Вы читаете книгу «"Колик и Толик" "Стражи времени" "1812"» онлайн
Глава 1.
Противник
Солнце висело над пятиэтажками, как переспелый апельсин. Двор между домами по улице Мира, 5 и 7, был залит светом, но даже он не мог прогнать запах мокрого асфальта из лужи у подъезда. В центре двора, на вытоптанной площадке, шла война.
– Давай сюда! Пасуй! – орал рыжий парень в синей растянутой футболке.
Это был Толик. Семиклассник, гроза окрестных дворов. Рыжие вихры торчали в разные стороны, как будто он только что сунул пальцы в розетку, а на лбу красовалась свежая ссадина – память о вчерашнем приключении с качелями. Толик носился по полю так, что мяч, казалось, сам боялся отставать от его ног.
Напротив него маячили трое пацанов из шестого класса. Они пытались отобрать мяч, но Толик легко уходил от них, дразняще улыбаясь.
– Эй, мелочь, не спи! – крикнул он и ловко обвел защитника.
Но тут случилось непредвиденное.
На поле, прямо на пути Толика, возник светловолосый мальчишка в очках с толстыми линзами. Он шёл, уткнувшись в книгу, и, кажется, вообще не замечал ничего вокруг. Это был Колик. Ученик шестого класса, местный «ботаник», которого все во дворе знали как тихоню, вечно таскающего с собой томик Дюма или энциклопедию.
– С дороги! – заорал Толик, но было поздно.
Колик поднял голову ровно в тот момент, когда Толик, пытаясь затормозить, врезался в него. Книга полетела в лужу, очки съехали набок, а сам Колик шлёпнулся на пятую точку.
Во дворе повисла тишина, а потом грянул хохот. Компания шестиклассников, которых только что обыграл Толик, покатывалась со смеху.
– Очкарик, смотри под ноги! – выкрикнул кто-то.
– Книжки порвал! Ха-ха!
Толик стоял над Коликом, тяжело дыша. Он был раздражён: из-за этого растяпы он чуть не пропустил гол. Но, взглянув на испуганное лицо парнишки, который судорожно вылавливал книгу из лужи, рыжий вдруг почувствовал что-то вроде неловкости.
– Ты живой вообще? – спросил он не слишком приветливо, но без злобы.
Колик поднял на него глаза. Одно стекло в очках треснуло.
– Живой… – пробормотал он. – Книга… «Война и мир». Том первый. Библиотечная…
– Чего? – Толик нахмурился. – «Война и мир»? Тебе в школу разве такое задают? Мы ещё не проходили.
– Я сам… – Колик смутился ещё больше. – Интересно.
– Интересно ему, – фыркнул кто-то из толпы.
Толик оглянулся на насмешников. Ему самому было смешно, но почему-то захотелось прекратить этот гогот. Он сделал шаг к Колику и протянул руку.
– Вставай давай. Книгу эту… ну, извини. Не нарочно.
Колик ухватился за его ладонь и поднялся. Толик был выше почти на голову и шире в плечах. Рука у него была твёрдая, горячая.
– Спасибо, – тихо сказал Колик, отряхивая штаны.
– Ты это… осторожней надо, – буркнул Толик и отвернулся, возвращаясь к игре.
Но игра уже не клеилась. Толик то и дело косился на скамейку, где уселся Колик. Тот достал из рюкзака платок и бережно промокал мокрые страницы. Остальные пацаны постепенно разошлись, а Толик, сделав вид, что устал, плюхнулся на ту же скамейку, только с другого края.
– Слушай, а чё там интересного? – спросил он, кивая на книгу.
Колик поднял голову, недоверчиво глядя на соседа сквозь треснутое стекло.
– Ты про что?
– Про войну эту. И мир. Столько страниц, – Толик присвистнул. – Я б заскучал.
– Это не просто война, – Колик оживился, хотя внутри ещё дрожал страх перед этим рыжим здоровяком. – Там про людей. Как они жили, любили, ошибались. Вот, например, про Наполеона. Он думал, что победит, а всё пошло не так.
– Наполеон? – Толик наморщил лоб. – Это который низкий и в треуголке? Наполеон Бонапарт? Мы по истории проходили.
– Да! – глаза Колика загорелись. – Он вторгся в Россию в 1812 году. Думал, что за пару недель разобьёт нашу армию, а в итоге всё закончилось его бегством. Знаешь, почему?
– Ну и почему? – Толик даже не заметил, как заинтересовался.
– Потому что он не учёл дух народа, – Колик говорил с таким жаром, что Толик невольно заслушался. – Наши солдаты сражались не за царя, а за свою землю. И ещё зима…
– Зима – это да, – усмехнулся Толик. – У нас зима лютая. Хотя я бы лучше в футбол погонял, чем книжки читать.
– А можно и то, и другое, – робко улыбнулся Колик.
Толик хмыкнул, поднялся со скамейки и, не прощаясь, пошёл к своему подъезду. Но на душе у него стало как-то теплее. Этот мелкий очкарик, хоть и странный, а говорит дело. Не то что те придурки, которые вечно лезут к нему с дурацкими подколами.
Колик же проводил его взглядом и снова уткнулся в книгу. Страницы чуть покоробились от воды, но читать можно. Он и не подозревал, что этот рыжий хулиган скоро станет самым главным человеком в его жизни. А пока Колик просто радовался, что его не побили и даже почти извинились.
Вечером того же дня Толик сидел на кухне и чистил картошку. Мать задерживалась на работе, отец был в гараже, а младшая сестра, Ленка, капризничала в своей комнате. Толик бросил взгляд на часы: скоро возвращаться с работы матери, надо успеть сварить суп. Он ловко орудовал ножом, думая о своём.
