Вы читаете книгу «Сказки старого дуба, или Память о доброй принцессе Рамонской» онлайн

Персонажи

Принцесса Евгения Максимилиановна Ольденбургская (Эжени) — добрая, деятельная, любит природу и людей.

Принц Александр Ольденбургский — мудрый, поддерживающий супругу.

Местные жители Рамони — крестьяне, рабочие фабрики, дети — как коллективный персонаж, благодарный за заботу принцессы.

Животные имения (корова породы Ольденбургской, дворцовый кот, лебеди в пруду) — как рассказчики и свидетели событий.

Глава 1.Приезд принцессы

Раннее утро окрасило небо в нежные персиковые тона, когда поезд медленно подошёл к станции Рамонь. Принцесса Эжени прижалась лбом к холодному стеклу, вглядываясь в незнакомые пейзажи. За окном проплывали густые сосновые леса, серебристая лента реки Воронеж блестела на солнце, а на холме виднелся силуэт старого дома с покосившимися ставнями.

— Александр, посмотри! — она обернулась к мужу. — Здесь так тихо и красиво. Но всё такое неустроенное.

Принц улыбнулся, поправив её выбившуюся прядь:— Именно поэтому мы здесь, Эжени. Чтобы сделать это место счастливым.

На перроне их уже ждали. Крестьяне в домотканых рубахах держали вышитые полотенца с караваями, дети робко выглядывали изза спин взрослых. Когда принцесса вышла из вагона, маленькая девочка в синем сарафане протянула ей букет полевых ромашек. Эжени присела на корточки, взяла цветы и шепнула:

— Спасибо, милая. Обещаю, у нас будет самый красивый сад, где таких ромашек будет тысячи.

Старик с седой бородой, видимо, староста деревни, выступил вперёд:— Добро пожаловать в Рамонь, ваше высочество. Пусть ваш дом будет крепок, а сердце — спокойно.

Эжени улыбнулась ему так тепло, что старик смущённо потупился, а дети за его спиной захихикали.

Дорога к усадьбе шла через деревню. Эжени с интересом разглядывала домики с резными наличниками, женщин у колодцев, играющих детей. Возле одного двора стояла женщина с ведром и смотрела на них с тревогой.

— Мама, смотри — принцесса! — закричал мальчуган лет пяти, указывая на Эжени.

Женщина покраснела и поклонилась, но принцесса остановила коляску и подошла к ней:

— Как тебя зовут, малыш?— Ваня, — шёпотом ответил мальчик, прячась за мамину юбку.— А это твоя мама? — Эжени присела на корточки. — Как чудесно, что вы вышли нас встречать. Может быть, Ваня, ты покажешь мне лучшие места в Рамони?

Мальчик вытаращил глаза, а его мама всплеснула руками:— Ваше высочество, он же ребёнок, что он может

— Зато он знает самые вкусные ягоды и самые красивые цветы, — подмигнула Эжени. — Договорились, Ваня?

Мальчик кивнул, краснея от гордости.

Усадьба встретила их тишиной и запустением. Старый дом с облезлой краской, заросший парк, разбитые дорожки. Эжени медленно обошла двор, коснулась рукой шершавого ствола старой яблони.

— Здесь будет красиво, — тихо сказала она. — Обязательно будет.

В доме пахло пылью и старыми вещами. Слуги, приехавшие заранее, пытались навести порядок, но работы было непомерно много. Эжени поднялась на второй этаж, открыла окно в одной из комнат. Отсюда открывался вид на реку и леса до самого горизонта.

— Александр, — позвала она мужа. — Смотри, какой вид! Отсюда будет видна вся Рамонь.

Принц встал рядом, обнял её за плечи:— Ты уже придумала, что здесь будет?

— Конечно, — глаза Эжени загорелись. — Вот здесь — моя мастерская, где я буду рисовать планы сада. Рядом — комната для детских занятий. А вон там, у окна, поставим большой стол для чаепитий. Представляешь, как здорово будет пить чай и смотреть на закат над лесом?

