Вы читаете книгу «Эпизоды колдовской жизни. Рождение силы» онлайн

Эпизоды колдовской жизни

Книга первая. Рождение силы

Эпизод первый и второй

Пролог

- Как она смогла найти нас? - спросил я у Лёши, толкнув входную дверь ногой и буквально влетев в палату.

На тот момент я был взбешён, озлоблен, разводил руками и, кажется, больше уже не знал, что делать. Меня окончательно охватила паника. Перед глазами возникла пелена. Я тяжело дышал, ноздри вздулись, навернулись слёзы.

Я развернулся всем корпусом к Лёше, он тоже быстро дышал, подпёр нос кулаком, выпучил глаза и слегка покачивался из стороны в сторону, потеряв устойчивость в ногах. Он сглотнул.

- Она может помешать нам и тогда всё. ВСЁ, Поляков! Это станет началом конца! - раскричался я.

- Мы остановим её. Не кричи! Ты всё сделаешь. Мы всё вернём, как было. Всё забудется, и ты продолжишь нормальную жизнь, - начал убеждать меня Лёшка.

- О какой нормальной жизни ты говоришь? Я буду всё помнить. Ты будешь. И Андрей…

- Да, я понимаю, мы наломали дров, но теперь в наших силах всё исправить, до затмения ведь осталось десять минут.

- У нас труп, ты понимаешь?! Труп. Они ведь не смогли его спасти. И вдруг ничего не выйдет, и что тогда?

- Она сказала, что получится. А уж она-то знает побольше нашего. Я верю ей. Стражи обещали нам тоже.

- Ладно, я пойду в соседнюю палату, мне нужно подготовиться морально и успокоиться. Ты должен сдерживать их до последнего. До последнего, слышишь? - я положил обе руки на плечи Лёше. - Сколько сможешь. А главное, береги себя.

- Ты тоже. Следи, чтобы они не увидели тебя через окно. Внизу я насчитал три снайпера, я не знаю, что у них в винтовках, но настроены они явно не очень-то доброжелательно.

- Они могут меня ранить, конечно, но убивать они меня не станут. Надеюсь. А может там и вовсе транквилизаторы, - неуверенно ответил я.

- Мы не можем знать наверняка, так что лучше, чтобы они тебя не видели, - предостерёг меня Лёша.

- Я, кажется, слышу шаги. Барьер сдержит их на какое-то время. Надеюсь, мы успеем, - сказал я и убежал в соседнюю палату.

- Ну что, игра начинается…

Девятью месяцами ранее…

Где-то вдалеке прогремел первый раскат грома. Небо осветила молния. В городе сегодня было необычно серо, тучи всё сгущались и сгущались, было настолько туманно, что хоть глаз выколи. Начался дождь. Запах мокрого асфальта быстро разлетелся по частному сектору, а падающий с дерева слегка пожелтевший кленовый лист стал предвестником оканчивающегося лета. Кружась, он летел к дому Марфы Сергеевны, живущей на окраине. Стремительно, легонько касаясь почтовых ящиков и фонарных столбов, он двигался к цели. Но до её места жительства ему не суждено было долететь. Местный мальчишка Вася сбил его с пути потоком ветра от велосипеда.

Марфа Сергеевна относилась к тем самым пожилым людям, которые после выхода на пенсию ушли от суеты шумного города на окраину, дабы высаживать цветы у себя в саду, печь домашнее печенье с кусочками шоколада и угощать им всех новоиспечённых соседей. Она была прекрасной хозяйкой. Во всяком случае, именно такое мнение о ней сложилось у жильцов соседних домов. Все любили Марфу. Добрая, милая и порядочная, всегда поздоровается и спросит, как дела и здоровье. Седые волосы всегда были собраны в аккуратную гульку. По рассказам соседей, она всегда носила яркие платья и подкрашивала яркие голубые глаза чтобы подчеркнуть их цвет.

И вот сегодня её соседка Регина Елисеевна Любоглазова (женщина примерно того же возраста, что и Марфа Сергеевна) поняла, что подруга уже как-то довольно давно не появляется дома, при том, что её машина стояла снаружи, что означало, что Марфа Сергеевна никак не могла уехать далеко. Любопытство Регины Елисеевны в этот раз привело к невообразимым последствиям.

Последний раз окинув подозрительным взглядом небольшой дом любимой соседки, Регина Елисеевна выбралась из своего дома и засеменила в сторону соседского, отгороженного небольшим деревянным белым заборчиком.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что она останется незамеченной, Регина Елисеевна нащупала запасной ключ под ковриком и решила сама убедиться, что с её дорогой подругой всё в порядке.

Дом Марфы Сергеевны хоть и был не очень большой по площади, но имел два этажа. Как и в типичном постсоветском (пусть хоть и слегка обновлённом) частном доме, после того, как гость проходит в дом, он оказывается в небольшом предбаннике, где зачастую у многих хранятся резиновые сапоги и галоши на случай погоды как сегодня или для работы в огороде. Но Марфа резиновую обувь не признавала, да и огорода у неё своего не было, хотя размер участка позволял. Посему и в предбаннике у неё можно было найти лишь несколько зонтиков. Регина Елисеевна никогда не понимала, как можно иметь участок и не иметь на нём огорода. Регина вошла в небольшой коридорчик, ведущий в гостиную. Несколько раз окликнув подругу, Регина поняла, что Марфы дома нет, но это ничуть не расстроило Регину. Более того, воспользовавшись сложившейся ситуацией, госпожа Любоглазова решила повнимательнее всё осмотреть в поисках чего-нибудь полезного для её дома.

Не доходя до гостиной, справа, как заходишь в прихожую, располагалась небольшая кухонька. Нырнув туда и начав рыскать по шкафам, Регина Елисеевна обнаружила, что на полках вместо привычных приправ, красовались небольшие склянки, содержимое которых было доселе неизвестным зоркому глазу и чуткому нюху Регины Елисеевны. Вскрыв и понюхав каждую из склянок, ей стало ещё любопытнее. Теперь она была уверена: эти травы были ей точно незнакомы.

Несмотря на всю обычную осмотрительность Марфы Сергеевны, в этот раз подпол, находившийся посреди кухни, она запереть не успела. Регина, страшась найти в этом чулане бездыханное тело подруги, всё же решилась открыть дверь. Спустившись вниз по маленькой деревянной скрипучей лесенке, Регина Елисеевна обнаружила небольшую чашу, стоящую на деревянном столике, нож и листок с заклинанием на уничтожение злого колдуна.

Как законопослушная гражданка, выбравшись из чулана Регина Любоглазова первым же делом набрала трёхзначный номер, чтобы вызвать служителей закона. У неё не оставалось никаких сомнений, подругу либо убили, либо похитили. Затаив обиду и злость на подругу за недоверие, Регине показалось нелишним прихватить с собой микроволновку Марфы, так, на всякий случай, мало ли кто ещё украдёт в наше неспокойное время.

Звон в ушах… Удар в живот, затем по почкам. Меня пошатывает от неописуемой боли, не могу ровно стоять на ногах. У меня мутнеет в глазах. Я не могу ответить на удары, нет сил поднять даже руку. В голове не единой мысли. Я смотрю на траву, мои глаза закрываются, на секунду я отключаюсь от боли.

- Герман! - перед моим лицом махала рукой девочка, Даша Анисимова. - Ты в порядке?

Как оказалось, я неподвижно стоял уже несколько минут. На меня нахлынули неприятные воспоминания. Звон в ушах прекратился, и я, наконец, смог отреагировать на её зов.

- Да-да. Я в порядке, Дашка, топай вперёд, не переживай - сказал я уверенно и улыбнулся.

Я вытаращил глаза, протёр их кулаками, потряс головой.

Моё имя Герман Князев, но чаще друзья и близкие зовут меня Гера, потому что Герман какое-то слишком громоздкое. Мой рост сто шесдесят сантиметров, вешу я… В целом неважно сколько я вешу, главное, что человек хороший. Каштановые, ближе к чёрному волосы и такого же цвета глаза. Вообще, не знаю, зачем я это пишу, это же дневник-воспоминания, но, если его когда-нибудь найдут, вы хотя бы поймёте, как я выглядел. Голос у меня ещё ломаться не начал, так что всё ещё был довольно высоким и звонким.

Я лично решил поведать историю своей жизни в этом дневнике. Так вот. Живу я в городке Магийск, что в двухстах километрах от Минска. Как мне на тот момент казалось, город был совершенно обычный и ничем непримечательный, но ух как я ошибался.

На данный мне, когда я пишу всё это, мне почти восемнадцать лет. И, да, мне сложно, возможно, будет вспомнить все детали, но я-то уж постараюсь ничего не упустить… И заранее прошу извинить меня за то, что некоторые мысли будут излагаться несколько пафосно. И многие мысли, изложенные здесь, будут своеобразной рефлексией уже восемнадцатилетнего меня.

Ещё лет пять назад я был обычным мальчишкой с обычными потребностями, до того самого дня…

Всё началось 30 августа 2007 года в четверг. В то время я находился в лагере, именованном «Чародеи». Странное название, не правда ли? Но суть не в этом. Очень много воспоминаний было связано с этим местом. Говорят, что этот лагерь стоит на месте древнего капища.

Здесь я познакомился с новым другом Лёшкой Поляковым, который был на год меня младше. Он был немного ниже меня ростом, но для его возраста довольно коренастый и крепкий. Сколько я себя помню, у него никогда не было очень коротких волос, всегда была небольшая, зачёсанная наверх чёлка. Слегка смуглое лицо и лёгкие веснушки контрастировали с яркого оттенка голубыми глазами. У него была очень живая мимика, открытая, добродушная улыбка и заливистый, заразительный смех, способный развеселить всех вокруг. Он всегда казался мне каким-то очень жизнерадостным, всегда активно жестикулировал и быстро разговаривал.

В этом лагере было положено начало нашей хоть и не долговременной, но зато весьма интересной дружбе. После лагеря мы общались ещё около двух лет, хотя, возможно, это была и вынужденная мера. Я уже не оборачиваюсь назад, не говорю, что мне нужно было избежать этого всего с самого начала, что, возможно, ничего бы тогда не произошло. Но тут уже ничего не поделаешь, я не поверну время вспять, видимо, такова моя судьба… Не очень-то обычная судьба…

В тот день было невыносимо жарко, что было вполне естественно для конца августа, светило слепящее солнце и совсем не было ветра и облаков.

Мы шли в столовую из жилого корпуса по деревянному мосту, через небольшую речулку, протекающую посреди густого, зелёного леса.

Зайдя в столовую, мы с Лехой стали в очередь. Я особо-то есть не хотел, посему и не взял ничего, кроме чая. Лёшка же помимо чая взял картофельное пюре с куриной котлетой, гороховый суп.

Когда мы уселись за стол, я хлебнул чай и заметил, что он холодный.

- Блин, - тихо произнёс я, поставив гранёный стакан обратно на стол.

- Что такое? - спокойно спросил Лёшка, попивая свой чай.

- Разве у тебя не холодный чай? - спросил я удивлённо.

- Вовсе нет, - спокойно ответил он и улыбнулся, веснушки поползли вверх, ближе к глазам.

- Да ты шутишь?! - не поверил я и взял его стакан и не успев хватить его, тут же поставил на место.

- Отличный чай, не правда ли? - поинтересовался он, снова одарив меня улыбкой.

-Я обжёгся! - пожаловался я.

- А теперь закрой глаза, - попросил он.

Я не осмелился ослушаться, хотя до этого недоверчиво сощурил глаза.

- Теперь представляй, как твой чай нагревается, - продолжил Леха.

- Что? Это ещё зачем? - не понимал я.

- Просто представь! - настаивал он.

- Ладно. Представляю, - неохотно согласился я.

Среди шума столовой, я услышал тихое шипение, доносящееся со стороны стола.

- А теперь открывай.

Я распахнул глаза и заметил, что из чая действительно пошёл пар.

- Ты что, долил мне свой? - спросил я поморщившись.

Лёшка не ответил мне, продолжая пить свой чай.

“У него ведь оставалось совсем чуть-чуть. Он не мог долить его мне, иначе тогда у него ничего бы не осталось. Но он же что-то пьёт? Ладно, я не могу найти этому логичное объяснение”, - подумал я и отхлебнул.

- Ну что? Теперь доволен? - ехидно спросил он.

- Весьма. Только вот, один вопрос. Как ты это сделал? - решил поинтересоваться я.

- Это разве так важно? - спросил Лёха. - Ну, будем считать, что это волшебство. Мы ведь в лагере «Чародеи».

- Я ещё вернусь к этому вопросу, - пригрозил я, продолжая пить свой почему-то горячий чай.

Этот не очень-то обычный день неумолимо двигался к вечеру. И к тому времени, когда мы должны были покидать лагерь, я узнал, что у всех кроме Лёши и в последствие меня был холодный чай и еда. Может, у него здесь работает кто-то из родственников? Ну, вот серьёзно. Как тому, что сегодня произошло, можно найти логическое объяснение? Правильно. Никак.

Здание, где мы жили находилось на месте старой советской турбазы “Заря”. В корпусе было три этажа, но по три кровати в каждой комнате, что для обычного детского лагеря казалось невообразимо хорошими условиями.

Комнатушка хоть и была совсем небольшая и со слегка пожелтевшими ветхими почти отклеющимися обоями, но казалась мне невообразимо уютной. Я сидел на кровати с чемоданом в руках и смотрел в окно, прижмурившись от солнечного света. На меня нахлынули некоторые воспоминания.

В общем, как бы это начать… Меня довольно часто избивали в школе. Собственно, практически каждый день на протяжении последних шести лет. Скажете, бешеные дети в школах сейчас не редкость? И да, я соглашусь, пожалуй. Но то, что вытворяли со мной, казалось мне просто бесчеловечным. Я, в принципе, человек неуклюжий, вечно обо что-то спотыкаюсь или цепляюсь. С возрастом неуклюжесть хоть и очень медленно, но начинала пропадать. Да и кому в школах нужны неуклюжие люди, да ещё и те, которые учатся практически отлично? А я вот был как раз из таких. И, естественно, никому я не нравился, к тому же любил вставлять в любой будь то спор это или разговор свои пять копеек. Любил попантоваться. Точнее, в этом случае это была скорее жизненная необходимость, чтобы хоть как-то повысить свою давно почившую самооценку, которая опустилась ниже плинтуса и, не замечая дна, падала всё дальше и дальше. В то время, как у моих одноклассников были уже неплохие навороченные на то время телефоны, я заявился в школу со старым потрёпанным телефоном марки “Сименс”, с чёрно-беленьким таким экраном, знаете, серебристого цвета с небольшой антенкой, естественно без доступа в интернет. Периодически мне совали в волосы жвачку. Бабушка вычёсывала мне её и это было крайне болезненной процедурой.

После шестого класса меня решили отдать в лицей с музыкальным уклоном, так как набор там осуществляется только с седьмого. У меня музыкальных слух имелся и, даже, возможно, неплохие способности к фортепиано. Поэтому всё было решено - мы уходим из школы. Я считал дни, пока этот ад, наконец, закончится. Я не спал ночами, считая секунды до моего ухода отсюда. Прижимая меня к железным воротам и срывая с меня рюкзак, меня били им же. После, сбегали при виде нашей классной, которой, по сути, было откровенно наплевать, что мы делаем вне территории класса. Зимой, если ты поскользнулся, никто тебя не поднимет и не поможет тебе, а только подойдут посмеяться.

В общем, сказать, что я устал от такой жизни, означало не сказать ничего. Друзья у меня были только в музыкальной школе. Ведь только здесь я и чувствовал себя нужным. С девочкой Аней и её сестрой, близняшкой Верой мы также познакомились в музыкальной школе. Вера ушла после 1-го класса. Помимо музыки Анька занималась художественной гимнастикой, бросив её только этим летом из-за тотальной нехватки времени. Она, как и я, поступила в лицей, чему я, естественно, был несказанно рад, но ей не говорил, чтобы не зазнавалась. К сожалению, она частенько болеет. На неё все даже чихнуть бояться. Мы уже решили, что будем сидеть с ней за одной партой.

