, но был абсолютно уверен — **он знает, как им пользоваться**.
Из-за угла вывалила шумная компания молодых людей и девушек. Их смех и разговоры разорвали тишину двора.
— Хотите увидеть будущее? — неожиданно для самого себя спросил Владимир.
— Да! — с азартом отозвались они.
— Тогда встаньте рядом.
Он быстро нажал одну из кнопок. Мир на мгновение дрогнул, и вот уже все они стоят в центре **аэропорта невиданной красоты**. Потолок уходит ввысь, стены из стекла и металла, а вокруг — огромные плоские экраны, на которых мелькают незнакомые города и лица. Справа — дверь на взлётную полосу, откуда входят люди с размытыми, почти голографическими лицами.
— Я хочу есть, — тихо сказала одна из девушек.
Владимир подвёл компанию к плоскому столу у стены, нажал пару кнопок, и поверхность тут же покрылась яствами: фрукты, горячие блюда, напитки — всё выглядело так, будто появилось из воздуха.
Компания замерла в изумлении. Владимир смотрел на них и чувствовал: это только начало. Впереди — миры, о которых он не смел мечтать, тайны, скрытые за гранью привычной реальности, и приключения, которые навсегда изменят их жизни.
Владимир первым нарушил тишину. Его голос прозвучал хрипло, словно он не говорил, а пытался вспомнить, как это делается.
— Ешьте, — сказал он, указывая на стол. — Не знаю, надолго ли это всё, но голодными быть точно не стоит.
Молодые люди, ещё минуту назад смеявшиеся на тёмной улице, теперь жались друг к другу, с опаской поглядывая на голографических людей, проходящих мимо. Их лица были размыты, движения — плавны и неестественны, словно они были сотканы из тумана и света.
Девушка, которая пожаловалась на голод, нерешительно взяла с тарелки какой-то фрукт, похожий на гибрид яблока и граната. Она надкусила его, и по её щеке потёк сок.
— Вкусно... — прошептала она. — Как настоящее.
— А ты думала, это мираж? — усмехнулся высокий парень с ирокезом. Его звали Денис, и он всегда был скептиком. — Слушай, Володя, или как там тебя... Это всё, конечно, круто. Но как мы вернёмся? И что это за место?
Владимир посмотрел на коричневый пульт в своей руке. Он был тёплым, почти живым.
— Я не знаю, Денис. Я просто... нашёл его. И я знал, что нужно нажать.
Внезапно один из огромных экранов на стене ожил. На нём появилось лицо мужчины. Он был стар, его седая борода была аккуратно подстрижена, а глаза смотрели прямо на них, пронзая насквозь.
— Приветствую вас, путешественники, — голос старика был глубоким и спокойным. Он говорил на чистом русском языке, хотя его губы двигались в такт совершенно другим звукам. — Вы нашли Ключ. Вы сделали первый шаг за Грань.
Компания замерла. Голографические люди продолжали свой путь, не обращая на экран никакого внимания.
— Кто вы? — крикнул Владимир, крепче сжимая пульт.
— Я — Хранитель Врат. А вы... вы те, кто должен сделать выбор. Этот мир — лишь транзитная станция между тем, что было, и тем, что может быть. Пульт в твоих руках — это не просто устройство. Это Ключ к Дверям Новой Реальности.
Экран моргнул и погас.
В ту же секунду дверь на взлётную полосу, та самая, откуда выходили размытые фигуры, с шипением отъехала в сторону. Но вместо очередной партии «призраков» в зал вошёл человек. Он был абсолютно реален. Высокий, в длинном кожаном плаще, с мечом за спиной и шрамом, пересекающим левую щёку. Он двигался быстро и уверенно, его взгляд был прикован к Владимиру.
— Уходите отсюда! — рявкнул незнакомец, выхватывая меч. Клинок тускло блеснул в свете неоновых панелей. — Сейчас здесь будет жарко!
Не успел он договорить, как из дверного проёма донёсся низкий, утробный рык. Звук был таким мощным, что стёкла в окнах задрожали. Голографические люди даже не повернули головы.
— Что это?! — взвизгнула одна из девушек.
— Охотники, — процедил незнакомец, становясь в боевую стойку. — Они идут по следу Ключа.