Вечером, когда первые звёзды зажглись на небе, во дворе разожгли костёр. Эжени настояла, чтобы крестьяне пришли к нему — не как слуги к господам, а как соседи.

— Расскажите мне о Рамони, — просила она, грея руки у огня. — Что здесь любят, чего не хватает, о чём мечтают?

Старик-староста, которого звали дед Матвей, прокашлялся:— Да чего уж Мечтали мы, чтоб кто-то обратил на нас внимание. А то живём тут, как в забытом углу. Школа у нас одна на три деревни, больница — в соседнем уезде, а фабрика закрылась ещё до моего рождения.

— Значит, будем всё это строить, — решительно сказала Эжени. — Сначала школу, потом больницу, а потом и фабрику новую откроем. Хотите?

Крестьяне переглянулись. Ваня, который стоял рядом с мамой, громко выкрикнул:— Хочу!

Все засмеялись, и напряжение, висевшее в воздухе, рассеялось.

— А что делать будем на фабрике? — спросил кто-то из мужчин.

— Конфеты! — неожиданно для самой себя выпалила Эжени. — Будем делать самые вкусные конфеты во всей России. И называть их будем «Рамоньские сладости». Согласны?

— Согласны! — подхватили голоса.

Дед Матвей покачал головой:— Ну и дела Принцесса, а вы с характером!

— Просто я верю, что счастье начинается с маленьких радостей, — улыбнулась Эжени. — А что может быть радостнее, чем вкусная конфета?

Кот, неизвестно откуда взявшийся, тёрся о её ноги. Эжени наклонилась и погладила его:— И ты будешь жить здесь, да? Будешь следить, чтобы всё было в порядке?

Кот мурлыкнул в ответ, будто согласился.

Позже, когда все разошлись, а Александр ушёл проверять хозяйственные постройки, Эжени осталась одна у догорающего костра. Она смотрела на искры, улетающие в ночное небо, и представляла, как изменится это место.

«Здесь будут цветы, — думала она. — Много цветов — пионы, розы, лилии. Дети будут учиться в светлой школе, рабочие — получать хорошую плату на фабрике, а по вечерам люди будут гулять в парке и радоваться жизни».

Она обернулась на дом. В окнах уже горели свечи, слуги заканчивали уборку. Где-то в саду пели соловьи, а река тихо шумела за деревьями.

— Мы сделаем это, — прошептала Эжени. — Мы обязательно сделаем Рамонь счастливой.

Вернувшись в дом, она поднялась в свою комнату и подошла к окну. Луна освещала парк, и в её свете очертания старых деревьев казались волшебными. Эжени взяла бумагу и карандаш и начала рисовать — сначала контуры будущего сада, потом аллеи, пруд, беседку

Александр тихо вошёл в комнату и остановился за её спиной:— Что это?

— План, — улыбнулась она. — План того, как мы изменим это место. Смотри — здесь будет розарий, тут — детская площадка, а вдоль реки проложим прогулочную дорожку.

Он внимательно рассматривал набросок:— Ты действительно веришь, что это получится?

— Конечно. Ведь у нас есть самое главное — желание сделать людей счастливее. А остальное приложится.

Она зевнула, внезапно почувствовав, как устала за этот длинный день. Александр накрыл её плечи шалью:— Пора спать. Завтра будет новый день и новые дела.

— Да, — согласилась Эжени. — Завтра мы начнём преображать Рамонь.

Она задула свечу, и комната погрузилась в темноту. Только лунный свет проникал сквозь окно, освещая набросок на столе — первые очертания волшебного сада, который должен был появиться здесь совсем скоро.

За окном, в парке, старый дуб шелестел листьями, будто шептал: «Добро пожаловать домой, принцесса. Мы ждали тебя».

Глава 2.Первое строительство

Утро в Рамони началось с птичьего гомона и звонкого стука молотков. Эжени проснулась от непривычных звуков и улыбнулась: работы по обустройству усадьбы наконец начались. Она подошла к окну и увидела, как рабочие расчищают двор, таскают доски, а садовник уже размечает колышками будущие клумбы.