За последние несколько лет я сдружился с одним парнем, он играет на аккордеоне, его зовут Макс. Мы вместе играли в небольшом ансамбле, состоящем из двух аккордеонов, клавишных и ударных под управлением Ганса Вивера, педагога, приехавшего к нам из Германии, заинтересовавшись белорусским фольклором. Он, как и Макс ездил на разные конкурсы и в Канаду, и в Европу, где занимал призовые места и получал призы, в том числе и денежные. У Максима нет так называемой “звёздной болезни”, хоть и самомнение у него достаточное. Он бывает довольно резок, возможно, это издержки возраста, которые со временем пройдут. А у Вивера забеременела жена, и он ушёл с работы. Они вместе с ней уехали обратно в Германию к родителям, после чего наш ансамбль, естественно, распался.

В этот ансамбль меня привела моя первая учительница по фортепиано Александра Владимировна, но спустя два с половиной года моего обучения и она ушла в декретный отпуск, через пару месяцев родив мальчика, а сейчас, кажется, вновь беременна, но на этот раз уже девочкой. Следующим моим педагогом стала Анна Григорьевна, но мы, так сказать, не сошлись характерами, и через полгода я вновь сменил педагога.

В последние полгода к нам в музыкальную школу пришла Инга Плесецкая для подготовки к поступлению в этот же лицей. Видимо, она будет учиться в моём классе. Она живёт в небольшом посёлке, недалеко от Магийска, и будет ездить на школьном автобусе. Её отец - водитель грузовика, а мать работает бухгалтером в местном супермаркете.

Но, в целом, с друзьями у меня как-то не складывается. В самом начале моего обучения в музыкальной школе к нам пришёл один мальчик Давид, он был на год старше меня, мы вроде как дружили, сидели вместе, а потом из-за возраста его перевели на класс выше. И мне снова стало одиноко. Очень. Невыносимо. Хорошо, что, хотя бы Аня и Макс у меня ещё остались. А ещё этот Леха. Не знаю почему, но он заинтересовал меня как человек. Он нестандартно мыслит и видит всё абсолютно в ином свете. Он другой. Я думаю, что мне стоит уделить немного внимания его персоне.

Ох, а ещё мне вспомнился мой последний день в школе. О – да! Это было незабываемо. Мне уже было не страшно, что меня ударят или исключат. Я, знаете ли, очень люблю читать и, в принципе, пришёл в последний день в школу просто, чтобы вернуть все учебники и парочку детективов в библиотеку. Библиотекарь меня очень любила за мою ответственность и искреннюю доброту ко всем людям, хотя эта доброта со временем рассеивалась. Вернув все книги, я шёл вниз по лестнице и, дойдя до последней ступеньки, остановился, осознавая, что весь этот ад, наконец, закончился. Шесть лет безумия - им пришёл конец. Оставалось последнее испытание - забрать школьный альбом. Даже не понимаю, зачем он мне сдался, но родители всё-таки заплатили за него немалую сумму денег, так что жаль было бы выкидывать их на ветер.

Я ворвался в класс, за учительским столом неизменно сидела Оксана Рамуальдовна.

- Отдайте мой школьный альбом! – проскрипел я сквозь зубы.

- Где твоя воспитанность, а как же "Здравствуйте, Оксана Рамуальдовна?" - говорила она своим противным гнусавым голоском.

- Вы глухая что-ли?! Или вам что-то непонятно?! Я сказал, отдайте альбом! - я подлетел к её столу вплотную.

- Ты сегодня не с той ноги встал, Герман? – таким же спокойным тоном продолжала говорить Оксана Рамуальдовна.

- Я что-то не ясно сказал?! - я силой вырвал из её рук альбом. - Я больше не намерен здесь оставаться, ни на секунду: документы я забрал, книги вернул. Меня здесь больше ничего не держит.

- Ты можешь быть свободен, - отпустила она.

- Благодарю, - сухо ответил я, с ухмылкой на лице, - без вашего разрешения я бы никак не справился.

Но меня ждало ещё одно препятствие на пути к свободе. Антон. Главный идиот класса. Предводитель всех тупых людей на земле. Мерзотнейшая личность с головы до пят. Высокий, худощавый глист, постриженный под «единичку», почти лысый, с лицом явно отражающий практически полное отсутствие интеллекта.

- Извинился перед ней, сейчас же! - рявкнул он.

- Какие мы сегодня благородные, я прямо не могу, - ухмыльнувшись, прошипел я.

Он схватил меня за руку. Я сжал её в кулак, так, что начали хрустеть кости. И сквозь зубы прошептал.

- Лучше отпусти, иначе я и твоих родителей в тюрьму засажу, и уж можешь мне поверить, сделаю так, что они оттуда ещё долго не выйдут. Так что лучше отпусти. У меня и свидетели найдутся - сказал я, повернувшись к Оксане Рамуальдовне, и с силой отдёрнул руку. Я ведь могу снять побои. Это следовало сделать уже давно.

Я немедленно удалился из класса и выбежал на улицу. В лицо мне дунул слегка прохладный майский ветерок. От удовольствия я закрыл глаза. Вздохнул, открыл глаза. Это был первый взгляд в новую жизнь.

Глава 1

В дверь постучались. Я слегка вздрогнул от неожиданности.

- Заходите, - разрешил я.

Это был Лёшка. Ну, кроме него это и не мог быть никто другой. Он немного приоткрыл дверь, всунул в щёлочку голову, улыбнулся и спросил:

- К тебе можно?

- Да, заходи, конечно, - я улыбнулся в ответ и слегка подвинулся.

Он вошёл в комнату, но остался у двери.

- Там просто уже выходят все, нам тоже пора, - указал он большим пальцем в сторону коридора.

- Да, я знаю. Просто… Не хочу уезжать. Как же не хочется, как же не хочется, - потянулся я, - но нужно. А ведь здесь так тихо, спокойно.

-Ты такой же как я. Одиночка. Мой отец умер, когда мне было десять. Он утонул. Было непросто, но ничего, мы с мамой справляемся потихоньку, а сейчас мама даже уехала в Грецию с новым парнем.

- А ты? Почему ты здесь? - поинтересовался я.

- Да здесь как-то спокойнее, что-ли, к тому же у меня дома своё местечко, где никто не мешает, и я спокойно могу заниматься своим любимым делом. И у меня ещё есть здесь парочка неоконченных дел.

- И как тебе новый отчим? - поинтересовался я.

- Он классный, с ним можно порубиться в видеоигры, - уверенно ответил Лёшка.

- Кстати, про какое ещё любимое дело ты говорил? - снова стало интересно мне.

- Да так, есть одно. Приедешь в город, я тебе обязательно всё покажу. Поверь мне, тебе понравится. Я тебя научу всему, что умею сам. А я, уж можешь мне поверить, умею очень многое. Я в своём деле, можно сказать, профессионал. Ладно, пойдём уже, - он встал с кровати и протянул мне руку. Я встал своими силами.

- Да, ты прав, нам, наверное, пора уже, – я выдвинул ручку чемодана и осмотрел ещё раз комнату, чтобы проверить не забыл ли я что-то нужное.

Я вышел в коридор, и тут Лёшка попытался вручить мне два кусочка мыла.

- Ну и что это? – спросил я, улыбнувшись.

- Мыло.

- Я вижу, что это мыло. А мне оно зачем?

- Ты что, мыло никогда с лагерей не забирал? - недоумевал Лёха.

- Да я и в лагере-то впервые, - ответил я.

- Ты что серьёзно? Да как ты живёшь вообще? – удивился Лешка.

Я остановился, повернулся к нему.

- Просто раньше для меня была учёба важнее всегда.

- Ты отличник, что-ли?

- Ну, типа того. А ты что, нет? С твоими-то размышлениями.

- Не, я двоечник, - отмахнулся он.

- Да ладно? - глаза в тот момент у меня были размером с яблоки, наверное.

- Да, я серьёзно. Мне не очень-то интересна вся эта учёба. Я и так всё знаю, поэтому и сплю на уроках, гоняю в футбол с ребятами после уроков, а не сижу дома и не зубрю учебники. Если бы я хотел, давно бы стал отличником. Просто, кому это нужно? Эйнштейн, например, тоже был двоечником, зато теперь его все знают.

Мы вышли на улицу. На ступеньках нас уже ждали вожатые.

Один из них подошёл к нам и спросил:

- Вас сфотографировать?

Лёха, недолго думая, приобнял меня за плечи и уверенно сказал:

- Конечно, давай.

- Если честно, то я не очень-то… – и тут появилась вспышка, я выдохнул и договорил, - люблю фотографироваться.

- Ну что, все садятся в автобус, и нам пора, - быстро сменил тему Лёха.

- Окей, - только и произнёс я.

И мы двинулись в автобус, предварительно закинув сумки и чемоданы в багажник.

В автобусе было душно.

- Блин, среди всех этих кнопок вообще есть вентилятор? - поинтересовался я, нажимая разные кнопки на верхней панели.

Поляков приподнял одну бровь, улыбнулся и сказал:

- Вентилятор начнёт работать только тогда, когда заработает двигатель.

- Оуч, - мне стало как-то неловко за свою неграмотность.

- Ага. Окна тоже не открываются, представляешь? Максимум, что можно сделать, это завесить окна, чтобы не так светило в глаза.

- Сделай, пожалуйста. Я без сил, – я плюхнулся в кресло, ближнее к проходу.

Я даже не заметил, как уснул. Мне было так тепло и уютно. Я ещё долго вспоминал старую школу. Летом пару раз мне доводилось видеть нашу бывшую классную. Я всё-таки извинился перед ней. Но опыт прожитых шести лет ещё долго никуда не испарится.

У меня был друг Васька в школе, и тот со временем изменился. Так как он был самым сильным в классе, его к себе каким-то образом заманили хулиганы, и он в итоге тоже меня бил. Его мать даже вызывали в школу, но толку это никакого не дало. Всё продолжалось опять и опять, казалось, этот кошмар не закончится никогда. Моя мама собиралась снимать побои, но я убедил её, что в этом нет необходимости.

На самом деле я частенько ошибался в жизни. Например, в первом классе, в первый день, когда я только вошёл в класс, я взял и сходу спросил:

- Кто будет моим другом?

Все молча сидели, некоторые даже в лицо засмеялись. Так и произошло. Никто не стал мне другом. Теперь, некоторые бывшие одноклассники, которые относились ко мне нейтрально, узнав про инцидент в последний день, меня зауважали и даже начали здороваться.

Меня разбудил Лёха толчком в плечо. Я с грохотом упал с сидения от неожиданности.

- Просыпайся, соня, - его заливистый смех звоном заполонил весь автобус.

- Вот уж спасибо, - поблагодарил я, поднимаясь.

- Ну, прости, ты просто долго не просыпался, и я решил толкнуть тебя посильнее - и ты упал.

- Ясно мне всё с тобой, - я щурился и улыбался одновременно, потирая бедро.

- Ну что? Сейчас ко мне? - спросил он.

- Сейчас? – удивился я.

- А что откладывать в долгий ящик, я лучше тебе сразу всё покажу…

Глава 2

Улица Ватутина находилась на самой окраине Магийска, недалеко от железнодорожного переезда в частном секторе. Я шёл с чемоданом, медленно катящимся при помощи скрипящих колёс, Лёшка - со спортивной сумкой в руках.

- Думаю, нам нужно немного притормозить, - предложил он, поставив сумку на асфальт.

- Да уж, - вытерев потный лоб рукой, произнёс я, - содержимое не растает?

Я кивнул в сторону сумки.

- Не должно, - неуверенно ответил Леха.

Лёшка увидел на столбе объявление о розыске преступника, маньяка-убийцы. Он не просто убивал людей. Он убивал ведьм и колдунов или, по крайней мере, шарлатанов, называющих себя чародеями. Этот чувак определённо был не в ладах с оккультизмом. Или кто-то из них очень сильно ему насолил. Нагадал что-нибудь не то или ещё чего похлеще. Мужчина на вид был лет сорока. Среди толпы его трудно было бы заметить. Он был обычным мужчиной, ничем не примечательным.

Снизу была фотография женщины.

- Нет, нет, нет, нет, нет, - подбежал Лёшка к столбу и сорвал объявление.

- Ты её знаешь? - спросил я.

- Да, это Марфа. Марфа Сергеевна. Моя соседка. Это ужасно! С тех пор, как мы с мамой два года назад сюда переехали, Марфа Сергеевна была самым близким для меня человеком. Я бы сделал что угодно, чтобы защитить её.

- Тебя не было рядом. Да и она могла просто уехать к родственникам, - предположил я.

- Не могла. У неё никого не осталось. Сын погиб.

Я промолчал, потому что никогда не знал, что следует говорить в таких случаях.

Поляков решил перейти через дорогу, я молча последовал за ним.

Мы зашли на территорию небольшого бело-розового домика. Здесь определённо хозяйничала женщина. Аккуратно выстриженный газон и прекрасные цветы были тому подтверждением. Миновав несколько ступенек, Лёха постучался в белоснежную деревянную дверь.

Ему открыла женщина, возраста Марфы, очевидно. Худощавая, с крашеными бордовыми волосами.

- Здравствуйте, Регина Елисеевна, - поприветствовал старушку Лёха.

- Алексей, ты уже вернулся из лагеря? Мне Марфа рассказала.

- Угу. А я собственно здесь из-за неё. Она пропала? - всё ещё не мог прийти в себя Леха.

- Я обнаружила, что её давно нет дома, но её машина неизменно стоит во дворе.

- Это действительно странно, но, может, у неё появились какие-то дальние родственники?

- Не думаю, но в любом случае, она бы мне сказала. Она бы не уехала просто так, не попрощавшись. Мы живём на этой улице с детства. Я знаю всё, что с ней происходит. Это я была с ней, когда погиб её сын.

- Спасибо, Регина Елисеевна. В городе сейчас быть небезопасно. День близится к своему завершению, и все маньяки вылезают из своих убежищ и убивают невинных людей.

Я не мог с ним поспорить, ведь в последнее время в городе действительно становилось неспокойно. Даже в таком тихом как наш. Хотя, он бы вряд ли нас тронул ведь мы не колдуны.

- У неё в доме найдены ритуальные предметы, - бросила нам вслед Регина Елисеевна.

Лёха остановился и закрыл глаза, выдохнул, повернулся к Регине и, сделав наигранно удивлённое лицо и выпалил:

- Это абсурд! Марфа никогда не занималась колдовством! Я бы знал!

- Я тоже думала, что знала. Но мои глаза не врут. И милиция не врала. Я сама всё это видела: чаша, ножи, склянки со странными травами. Там только свиных копыт не хватало.

- Они, видимо, в холодильнике, - решил отшутиться я.

Лёха повернулся и неодобрительно окинул меня взглядом, отрицательно помотав головой. Я, очевидно, подобрал не самый удачный момент, чтобы пошутить. Я сглотнул, улыбка с моего лица сползла мгновенно, и я решил, что в дальнейшем мне следует больше молчать и слушать.

- Она связана с этими похищениями, как бы там ни было, - продолжала Регина Елисеевна.

- Посмотрим, - ответил Поляков.

Регина Елисеевна захлопнула дверь. И мы двинулись через дорогу в сторону дома Лёхи.

- Послушай, а я ведь почти ничего о тебе не знаю. Ну, кроме того, что я выведал с помощью своих психоспособностей. Но, знаешь, твои мысли читать намного сложнее, чем всех остальных, - начал расспрос Лёшка, быстро отбросив тему с Марфой.

- Мне тринадцать, чувак, что во мне может быть особенного? - не понимал я.

- Да и дело даже не в этом. Ты мыслишь нестандартно. Ты другой. Не как простые пацаны с улицы.

- Друг мой, это называется воспитание. Хотя откуда тебе знать? - ухмыльнулся я.

- Ты типа с элитной семьи? - поинтересовался Лёха.

- Да нет, с обычной. Папа хочет, чтобы мама ушла с работы, она уходит, но жить становиться сложно, и она возвращается. Так и получается каждый раз на протяжении вот уже почти четырнадцати лет их наисчастливейшей семейной жизни. Сейчас мама пытается найти новую работу. Кстати, она сейчас как раз должна быть на собеседовании, - сказал я, взглянув на часы. - Но как-то не выходит в последнее время. Вообще моя мама работала воспитательницей раньше. В конце концов, можно пойти няней в какой-нибудь хорошенький и приличный дом.