Владимир посмотрел на своих друзей — испуганных, растерянных. На незнакомца с мечом. На тёмный проём двери, из которого уже доносился скрежет когтей по металлу.
Пульт в его руке завибрировал. На одной из кнопок загорелся красный огонёк.
Выбор был очевиден.
Глава 2. Бозон Хиггса
Красная лампочка на пульте заморгала с огромной, тревожной частотой. Было понятно: пора возвращаться.
— Быстро встаём рядом! — скомандовал Владимир, его голос был напряжён.
Он резко нажал на кнопку. Перемещение было столь стремительным, что никто даже не успел моргнуть. Пространство свернулось в точку и тут же развернулось снова.
— Ты куда нас вернул? — первым нарушил тишину Денис, оглядываясь по сторонам.
— В супермаркет, — коротко бросил Владимир, убирая пульт в карман.
Двери за их спинами бесшумно разъехались в стороны. Навстречу шагнул охранник в идеально выглаженной форме. Он был вежлив, но настойчив.
— Господа, прошу вас пройти через рамку. Наш магазин работает по новому протоколу безопасности.
— Зачем? — спросил я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
— Мы должны снять ваши цифровые образы. Это стандартная процедура для всех посетителей.
Странно всё это, но спорить не хотелось. Мы прошли через рамку. Она не издала ни звука, лишь по контуру наших фигур пробежала едва заметная рябь, похожая на марево над раскалённым асфальтом.
Мы двинулись по широкому коридору, но путь нам преградил ещё один пост. Снова охранник. Снова рамка.
— Пройдите и входите в торговый зал.
— Зачем? — снова спросил Денис, уже начиная раздражаться. — Мы же только что...
— За любые действия в нашем магазине, включая покупки и даже просто перемещение между секциями, мы начисляем вам баллы. Называются они... Бозоны Хиггса.
Денис присвистнул.
— Неплохо придумано.
Компания переглянулась. Любопытство пересилило тревогу. Мы шагнули в торговый зал.
Глава 3. Энтропийное печенье
Торговый зал встретил их не привычным гулом касс и запахом выпечки, а абсолютной, почти звенящей тишиной. Полки ломились от товаров, но покупателей не было. Только мерцающие голограммы над каждым стеллажом демонстрировали странные названия: *«Квантовый йогурт с неопределённым вкусом»*, *«Тёмная материя в вакуумной упаковке»*, *«Чипсы с фрактальной структурой»*.
— И как это работает? — прошептал Денис, разглядывая полку с надписью *«Антивещество. Осторожно, вызывает аннигиляцию при контакте с плохим настроением»*.
Внезапно из-за стеллажа с «Энтропийным печеньем» выкатилась небольшая платформа на антигравитационной подушке. На ней восседал робот-консультант, похожий на гибрид чайника и осьминога.
— Добро пожаловать в гиперпространственный маркет! — пропищал он. — Ваш текущий баланс бозонов Хиггса: ноль. Желаете совершить транзакцию?
— А что можно купить на эти... бозоны? — Владимир с опаской покосился на полку с антивеществом.
— Всё, что угодно! — робот мигнул диодами. — Хотите переместиться в параллельную вселенную, где динозавры не вымерли? Это стоит 500 бозонов. Желаете отменить эффект энтропии в своей квартире на неделю? Всего 300. А вот этот «Квантовый йогурт» позволяет вам одновременно быть сытым и голодным, пока вы его не попробуете.
Денис уже тянулся к йогурту, но Владимир остановил его руку.
— Погоди. А как их заработать? Мы же только зашли.
Робот издал звук, похожий на смешок.
— О, это самое интересное! Бозоны начисляются не за покупку, а за **действие**. За каждую мысль, за каждый выбор. Вы уже заработали по 10 бозонов просто за то, что задали вопрос. Но если вы купите «Чипсы с фрактальной структурой», вы получите сотню бозонов, потому что их невозможно доесть до конца.
Компания переглянулась. Воздух в магазине, казалось, загустел от возможностей.
— А что будет, если баланс уйдёт в минус? — тихо спросил я.
Робот наклонился ближе, его голос стал ниже:
— Тогда вы станете частью фона. Просто ещё одним товаром на полке. Скидка 99.9%... навсегда.