— Александр, посмотри! — она позвала мужа. — Всё оживает!

Принц подошёл, обнял её за плечи:— Да, теперь это место действительно начинает дышать. Но нам нужно решить главный вопрос — как будет выглядеть наш новый дом.

Эжени кивнула и взяла со стола папку с эскизами:— Я пригласила архитектора из Петербурга. Он должен приехать сегодня. У меня есть несколько идей

Она развернула листы. На одном был изображён дворец в стиле барокко — пышный, с колоннами и лепниной. На другом — строгий замок с башнями. Но третий рисунок отличался от остальных: уютный дом в староанглийском стиле, с башенкой, большими окнами и увитой плющом террасой.

— Вот этот, — указала Эжени. — Он такой домашний. Как будто создан для того, чтобы в нём жили счастливо.

Александр внимательно рассмотрел эскиз:— Мне нравится. Он не кричит о богатстве, но выглядит благородно. И хорошо впишется в пейзаж.

В полдень прибыл архитектор — высокий господин в чёрном сюртуке и пенсне. Он разложил свои чертежи на столе в гостиной, где теперь кипела жизнь: слуги протирали пыль, маляры белили стены, а Ваня с другими детьми таскали вёдра с водой.

— Ваше высочество, — начал архитектор, — я подготовил несколько вариантов. Вот классический стиль

— Простите, — перебила его Эжени, — но я уже выбрала. Посмотрите, пожалуйста, на мой эскиз.

Господин в пенсне надел очки, всмотрелся в рисунок и неожиданно улыбнулся:— О, превосходный выбор! Этот стиль очень гармоничен. Он сочетает уют и благородство. Я с радостью возьмусь за работу.

Они склонились над чертежами, обсуждая детали. Эжени настаивала на больших окнах, чтобы в комнаты проникало больше света, и на террасе, где можно пить чай с видом на парк. Александр добавил идею башни с часами — чтобы время в Рамони шло по особому ритму.

День закладки первого камня

Для торжественной церемонии выбрали солнечный день в начале лета. На площадку перед будущим дворцом собрались все жители Рамони. Дед Матвей держал в руках старинную шкатулку с монетами разных лет.

— Это на счастье, — сказал он. — Монетки от наших дедов, они принесут дому удачу.

Эжени взяла серебряный рубль и положила его в углубление в фундаменте. За ней последовали Александр, архитектор и по одному представителю от каждой семьи деревни. Ваня, самый младший, положил новенькую медную копеечку и покраснел от гордости.

— Пусть этот дом будет местом добра и радости, — произнесла Эжени. — Пусть в нём всегда звучит детский смех, а за окнами цветут сады.

Кот Василий, который считал себя главным наблюдателем всех событий, сидел на штабеле кирпичей и критически осматривал происходящее:

— Опять эти люди чтото строят, — фыркнул он. — Сначала дом, теперь дворец Беспокойное племя!

Два лебедя, проплывавшие мимо пруда, подняли головы:— Зато какой красавец будет! — проворковал один. — Белокаменный, с башней, как в сказках!— И садом, — добавила вторая лебедь. — Принцесса вчера шептала садовнику про розы и лилииВасилий вздохнул:— Ладно, лишь бы мыши не разбежались от шума. А то останусь без ужина.

Строительство идёт полным ходом

Дни летели за днями. Эжени каждое утро начинала с обхода стройки. Она знала по именам всех каменщиков, интересовалась, удобно ли устроены рабочие места, приносила им лимонад в жаркие дни.

— Мария, — обратилась она к жене плотника, — ваши пироги просто чудо! Передайте мужу, что я очень ценю его работу. Видите, как ровно он кладёт кирпичи?

Женщина покраснела от гордости:— Он у меня мастер на все руки!

Ваня и другие дети с восторгом наблюдали за работой. Иногда им разрешали подать какойнибудь инструмент или отнести записку от архитектора.