- Понятно, кстати вот мы и пришли, - указал он пальцем на особняк.

Моему взору представился небольшой, но кажущийся вполне уютным, дом нежно розового цвета, трёхэтажный, с белыми деревянными окнами и, видимо, с чердаком.

- Красивый дом, - восхитился я.

- Да уж, неплохой. К счастью, папа завещал его нам, иначе нам с мамой пришлось бы бомжевать. Маманя сама детдомовская, а тут папа появился, вот она и выскочила замуж в восемнадцать, даже не задумываясь. Она поселилась здесь сразу, не имея собственного дома и денег на существование. Отец обеспечивал её. А потом она сказала, что всё, мол, может зарабатывать сама, и пошла работать в местную прачечную. Папа хорошо зарабатывал, и без маминых доходов мы могли жить, но она была очень довольна, что вносила лепту в семейный бюджет. И папа был спокоен, но вот проблема: пока мама не нашла себе ухажёра после папиной смерти, да и после того, как все папины сбережения кончились, было довольно тяжело. И мама закладывала своё золото не раз, чтобы спасти нас двоих. Теперь у мамы есть мужик. Он какой-то олигарх. Я не очень-то слежу за её личной жизнью. Просто он оплачивает все наши счета и всё. И меня не трогает, купил мне новый телефон, выполняет все мои и мамины прихоти, покупает ей кучу бриллиантов, так что, если она его и кинет или наоборот у нас всё равно будут деньги. Честно, мне всё равно, любит она его или нет. Главное, что он не создаёт проблем ни мне, ни маме. Он строит для неё домик там, недалеко от Афин, так что я, возможно, скоро туда уеду, а может и не очень скоро. Строительство только началось и может занять до двух лет или что-то вроде того.

Мы зашли в дом. Высокие белые потолки, маленькая хрустальная люстра, красный с узорами ковёр на полу. Мебель хоть и была заметно старой, однако сохранила аккуратный внешний вид. Диван был довольно массивный, явно дубовый, с резными ручками по бокам. В доме, на мой взгляд несколько не хватало естественного освещения, но это уже кто как любит. Плазма, плейстейшн, видик и DVD, все виды приставок – такого разнообразия я никогда не видел.

- Закрой рот, это не твоё, - прыснул Лёха, но довольно улыбнулся.

- Ага, я о таком только мечтать могу, - ответил я.

В столовой стоял небольшой стеклянный столик и белые деревянные стулья, далее следовала потрясающей красоты мансарда и сад.

- У тебя всё такое светлое и чистое, - продолжал восхищаться я.

- Ага. Кроме души. Каждый день прихожу домой и удивляюсь, как у отца с таким потрясающим вкусом, сын такой оболтус.

Я улыбнулся.

- Я не поинтересовался, может ты есть хочешь? - спросил Лёшка.

Мой желудок ответил жалобным согласием.

- Так, сейчас мы быстренько чего-нибудь сообразим.

Мы пошли в кухню. Она была такой же светлой, как и всё остальное в доме. На кухне была ещё одна дверь.

- А что там? -поинтересовался я, указав на дверь

- В принципе, это и есть подвал, но с некоторых пор это моя комната, точнее её можно назвать комнатой для медитации или что-то вроде того. Я тебе всё покажу, но позже. Сначала тебе нужно поесть.

Лёша заглянул в холодильник, но там не оказалось ничего съестного. Он приподнял одну бровь. И сказал:

- Прости, не выйдет.

- Да ладно, ничего страшного.

- Я серьёзно извиняюсь, но мама, прежде чем уехать в Грецию, обо мне не сильно-то подумала. Да и вообще, обо мне она не сильно часто думает. Но, я думаю, что в этом не стоит искать проблему, просто лишний повод наколдовать себе чего-нибудь вкусного.

- Наколдовать? - переспросил я.- Тебе действительно не терпится, чтобы за нами пришёл тот маньяк.

- Ага, – Лёха достал из-под коврика ключ от подвала, - теперь начинается самое интересное.

- Не говори так, - буркнул я.

- Почему? - с улыбкой спросил он, снова приподняв одну бровь.

- Просто в ужастиках, после этой фразы начинается самое страшное.

- Да ладно тебе, мы ведь просто идём в подвал. Ничего особенного, - улыбнулся он.

- Мы всего лишь идём в самое страшное и тёмное место в твоём доме, - испуганно продолжал говорить я.

- Да ладно, мне казалось тебе уже ничего не страшно. Тебе уже совсем нечего бояться. Всё самое страшное позади, - и он начал медленно поворачивать ключ в замке.

Я закрыл глаза, постарался набраться как можно больше смелости, ведь я боюсь высоты, темноты и больших крутых лестниц.

Он распахнул дверь. И тут во всём доме отключилось электричество.

- Ого! – явно обрадовавшись, произнёс Лёшка. - Будет ещё веселее, чем я думал!

- Класс, просто класс. И, по-твоему, это весело? - спросил я ещё более испуганным голосом, по телу пробежал холодок, во рту стало сухо и горько, сердце заколотилось так громко, что, казалось, заглушало остальные звуки.

- По-моему? Это очень весело. Теперь станет намного интереснее. К тому же, нам всё равно нужно проверить, что с электричеством. А щитовая у нас как раз в подвале.

Тут грянул гром.

- И как я, по-твоему, доберусь домой? - поинтересовался я.

- Ты можешь остаться у меня, - предложил Лёха.

- А мама? - забеспокоился я.

- А что мама? - продолжал не понимать он.

- Как я ей объясню? Скажу где я.

- Просто позвони.

- Как? Телефон ведь тоже не работает.

- Можно вызвать такси? - предложил он.

- Ты идиот, или претворяешься? Ещё раз повторяю: нет связи. Мы оторваны от мира.

- Так. Только не паникуй. Ты идёшь со мной дальше или нет?

Мой живот снова заурчал, и я невольно покачал головой.

- Тебе не кажется, что иногда ты реагируешь на вещи неадекватно? - говорил мне Поляков, пока мы спускались по крутой деревянной скрипучей лестнице.

- Нет, не кажется, - пробурчал я.

- Кстати, по городу разгуливает маньяк-убийца, так что не советую тебе в ближайшее время особенно соваться на улицу.

- Если ты думаешь, что мне стало легче, то ты сильно ошибаешься, - сказал я, слегка прищурив глаза для пущей серьёзности. - К тому же он в городе явно не по мою душу.

- Ну, может пока и не по твою. А потом ему станет скучно, и он решит убивать маленьких мальчиков и будет есть их на завтрак.

- Умилительно, - прыснул я.

- Может быть, ты перестанешь ныть?

- Ха, я ещё и ною. Отлично.

- Вот именно. Не хандри. Всё хорошо. Мы с тобой уж точно в полной безопасности, и прежде, чем ты скажешь следующую фразу, скажу тебе кое-что напоследок, – он повернулся ко мне. - Ты пересмотрел фильмов ужасов.

- Я вообще не очень-то люблю ужастики.

- Правда? А по тебе и не скажешь.

Подвал был холодный с запахом сырости как, наверняка, и большинство подвалов.

Мы подошли к какому-то пустующему старому деревянному столику, от которого пахло чем-то смолистым и даже слегка горьковатым. Насколько я понял это чуть ли не единственное, что вообще находилось в этом сыром подвале.

- Мы его есть будем? - спросил я.

- Тебе лишь бы пожрать, - улыбнулся Лёшка.

- Почему тебя не беспокоит исчезновение Марфы? - решил поинтересоваться я.

- С чего ты взял, что меня это не беспокоит?

- Потому что ты знаешь, где она, - уверенно сказал я, - уж слишком быстро ты перевёл тему.

- И откуда ж мне знать? - решил узнать мои версии Лёха.

- Ты знаешь, потому что задаёшь мне слишком много наводящих вопросов.

- Ты умный, но не всезнающий. Но, я смогу рассказать тебе больше, если ты позволишь.

Я заслонил ему проход к столу, но соизволил подвинуться.

Он встал на колени, чтобы достать из-под стола старинный сундук небольших размеров, затем открыл его. Я пытался увидеть, что же там. Сам сундук будто был инкрустирован драгоценными камнями.

- Расслабься, там просто фонарик, - успокаивал меня Лёшка.

- Да. я так и думал, - солгал я.

Лёха направился к щитку. Он казался мне всё более подозрительным с каждой минутой. Да и обстановка не благоволила спокойному настрою.

- Надо же, - произнёс он таинственным голосом.

- Что? - спросил я.

- С электричеством должно быть всё в порядке.

- Но, ведь, что-то не в порядке? - забеспокоился я.

- Можно пойти наверх, здесь и вправду не очень-то уютно.

- Правда, - с иронией сказал я, – а я думал, у меня из-за холода всё тело колотится.

Мы стали подниматься вверх по лестнице.

Лёха подёргал ручку двери. Попытка оказалась неудачной.

- Она захлопнулась, - констатировал Лёха.

- Ха! Серьёзно?! Ну, только этого нам не хватало.

- Ничего. Грозу можно и здесь пересидеть, а там посмотрим.

- Я умру с голоду.

- Я тоже. Ну, ничего. Мы обязательно что-нибудь придумаем. В крайнем случае, съедим друг друга.

- Когда ты так говоришь, ты меня очень пугаешь.

- Кстати в том, что мы сейчас здесь виноват ты, - снова начал возмущаться Лёха.

- Я?

- А что, я, что-ли? Это не я хлопнул дверью, так что она заперлась сама.

Я не мог ему перечить, ибо я действительно очень сильно хлопнул дверью.

Он снова начал копошиться под столом.

- Ты ищешь там еду? - спросил я.

- Здесь, конечно, есть мои старые жвачки, но я не думаю, что они устроят тебя, - отшутился Лёха.

- Так, что ты ищешь там? - всё ещё не понимал я.

- Батарейки.

- Зачем?

- В фонарике скоро закончатся, а мы с тобой что-ли без света будем сидеть?

- Я не видел там батареек, - сказал я.

- Так там их и нет. Зато, там есть свечи, - у него в руках оказалось штук десять свечей.

- Разве, кроме фонарика там лежало что-то ещё? - удивился я.

- Да. Там много чего лежит.

Так, а вот это уже точно становилось странно. Я абсолютно точно видел, что кроме фонарика там не было ничего: ни свечей, ни батареек, ни уж тем более другого фонарика. Так что, либо этот странный сундук бездонный, либо я слепой, либо этот чувак и вправду обладает какими-то сверхспособностями. Конечно, из-за голода у меня могли возникнуть галлюцинации, и я мог просто не заметить свечей, и всего, что ещё лежало в этом сундуке, ведь у меня довольно сильно кружилась голова. Я тешил себя мыслью, что это хороший способ похудеть. Я был довольно немаленьким по комплекции мальчиком. Но также, я отлично понимал, что это очень действенный способ сдохнуть в этом дурацком подземелье.

Он достал сундук, распахнул его, и там действительно оказались свечи, а также мешочки с каким-то порошком, маленькие скляночки, в некоторые из них была налита жидкость разного цвета. Мои глаза наполнялись ужасом медленно, но, чем больше таких склянок и мешочков он доставал, тем страшнее мне становилось, сердце в груди начало биться чаще. Я не знал, что делать: бежать или кричать, как реагировать. Может, мне стоит позвонить в полицию? Ах да, позвонишь ты, телефон ведь отключён.

Паника в моей голове разрослась до невиданных пределов. А если он заставит меня это попробовать насильно или оставит меня без сознания и уколет меня чем-нибудь, хотя шприцов в сундуке я не видел. Но, мало ли, я ведь даже про то, что там свечи, не знал, куда уже до шприцов с иголками. Я боялся произнести хотя бы слово, хотя бы поинтересоваться, что он достаёт и что собирается с этим делать. Губы дрожали, возможно, посинели от страха или от холода. Он тем временем всё доставал и доставал какие-то склянки, а голову всё чаще посещала мысль, что сундук действительно бездонный. Боже, что в этих склянках? Я хотел взять одну и посмотреть, но руки не слушались и продолжали трястись.

- Склянки открывать нельзя, а вот мешочек ты можешь развязать.

Я взял один мешочек, лежавший в чаше. Он был льняной, и там даже по ощущениям был совсем не порошок. Я немедленно развязал мешочек, в нос мне сразу ударил душистый свежий аромат. Заглянув туда, я заметил там какую-то непонятную траву.

- Я колдун, - признался Поляков.

Я посмотрел на его серьёзное лицо, и мне стало ещё смешнее. Он продолжал оставаться серьёзным. Но после того, как моя истерика остановилась, я протёр глаза, которые уже начали слезиться. И снова на него посмотрел. Он был как статуя. И мне опять стало не по себе.

- Я серьёзно сейчас, - сказал он и достал из сундука подсвечник, свечу и нож.

- А где спички? - поинтересовался я.

- Они мне не нужны, - он просто дунул на свечу, и она загорелась ярким пламенем.

- О, боже мой! - воскликнул я, вскочив со стула и отпрянув от стола. - Как ты это сделал?

- Я же тебе говорю. Я колдун.

- Ты сумасшедший! Ты ненормальный! - восклицал я.

- Просто успокойся и дай мне руку, - спокойно произнёс он.

-Не буду я тебе ничего давать!

-Ты же знаешь, что, если я захочу, я могу тебя заставить.

Я подчинился, ибо уже всё равно не было никакой гарантии моей безопасности. Он очень быстро по-мастерски достал нож и уколол мне палец.

- Ну, вот и хорошо. Мне этого вполне хватит.

Он выдавил несколько капель в чашу.

- Зачем? Зачем тебе моя кровь?

- Ты такой же, как я, Герман. Ты тоже колдун.

- Да! А ты дурак, - я немедленно двинулся вверх по лестнице. Как ни странно, Поляков даже не старался меня остановить. Однако, как только я подошёл к двери и взялся за ручку, быстро одёрнул руку. Ручка оказалась раскалённой. Я резко повернулся.

- Выпусти меня немедленно! - приказал я.

- Ты сам захлопнул дверь.

Я взялся за ручку ещё раз, ручка остыла и дверь оказалась не заперта.

- Но как?

- Это было не сложно. Ты ведь даже не перепроверил, заперта ли она. Ты просто мне поверил.

- Идиот, - прошипел я напоследок я и поспешил скрыться. - Я всё равно уже получил, то, что мне было нужно, осталось только ждать, а заодно можно и поразвлечься.

Глава 3

Дождь на улице всё никак не прекращался. Я торопился покинуть злосчастный дом, но идти куда-то в этот ливень было безрассудно. Скоро в школу, а я могу заболеть. Не хотелось бы пропускать всё с самого начала, потом очень сложно влиться. Я забрал зонтик колдуна. Пусть это будет моим маленьким подарком за пережитое сегодня. А что вы прикажете мне делать? Идти под дождём в одной майке? Открыв дверь, я выбежал на улицу и осознал, что совершенно не ориентируюсь в этом районе. В такую погоду он казался мне жутко мрачным и почти мёртвым, терпкий запах мокрого асфальта разнёсся по всей улице.

Восхитительно! И куда мне идти? Ну, ничего, пойду налево, а там посмотрим. У меня не было денег на проезд в автобусе, а уж тем более денег на такси. Я просто быстро шёл в неизвестном направлении и размышлял о том, что наплёл мне Лёха и зачем? Это была его очередная шутка? Не похоже. Я ведь видел, как задув и так не горящую свечу, он заставил фитиль вспыхнуть. Фокусник? Возможно. Тогда ему вовсе не нужна была бы моя кровь. Может, просто пошутил? Но этот сундук. Под столом больше ничего не было, а содержимое этого сундука постоянно менялось, и туда можно было всунуть неведомое количество вещей. Может это часть фокуса? Я не могу объяснить это никак иначе. И что теперь? Я должен абсолютно мокрым переться по Магийску в поисках собственного дома. Это вряд ли увенчается успехом, ибо я никогда в жизни не был в этой части города и не знал, где что находится. Я отчаянно смотрел на каждый значок на домах, чтобы хотя бы знать, на какой улице я нахожусь. Ага, мне это абсолютно ни о чём не говорило. Когда я с ним шёл я даже не удосужился посмотреть, куда я иду. Ну и заговорился же я с этим психом. Ещё и от мамы получу. Эх, она, скорее всего, дома, и ждёт, когда я приеду. Зная мою мать, она уже позвонила в милицию, всем немногочисленным друзьям, знакомым, врагам и в морг. И да, у меня нет мобильного телефона. Хотя, он бы мне и не пригодился, потому что из-за грозы связи скорее всего не будет. Может, меня кто-нибудь согласится подвезти бесплатно? Хотя, кто такой дурак? У нас в городе таких нет. Я начал голосовать. Ну, неужели нельзя подвезти пацана до дома, особенно если ты едешь в этом же направлении.