В этот момент красная лампочка на пульте Владимира, которую они считали выключенной, снова начала медленно, угрожающе наливаться светом.
Глава 4. Резонанс измерений
Красная лампочка на пульте в кармане Владимира погасла, но в воздухе повисло напряжение, гораздо более густое, чем тишина в том странном магазине. Внезапно Денис сорвался на крик, его голос эхом отразился от невидимых стен:
— Верни нас назад! А то мы станем виртуальным товаром и никогда не вернёмся!
Девушки, до этого стоявшие в оцепенении, не выдержали. Они прижались друг к другу, и их плечи затряслись от беззвучных рыданий. В их глазах читался не просто страх, а ужас перед перспективой навечно застрять на полке между «Квантовым йогуртом» и «Антивеществом».
— Что же случилось? — прошептала одна из них, с надеждой глядя на меня.
Я похолодел. В суматохе, в этом безумном калейдоскопе сканеров и голограмм, мои пальцы дрогнули. Я проверил пульт. Ответ был очевиден и ужасен одновременно:
— В волнении я нажал не ту кнопку.
— Ну жми же быстрее! — крикнули девушки в унисон, их слёзы мгновенно высохли от вспыхнувшей надежды.
Я не стал медлить. Палец вдавил нужную комбинацию. Мир снова свернулся в тугую спираль, вывернув нас наизнанку и вернув обратно.
***
Мы стояли на той же самой тропинке. Вокруг сгущались сумерки, воздух пах прелой листвой и озоном — запахом настоящей, живой земли. Где-то вдалеке мерцали огни аэропорта, но они казались нереальными, словно картинка из старого фильма.
— Что это было? — выдохнул Денис, ощупывая себя, словно проверяя, не исчез ли он.
— Телепортация в другое измерение, — ответил я, и мой голос прозвучал глухо. — Тот супермаркет... он существует вне привычных нам законов физики. Это был перекрёсток миров.
Все затихли. Каждый думал о своём. О том, как близко они были к тому, чтобы стать просто строчкой кода в бесконечной базе данных. О том, как хрупка грань между реальностью и цифровой иллюзией.
Как же здорово здесь, на Земле. Просто дышать этим воздухом.
И я должен был узнать, куда ведёт эта тропа.
***
Глава 5. Темная материя
Я поправил ремень рюкзака и решительно пошёл по тропинке вперёд. Меня ждало нечто... Я чувствовал это каждой клеткой тела. Это был особенный день. День резонанса частот разных измерений. Такое случается очень редко.
И я должен был узнать, куда ведёт эта тропа.
Остальные остались позади, переваривая случившееся. Я же шагал вперёд, и мысли в голове роились, как потревоженный улей. Я поднял взгляд к небу. Там, среди сгущающихся сумерек, падала звезда. Яркая, быстрая.
*«Что за чудный вечер?»* — пронеслось в голове.
Давно замечено: загадав желание на падающую звезду, оно непременно сбудется. Статистики я не наблюдал, однако часто об этом слышал. Но что при этом происходит? Ничего необычного... Совершенно ясно: сознание изменяется, концентрируясь в точку, а мысль мгновенно выстреливает желание. Получается, изменённое сознание через неизвестную среду материализует желание в виде объекта. Чуден этот мир!
Дальше — больше... При сильном желании, даже не глядя на звёзды, проблемы решаются как бы сами собой. Простой пример из жизни: двое молодых людей сидят на лавочке в парке, и она говорит: *«Как хотелось бы квартиру в этом доме напротив на втором этаже»*. Так и случилось спустя год. Внутренний голос не часто, но подсказывает, что надо сделать в этот конкретный момент. Прислушиваюсь, решаю — и всё складывается замечательным образом. Таких примеров сотни.
И что на самом деле происходит вокруг нас? Ответ один...
Вокруг нас находится думающая, разумная среда, реализующая наши желания. Самое интересное заключается в следующем. Среда исполняет желание человека с чистыми помыслами, бесконечной верой и добротой.
И последнее... Какая разумная среда в реальности? Она похожа на голубое небо, переливающееся как вода в лучах солнца и обволакивающая всё живое и неживое. Бесконечная доброта, бесконечный ум и возможности завораживают, гипнотизируя сознание. Только на мгновение она показывает себя и исчезает...