— Я буду каменщиком, как дядя Иван! — заявил Ваня однажды за ужином в доме родителей.— Или архитектором, — улыбнулась его мама. — Раз уж ты так внимательно всё изучаешь.

Первые комнаты

К осени начали отделывать внутренние помещения. Эжени лично выбирала цвета для стен, ткани для штор, мебель. В своём будуаре она захотела светлоголубые обои с мелким цветочным узором и кровать с резным изголовьем.

— Здесь будет моя мастерская, — показывала она Александру комнату с окнами на восток. — Утром солнце будет светить прямо на стол, и я смогу рисовать планы сада.

Кабинет принца оформили в более строгом стиле — тёмное дерево, кожаные кресла, большой письменный стол у окна. Но Эжени добавила туда несколько ярких деталей: вазу с полевыми цветами и картину с видом на реку.

— Так он не будет выглядеть слишком сурово, — объяснила она.

Самым важным помещением стала детская комната — пока пустая, но уже полная надежд. Эжени развесила на стенах акварели с изображениями животных и птиц, поставила маленький столик и стульчики.

— Когданибудь здесь будут заниматься дети, — сказала она, погладив гладкую поверхность стола. — Рисовать, читать, мечтать

Башня с часами

Кульминацией строительства стала установка часов на башне. Огромный механизм привезли из Швейцарии, и целый месяц мастер собирал его, проверяя каждую деталь.

В день запуска Эжени, Александр и все жители Рамони собрались во дворе. Мастер дал сигнал, и стрелки часов сдвинулись с места. Затем раздался первый удар колокола — глубокий, торжественный звук разнёсся над деревней и рекой, над лесами и полями.

— Время пошло, — прошептала Эжени.

— Новое время для Рамони, — добавил Александр.

Дед Матвей снял шапку:— Слышите, ребята? Это время счастья. Пусть так и будет.

Ваня подбежал к Эжени:— Принцесса, а можно я поднимусь на башню? Хоть разок?— Конечно, — улыбнулась она. — Когда всё будет готово, я сама тебя туда отведу. Покажешь, как далеко видно с высоты.

Вечером, когда все разошлись, Эжени и Александр поднялись на недостроенную террасу. Солнце садилось, окрашивая облака в розовые и золотые тона. Новый дворец, ещё не до конца отделанный, уже выглядел величественно и уютно одновременно.

— Он живой, — сказала Эжени, положив голову на плечо мужа. — Чувствуешь? В нём уже есть душа.— Потому что ты вложила в него свою, — ответил Александр. — Спасибо, что привела нас сюда.

Гдето в саду запел соловей, а с реки донёсся крик ночной птицы. Старый дуб, видевший ещё первые камни фундамента, шелестел листьями, будто шептал: «Добро пожаловать домой. Теперь всё будет хорошо».

Глава 3.Фабрика

Весна в Рамони выдалась дружной: снег быстро растаял, реки разлились, а солнце пригревало всё сильнее. Эжени стояла у окна своего будуара и смотрела на парк — там уже пробивались первые тюльпаны, а в воздухе парил аромат цветущей черёмухи.

— Александр, — позвала она мужа, — помнишь, я говорила, что хочу открыть фабрику?

Принц подошёл к окну:— Конечно, помню. Конфеты, да?— Да! — Эжени повернулась к нему с сияющими глазами. — Представь: дети будут получать сладости, рабочие — хорошую зарплату, а Рамонь станет известна на всю Россию своими конфетами!

— Звучит заманчиво, — улыбнулся Александр. — Но с чего начнём?

— С мёда! — воскликнула принцесса. — Вчера дед Матвей принёс баночку местного мёда — он такой ароматный, цветочный Из него получатся чудесные карамельки.

Выбор места и начало строительства

Место для фабрики выбрали у реки — чтобы вода была рядом, а ещё чтобы здание стояло на виду, как символ новой жизни Рамони. В тот день, когда заложили фундамент, во дворе усадьбы устроили праздник: играли гармонь, дети водили хороводы, а Эжени разрезала красную ленту ножницами, которые потом бережно сохранили как реликвию.