Я решил выйти на проезжую часть. Через время из неоткуда появился черный Джип. Я стоял, распахнув руки. Ожидая, пока автомобиль обнимет меня в прямом смысле. Водитель, судя по всему, даже не думал тормозить. Я закрыл глаза. С каждым метром приближения его мне становилось страшнее. Я думал отойти, но уже как будто окаменел. Была, не была, собьёт, так собьёт. Когда я открыл глаза, жёлтый яркий свет фар ударил по моим глазам. Не было времени медлить. Я открыл машину, сел в неё.

- На Первомайскую! Немедленно!

- Да, хорошо-хорошо. У тя нал хоть есть?

- Нет, это сейчас неважно просто вези меня. На месте разберёмся. О боже сколько тебе?..

Глава 4

Повернув голову, я с ужасом заметил, что за рулём сидит мальчик, где-то моего возраста. Он был слегка похож на Лёшу, только стрижка покороче. Сердце ёкнуло.

- Какого???

- Не волнуйся. Довезу с комфортом, - светловолосый паренёк нагло улыбнулся и тронулся.

- О боже, у тебя ведь даже прав нет! И если что, меня заметут вместе с тобой!

- Ты реально хочешь, чтобы я тебя высадил?

- Да нет, не очень-то, - я отвернулся и просто смотрел в окно.

- Тебе, наверное, интересно, почему за рулём тринадцатилетний пацан.

- Да, есть немного, - с иронией сказал я.

- Да не переживай ты, я профи. Это не первая тачка, которую я угоняю.

- Так она ещё и краденная?

- Не беспокойся, я украл её у отца.

Я осмотрел машину изнутри. Она выглядела безумно дорогой: бежевый кожаный салон, удобные сидения, просторная.

-Там есть подогрев, если тебе нужно просушиться, - предложил незнакомец.

-Она, наверное, целое состояние стоит? - предположил я.

-Почти. Она из салона. Отец бы не стал скупать её с рук.

- Как сильно он тебе насолил?

- Отец? Он изменил моей матери со своей секретаршей, а я такого не прощаю. Я не прощаю всего, что касается семьи, - парень поправил волосы, не отвлекаясь от дороги.

- Я, конечно, понимаю твой поступок, но не одобряю всего противозаконного.

Я отвернулся от него, сложив руки на груди.

- Меня кстати Андрей зовут, если, конечно, ты не собираешься заявлять на меня в милицию.

- Я Герман, можно просто Гера. Да и как я заявлю на тебя, если даже не знаю твоей фамилии?

- Хах, будем знакомы, - и он пожал мне руку, но тут же, потеряв управление, едва не врезался в едущую впереди милицейскую машину. Но, к всеобщему счастью, ловко её объехал.

Я от удивления открыл рот. Андрей, кажется тоже.

- А ты и вправду профи, - моей иронии не было предела.

Он дьявольски улыбнулся. Но, заметив патруль ДПС, уже следовавший за нами пару кварталов, с ужасом понял, что мы попали.

- Герман, умоляю тебя, только не смотри в зеркало.

- А что там? - из любопытства я всё же заглянул.

- Я ведь сказал не смотреть! - рявкнул Андрей. - Там патруль. И он едет за нами.

- И что нам теперь делать?! - запаниковал я и силой вжался в кресло.

- Ну, я думаю, теперь ты понимаешь, что высадить тебя теперь я тем более не смогу.

- Понимаю, - смирился я.

- Значит, нам придётся ехать дальше.

Андрей втопил педаль газа, нас слегка потряхивало, но в целом в этой машине это ощущалось не так сильно.

- А там дальше, разве, не обрыв? - вспомнил я.

- Возможно, - сухо ответил паренёк.

- Возможно? Что значит, возможно?! - всё ещё паниковал я.

- У нас есть два выхода: телепортация или мы едем ещё быстрее и прыгаем с обрыва?

- Телепортация? - с надеждой переспросил я.

- Увы, не выйдет. Мы же простые смертные, значит прыгаем.

- А что там дальше?

- Озеро. Утонем, так утонем, - спокойно говорил Андрей.

- Эй, чувак, мне рано умирать! Серьёзно, я ещё пожить хочу! Можно сказать, я только начал.

- Ну, вот и начнём так твою жизнь. О, да я смотрю, кто-то всю жизнь ни разу не искал на свою голову приключений? Так что самое время их искать.

- Привык остерегаться опасностей.

- Зачем? Они же так ждут, - не понимал мальчик.

- Мне кажется, опасностей на сегодня уже хватит?

- Кстати, такое чувство, что ты от кого-то убегал. От кого?

- Это не твоё дело, - прошипел я.

- Вот только грубить мне не нужно. Я ведь твой личный водитель на сегодняшний вечер.

- Господи, ты можешь просто ехать дальше и не задавать лишних вопросов?

- Ну, ты можешь называть меня просто Андрей. Что же, мы сделали свой выбор – обрыв так обрыв.

Мы приближались к обрыву, и с каждой секундой моё сердце колотилось всё быстрее и, казалось, это конец. Рядом сидящий новый знакомый радостно выкрикнул, отпустив руль. Я вцепился в сидение и закрыл глаза. Думаю, ремень в этом случае меня не спасёт.

- Ву-ху! - паренёк поднял руки и тоже закрыл глаза.

- Мы все умрём, мы все умрём! - орал я.

- Да ладно тебе, смотри на жизнь веселее. Тем более, что мы каким-то образом опять очутились на дороге.

- Мы что, не спрыгнули? - удивился я

- Да нет, мы спрыгнули, но, видимо, там внизу была дорога или мы телепортировались, я точно не уверен.

- Нас ведь даже не тряхнуло, - не понимал я.

- Значит всё так. Телепортировались. Я просто тоже закрыл глаза и не видел, как мы падали.

- Да что сегодня за день такой? Телепортация, колдовство, мир совсем сошёл с ума.

- Ну, по крайней мере, мы оторвались от этих болванов, и они нас уже никогда не найдут. Колдовство? Ты сказал, колдовство?

- Да не бери до головы. Просто наткнулся сегодня на объявления о похищенных и убитых ведьмах.

- Убийцу всё ещё не нашли, - констатировал Андрей.

- Нет. Ты что-то знаешь об этом? - поинтересовался я.

- Да. Мой отец занимается этим делом.

- Он работает в милиции?

- Да он начального всего Магийского ведомства.

- Ого. На самом деле, маньяк не очень-то примечательно выглядит. Так, стоп. А номер? Вдруг они записали номер машины? - дошло до меня.

- Ну да. Тогда мы всё ещё попали.

- Мы?! Эй, я тут не причём, я просто случайный пассажир!

- Да ладно, не боись, я тебя не сдам. Батя всё замнёт и всё будет хорошо, как и всегда.

- И часто ты устраиваешь такие выходки?

- Да, довольно часто, на самом деле. Просто, когда настроение плохое, хочется проехаться по вечернему городу, осмотреть окрестности.

- Да уж, а с тобой не соскучишься.

После прыжка мы оказались на трассе, посреди какого-то неизвестного леса и только, после того, как мы из него выбрались, моё настроение заметно поднялось. Андрей рассказывал мне ещё много интересных историй из своей жизни. Он объехал много стран и везде он был практически один, знакомился с кем-нибудь из местных и проводил с ними все каникулы. Например, он рассказывал, что этим летом ездил с отцом в Мексику. Там живут древние племена, которые нагадали ему связь со злобными силами. Он всё отшучивался и говорил, что и так всю жизнь на тёмной стороне. Они предоставили ему ночлег, ему там понравилось, но тут приехал его отец, и весёлое путешествие Андрюшки в Мексике было окончено. Но всё равно у него остались от Мексики только хорошие воспоминания. Он старается быть подальше от семьи. Ведь, если его семья вместе с ним приезжает на куда-нибудь, они сразу начинают строить из себя образцово-показательную семью, что доводит Андрея до тошноты. А, как только приходят в номер, начинают ссориться и бить местные сервизы. Но он не привык в такие моменты запираться в комнатах, ему легче пройтись или развеяться где-нибудь километров за пятьдесят от гостиницы.

Я поковырялся в карманах в поисках мелочи для него, но нашёл в кармане лишь идеально сложенную записку. Я раскрыл её. И там было написано:

Я спас тебя, теперь твоя очередь

Твой А.П.

- Что там? Герман, на тебе лица нет, - забеспокоился Андрей.

- Да так, просто записка, - сложил я её быстро и всунул обратно в карман

- Ууу, любовная? И от кого же? - явно заинтересовался юный водитель.

- Нет. Не любовная, - я слегка поджал губы.

Глава 5

- О, а вот мы собственно и приехали, - сказал я, указав пальцем на арку, ведущую в мой двор. - Спасибо, что подвёз.

- Да, ладно, если надо будет подвезти с ветерком, то ты всегда можешь позвонить, - он дал мне карточку с номером.

- Тебе следует быть осторожнее на поворотах, ибо ещё одну такую погоню я не выдержу, да и телепортация не всегда может сработать.

- Я обязательно учту это, когда увижу следующую патрульную машину.

- Ладно, мне пора, иначе мама будет искать меня с фонарями, если уже не ищет.

- И мне, иначе будет очень плохо, хотя мне и так уже будет плохо, - ответил он и тронулся с места.

Раз свет уже включили, и мой район снова стал самым светлым в городе, значит, связь тут тоже уже работает. Центр Магийска куда более оживлённый, чем окраина: пешеходы, звуки машин, сигнализаций, активное движение на дорогах. Не думал, что буду так рад вновь услышать эти звуки.

Магийск практически полностью был разрушен во время Второй мировой и где-то в пятидесятые годы прошлого века его стали отстраивать почти заново. От довоенных зданий остался мой дом и ещё несколько в городе. В центре почти не было высоток, лишь одно здание, построенное в восьмидесятые на шестнадцать этажей недалеко от кинотеатра “Звезда”, что в двухстах метрах от моего дома.

Улица Первомайская это центральная и одна из самых длинных улиц в городе во многом представляла собой скопление четырёх и пятиэтажных хрущёвок и сталинок. Пешеходная зона была полностью вымощена плиткой. Также недалеко от моего дома располагалась поликлиника, универмаг и большое количество магазинов, как продовольственных, так и продуктовых, дом культуры, дом спорта и несколько школ и детских садов.

Мы с мамой и отцом (когда он не был в разъездах) жили в просторной двухкомнатной квартире в центре Магийска, которую отдала нам бабушка со стороны мамы. А сама переехала в более скромную однушку на окраине. Дом дореволюционной постройки в прошлом году внесли в список исторических ценностей из-за чего квартплата сильно подросла. “Историческая ценность” порой, казалось, проседала, периодически текли потолки, да и косметический ремонт в подъезде также бы не помешал. Он состоял из двух подъездов в целом был нетипичен по своей конструкции. Первый подъезд был трёхэтажным, а наш двух. Некогда их между собой соединяла веранда, однако после капитального ремонта там сделали склад продуктов для гастронома, который находился на первом этаже. А второй этаж мы делили только с одними соседями, которые жили в противоположном крыле.

Во дворе часто стояло много машин, что законодательно было запрещено, так как стоянки не было, но сделать с этим ничего не могли, посему запашок автомобильных выхлопов и звуки мотора нередко будили нас по утрам.

Я влетел в подъезд. Свет не горел, но меня это не остановило. Я поднялся на второй этаж. Старая дверь, ведущая в мою квартиру, находилась с левой стороны и была обита чёрным пошарпанным дерматином.

Я сунул руку в карман в поисках ключей. Нечто звенит. Ура! Ключи найдены. Я вставил ключ в замок, повернул его дважды. И вуаля - я дома.

- Мам, я дома! - крикнул я через весь дом.

- Заходи дорогой, я тебе уже и кушать приготовила. Я думала, ты приедешь раньше, - вышла она ко мне в прихожую, - Боже, ты совсем вымок, снимай скорее одежду, я сейчас наберу в тазик воду, погреешь ноги.

- Успокойся, я в порядке, - всунув ноги в тапки, пожаловался я.

- Ничего не в порядке - забеспокоилась мама.

Я зашёл к себе в спальню. Моя комната была небольшой и немаленькой. Огромное старое деревянное белое окно напротив входа в комнату выходило на здание местного горисполкома. В целом окна в моей квартире не выходили на оживлённую улицу, посему и в квартире было не шумно. Сейчас был слышен лишь звук капель, падающих с крыши после дождя и звук телевизора из гостиной. Так как моим городом мечты, как бы клишировано это не звучало, всегда был Париж, обои в комнате были с узором в небольшие Эйфелевы башни. Полы, как и по всей квартире по-прежнему состояли из старого ДВП и обновлялись только светло-коричневой краской и лаком раз в десятилетие. Двуспальная кровать, занимавшая добрую половину помещения, также была откуда-то из девяностых. Возле кровати, ближе к окну находился коричневый стол примерно из той же эпохи. За входной дверью в комнату находилась старая советская тёмно-коричневая этажерка, на которой стояли ноты и книги, а справа от входа светло-коричневый шкаф для одежды. Мне нравилась моя комната. Для меня она всегда была этаким убежищем от проблем.

- Ужин на столе, тазик я тоже набрала. Помой руки только, - позвала мама.

- Как давно дали свет? - поинтересовался я

- А он и был. К счастью, молния не повредила электричество.

- Но как?

“Скорее всего, это был его очередной фокус. Вот только, как он это делает?” подумал я.

- А вот телефон и вправду не работал.

- Да, я знаю. Я не мог тебе дозвониться, сказать, что буду поздно.

- Я поняла. А я была занята этой дурацкой лампой, - мама вертела в руках старую лампу с острой лампочкой.

- А что с ней? - поинтересовался я, зайдя в тёмную комнату с тарелочкой бутеров.

- Да вот она не работает.

- Она не работала столько, сколько я себя помню. С чего ты вообще решилась её чинить? Она уже старая и потёртая, в некоторых места даже видны сколы. Ты показывала папе?

- Да. Он сказал, что с ней всё в полном порядке. Я просто делала уборку, рылась на антресолях и наткнулась на неё. Я давно говорила Генриху, что нам следует купить тебе ночник. На люстру пока денег нет.

Мой отец частенько уезжает на заработки в Москву, но денег всё равно не хватало.

- Я понимаю и ничего не требую.

- Пойду, принесу свечи и спички. Привнесём в твою комнату немного романтики.

Я улыбнулся, и мама вышла из комнаты. Я включил телевизор, но по всем каналам шло обсуждение происшествия с этой ведьмой или не ведьмой. Я больше, чем уверен, что Поляков знает, где она, но не стал мне говорить. А мне ведь всё-таки любопытно. Чисто теоретически, я могу рассматривать вариант, что Лёха и сам её похитил, но каковы тогда его мотивы? Я выключил телевизор. В комнату зашла мама с кучей свечей и коробком спичек.

- Да, сегодня весь день только про это и говорят, - ворчала мама. - Такую шумиху устроили, только потому, что она была ведьмой. Ну и что?

- Вот и нашего тихого города это коснулось. Думаешь, она и вправду была ведьмой?

- Почему была? То, что её похитили, вовсе не означает, что она уже мертва.

- Но что нужно похитителю от ведьмы без семьи?

- Может, личные счёты.

- То есть ты веришь, что в этом есть что-то сверхъестественное.