Я видел это.
Внезапно мои размышления прервал голос Дениса. Он догнал меня и шёл рядом, пытаясь отдышаться.
— Эй, философ! Ты чего там бормочешь? Мы тут застряли посреди парка, а ты про звёзды и разумную среду?
Я остановился и посмотрел на него. В его глазах читался страх и непонимание.
— Денис... А ты никогда не задумывался, почему пульт сработал? Почему мы вообще живы после той истории с супермаркетом?
Я протянул руку и коснулся его плеча.
— Потому что эта среда... Она нас вытолкнула. Она не дала нам стать товаром. И сейчас она ведёт нас куда-то. Я чувствую это.
В этот момент тропинка сделала резкий поворот и вывела нас на небольшую поляну. В центре поляны стоял огромный валун, покрытый мхом. Но самое странное было не это. Воздух над поляной дрожал. Он переливался всеми цветами радуги, словно мы смотрели на мир через мыльную плёнку.
Это был он. Тот самый момент резонанса.
— Смотрите! — крикнула одна из девушек.
Мы обернулись. Из-за деревьев на поляну выходили они. Существа из света. Их фигуры были нечёткими, словно сотканными из того самого «голубого неба», о котором я только что думал.
Один из них сделал шаг вперёд. У него не было лица в привычном понимании, но мы все поняли: он смотрит именно на меня.
— Ты понял суть, — прошелестел голос прямо у меня в голове. — Ты назвал нас Среда. Мы — это Бозон Хиггса. Мы даём массу материи. Мы даём вес желаниям.
***
Глава 6. Звезда Давида
Существо протянуло светящуюся руку к моему карману где находился пульт.
Пульт вибрировал так сильно, что жёг ногу сквозь ткань.
— Теперь ты знаешь цену выбора. И ты готов к следующему шагу?
Я не успел ответить. Воздух вокруг нас задрожал, словно раскалённый асфальт в знойный день. Существа из света начали таять, растворяясь в воздухе. Лесная поляна, дрожащий воздух — всё это исчезло. Мы стояли под сводами огромного купола.
Опять эта троица собралась под сводами купола с матовым столом. В который раз ничего не получалось, и силы уходили прочь, как в туман. В центре стола стоял карандаш — остро отточенный, с чёрным грифелем.
Тихий голос, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно, сказал:
— Начнём концентрацию и поиск пропавших вне нашей воли. Смотрим на кончик карандаша, изменяем сознание и входим в бездну.
Я моргнул. Мы больше не были одни. Рядом с нами, но словно за невидимой стеной, сидели три фигуры. Они были неподвижны, их глаза были закрыты, а руки лежали на гладкой поверхности стола. Они были сфокусированы на том карандаше.
— Мы прибыли, пора начать, — продолжил голос. — Он ушёл, не спросив, считая всё наше потерянным временем и неверным путём. Зря он всё сотворил...
Денис дёрнул меня за рукав:
— Володь... Ты это слышишь? Или у меня глюки после того супермаркета?
— Слышу, — прошептал я. — Тише.
— Знания бесконечны, и его опыт — часть нашего, где без продолжения, как правило, тупик. Он стоит здесь, и я его вижу... Ему конец? Без сомнения — да. Но есть ещё сынок, которого трудно достать.
Одна из фигур за столом медленно подняла голову. Я похолодел: это был тот самый незнакомец со шрамом из аэропорта.
— Кто допустил ошибку? — прошелестел голос.
— Никто... — ответил другой голос, глубокий и властный. Тот самый, что мы слышали на экране. — Выход есть, правда трудный...
— Какой?
— Перебрать всех людей и найти Звезду Давида на левом локте.
Владимир вздрогнул и инстинктивно потёр свой локоть через куртку.
— Он опасен? Без сомнения да... Он изменит Мир и нас в том числе после часа, который настанет.
— Сколько времени у нас?
— Его больше нет...
Внезапно пространство изменилось. Стены купола пошли рябью. Троица за столом исчезла. Сомкнулись другие измерения, и лёгкая боль ударила в сердце.
Я стоял посреди своей кухни. В руке стакан с водой. За окном яркий свет бьёт в глаза, и луч солнца упал на локоть...