Кот Василий, главный критик всех начинаний, восседал на штабеле досок и ворчал:— Опять эти люди чтото строят Сначала дворец, теперь фабрика. Скоро тут будет не пройти от кирпичей!— Зато какие конфеты будут! — возразил ему скворец, прилетевший на соседнюю ветку. — Принцесса сказала, что будет делать шоколад и мармелад!Василий фыркнул:— Мармелад Звучит подозрительно. Я предпочитаю мышей.

Приезд мастеров

Из Швейцарии пригласили мастера по шоколаду — господина Мюллера, седого и важного, с золотыми очками на шнурке. Из Москвы приехали кондитеры, которые умели делать пастилу и зефир. Эжени лично встречала каждого:— Добро пожаловать в Рамонь! — говорила она. — Здесь вы не просто работники — вы волшебники, которые будут дарить радость детям.

Господин Мюллер, сначала смотревший на деревенскую местность с недоверием, вскоре проникся энтузиазмом принцессы:— У вас особый дар, ваше высочество, — заметил он както за чашкой чая. — Вы видите не просто фабрику, а сказку.— Так и есть, — улыбнулась Эжени. — Пусть наши конфеты будут кусочками сказки для каждого ребёнка.

Первый выпуск конфет

День первого выпуска запомнился всем. В цехе пахло шоколадом, ванилью и сахарной пудрой. Рабочие в белых колпаках стояли у столов, мастера проверяли температуру массы, а Эжени, тоже в фартуке, внимательно следила за процессом.

— Начинаем! — скомандовал господин Мюллер.

Первые конфеты — круглые шоколадные шарики с орехом внутри — покатились по ленте конвейера. Эжени взяла одну, осторожно надкусила:— Прекрасно! Именно так, как я мечтала.

Она подошла к окну, за которым уже толпились дети из деревни. Ваня, сын мельника, стоял впереди всех, его глаза горели от любопытства.— Ребята, — громко сказала Эжени, — сегодня у нас праздник! Это первые конфеты фабрики Рамони. И я хочу, чтобы вы стали первыми, кто их попробует.

Дети замерли на мгновение, а потом раздался восторженный крик. Каждому дали по две конфеты: шоколадную и карамельку с мёдом.— Это как в сказке! — прошептал Ваня, разглядывая блестящий фантик.— Так и есть, — подмигнула ему принцесса. — Это и есть наша сказка, которую мы создаём вместе.

Фантики с рисунками

Идея пришла неожиданно. Эжени сидела в саду, рисовала эскизы новых конфет, когда к ней подбежала Машенька, дочка учительницы:— Ваше высочество, а можно я нарисую картинку для конфет? У меня хорошо получается!

Принцесса задумалась, а потом хлопнула в ладоши:— А давайте устроим конкурс! Пусть все дети нарисуют, что им нравится в Рамони, а лучшие рисунки станут фантиками!

Новость разлетелась мгновенно. В школе отменили уроки на полдня — все рисовали: кто — дворец, кто — лебедей на пруду, кто — яблоневый сад. Эжени с мастерами отбирали лучшие работы, а потом отдали их в типографию.

Через неделю первые партии конфет вышли с детскими рисунками. На одних фантиках был изображён дворец с башней, на других — река Воронеж, на третьих — улыбающаяся принцесса с корзиной цветов.— Теперь каждый, кто купит наши конфеты, будет видеть красоту Рамони, — сказала Эжени на торжественном открытии линии. — Это наш подарок миру.

Праздник открытия фабрики

В день официального открытия во дворе фабрики поставили столы с угощениями. Играл оркестр из Воронежа, дети танцевали, а взрослые с гордостью смотрели на новое здание с большими окнами и вывеской «Паровая фабрика конфет и шоколада принцессы Эжени Ольденбургской».

Дед Матвей, выступая с речью, вытер слезу:— Не верили мы, что доживём до такого. А теперь глядите — у нас своя фабрика, школа, больница Принцесса, вы нас словно разбудили ото сна.