- Что сказать? Я не скептик и с разными странностями в жизни сталкивалась.

Да уж, Всё тихо спокойно, и тут появляется Фредди Крюгер - убийца и похититель ведьм. Пойду, простираю твои вещи, - она слегка потрепала мои волосы и поцеловала в лоб, - Ладно, я стирать.

Я повернулся, чтобы взять со стола тарелку. А рядом уже лежал конверт.

- Мам, мне приходила какая-то почта?

- Да вроде бы нет, - донеслось из ванной.

Я распечатал конверт, и там красивым шрифтом с курсивом было написано:

Свет огня найдёт тебя.

Твой А.П.

Глава 6

Часы пробили одиннадцать. У Лёши оставался ещё час до знаменательного события.

Открыв дверь подвала, Поляков увидел привычную картину: всё тот же стол, у которого одна ножка уже шатается, на столе зеркало, под столом всё тот же сундук, в котором содержимое каким-то образом постоянно меняется. Я так и не разгадал тайну этого сундука, но скорее всего, он был заколдован.

Так как Лёха много времени проводил в подвале, у него здесь был небольшой холодильник. Он взял оттуда купленный как раз после моего ухода шоколадный батончик. Повертев его немного в руках, он подумал: “А Гера, наверное, тоже любит шоколадные батончики?” Лёшка развернул его, недолго думая, взял в рот и, сделав незамысловатый пируэт вокруг стола, упал на стул.

До того злополучного дня в жизни Лёши не было ничего особенного: он так же, как и все, играл с ребятами на улице в футбол, нередко забегая на лужайку Марфы Сергеевны, забрасывая на крышу ёё дома бумеранг или летающую тарелку, получая от неё потом сполна. Но потом они все вместе пили чай с крендельками и разговаривали о её погибшем сыне. Она всегда рассказывала много забавного из её жизни и не только. Всё это закончилось в один миг. Один миг разделил Лёшкину жизнь на “до” и “после”. Раньше он частенько помогал на лужайке Марфы Сергеевны, поливая с утра цветочки. Из всех детей, пожалуй, ей был ближе всего именно Лёха. Она всё время говорила, что он похож на её погибшего сына. Как бы нам всю жизнь не твердили родители о том, что нужно помогать всем и каждому - это наглая ложь, не всегда доброта вернётся сполна тем же. Паренек с тех пор научился отвечать людям “нет”, и как бы ему не было больно, в его глазах всегда была видна эта мальчишеская смелость. Такого бесстрашия я пока не видел ни в одних глазах.

Дотронувшись до зеркала, стекло стало будто жидким, изображение сменилось и он увидел в отражении меня. Ему нужно было убедиться, что я крепко сплю. К тому времени, станцевав на кровати макарену, я мирно спал.

Поляков достал из-под стола сундук. Он извлёк сначала свечи, а потом и чашу со всем содержимым. Всё было уже давно готово. Он аккуратно расставил свечи вокруг стола, а в центре поставил чашу.

Полнолуние, скоро полночь. Всё вот-вот должно было получиться. Он достал последний ингредиент - пробирку с моей кровью. Недолго думая, он кинул её в чашу. Чаша вспыхнула, отбросив его ударной волной к противоположному углу. Всё было готово. Он улыбнулся и с облегчением заснул в том же углу уже через минуту. Всё наконец закончилось.

Глава 7

Я был где-то в подвале. Я не знал, куда и зачем иду, и просто шёл. Я спускался медленно вниз по ступенькам. В моей руке было две склянки, в обоих была какая-то неизвестная мне цветная жидкость и фонарик. Кулаки были сжаты достаточно сильно, но так, чтобы не раздавить баночки. Я шёл на встречу к очевидной опасности. Не могу сказать, что страха не было совсем. Он был, но не очевидный. Я увидел тень и спрятался за деревянной балкой, в углу. Дыхание усиливалось, также, как и сердцебиение. Я кого-то боялся очень сильно, правда, сейчас не знал, кого. Моё дыхание становилось всё быстрее и тяжелее. Я пытался не издавать ни звука. Тень тем временем становилась всё больше и больше. Она приближалась ко мне всё ближе. Тень заговорила со мной:

- Эй, здесь есть кто-нибудь?

Я выглянул из-за балки.

“Это Лёха?” – пронеслось в моей голове.

Нет, это был не он, хотя моё сердце забилось быстрее, и я чувствовал всю ту же скрытую угрозу. Голос казался знакомым. Так и было. В противоположном углу стоял Макс. Он был совершенно неподвижен, будто манекен, и действительно казался неживым. Я не просил о помощи, мне как будто было всё равно. В тот момент я, казалось, не боялся ничего вокруг, даже тени, медленно надвигающейся на меня.

“Максим ведь должен спасти меня, но он почему-то этого не делает. Он вообще ничего не делает”, - пронеслось у меня в голове.

Тень становилась более чёткой, а я всё сильнее сжимал склянки в руках. Это был силуэт молодого парня, скорее всего моего сверстника. Но почему я так его боялся, мне по-прежнему было непонятно. Тот я, который был во сне, определённо знал, что это за человек и что он хотел причинить мне вред. Но вместо предполагаемой угрозы он просто спросил:

- Это ты, Герман? Я удивлён. Это зелья? - сказал он и вырвал их у меня из рук силой мысли. Я потянулся за ними, и они повисли в воздухе. Я как будто просчитывал время, в одну секунду я отпустил руку - и зелья полетели в тень. Она взорвалась и закричала. Потоком огня меня тоже накрыло.

Я проснулся от этого крика.

- Фух, приснится же такое. - выдохнул я и поморгал пару раз, чтобы окончательно отойти от неприятного сна.

Я откинул одеяло в сторону и просунул ноги в тапки, не сразу найдя правый тапок. Зевнув ещё пару раз и потянувшись, я определённо с глупым выражением на лице почесал голову. День был таким, как и обычный летний день, вокруг ничего не изменилось. Первым делом я заметил, что лампа, которая вчера ещё не работала, сегодня светила теплым, ярким слегка пульсирующим светом.

- Так стоп, она же сломана. Она принципиально не может гореть, - сказал я вслух, слегка приподняв бровь.

- О, мой маленький, ты уже проснулся? - сказала мама, войдя в комнату.

- Мам, - дрожащим голосом сказал я, - посмотри туда, - и я указал на по-прежнему стоящую лампу. - Что ты видишь?

- Я вижу лампу? - спокойно произнесла мама.

- И что по-твоему с ней происходит? - продолжил допрос я.

- Она горит, - всё также спокойно продолжала маман.

- Мам?

- Что? - слегка поморщившись, спросила она.

- Она не должна гореть! Она сломана, ты не забыла? - размахивая руками, ответил я.

- Ах, да! Ну, не знаю. Назовём это паранормальным явлением. Пошли кушать уже, а?

Я-то согласился, но, боюсь, что банальное “кушать” не решит сейчас всех моих проблем. Я и так был не большим любителем каш, но сегодня еда просто не лезла мне в рот. Я сидел на кухне, только помешивая уже и так давно растаявшее масло.

“Наступило утро, а от Полякова ни писем, ни угроз. Неужели это всё, что он может?” - удивлялся я.

Нет, я понимал, что он способен на куда большее. И он не остановится на банальных угрозах и пойдёт дальше, только вот какой его следующий шаг?

“Я вижу в нём врага, а что если он друг? Акстись! Друзья не пытаются сделать из тебя колдуна-самоучку”.

Я мирно попивал чаёк, не показывая, какая на самом деле буря происходит в моей голове. А по телевизору что-то говорили про лунное затмение.

- Это самое редкое событие. Сегодня ночью, в пять тридцать семь жители Западной Европы могли наблюдать полное лунное затмение, в два пятьдесят два началась его полутеневая фаза…

Чай выплеснулся у меня изо рта и глаза стали по шару. “Так вот про какой особенный день мне говорил Лёша. Это была ночь полного лунного затмения. По-моему, всё идеально сочетается. Луна. Затмение. Его, конечно, у нас не было видно, но это не значит, что это не сработает или он, например, не телепортировался куда-нибудь для проведения ритуала. Почему бы и нет? Осталось узнать, что же он всё-таки со мной сотворил?”.

На улице была замечательная погода для прогулки. Обыватели Магийска спешили в офисы и магазины. Особы женского пола спешили на шопинг с подружками, громко хохоча на весь город. Несмотря на сезон отпусков, город был наполнен суетливыми горожанами и приезжими. Особенно битком были набиты магазины детской и подростковой одежды. Родители в поисках костюма для своего чада бегали из магазина в магазин. И только один я выбивался из колеи бешеного ритма города. Я шёл медленным шагом и просто думал. “И зачем вообще покупать своему ребёнку каждый год новый костюм, он ведь всё равно быстро растёт? Странно. Их родакам некуда девать деньги?

Я купил шоколадных “M&Ms” и продолжил прогулку. Объявления о пропавшей ведьме не давало мне покоя. Вдруг я следующий? А я ведь даже не знаю, кто я на самом деле? Очередное объявление висело на ближайшем дереве, со злобой я сорвал его и смял в кулаке.

-Что делаешь? – услышал я знакомый голос. Обернувшись, я увидел мою подругу Аньку.

- Привет, как жизнь, родная? - обнял я её сразу же.

- Здарова, я нормуль, как сам? – улыбнулась она.

Её слегка вьющиеся, светло-русые волосы почти всегда были собраны в аккуратную гульку. Скорее всего эта привычка была связана с выступлениями на соревнованиях по художественной гимнастике. Её жесты всегда были лёгкими, плавными, такими же, как и её голос. Глаза у Ани были карие, как и у меня, но более светлого, орехового оттенка. Небольшие щёчки и несколько пухлые губы придавали её внешности большую миловидность.

Отец близняшек жил и работал в Питере, несмотря на то, что они Ириной Марковной, мамой девочек, не были разведены, и девочки частенько катались к отцу в гости.

- Да ничего, недавно был в лагере для сумасшедших, - ответил я.

- Весело. А я вот в Питере была. Тебе, кстати, привет от Эрмитажа.

- И ему того же. Как Вера? - решил я поинтересоваться жизнью старой знакомой.

- Да, ничего. Вот новую подругу в Питере нашла, Алей зовут.

- Хорошая-то подруга?

- Да. Сказала как-нибудь приедет к нам в захолустье. Ладно, мне нужно идти дальше.

- Пока, - сказал я улыбнувшись и Аня поспешила по своим делам.

- Хорошая девушка. Одноклассница? - спросил меня кто-то сзади. И меня окатила дрожь. За эти пару дней я выучил этот голос и уже не перепутаю ни с чем другим. Он бьёт по мне колоколом.

- Опять ты? - я обернулся.

Я стоял хмурый, словно туча, и смотрел на него с недоверием, испепеляя взглядом.

- Не волнуйся. Я уже всё сделал, - продолжил он.

Меня снова окотило волной дрожи. Неужели он уже всё сделал? Он воспользовался мной? Как вещью?

Я развернулся и попытался влепить ему резкую пощёчину. Секунда - и его не оказалось рядом. Моя рука пролетела по воздуху. Через секунду он оказался на том же месте.

Что? Но как? Это такая телепортация? Но ведь это невозможно.

- Вообще-то возможно, - будто прочитав мысли, ответил он.

Я бы влепил ему ещё раз, но отчётливо понимал, что это бесполезно.

- Теперь я слышу и твои мысли. Твоя необычность растаяла для меня сегодня после ритуала. Теперь мы похожи. И ты уже ничего не сможешь с этим сделать. Просто прими это как дар. Как данное… или как проклятие. Для каждого это что-то своё. Для меня это просто данное. Я такой. И чтобы я ни сделал, я не поверну время вспять. Я не изменю прошлого. Не вернусь в тот день, когда родился или, когда меня таким сделали. Но как только я найду способ всё исправить, ты узнаешь об этом первым. И мы снова станем обычными людьми. Но не сейчас, - его глаза были настолько правдивыми и наполненными болью, что мне показалось, что у него есть чувства.

Он исчез в секунду. Я не успел опомниться. Как он мог оставить меня с этими мыслями и даже не попытаться меня успокоить? Руки начали трястись, и сердце колотилось так, что готово было выпасть из груди.

Уже ничего в моей жизни не может быть идеальным или хотя бы нормальным. Я поступаю в новую элитную школу, а меня преследует маг-психопат.

Настроение гулять пропало, как и не было. Я вернулся домой и просто лёг под одеяло, дабы согреться после холодного дождя. Телевизор мама не разрешала включать во время грозы. Телефоном пользоваться тоже, компьютера или ноутбука у меня всё равно не было на тот момент. Поэтому я просто лежал и смотрел вдаль. Моя голова наполнилась вакуумом. Надо же было так попасть. Теперь всю жизнь себе искалечу. Мне будет совершенно не до учёбы из-за этого всего. Я буду думать не о том. Я не моргал, мой мозг был просто не способен сегодня совершать какие-то действия. Я твёрдо решил для себя, что мне лучше до завтра вообще ни о чём не думать. И так я лёг спать в три часа дня.

Глава 8

Я пришёл на линейку вовремя, даже раньше, чем предполагалось. Я шёл не торопясь, ведь погода идеально способствовала повышению моего настроения. Вакуум в голове никак не хотел меня покидать, и ещё ко мне прицепилась дурацкая привычка смотреть куда-то на небо, на облака, а не себе под ноги. Споткнувшись и чуть не упав пару раз, с горем пополам я добрался до лицея. Он состоял из нескольких корпусов: музыкального и общеобразовательного. Общеобразовательный находился на другом конце города, а музыкальный, где сегодня была линейка как раз в шести минутах ходьбы от моего дома.

Раньше этот корпус был обычной музыкальной школой. Было основное двухэтажное дореволюционное зелёное здание, затем после войны сделали трёхэтажную пристройку. Подходя к лицею можно было услышать целый оркестр. Вначале ярче всегда были слышны духовые, в основном трубы, затем стало слышно как кто-то распевается, затем становились слышны менее яркие звуки струнных и фортепиано.

Когда я распахнул дверь, меня отнесло вместе с ней: я был голоден и, казалось, весил, как пёрышко, так что меня вполне могло унести ветром. Между первой и второй дверью, в предбаннике, было пространство, где висели различные стенды, на которых, как и в обычных школах висели доски под названиями “Наши достижения”, “Наши таланты”, “Наши экзамены”, “Наши выпускники и вновь прибывшие”. Больше всего меня интересовал этот стенд. Я по-прежнему не знал, в каком классе буду и вообще с кем. Пробежавшись глазами по списку сверху вниз, я заметил, что я во второй группе вместе с Максом и Аней, а также новоприбывшей Ингой Плесецкой. Также с нами был какой-то загадочный парень Андрей, которого, по словам Макса и Ани, никто и в глаза не видел. Он приехал из Минска с родителями. Родители давно собираются развестись, но из-за отцовских денег мать не решается остаться с ребёнком одна, ведь, по сути, у них совместно нажитого имущества нет, и мать Андрея не может претендовать на дом. Я был доволен составом своего класса. За исключением лишь одного. Юлия Жукова. Она меня не выносит, не имея на это объяснимых причин. Постоянно дразнится и обзывается. Весьма неприятная личность. Хорошо учится, недурна собой, хотя особой любовью к труду не отличается. Кажется, у неё есть старшая сестра, которая в этом году закончила лицей. Юля пытается казаться взрослее, чем она есть, и более важной. Наверное, хочет быть похожей на сестру. Интересно, сестра у неё такая же вредная?

На стенде, где говорится о выпускниках, я нашёл старую знакомую, Нину, которая после учёбы здесь переехала жить в Минск, ибо считала, что там реальнее найти работу, да и стать перспективным музыкантом шансов намного больше, нежели в Магийске или хотя бы где-то неподалёку. Она была хорошей пианисткой и многому меня научила. Я хорошо закончил последний год и вот я здесь на полных основаниях. На стенде про достижения я обнаружил фотографию Максимки с дипломом, что и понятно: он объездил, наверное, весь мир с конкурсами. Мне есть чему у него поучиться, правда, эту мысль я уже озвучил вслух.