Что это? Звезда Давида на моём локте? Я должен... обязан... не смотря ни на что!!!
Руки протянуты вперёд, и между ладонями сгусток плазмы... Бросок в точку «N», связь прервана и троицы нет.
Не было ничего, и выдумка всё... а Звезда Давида на левом локте есть.
Глава 7. Школа Всевышнего
Странно всё это... Кто-то из нас избранный. И воля Всевышнего для нас закон.
Я проснулся. Сердце колотилось где-то в горле, а левая рука онемела. Звезда Давида на локте никуда не исчезла. Она была реальной, словно выжженная калёным железом.
В комнате царил полумрак. Денис спал на диване, укрывшись пледом. Владимир сидел в кресле у окна и смотрел на спящий город.
— Ты тоже не спишь? — тихо спросил я.
Он медленно повернул голову. В его глазах отражался свет далёких фонарей.
— Я не могу спать. Я всё думаю о том, что мы видели. О том куполе... О том, что они говорили про «сына». Это ведь про тебя, да?
Я кивнул.
— И про Звезду. Я видел её во сне так же чётко, как вижу тебя сейчас.
Денис встал и подошёл ко мне. Он взял меня за руку и внимательно осмотрел метку.
— Это не просто знак, — прошептал он. — Это... ключ. Или замок. Я не знаю.
Внезапно пульт, лежавший на столе, начал светиться мягким голубым светом. Он не вибрировал агрессивно, как раньше, а словно звал, приглашал прикоснуться.
Владимир взял его в руки. Экран на пульте ожил. На нём не было ни цифр, ни кнопок — только бесконечная чернота космоса, в которой медленно вращалась знакомая голубая планета.
И тут я услышал голос. Не ушами — он звучал прямо в моей голове. Но это был не тот холодный голос из купола. Этот был... мудрым. Спокойным.
*«На краю Вселенной, в измерении N12 подходило к концу совещание по теме: Построение виртуальных миров...»*
Я замер. Денис тоже слышал это. Его глаза расширились от удивления.
*«...жизненный цикл объектов, период развития двуногих тел».*
Голос продолжал рассказывать о Тахионе Х, о виртуальной сетке, о судьбе и свободе выбора. О том, что Земля — это объект в потенциальной яме XR-7B.
*«Человек для нас — сосуд для накопления эмоций... Происходит круговорот знаний...»*
Когда голос замолчал, в комнате повисла звенящая тишина.
— Так это всё... правда? — выдохнул Денис, который уже проснулся и сидел на диване, обхватив голову руками. — Мы просто... программы? Сгустки энергии в чьём-то эксперименте?
Владимир сжал кулаки.
— Нет. Слушайте внимательно. Он сказал: «Пусть они думают, что свободны в выборе». Значит... мы свободны. Сетка лишь задаёт условия, но мы решаем, как двигаться.
Пульт в его руке вспыхнул ярче, и на экране высветилась надпись:
**«ШКОЛА ВСЕВЫШНЕГО»**.
— Похоже, — сказал Владимир, глядя на нас с решимостью, — нас только что зачислили на первый курс. И нам предстоит узнать правила этой игры, чтобы её изменить.
***
Глава 8. Учитель.
Пульт в руке Владимира вспыхнул ярче, и на экране высветилась надпись: **«ШКОЛА ВСЕВЫШНЕГО»**.
— Похоже, — сказал Владимир, глядя на нас с решимостью, — нас только что зачислили на первый курс. И нам предстоит узнать правила этой игры, чтобы её изменить.
В ту же секунду мир вокруг нас растворился. Мы снова оказались в том самом куполе с матовым столом. Но теперь он не был пуст. В центре, там, где раньше лежал карандаш, теперь парил сгусток света, похожий на миниатюрную туманность.
А перед нами стоял Учитель. Он не имел чётких черт лица, его фигура словно состояла из переплетения световых нитей.
— Добро пожаловать на первую лекцию, — голос Учителя звучал не в ушах, а прямо в сознании, спокойный и уверенный. — Эти граждане, учёные, совсем выжили из ума в достижении научного прогресса...
Он сделал паузу, и мы почувствовали, как его мысль проникает в наши головы, становясь нашей собственной.