Эжени поднялась на импровизированную трибуну:— Дорогие друзья, — сказала она, и все затихли. — Это не только моя фабрика — это наша общая победа. Каждый из вас вложил в неё частичку души: кто строил стены, кто растил сахарную свёклу, кто придумывал рецепты. Пусть эти конфеты будут символом нашей дружбы и любви к Рамони!

В конце праздника устроили фейерверк — разноцветные искры взмывали в небо, отражаясь в окнах дворца и глади реки. Ваня подбежал к Эжени:— Ваше высочество, можно я когда вырасту, буду тут работать? Кондитером!— Конечно, Ваня, — улыбнулась принцесса. — У нас будет много новых сортов конфет, и ты поможешь их придумать.

Повседневная жизнь фабрики

Дни на фабрике шли своим чередом. Утром мастера проверяли сырьё — мёд, орехи, какао из далёких стран. Рабочие аккуратно заворачивали конфеты в яркие фантики, а господин Мюллер следил, чтобы шоколад имел идеальную текстуру.

Эжени приходила каждый день — то попробовать новый сорт, то поговорить с рабочими, то проверить, все ли довольны условиями. Она ввела правило: каждый работник раз в неделю получает коробку конфет для своей семьи.

— Это не просто сладости, — объясняла она Александру. — Это благодарность за труд. Когда человек знает, что его ценят, он творит чудеса.

Однажды к ней подошла жена пекаря:— Ваше высочество, мой Ваня теперь каждый вечер рассказывает, что видел на фабрике. Говорит, вырастет — будет делать конфеты с вишней. Вы дали ему мечту!— И это самое главное, — кивнула Эжени. — Мечту и возможность её осуществить.

Вечерние размышления

Вечером, когда фабрика затихала, а в окнах дворца зажигались огни, Эжени выходила на террасу. Вдалеке виднелось освещённое здание фабрики, из труб шёл лёгкий дымок.

Александр подошёл и обнял её за плечи:— Ты счастлива?— Безумно, — она прижалась к нему. — Смотри, там, у ворот, Ваня с друзьями. Они каждый вечер приходят посмотреть на фабрику. Для них это как замок волшебника.— А ты — добрая фея этого замка, — улыбнулся принц.

Гдето в парке запел соловей, а с реки донёсся крик ночной птицы. Эжени глубоко вдохнула ароматный воздух:— Знаешь, — сказала она тихо, — я всегда мечтала делать мир добрее. И кажется, здесь, в Рамони, у нас получается.

Старый дуб, стоявший неподалёку, шелестел листьями, будто шептал: «Да, принцесса. Ты принесла сюда волшебство. И оно останется надолго».

Глава 4.Школа

Утро в Рамони начиналось теперь поновому. Вместо тишины и полусонной размеренности деревня наполнилась звуками стройки, детскими голосами и запахом свежей выпечки из новой пекарни. Эжени, как обычно, проснулась на рассвете и сразу подошла к окну — из её комнаты был виден парк, где уже копошились садовники, и школа, к которой спешили дети с книжками под мышкой.

— Всё меняется, — улыбнулась она, оборачиваясь к Александру. — И так быстро!

Принц подошёл к ней, обнял за плечи:— Это потому, что ты не ждёшь, а действуешь. Что сегодня в планах?— Школа, больница, потом нужно проверить, как идёт посадка яблонь. И ещё — я обещала детям рассказать сказку после уроков.

Школа для крестьянских детей

Здание школы, выкрашенное в светлоголубой цвет, стояло на окраине деревни, рядом с парком. Эжени сама выбирала место — чтобы дети шли на уроки мимо цветущих клумб и слушали пение птиц.

В тот день она пришла пораньше, чтобы встретить учеников. Ваня, сын мельника, прибежал первым — раскрасневшийся, с растрёпанными волосами.— Ваше высочество! — выдохнул он. — Я выучил все буквы! Смотрите: А, Б, В— Превосходно, Ваня! — Эжени погладила его по голове. — А теперь давай проверим, сможешь ли ты прочитать слово «солнце».