- Правда? - переспросил меня кто-то сзади. Я дёрнулся с перепугу, но это оказался всего лишь Макс.

- И как у тебя так всё получается? Я просто разглядывал достижения, и нет листка, где не было бы указано твоего имени.

- Не знаю, просто как-то само всё получается, - с лёгкостью в голосе произнёс он и засунул руки в карманы.

Он был светло-русый чуть выше меня ростом, худощавый парень с зелёными глазами и довольно большим количеством родинок на лице. Улыбка у него была не такая открытая, как у Полякова или моего позавчерашнего водителя Андрея, скорее несколько угловатая. Сегодня он был одет в классический серый несколько блестящий брючный костюм с галстуком.

“Само? - подумал я. - Неужели он не прилагает каких-то неимоверных усилий для достижения этого всего? Он - моя полная противоположность. Мне, чтобы добиться маломальских усилий, нужно сидеть у инструмента часами”.

- Чего стоишь здесь? Ты бы уже в зал проходил, да и время уже на подходе, - предложил он, указывая на дверь в фойе.

- Да-да. Не жди меня. Я уже поднимаюсь, - отмахнулся я и продолжил пялиться на стенд.

- Ну, хорошо, - он распахнул вторую дверь и последовал в фойе.

Я, судя по всему, ещё долго стоял и разглядывал стенды, потому что через несколько минут с зала донеслись фанфары.

- Ну вот, пришёл вовремя, но всё равно опоздал. Так могу только я, - пробубнел я.

Я поднялся по лестнице со скоростью коршуна, летящего за добычей.

Наконец, я достиг концертного зала. Я рассчитывал, что помещение будет несколько больше. На деле же вряд ли вмещало больше ста человек. Остальные спокойно стояли. Старые, видимо советских времён красные кресла не выглядели достаточно надёжными. Открытые высокие до потолка окна не снабжали зал достаточным количеством воздуха, здесь всё ещё было очень душно. Слева от входа за пультом сидел звукооператор, рядом с ним завуч контролирующая процесс и последовательность выступлений.

Я старательно пытался найти кого-нибудь из наших. Макс, видимо, тоже хотел меня найти. Мы встретились взглядами, и я устремился к первому ряду. Но, к моему глубочайшему сожалению, свободных мест там не оказалось.

- Давай сядем на одно кресло, - услышал я от кого-то снизу.

И представьте, какого было моё удивление, когда, опустив голову, я увидел мальчугана, который подвёз меня пару дней назад до дома. Ах да, тот день, он вообще был насыщенным, и даже пересыщенным событиями разной степени ужасности. Мои глаза стали размером с яблоки.

- Опять ты? - грозно прошипел я.

- Просто садись и не задавай лишних вопросов. Давай знакомиться ещё раз. Я Андрей Мирный.

- Герман Князев, - шуточно протянул я руку.

- Будем знакомы. Надеюсь, ситуация, произошедшая с нами недавно, исчерпана, и о ней никто не узнает, - таинственно промычал он, не отрывая глаз со сцены.

- Естественно. Ещё мне не хватало, устраивать себе лишних проблем в новой школе. Мне и без тебя их по горло, - я нарисовал воображаемую горизонтальную линию в области шеи. - Меня подвёз до дома тринадцатилетний мальчик на угнанном у отца “Джипе”. Как это замечательно!

Казалось, Андрей и вправду из богатой семьи. Аккуратно причёсанные и уложенные гелем или воском волосы, одет с иголочки. Заметно, что небесного цвета костюм не был сделан из дешёвой ткани, и кожа туфель не была искусственной. Я сомневаюсь, что им вообще занимаются родители. Скорее всего для этих дел есть служанка или няня. Так ровно отгладить стрелки брюк может не каждый. Из-под рукавов пиджака можно было увидеть манжеты, где вместо пуговиц красовались серого цвета запонки под цвет галстука. Всё было ему по размеру, ничего не висело.

- Мой отец, как и сотни раз раньше, не стал заводить на меня дело об угоне. Ведь ему это просто невыгодно: он знает, что я расскажу матери обо всём, и я всё ещё продолжаю его шантажировать. К тому же, вряд ли дядям сверху понравится то, что сын начальника ведомства - угонщик-рецидивист.

- Так делать нельзя!

- Они знакомы? - услышал я шёпот сзади.

- Я не знаю, но судя по всему, да, - ответил второй голос.

- Странно, я рассказывал Гере про Мирного, и он сказал, что не знает такого человека.

Это был голос Макса.

- Может он тебе соврал?

И Юли Жуковой.

- Но зачем ему это? - не понимал Макс.

- Ну, не знаю. Они так оживлённо беседуют, значит, есть о чём.

- Может, они старые знакомые, и Андрей из-за проблем с отцом просто взял фамилию матери. А Андрей - довольно распространённое имя в Беларуси, мало ли про какого Андрея Мирного я там рассказывал.

- Может и так. Но этот Князев точно что-то не договаривает. Что-то в нём есть не от мира сего, - Жукова была сегодня несколько подозрительнее обычного.

Я веду себя как обычно, последние часа полтора даже не думаю о магии. Вот блин! Опять думаю! Я не хочу, чтобы Максим подумал, что я что-то от него скрываю. Вот только с ним проблем мне не хватает. Он - мой единственный адекватный друг мужского пола, поэтому его терять я не хочу, и он не заслуживает всей этой лжи. Если со мной что-то всё-таки случилось, то я обязательно ему расскажу. И мне будет всё равно, даже если для него это будет сильным ударом. Он заслуживает только правды.

- Итак, наши поступившие в седьмой класс ребята, мы приглашаем вас на сцену, - проговорил ведущий.

- Гера, Гер, с тобой всё в порядке? – спросил Макс, легонько толкнув меня в бок.

- Да, конечно, - снова соврал я ему.

Совесть начала пожирать меня изнутри.

- Точно? Просто, не похоже. Ты обычно веселый и разговорчивый, а сегодня будто чем-то сильно озабочен, - он явно пытался развести меня на откровенный разговор. Но, увы, тщетно.

- Тебе кажется. Просто кажется, - уверил его я.

- Надеюсь, но ты можешь сказать, если что не так, - он продолжал давить.

- Если будет что-то не так, поверь, ты узнаешь об этом первым. У тебя нет причин для беспокойства. Просто верь мне.

- Хорошо, - он вроде бы и поверил мне, но озабоченность с его лица не стёрлась.

- Наш торжественный концерт окончен, - провозгласил ведущий.

- Фух, - выдохнул я. - Ну наконец-то! Я думал, это никогда не кончится.

Максим всё подозрительнее смотрел на меня.

- Так, Гера, постой, - окликнул он меня.

- Что?

Он явно хотел сказать что-то важное, но произнёс только:

- У тебя жирное пятно на брюках.

- Блин, блин, блин! А! Всё с меня хватит. И вообще замолчи! - я вышел из себя.

- Всё, я молчу, молчу.

- Ты думаешь, а это безумно раздражает! И вообще я к Ирине Анатольевне!

- Ну, ладно, иди.

Максим был явно удивлён моей резкой реакцией на его слова. Наверное, меня в тот день можно было разозлить даже мелочью.

Я поспешил удалиться из концертного зала и побежал вниз по ступенькам.

“Отлично, теперь я ещё и Максу нахамил. Это всё меня доконает!”

Дойдя до кабинета сто тридцать пять, я постучался в дверь. Открыл её и, просунув лишь голову в дверь, вежливо поинтересовался:

- Можно войти?

- О, Герман, это ты? А тебе разве не сказали? – Ирина Анатольевна явно была удивлена моему появлению.

- Ну, что опять?

- Тебе в двести девятый кабинет. Я больше не твой педагог. Несмотря на то, что тоже преподаю здесь, тебя перевели к другому педагогу.

- Вселенная решила поиздеваться надо мной? Я сменяю уже третьего педагога, не считая того, что у меня был ни один временный педагог. И вот опять?! Как можно стать хоть каким-то мало-мальски хорошим пианистом, если у тебя каждый год меняется педагог? - возмутился я.

- Герман, ты же знаешь, если бы это зависело от меня, то я конечно бы и тебя, и Ингу, и Аню вела бы дальше, но, увы, администрация решает за нас.

- Это неправильно, так быть не должно! – крикнул я и, хлопнув дверью, убежал в двести девятый кабинет к моему новому педагогу.

С Тамарой Витальевной я был знаком только понаслышке, ну и видел её пару раз. Я слышал, что после первого урока ученики убегают из её класса в слезах, а те, кто держатся, после выпускного класса становятся настоящими виртуозами. Я сразу поставил себе цель, что я выдержу. Но первый урок у меня даже не сегодня, я ведь просто иду посмотреть расписание на стенде. Ну, вот и он: итак, понедельник и четверг - отлично. И тут открывается дверь, и я вижу Тамару Витальевну, так сказать, во плоти.

- Я так понимаю, ты мой новый ученик, - окинула она меня взглядом сверху-вниз.

- Да, я Герман. Герман Князев.

- Я отлично знаю, кто ты. Ну что ж, заходи, нужно поговорить, - она дала отмашку, чтобы я вошёл.

Я не посмел бы ослушаться.

Кабинет был просторным и уютным. Большую часть помещения составляли рояль, пианино и шкаф. На верхних полках лежали кипы нот, некоторые из них были разложены по жанрам, на средних стоял небольшой зелёный электрический чайник (который явно хранить было запрещено), несколько чашек, сахар, коробка с чаем и пару ложек. Внизу стояли туфли Тамары Витальевны, видимо, и губка для чистки обуви. Пол был устлан светло-коричневым линолеумом. Как только заходишь в класс, можно приземлиться на один из пуфиков, затем следовал её стол и стул. По другую сторону кабинета у окна также стоял пуфик, но уже обитый светло-серым дерматином.

Смесь затхлого запаха старых книг, терпкого кофейного и слегка сладковатого аромата её духов ударил мне в нос, как только я вошёл в помещение.

Я вёл себя сдержанно, все остальные проблемы на фоне этой померкли. Меня будет ждать настоящий мозговой штурм.

- Я, как правило, даю уроки девочкам. Парни - нечастые гости в моём классе. Я бы не взяла тебя в свой класс, если бы не тот конкурс (если ты понимаешь, о чём я). Несмотря на то, что на городском конкурсе ты занял пятое место, твоя игра была слабой и даже очень. Но, тем не менее, я увидела в тебе потенциал и подумала, что мне есть над чем с тобой позаниматься. По-крайней мере мне с тобой точно не будет скучно.

Пышная причёска лишь придавала ей дополнительной суровости, а светлые ледяные голубые глаза были невероятно пронзительными и будто читали тебя изнутри. Она была похожа на немку, холодную и суровую даму из высших сословий. Казалось, будто она не из этого века. Острые черты лица, прямая осанка, скупые, несколько механичные движения, брючный фиолетовый костюм– всё выдавало строгий характер женщины. Я сидел смирно, старался даже не дышать.

- Последний парень, который был здесь, не оправдал моих надежд. Он мог стать неплохим пианистом, но пошёл по другому пути. Ему была куда интереснее теория, - она говорила о нём, как о человеке второго сорта, с пренебрежением, а холода в её голосе лишь прибавилось, - и я потратила на него слишком много времени, поэтому я сразу хочу спросить тебя: хочешь ли ты на всю жизнь посвятить себя фортепиано и музыке в общем или для тебя это просто хобби? В этом классе нет место для людей, которые решили просто поразвлечься, любителей. Только лишь для тех, кто готов отдать себя без остатка этой профессии, не жалея ни сил, ни времени.

- Я готов! - выпалил я, хотя точно не был уверен в своих словах.

- Ну что же, мы начнём в понедельник, а пока живи.

По телу пробежали мурашки от её слов. Она определённо умела напугать и произвести неизгладимое первое впечатление.

- Не бойся, я пошутила, - бросила она небольшую ухмылку.

Я издал нервный смешок, и в момент, когда уже открыл дверь, она сказала.

- А может и не пошутила. Всё зависит только от тебя.

Как оказалось, около кабинета меня уже ждала толпа, и тут же на меня навалились с вопросами:

- Ну как?

- Она очень злая?

- Она уже накричала на тебя?

- Да, нет. Просто нужно будет упорно работать, - спокойно ответил я.

- И всё? Больше ничего не сказала?

- Грозилась, что если не буду серьёзно работать, то она меня убьёт.

- Миленько, - иронично прыснула Жукова.

- Но явно к парням у неё особые требования, - ответил я.

- Держись, вместе мы справимся, - Аня похлопала меня по плечу.

- Да. Я пойду. Устал так.

- Иди. Ну, а я теперь в бой, - Аня зашла в кабинет.

Я пошёл по коридору, чтобы посмотреть расписание по остальным предметам.

Глава 9

Наконец, обойдя все стенды, я покинул здание лицея. Вдохнув тёплый сентябрьский воздух, мне стало как-то легче. Я просто шёл по пешеходному бульвару. Усталость как рукой сняло. Лёгкость появилась и в душе, и в походке. А мысли смешались и превратились в ничто.

Вдруг мне в голову пришла сумасшедшая мысль: а что если Лёха говорит правду? Вдруг он не врёт и, вообще, он не сумасшедший? Просто нужно осознать, что в мире есть что-то потустороннее, что не может изучить наука и понять человечество, и вообще не поддаётся пониманию? Необъяснимо, но факт. Может, мне не стоит этого бояться, а просто принять это как данное. Вдруг это не будет мешать мне жить, а наоборот поможет? Это может сделать мою жизнь легче. Нужно попытаться. Я ведь не могу бояться и сторониться этого вечно. Пришло время для чего-то нового.

На улице было солнечно, дул небольшой ветерок и тихо работала поливочная система. Было по-настоящему жарко, пиджак ужасно сковывал движения, и я поспешил его снять.

-Ну что ж, сейчас или никогда, - я размял шею, слегка приподнял руку, придал ладони форму шара и сконцентрировался на поливалке, зажмурив глаза.

Внезапно давление в воздухе стало повышаться, как мне показалось. По телу пробежал жар, я почувствовал покалывание в кончиках пальцев, будто из них прямо сейчас полетят искры. Целлофановый пакетик, валявшийся недалеко от меня на тротуаре, внезапно взлетел. Листья начали подниматься в воздух, флаги начали развеваться сильнее, начал подниматься по-настоящему сильный ветер. Некоторые девушки придерживали головные уборы, а мужчины - барсетки. И тут я понял, что это было плохой идеей. И уж точно в жизни никак не поможет. Вот и где же были мои мозги? Ну вот, теперь это часть меня. Проверил. Молодец. Фиговый из меня экспериментатор. Блин, идиот, вот и зачем? Я теперь буду об этом думать. И вообще, люди могли пострадать из-за меня. Всё, уйду в монахи или отшельники. Лучше всего в лес, там меня не найдут, надеюсь… Буду питаться листиками и грибами, различными ягодами или шишками. Я не хочу причинять вред и боль людям. Я думал: буду помогать, как супергерой, а теперь я, кажется, больше смахиваю на суперзлодея. Я был действительно напуган собственной силой. Я немедленно опустил руку, чтобы никому не навредить больше.

-Вот, чёрт! - посмотрел я на свою руку.

Я бежал, просто бежал, куда-то вперёд. Ну, всё, теперь уже точно, я нашёл самое главное приключение на свою голову. И мне от этого уже никак не избавиться. Я теперь даже сам себя боюсь. Ну вот, а от себя ведь не убежишь. Теперь моя жизнь никогда не будет прежней…

Глава 10

Я забежал в книжный, находившийся чуть дальше по этому бульвару.

На первом этаже располагались любовные романы, детективы, произведения зарубежных классиков. На втором учебная литература, русские и белорусские писатели и поэты, а также историческая и кулинарная литература и всякие мотивирующие книжки.

Я нашёл нужную мне полку.

-Ну, давай же. О, П, Поборин, Поверезин, - водил я пальцем по странице справочника, - Погодин, Подьяков, Поёжин Поланский, Поляков. Вот, - поискав в телефонном справочнике, я наткнулся на необходимый адрес.

-Кажется, это тот район. Полякова Ирина Геннадьевна.