— С древних времён они считают, что всё можно измерить, взвесить, увидеть. Для этого надо обосновать теорию, а затем сделать инструмент для достижения цели. Так было с колесом, самолётом, ракетой... Узость мысли поражает. Согласитесь, что мир гораздо сложнее, чем мы думаем.
Учитель взмахнул рукой, и стены купола исчезли. Мы оказались висящими в абсолютной черноте космоса. Вокруг нас плыли звёзды и галактики.
— На каком-то этапе этот подход был верным. Но дальнейшее развитие требует новых подходов. Вам не кажется странным, что атомы, электроны и другие частицы имеют всегда одни параметры? Они упакованы так, что без постороннего разума никак они летать не могут. Галактики разбегаются, а все эти частицы стабильны и крутятся себе с завидным постоянством.
Внезапно космос вокруг нас начал меняться. Звёзды потускнели, а пространство между ними наполнилось движением. Это было похоже на ртуть в лучах солнца — серебристая, живая субстанция текла между галактиками, обволакивая их.
— На днях показали американскую лабораторию под землёй... — продолжил Учитель. — Теоретически доказали существование тёмной материи, а намёков, как её увидеть, нет и не слышно. Пять лет и сотни миллионов долларов впустую.
Субстанция вокруг нас начала пульсировать, завораживая взгляд.
— Никак не могут понять, что мы и пространство вокруг нас и есть та самая тёмная материя. Обнаружить её «кувалдочкой» никак не найти. Если предположить, что она НЕЧТО и представляет собой вид живой материи... то ларчик открывается просто.
Учитель повернулся к нам. Его «лицо» было спокойным.
— Научитесь переводить сознание человека в режим, когда мозг её видит — и всё станет на свои места. Однажды мне это удалось помимо моей воли.
Пульсация усилилась. Субстанция потекла к нам, обволакивая наши тела. Я почувствовал лёгкое покалывание по всей коже.
— Эта материя представляет собой субстанцию, постоянно находящуюся в движении... Она обволакивает всё и вся. Без неё невозможна не только жизнь всего сущего, но и существование неорганических объектов.
Я посмотрел на свою руку. Кожа стала прозрачной. Я видел свои кости, вены... а вокруг них текла эта серебристая река. Она пульсировала в такт моему сердцу.
— Пульсируя, она постоянно движется, завораживая сознание... — голос Учителя стал тише, превращаясь в шёпот самой Вселенной. — Вы все есть часть меня...
И в этот момент я понял. Мы не наблюдатели. Мы — часть этого потока.
Серебристая субстанция, эта живая темная материя, обволокла нас полностью. Она проникала сквозь кожу, смешивалась с кровью, становилась нами. Голос Учителя затих, растворившись в гуле Вселенной.
А затем... наступила тишина. И темнота.
***
Глава 9. Поющий ангел
В сознании стали возникать образы и слова. Чудо свершившемся много лет назад, и не в этом мире, а в другом. Тот мир особый, не простой... Главным его достоинством является порождение нечто и запись координат планеты Земля в объект.
Однажды Учитель крикнул:
— Друзья! Мы породили нечто! Давайте вместе дадим ему имя!
Рядом проплывала Она, улыбаясь и бросая кленовые листья с запахом дождя к ногам Бога!
— Имя ему — «Поющий ангел», — сказала она.
— Пусть будет так, и право выбора за нашим счастьем.
— Хочу вон в ту машинку, где мелкий мальчик там сидит, и быть его душою, — пропел вдруг наш герой.
— Кто здесь возражает! — сказал Господь, и душу мгновенно заселяя!
***
Я открыл глаза. Это было не пробуждение — это было **возвращение**.
Я лежал на чем-то мягком. Пахло сеном и парным молоком. Вокруг был полумрак. Сквозь щели в деревянных стенах пробивались косые лучи солнца, в которых плясали пылинки.
Какая длинная дорога? — подумал я. А вдоль нее мелькают домики, покрытые соломой.
Я попытался сесть. Тело было маленьким, легким. Детским.
Я думаю... а вчера все видел, молчал. Сегодня грустно мне... Вон там печаль. Ему сегодня за 100 лет, а завтра мне.
Я в этот мир опять пришел... и грустно стало мне. Я знаю, буду кем...
В избу вошла женщина. Она вытирала руки о передник и улыбалась мне так тепло, что защемило сердце.