“Очевидно, что дом переписан на его мать. Да и скорее всего они единственные Поляковы во всём городе. А нет, вот ещё одна. Полякова Марфа Сергеевна. В смысле Полякова? Ещё и улица та же. Это та самая женщина? Я почти уверен, что на объявлении указана другая фамилия. Выходит, что Марфа Сергеевна - это бабушка Лёши. Это с одной стороны многое объясняет, но с другой… Что, если я нужен ему чтобы помочь найти бабушку. Вдруг её похитил сильный колдун и в одиночку он не справится?”

Мысли путались, я поставил справочник на стеллаж. Дальние полки внезапно будто приковали мой взгляд. Я подошёл.

“Демонология”, “Колдовство для чайников”, “ТРИ В: Ведьмы, вампиры и валькирии”.

-Гера, - окликнули меня. Это оказалась Аня, - Что ты забыл у этой полки?

-Я частенько сюда просто так захожу. Разглядываю всякое. Вот наткнулся.

-“Демонология”? – удивилась Аня.

Я искусственно усмехнулся.

-Да. Это всё какой-то бред, - разводил я руками, - Ведьмы, оборотни. Не представляю, кто верит в это. Кому интересна такая чушь?

-Вообще. Мне интересна, - взяла она книгу со стеллажа, - Колдовство существует. Просто мы его не замечаем.

-То есть ты веришь, что есть кто-то, кто отличается от нас?

-Естественно. Есть люди, которые видят ауры, к примеру.

-Ауры?

-У каждого человека есть аура. Это что-то вроде биополя. И у каждого оно может быть разного цвета в отличие от намерений. Гер, есть многое, чего мы не можем понять. Но люди видят будущее, видят вещие сны, предугадывают погоду.

-Такие люди точно не станут работать в гидрометеоцентре, да? - улыбнулся я, - Аня, как думаешь? Если люди умеют предсказывать погоду. Могут ли они её менять? - поинтересовался я её мнением.

-Думаю это возможно. Такое я, конечно, только в кино видела. Типа “Людей Икс”. Но, например, в Тибете живут всякие шаманы, которые могут призывать дождь.

-И ветер?

-Ветер? – не поняла Анька, к чему это вдруг я спросил, но уверено заявила. - Думаю, это они тоже могут.

-Понятненько. Знаешь, вообще мне нужно бежать.

-Да. Хорошо. Пока, - смутилась Аня, но я поспешил её покинуть.

И теперь я направлялся к дому Полякова. Я точно знал, что и как буду делать. Надрать ему его колдовской зад было моей первоочередной задачей. Я, конечно, пока не знал, как управляться с моими новыми способностями. Но умение импровизировать у меня никто не мог отобрать. Будем пользоваться тем же, что он мне и даровал. Правда, с его огненной силой мне, наверное, будет довольно тяжело справиться. Только сейчас я понял, насколько далеко от центра он живёт. Я уже устал бежать, но жажда уничтожить этого маленького засранца была настолько велика, что перевешивала усталость. Я сбил с дороги парочку мешавших мне прохожих и слышал издалека громкие ругательства в мой адрес, но мне было уже абсолютно всё равно. И надо мне было вообще в этот лагерь тащиться, посидел бы дома этим летом, так нет же, отдохнуть захотелось. Отдохнул. Замечательно отдохнул! Просто шикарно! Что-то лучшее сложно себе представить. Погода явно была солидарна с моим настроением: на горизонте появились первые тучи. Мне было уже абсолютно всё равно. У меня не было зонта, и скорее всего, домой я пойду пешком под дождём. Наконец-то я добрался до заветного домика. Потерев ладони, я поднялся по лестнице.

- Итак, - вслух проговорил я, - и что дальше? Мне определённо хочется эффектно появиться, значит, мне нужно выбить эту дверь. Но как? Нужно продумать алгоритм действий как тогда. Поднять руки и выплеснуть всю энергию на дверь, кажется, я видел, как это делают в разных фантастических сериалах, - я сделал всё согласно схеме, и дверь с шумом ввалилась внутрь, создав дымку из пыли и щепок.

- Поляков, выходи, я ведь всё равно тебя…

Сквозь дымку я заметил две фигуры: Лёшину и какого-то огромного мужика

- Надо же! Кто-то хочет убить тебя раньше меня. Оказывается, я не единственный. Ты околдовал ещё кого-то?

-Ого, ещё один колдун? Мне сегодня везёт, - почти прорычал мужик.

Колдун выглядел как обычный человек. Мужчина лет сорока, под два метра ростом, широкоплечий и с бородой, напоминающий дровосека из Белоснежки. Почему-то он всегда представлялся мне именно таким. Кожаная куртка, слегка потёртые светлые джинсы, высокие чёрные ботинки. Если бы я встретил его на улице, то никогда бы не подумал, что он колдун, хотя обо мне такого тоже сказать нельзя. Выдавал его натуру лишь пустой, безумный взгляд ледяных голубых глаз.

- Не то, чтобы я не рад тебя видеть, но ты оплатишь починку двери? - спросил Лёша

Я подбежал к нему, потому что мало себе представлял, что ещё могу сделать.

-Он убийца той ведьмы, ну или похититель, - пояснил Лёшка.

Через секунду колдун метнул в меня электрический заряд. Но я увернулся.

Я слегка вышел вперёд, колдун продолжил.

-Я вижу, что ты был никем, пустым местом. Ты думаешь магия что-то сможет изменить?

Я разжал кулак, но всё ещё держал его на уровне чуть выше колена.

-Знаешь, может ты и прав.

Я напряг ладонь, воздух в гостиной будто стал наэлектризован, даже мелкая пыль будто поднялась с поверхности и замерла в воздухе.

-Может ничего и не изменится, - продолжил я.

Я начал по немного поднимать руку.

-Но есть одно “но”. Ты этого уже не увидишь, -сказал я и резко сжал руку обратно в кулак.

Колдун взялся за горло и упал на колени, затем он забился в конвульсиях и начал судорожно бить ладонью по полу. Он кряхтел, задыхался и в итоге взорвался в ярком зелёном свечении.

-Это было круто! – подбежал Лёшка.

-Я знаю, что та ведьма твоя бабка, - констатировал я, обратившись к Лёше

-Да, - поджал губы Поляков и добавил, - от новых способностей тебе всё равно не избавиться, а я ведь могу помочь тебе научится ими пользоваться, -привёл Лёша серьёзный аргумент.

- Отлично. И принеси освежитель воздуха. Здесь всё ещё пахнет гарью и дохлым колдуном, - сказал я и помахал нос рукой.

- Естественно. Нет ничего лучше запаха сгоревшего колдуна.

- Вот тебя и поджарим на вертеле.

- Правило первое: огонь не может причинить мне вреда, - начал рассказывать Лёха, пока мы шли на кухню.

- Прикольная способность.

- Сейчас я поставлю чай, а ты иди в подвал. Поищи в книжке про свои способности. Я думаю там будет для тебя немало интересного.

Глава 11

Я спустился обратно в подвал. Сегодня там наконец заработал хотя бы свет одинокой лампочки. Порывшись в уже знакомом сундуке, я нашёл колдовской дневник Полякова. Забавно, что сундук был практически невесомым, несмотря на наличие в нём огромного количества предметов. Казалось, что он слегка пульсировал и будто бы был как живой.

К дневнику были прикреплены разного цвета самоклеящиеся закладки, на которых были подзаголовки: История колдовства, Способности, Воскрешение силы, Зелья любовные, Зелья для уничтожения, Зелья для превращений, Заклинания, Карта города. Сам дневник был явно из натуральной кожи.

- Тебя всё равно никто не полюбит, и ни одно зелье тебе не поможет! - прокричал я из подвала.

Меня интересовало абсолютно всё. Но я всё-таки решил начать со своих способностей. Полистав блокнот, который был уже весьма толстым из-за накопленной в нём информации, я таки нашёл что-то про свои способности.

- Итак, способность управления потоками воздуха. Зависит от эмоций и чувств человека, ей обладающей. Ну, это мы уже поняли. Зачастую перерастает в видение будущего и левитацию (поднимание себя самого в воздух) и невидимость. Возможна телепортация - очень редкая способность колдуна этого вида, которая если и появляется, то в последующие лет тридцать, после проявления активных сил. Да уж очень скоро. С учётом того, что мне нужно будет сражаться со злыми колдунами не факт, что я вообще доживу. Могут снижать и повышать давление, доводить до удушья, но это требует долгих тренировок. Могут за много километров учуять запах и услышать звук. Могут и сами создавать звуковые волны невероятных мощностей.

- Неплохо, да? - спросил Лёша, спустившись в подвал.

- Занятно. Я хочу и про другие почитать, - сказал я, пролистав пару страничек назад. - Способность овладения огнём. Зачастую перерастает в телепортацию и в овладение бурей и молнией (хотя чаще ею владеют колдуны пространства и времени). Такие тоже есть?! - повернулся я к Лёхе, моё выражение лицо явно выказывало удивление. - Тело колдуна способно отталкивать от себя огненный поток или перенаправить его на противника.

- Так вот как ты спас меня и Андрея в ту ночь? Ты телепортировался, зацепился за машину и перенёс нас? - догадался я.

- Скажем так, мне было бы не очень интересно, если бы вы умерли, во всяком случае, ты. Андрей не задавал вопросов?

-Пока нет, - спокойно ответил я.- Но другие могут начать. В школе уже возник вопрос, как мы с Андреем познакомились.

-И что ты?

-Пока молчу. Не придумал, что ответить вместо: ой, знаете, я убегал от своего друга колдуна и тринадцатилетний парень, угнавший машину своего отца подвёз меня.

-Да уж- выдохнул Лешка.

- Ладно, продолжим. Они могут тушить огонь силой мысли и разжигать его.

- После таких пожаров не остаётся следов, - пояснил колдун.

- Способность овладения водой. Одна из редких способностей в наше время. Колдун может переводить воду в любое из трёх агрегатных состояний: твёрдое, жидкое или газообразное. Также может управлять бурями, но не молниями, на это способен только колдун огня либо колдун времени и пространства. Они могут уметь телепортироваться, но это очень редко. Под дождём и в воде они могут не мокнуть, если захотят. И самая редкая - способность овладения землёй. Этот колдун может вызывать землетрясения и извержения вулканов из-под земли. Одним ударом руки сломает любой вид покрытия. Несмотря на то, что в грязи присутствует вода, они могут управлять грязью. И даже, чисто теоретически, могут передвигать здания, но, как правило, на это у них не хватает силы. Так, это мне понятно. Но как ты зажёг мою лампу, которая не работала на протяжении всей моей жизни?

- А вот это уже не я. Видимо она работала от твоей силы. Да и в день лунного затмения все магические приборы немного шалят.

- Это обычная лампа, она не магическая, от слова совсем! - прояснил я.

- Откуда она у тебя вообще? - поинтересовался Лёша.

- По словам мамы, нам она случайно попала в багаж при переезде.

- Нет. Она там не случайно оказалась. Так твоей семье легче контролировать, открыл твои способности кто-нибудь или нет.

- Думаешь, они знают?

- Скорее да, чем нет. Хотя если ты во время беременности матери вёл себя прилично в плане магии, то, если она сама не колдунья, то может и не знать. Если ей, конечно, не сказал твой отец. А он мог это скрыть, ведь это тайна тайн, и она, просто посчитав, что он сумасшедший, могла бы вызвать психушку, и он мог раскрыть нас всех. И тогда бы учёные начали бы рыскать, придумали бы приборы для определения колдовства и магии, и всех бы нас нашли и изучали.

- Есть приборы для определения магии? - удивился я.

- Возможно над этим уже работают, главное помнить: нет ничего важнее нашего секрета, кроме жизни смертных.

- То есть мы должны защищать обычных людей от таких как тот парень, что поджарился у тебя в гостиной? А знаешь, я думаю, мама к этому всему непричастна. Она была искренне удивлена, что лампа загорелась, но при этом совершенно спокойна. Если бы она что-то знала, я бы понял.

- Пока что никто из твоей семьи не должен знать о тебе. А уж тем более друзья.

- Даже Макс?

- Особенно Макс. Не нравится он мне. Ему нельзя доверять. Он может подумать, что ты психопат, и уж тогда тем более вашей дружбе конец. Ты как-нибудь потом можешь ему намекнуть, посмотреть на его реакцию, но пока не стоит. Твои силы ещё нестабильны, и ты вряд ли сможешь себя защитить. Хотя сегодня у тебя это очень неплохо получилось. Я доволен тобой, - он положил руку мне на плечо.

- Кстати, я хотел спросить тебя о видении будущего и Максе. Они могут выражаться в снах? Я просто сегодня сон видел. Я видел много снов за свою жизнь, но именно этот мне показался настолько странным и ярким. Как будто всё действительно происходило со мной. Только не сейчас. А в обозримом будущем. Он был очень реалистичным, осознанным, такого со мной раньше не было.

- И что было в этом сне? – выглядел заинтересованным колдун.

- Там был Макс и какой-то неизвестный человек, хотя на тот момент я уже знал кто это, тот я, который во сне. Был тёмный подвал, а я просто шёл вниз, я знал, кого там ждал - это был колдун, но Максим просто стоял как вкопанный и даже не пытался сопротивляться. Я бросил в колдуна склянки, и он взорвался.

- Ну, как ты уже понял, есть колдуны, умеющие останавливать время, это не новость, про них в книге тоже написано. Колдуны, управляющие материей и временем. Они способны создавать галлюцинации и управлять сознанием человека, громы и молнии - сейчас это скорее по их части. Я так не умею.

- Нет, этот колдун вряд ли обладал такой способностью. Но он умел двигать предметы силой мысли, мне кажется, а я оказался сильнее и уничтожил его, но меня задело ударной волной и … похоже, что я погиб. Знаешь, я не был удивлён появлением Макса. Так должно было быть, чтобы он не полез меня защищать, и колдун его не тронул. Я его защищал.

- Но у тебя не было такой способности. Не должно быть.

- Что ты знаешь про Марфу? – решил поинтересоваться я.

- Она единственный колдун земли в нашем городе, а может и на всей планете, но телепортироваться она не может. Она очень редкая женщина. Я, правда, чуть сам её не убил. Огонь - страшная сила, особенно в руках человека, который о нём ничего не знает… Я тренировался вон на той мусорке, - он указал на мусорное ведро, которое стояло в дальнем углу кухни.

- А можно мне попробовать? - спросил я.

- Да, пожалуйста, - дал он мне полную свободу.

Поляков встал позади ведра.

- Ты уверен? - спросил я.

- Абсолютно. В тебе будет больше контроля, если ты будешь понимать, что можешь кому-нибудь навредить.

Я поднялся с удобного кресла и сконцентрировался на ведре. Поднял руку - и оно резко улетело в угол от порыва ветра.

- Ахахаха, - засмеялся Лёшка, подойдя к ведру, чтобы вернуть его на место. - Жест должен быть более мягким, иначе ты так и меня убьёшь когда-нибудь. Смотри.

Поляков сконцентрировался на ведре. Лёгкий, чуть заметный жест руки - и содержимое мусорки загорелось, сжатие в кулак - и огонь пропал.

- Ничего себе! Вот это контроль! - восхитился я.

- Если жест будет более крупным, то произойдёт вот это.

Он вновь сконцентрировался на ведре и, сделав более широкий жест, резко отпустил руку. Загорелось само ведро. Но сжатие в кулак убрало огонь.

- А что будет, если я сожму кулак? - поинтересовался я.

- Ну, ты можешь попробовать, - предложил Лёшка.

Я вновь собрал всё своё внимание на ведре, сжав руку в кулак, ведро тоже начало сжиматься.

- Как это происходит?

- Просто давление воздуха вне ведра, обволакивающее его, сжимает ведро. Так же это действует и на человека, но это очень опасно, если ты, конечно, не собираешься его убить. Если подключить к силам ещё и эмоции, то произойдёт вот что.

Лёша сосредоточился на ведре и крикнул - загорелось и ведро, и полотенце, висящее над умывальником.

- Ух ты! Это же потрясно!

- Ага. Только надо это потушить. Уж слишком много воспоминаний связано с этим ведром, я бы не хотел вот так вот с ним распрощаться- Лёшка сжал руку в кулак и огонь исчез.