— Проснулся, Володенька? — спросила она голосом моей мамы из той, другой жизни. — А я тебе молочка парного принесла.
Я смотрел на неё и понимал страшную истину. Я не просто вспомнил прошлую жизнь. Я **стал** тем мальчиком из песни. Я был тем самым «Поющим ангелом», который выбрал эту судьбу давным-давно на небесном совете.
Я знаю, буду кем, когда тону и имя кому я предложу идти к венцу на лавочке Протвинской!
Все так и случилось.
Я посмотрел на свои детские руки. Я знал, что теперь всё, к чему я прикоснусь, будет гореть в моих руках результатом дела: богатый дом, ребятки и поцелуй красотки Веры...
Одно лишь огорчает: моя красотка — теряет буквы, и со временем слова, тихонько подпевая...
Вера. Моя Вера из будущего. Она старела там, в том мире, пока я был здесь.
Я должен вернуться. Я должен успеть.
Серебристый туман начал рассеиваться.
Мы снова стояли на поляне в лесу. Купол исчез. Но мы изменились.
Владимир (или тот, кто был теперь на его месте) посмотрел на Дениса и девушек совершенно другими глазами. В них была мудрость веков и боль потери.
— Нам нужно торопиться, — сказал он глухо. — Время здесь течет иначе. Пока мы учились у Учителя... там могли пройти годы.
Он достал пульт. Тот больше не вибрировал угрожающе. Он тихо гудел, словно отзываясь на зов души.
10. Протвинская лавочка
— Я знаю, куда нам нужно идти, — твёрдо сказал Владимир. — На лавочку Протвинскую. К Вере.
Он достал пульт. Тот больше не вибрировал угрожающе. Он тихо гудел, словно отзываясь на зов души.
Внезапно воздух вокруг нас задрожал. Это не было похоже на перемещение через пульт. Это было... рождение. Пространство перед нами раскрылось, как бутон гигантского цветка, и мы увидели не лесную поляну, а бескрайнее межзвёздное пространство.
Здесь не было ни верха, ни низа. Мы парили в абсолютной тьме, пронизанной светом далёких галактик.
— Что это? — прошептала одна из девушек, вцепившись в руку Дениса.
— Смотри, — тихо сказал я.
Из-за туманности выплыли две фигуры. Они были сотканы из чистого света, но разной природы. Один — яркий, острый, как вспышка молнии. Другая — мягкая, переливающаяся всеми цветами радуги.
— Что делаешь, сестричка? — спросил Тэт-нуль-мезон, обращаясь к Эта-минус-гиперон. Его голос звучал как хрустальный звон.
— Да так... скучаю, глядя на межзвёздное пространство.
— А ты займись делом и нарисуй новую картину мира, где всё яркое, светлое на миллиарды световых лет.
— Мне для этого нужно пустое пространство, — сказала Эта.
— Получай! — крикнул Тэт и нырнул в другое измерение, где не проявлялся высший разум.
Мы смотрели на это, затаив дыхание. Они общались так, будто нас не существовало. Для них мы были пылинками в огромном зале.
— Хорошо, когда друг рядом, — подумала наша Эта и осмотрела звёздные миры. — Увеличим приближение, включим фильтрацию душ... И что в итоге имеем? Ах, это чудо!
Она взмахнула рукой, и мы увидели Землю. Она была маленькой голубой точкой. Но вокруг неё... вокруг неё роились крошечные искорки света.
— То тут, то там ярко светились развитые души... Их немного, но для дела в самый раз.
Заработала наша Эта. Она не касалась ничего руками. Она просто *мыслила*. Мы видели, как она «выхватывала» самые яркие души с Земли нуль-кистью и бросала их на холст пустого пространства.
Картина получалась безумно красивой. Интеллект и разум так и светились с каждой точки пространства.
И тут меня осенило. Я вспомнил всех гениев, о которых читал в книгах. Моцарт, Пушкин, Есенин... Они все ушли молодыми.
— А что в это время творилось на объектах типа Земля? — спросил Тэт, возвращаясь из своего измерения. — Там умирали самые умные, гениальные люди. Причём смерть их наступала в любом возрасте.
— Другое дело, Эта! — восхитился Тэт. — Такую красоту создала, что даже антигелий не потребовался. Только одного не пойму я: а где остальные души для полутеней и чёрного цвета в картине-пространстве?
Рассмеялась Эта на миллиарды световых лет...
— Какой ты наивный, Тэт! Кому они нужны? Пусть живут до преклонной старости и падают вон в те воронки, из которых потом я делаю материал при создании каменных планет. Не было их и не будет! А чёрного цвета хватает в этом безмолвном мире.
Тэт замер. Владимир побледнел.
— То есть... — прошептал он, — они просто забирают лучших? Для своей... картины?
— Моё полотно — лучшее из лучших, — продолжила Эта, не слыша нас. — Души здесь воплотятся в новом качестве, найдут обязательно свои половинки там, где нет горя, а есть вселенское счастье.
Улыбнулся Тэт и молвил:
— Ты, Эта, как вижу, большая искусница. И я обязательно скажу Создателю о твоих незаурядных талантах. Пусть подберёт тебе любимого и отправит в 12-е измерение...
Свет начал меркнуть. Фигуры Тэта и Эты растворились в темноте.
Мы снова стояли на лесной поляне. Но теперь тишина казалась оглушительной.
Денис сплюнул на землю.
— Значит, мы для них просто... краски? Художники хреновы! Забирают таланты, а нам оставляют серость?
Владимир сжал кулаки так, что костяшки побелели. В его глазах горел огонь.
Глава 11. Ловчая сеть
— Нет. Мы не краски. Мы те, кто может сломать эту кисть. Пульт у меня. И я знаю, как работает их «сетка». Мы идём к Вере не просто так. Мы идём за ответами.
Владимир решительно нажал кнопку на пульте. Воздух сгустился, готовясь открыть портал на Протвинскую лавочку. Но в этот момент экран пульта мигнул и погас. Устройство издало тихий, жалобный писк, словно батарейка села в самый неподходящий момент.
— Что за... — начал Денис, но Владимир оборвал его жестом.
— Тсс... Слышите? Это не пульт. Это... там.
Он указал на окно квартиры, где остался я в физическом теле— тот, кто должен был прикрывать тылы и следить за пультом, пока остальные были в «школе».
***
**Пора отдохнуть от событий и заняться написанием диплома.**На улице очень темно, только окна напротив горят да тени жильцов мелькают на кухнях. Строки диплома легко ложатся на бумагу. Практически всё готово. Осталось всё просмотреть и оценить степень превосходности работы. Душа радуется... труд затрачен недаром. Получилось красиво и изящно. Невероятно, неужели всё это сделано мною.
В комнате тишина, и я один, изредка бросаю взгляд в окно. Ничего примечательного, только появилось беспокойство... кто-то стоит за спиной. Нет ничего... Работаем дальше... опять кто-то сверлит взглядом.
Странно, что происходит? Ощущение присутствия «нечто», но рядом никого нет. Встал, осмотрел все углы и поднял голову к потолку...
О, Господи, этого не может быть, я растворяюсь в пространстве.
Процесс идёт медленно с присутствием собственного «Я», и дальше больше — навстречу плывёт сеть молочного цвета, слегка подрагивающая и пульсирующая. Ещё мгновение, и она накроет меня, а дальше сознание знает... Душу втянет в воронку, откуда возврата нет. Это конец... они заберут меня.
Зачем? Собрав последние силы, крикнул:
— Мне рано к вам! Я в жизни главное не сделал...
Мгновенно — всё исчезло. Не было ничего.
Мысль лихорадочно билась и вспоминала слова молитвы... спаси и сохрани. С годами понял: в мире может быть всё, и для спасения необходима сила веры. Недаром в молитве сказано: *«Яко Той избавит тя от сети ловчи...»* (90-й Псалом). Видимо, наши предки знали о возможности подобных событий и оставили нам слова защиты.
***
Экран пульта в руках Владимира снова загорелся ровным светом.
— Они пытались поймать меня в этом мире... — прошептал голос из динамика.
Владимир переглянулся с Денисом.
— Кто? Охотники?
— Нет... — ответил мой голос дрожащий от пережитого ужаса. — Те, кто рисует картину. Эта... Она пыталась забрать меня как «сырой материал». Я видел сеть. Я видел, как растворяюсь.