- А что, если совместить две силы, мою и твою. Что произойдёт?

- Ну, этого я не знаю, я раньше не имел дело с колдунами твоего типа. Можно ожидать всего, что угодно. Но мы можем попытаться.

Мы с Лёшей сконцентрировались на ведре. В комнате начал мигать свет, стало совсем душно и практически нечем дышать. Загорелось и ведро, и полотенце, и стол с ящиками.

- Так, Герман, остановись. Всё, закончили.

Я стоял, как завороженный, он не мог меня остановить. Ему пришлось меня толкнуть, и я упал.

- Да что с тобой случилось вообще?! – не понял Леха.

- Мне уж очень понравилось это ощущение мощи, непобедимости. Знаешь, как будто вся сила вселенной была в моих руках. Это такой удивительный жар в теле, горячая кровь, - ответил я, вставая с пола.

- Не пугай меня так больше. Советую не увлекаться. Это так, на будущее, - предупредил Лёха.

- Слушай, мне, наверное, пора идти, - сказал я, посмотрев на часы. - Мама забеспокоится, я думал, что буду дома раньше, а уже шесть вечера. Темнеет.

- Да, конечно. Главное помни: мой дом - твой дом. Всегда жду в гости, но не увлекайся своими силами. Если их заметит кто-то из смертных, то придёт трибунал и уничтожит нас и воспоминания о нашем существовании. И помни: ты можешь мне доверять, я расскажу тебе всё, что знаю.

- Я доверяю тебе, кажется, просто не ври мне больше никогда. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому всему, ты же сам понимаешь.

- Главное - никаких нервов. Помни об этом.

- Хорошо, я понял. Ну, спасибо тебе за всё. Как бы странно это не звучало сейчас, - добавил я.

- Я провожу тебя, - предложил Лёшка.

Мы прошли к выходу. Даже этот дом для меня как-то изменился, он стал менее жутким или страшным, обычный милый домик. Я осмотрел его ещё раз: он другой, теперь он мне кажется даже относительно уютным. Поляков распахнул мне дверь:

- Спасибо тебе.

- За что? - не понял я.

- За всё. Ведь ты спас меня уже дважды, если считать то, что ты теперь тоже колдун и сможешь помогать мне.

- Ты создал себе мрачный, даже пугающий образ. Знаешь, что? Завязывай ты с этими анонимками.

- Почему сразу анонимками? Я всегда подписываю свои творения, - ухмыльнулся он.

- Ну, всё я пойду.

- Ты должен мне зонт, - кинул он мне вслед.

Я спускался по ступенькам, было заметно, что прошёл мелкий дождик. Пахло мокрой осенней травой. Я вдохнул этот чудесный аромат. Мне стало легче.

Глава 12

Когда я прибыл домой, лампа всё ещё горела. Я уселся на кровать и продолжал наблюдать за ней. С виду обычная лампа, я не нашёл в ней ничего необычного, но ведь почему-то она загорелась именно тогда, когда у меня появилась сила. Она что, волшебная? Я взял её в руки и даже попробовал потереть в надежде, что оттуда вылезет джин. Но лампа казалась совершенно обыкновенной.

- Мам?! - окликнул я её.

- Что? - заглянула она в комнату.

- Почему вы оставили эту лампу? - решил поинтересоваться я.

- Не знаю. Её отец оставил. Она дорога ему как память, - попыталась объяснить она.

- Сколько ей лет уже?

- Она, судя по всему, со времён появления электричества, а может даже и раньше. Как рассказывал твой папа, в ней когда-то стояли свечи, а уже потом её переделали в электрическую его прадед и прабабушка. Она перестала работать в день, когда я забеременела. Я очень испугалась, подумала, что это какой-то знак, потом про неё все забыли, а вот теперь, когда мы переехали, я нашла её в старых вещах и попыталась её починить. Папа колдовал над ней весь день, но безрезультатно. В ней всё исправно, а вот мои труды не прошли даром, - она загорелась.

- Да уж, точно… колдовал. В общем, мне всё понятно. Мама, не было никаких беспокойств, пока ты была беременна мной?

- Ну, ничего сверхъестественного со мной не было. Обычное недомогание, перепады настроения, ничего больше.

- Понятно.

“Возможно, о моих силах позаботились ещё до моего рождения. И, скорее всего, мама даже о них и не знает ничего. Значит, знает папа. Но ему ни за что нельзя узнать, что я колдун, хотя он и так знает. Главное, чтобы он не понял, что мои силы вернулись, иначе он снова их заточит, и уж на этот раз постарается, чтобы до них никто не добрался. Ему нельзя знать. И вообще, я на него обиделся. Он врал мне с самого рождения. Ну и как мне тогда побольше о себе узнать? Придётся через Лёшу, ибо другого пути я не нахожу. Хотя ему пока тоже нельзя доверять на сто процентов. А мама Ани работает в библиотеке, мы в любое время можем туда пойти и покопаться в архивах и материалах. Возможно, найдём что-нибудь о переселении ведьм или кого-то там ещё. Или о моих возможных родственниках, в конце концов, мне поможет даже родословная, хотя бы неполная. Хотя неполная меня не устроит, мне нужна самая что ни на есть полная… Но я не хочу, чтобы Поляков узнал, что я копаюсь во всём этом. Начнёт думать, что я ему не верю. Хотя пусть думает, что хочет. После сегодняшних выходок, да и вчерашних и позавчерашних, неужели он действительно думает, что заслужил моё полное доверие? Не тут-то было. Тем более, если установлю, какой силой обладали первая ведьма или колдун, смогу понять, какие силы у родственников и отца. Мне теперь вдвойне интересно. И, если лампа чувствует магию, почему она погасла, или она реагирует только на меня или на магию ветра, не знаю. В общем, поживём - увидим. Нужно ещё дома покопаться, поискать тайники и папины старые фотографии, может, найду что. А что, если мама знает и просто скрывает от меня? Я уже не знаю, кому доверять, а кому не стоит. Мир вокруг меня уж слишком переменился за один день. И вообще, всё это не мешало бы положить на бумагу, как сделал Лёха, для будущих поколений: если у меня будет сын или дочь, то я никогда не буду от них скрывать их хоть и тёмное, но всё-таки прошлое. Я считаю, любой заслуживает знать правду, даже человечек, который не знает, что такое правда, а что - ложь. На меня слишком много навалилось в один день, мне бы отдохнуть. К счастью, завтра воскресенье, и у меня есть день. Ведь ни библиотека, ни архивы по выходным не работают, поэтому я предлагаю себе просто расслабиться. А вот в понедельник взяться за работу”.

Глава 13

В понедельник я проснулся в прекрасном настроении после ночей без сна и кошмаров и, что самое главное, даже с магией жизнь казалась прекрасной. Я потянулся и улыбнулся восходящему над Магийском солнцу. На душе было легко. Казалось, у меня совсем нет забот, и мне никуда не нужно было идти. Хотя я, честно говоря, даже не знал дороги в корпус, только знал, что это где-то на Моторной улице. А, думаю, уже там сориентируюсь, куда идти. Я не боялся опоздать, абсолютно спокойно собирался: почистил зубы и позавтракал, даже по телевизору с утра не было ничего негативного. Наконец-то собравшись в достаточно короткий срок, я выбрался из дома. Я вдохнул тёплый осенний воздух, но прекрасное утро тут же омрачилось приходом старых знакомых. Васька со своими дружками уже курили около моего дома на заднем дворе.

- Да что вы, что вы. Это же сам мистер Князев собственной персоной, - поприветствовал меня Васька.

- А что это мы тут делаем? - как бы не заметив, поинтересовался я.

- А что не видно? - подошёл он к мне вплотную

- Вот как раз-таки мне всё прекрасно видно, так что пошли отсюда пулей.

- А то что? Пойдёшь и нажалуешься мамочке?

- Есть много других изощрённых, замечательных способов тебе насолить, - я сконцентрировался на Васе и давление вокруг нас усиливалось.

- А ты оборзел, как я погляжу. Вот что гимназии делают с людьми.

- Плохо видишь, купи очки, - прошипел я.

- Да ты нарываешься?

- Нет, это вы нарываетесь, мистер, справляя нужду у меня на заднем дворе под моими окнами- сказал я с большим напором. Начал подниматься ветер.

- У вас, мистер Князев? Не знал, что вы выкупили остальные этажи, и у вас на это хватило средств? А что ж тогда ты себе нормальный телефон не купишь?

- Слушай, давай уже закончим уже эту игру.

- Давно пора, Князев.

- Только на этот раз финал будет красочным.

- Ребят, он меня уже реально задолбал, давайте по старинке…

- Не теперь, – сказал я, сжал кулак, и мои противники согнулись в три погибели.

- Сейчас, мальчики, вы начнёте синеть, а потом у вас в лёгких закончится кислород, и вы умрёте, но мы можем этого избежать, если вы мне пообещаете, что больше никогда, слышите, никогда сюда не сунетесь, - максимально вежливо предложил я.

- Ладно, хорошо, не сунемся, - просипел Вася и взмолил- только отпусти.

Я очень резко отпустил руку, и Васька вместе с его компанией отлетели к забору.

Я помахал им рукой и сказал:

- Прощайте, мальчики, надеюсь, вы дотерпите до школы.

Они перепрыгнули через забор и убежали далеко-далеко отсюда. Я улыбнулся, вздохнул ещё раз и поспешил в школу. Надо признать, я уже опаздывал, уж слишком много времени я потратил на этих чудил. Ну, ничего, оно того стоило. Главное их больше не видеть, никогда, никогда, никогда… Это было моей главной мечтой на сегодня.

С характерным скрипом открылась железная дверь. В потайную комнату зашёл человек в маске и в чёрной байке, с капюшоном на голове. Марфа Сергеевна была прикована наручниками к ножкам стола. Она могла кричать и пробовать выбраться, но её не было бы слышно отсюда, да и не было сил вырываться, возраст давал о себе знать.

- Кто ты? - прошипела она после того, как человек в капюшоне миновал несколько скрипящих ступенек.

Она кивнула, и парень в капюшоне отлетел в сторону.

- Тебе необязательно это знать, - ответил молодой голос.

- Господи, у тебя ведь ещё даже голос не сломался. Сколько тебе лет вообще, мальчик?

- Марфа, не задавай лишних вопросов.

- Я хочу знать, почему я здесь? - более жёстко продолжила Марфа Сергеевна.

- Разве тебе недостаточно того, что тебя спасли?

- Нет, колдун уничтожен, я почувствовала это, значит, мне уже ничто не угрожает.

- Тебе угрожаю я. И даже если ты сбежишь, я всё равно тебя найду и верну. Я спас тебя. Теперь ты должна найти спасение многим: ты ведь знаешь секрет, только ты, мне больше не к кому идти.

- Я не раскрою этот секрет, ибо колдуны на всей Земле истребят сами себя, а я не должна этого допустить.

- Ты ведь знаешь, что я не выпущу тебя, пока ты не расскажешь. Ты же вела исследования, ты всё выяснила, именно поэтому тебя ищут другие колдуны. Они знают, что, если уничтожат тебя, секрет не будет раскрыт, и они смогут продолжать подпитываться другими силами, убивая колдунов и ведьм.

- Я знаю, но пусть этот секрет уйдёт со мной в могилу.

- Да будет так. Вот я принёс тебе поесть, - мальчик поставил на небольшой стол миску с супом. - Видишь, я на твоей стороне, я не морю тебя голодом, у тебя здесь даже телевизор есть.

- Ты приковал меня к столу, - недовольно пробурчала старушка.

- Мера предосторожности. Скажем так, у меня не было выбора. Давай сделку: ты раскрываешь мне секрет, я не лишаю себя сил. Пока.

- И показываешь своё лицо.

- Идёт. Только Марфа, без глупостей, пожалуйста.

- И ты тоже.

Колдун сначала снял капюшон, а затем маску.

Ведьма закричала от ужаса

- Ты!

***

К слову, моя старая и новая жизнь пересеклись и в этот раз…

Центральную улицу около моего дома перекрыли. Мы с Лёшей стояли в центре Магийска прямо на проезжей части. Где-то вдалеке я заметил Ваську. Он стоял за деревом и наблюдал. Я видел его ухмылку. На нём была лёгкая полосатая майка, шорты чуть ниже колена и сандалии. Я не знаю, каким образом он оказался в этом районе именно сегодня, но его довольную физиономию я не забуду никогда. Я стоял и смотрел на неё. Блондиночка и спецназовцы уже были готовы сожрать меня с потрохами.

- Они добрались до тебя, - кричал Васька, - добрались!

- Он знает о тебе, верно? - спросила Блондинка.

- Почему он знает? - повернулся ко мне Лёшка.

- Скажем так, я не сдержал эмоции, - с тревогой ответил я.

Васька бежал к нам навстречу и кричал:

- Ты будешь гореть в аду!

- Жаль будет встретить тебя в соседнем котле- ответил я.

ЭПИЗОД 3

Бессильный

Глава 14

Прошли ещё одни выходные. Начался новый учебный день. Теперь-то уже ни один день не будет похож на предыдущий. Дорога в школу выматывает даже больше, чем сами уроки. До неё мне либо ехать пятнадцать минут на автобусе, либо полчаса пешком, чтобы не тратить деньги на дорогу и откладывать их на что-то более нужное.

Прошло чуть больше недели с тех пор, как я понял, что могу поднимать даже людей в воздух, а ещё выламывать двери и убивать злых колдунов.

Подойдя ближе к зданию общеобразовательного корпуса, я решил немного поразвлечься, заодно и потренироваться. Воссоздав в ладони форму шара, я сконцентрировался, немного покрутил-повертел кистью. Старшие ребята, стоявшие у

ворот, очень удивились, когда, откуда не возьмись, поднялся сильный ветер и захлопнул ворота. Я ухмыльнулся и был весьма доволен собой.

- Ты, что? С ума сошёл? - услышал я шипение сзади.

Я вздрогнул от неожиданности, мои глаза расширились, и я боялся обернуться. К счастью или нет, это оказался Лёха.

- Ах, это ты, - выдохнул я.

- Да, я! И хорошо, что это был я. Будь это кто-либо другой, у тебя были бы большие неприятности, и это не шутка! Если кто-нибудь из обычных людей узнает - нам конец, понимаешь?! Эту тайну хранили наши предки не для того, чтобы появился ты и натравил на нас всех учёных мира!

- Я осторожен, - убедительно произнёс я.

- Мг, я вижу. На виду у всех используешь магию, - встревоженно сказал Лёха.

- Я просто тренировался. Ничего особенного.

- Ты развлекался. И ни к чему хорошему это не приведёт. Ты хочешь, чтобы и тебя похитили или на костёр инквизиции?

- Ты драматизируешь.

- Судя по всему, Марфа не особо шифровалась. Она раскрыла нас, и теперь на таких как мы будет вестись охота! Ты понимаешь?! Ничего: ни твоя, ни моя жизнь никогда не будет прежней, - его голос звучал убедительно

- Между прочим, это ты сделал меня таким, я тебя об этом не просил.

- Я знаю, я сделал это для себя, и теперь моя задача защитить тебя, - согласился Поляков.

- Я найду способ снова заблокировать свои силы.

- Ага, удачи. Многие пытались, и ещё пока ни у кого не вышло.

- Значит, у меня выйдет. В любом случае уничтожение демонов и колдунов меня не очень-то интересует. Это ведь опасно! И как ты вообще узнал обо мне? - решил поинтересоваться я.

- Магическая тарелка, магический песок.

- Так у тебя ещё и песочница с кабельным? У меня так разовьётся мания преследования, - улыбнулся я.

- Ты когда-нибудь вообще бываешь серьёзным? - напрягся Лёха.

- Вот и зачем мне это сейчас? У нас в руках такая сила, мы ведь можем раскрывать преступления, спасать невинных, например. Так нет, мы должны уничтожать каких-то там колдунов.

- Перед нами такой задачи не стоит, и не строй из себя супергероя.

- Так давай поставим эту задачу, - предложил я.

- Мы не можем использовать силу для личной выгоды - она пойдёт против нас.

- И каким же образом?