«Война и мир», Наполеон, 1812 год… А ведь этот пацан говорил так, будто сам там был. Интересно, откуда он столько знает? Наверное, учителя любят таких. А Толика в школе как раз недолюбливали. Вечно замечания, двойки по поведению. А что он сделал? Ну, стукнул одного за то, что тот Ленку толкнул в коридоре. Ну, сбежал с физры пару раз. Ерунда же.
Вспомнив Ленку, Толик нахмурился. Сестра болела, почти не ходила, и он часто возил её в больницу на коляске. Из-за этого отец злился, орал, что денег нет, что Толик должен больше помогать. А Толик и так помогал: и картошку чистил, и убирал, и с Ленкой сидел. Но отцу всё мало. Вечно он недоволен.
– Толь, пи-ить! – донеслось из комнаты.
Толик вздохнул, вытер руки и пошёл к сестре. Маленькая, худенькая, с такими же рыжими волосами, она сидела на кровати и смотрела мультики.
– На, – он подал ей кружку с соком. – Есть хочешь?
– Не, – Ленка мотнула головой. – А ты чего такой хмурый?
– Да так, – Толик присел на край кровати. – Лен, а ты знаешь, кто такой Наполеон?
– Это который пирожное? – удивилась сестра.
Толик фыркнул.
– Нет, дурашка. Это такой французский император. Хотел нас завоевать, а мы его победили.
– А-а, – Ленка зевнула. – Скучно.
– Ага, – согласился Толик и пошёл доваривать суп.
В голове у него всё равно крутились обрывки разговора с Коликом. И почему-то вспоминалось испуганное, но такое серьёзное лицо этого очкарика, когда он говорил про войну. Странно. Обычно Толик не обращал внимания на таких тихонь. Но этот… зацепил.
А Колик в это время сидел в своей комнате, оклеенной старыми картами и репродукциями картин. На столе лежала та самая потрёпанная книга «Война и мир», аккуратно высушенная феном. Колик перелистывал страницы и улыбался. Сегодня с ним случилось два события: он встретил настоящего хулигана, который не избил его, а даже помог встать, и он почти не испугался. Может, потому что этот хулиган не был злым. Просто… громким. Как гроза.
«Интересно, мы ещё увидимся?» – подумал Колик и сам удивился своей мысли. Обычно он старался держаться подальше от таких ребят. Но тут было что-то другое.
За окном стемнело. Городок засыпал. Два мальчика в разных концах двора ещё не знали, что их встреча – только начало большой истории. Истории, в которой им предстоит спасать друг друга, путешествовать во времени и сражаться с безумным мутантом. Но это будет потом. А пока они просто жили своей обычной жизнью: один гонял в футбол, другой читал книжки. И тикали часы, отсчитывая время до того момента, когда всё изменится.
Глава 2.
Трое на одного
После того случая во дворе прошло три дня. Толик больше не подходил к Колику, только иногда кивал издалека, если встречал его у подъезда. Колик тоже не решался заговорить первым – мало ли, вдруг рыжий просто постеснялся при других показаться добрым, а на самом деле он такой же, как все.
В пятницу после уроков Колик, как обычно, пошёл в городскую библиотеку. Она располагалась в старом купеческом особняке на центральной улице, в двух кварталах от школы. Колик любил здесь бывать: пахло старыми книгами и тишиной, а добрая библиотекарша тётя Нина всегда оставляла для него новинки.
День выдался тёплый, почти летний, хотя на календаре был только конец апреля. Колик шёл не спеша, наслаждаясь солнцем, и размышлял о прочитанном. Он как раз добрался до сцены Бородинского сражения и теперь представлял себе грохот пушек, дым, крики солдат. Так увлёкся, что не заметил, как дорогу ему преградили трое.
– О, гляньте, кто идёт, – раздался насмешливый голос.
Колик поднял голову. Перед ним стояли трое парней, по виду из седьмого или восьмого класса. Они были явно старше и крупнее Колика. Один – коренастый, в чёрной толстовке с капюшоном, двое других – похудее, но с такими же наглыми рожами. Колик узнал их: это были те самые, которые недавно гонялись за ним во дворе, но тогда их спугнул Толик. Теперь они, видимо, решили продолжить.
– Чего, книжечку читаешь? – коренастый выхватил у Колика потрёпанный томик. – О, «Война и мир». Толстый, наверное, умный? Дай посмотрю.
– Верните, пожалуйста, – тихо, но твёрдо сказал Колик. Сердце его колотилось где-то в горле, но он старался не показывать страха.
– О, пожалуйста! – передразнил один из компании. – А то что? Пойдёшь нажалуешься?
– Да он вообще ссыкун, – добавил третий. – Смотри, как трясётся.
Коренастый раскрыл книгу и, демонстративно размахнувшись, швырнул её в лужу у обочины. Колик ахнул и рванул было к книге, но его схватили за шиворот.
– Стоять, умник. Мы с тобой не закончили, – прошипели ему в ухо. – Ты чего это с рыжим якшаешься? Он тебя, кажется, защищал? Так вот, скажи своему рыжему папику, чтобы больше не лез. А то мы и ему устроим тёмную.
Колика грубо толкнули, он упал на колени, больно ударившись о бордюр. Парни засмеялись и собрались уходить, но вдруг коренастый получил сзади такой удар по спине рюкзаком, что чуть не полетел носом в асфальт.
– А ну отошли от него, уроды!
Это был Толик. Он появился будто из ниоткуда: рыжие вихры развевались, глаза горели яростью. Видимо, он тоже шёл из школы другой дорогой и увидел всё из-за угла.
– О, рыжий объявился, – осклабился коренастый, потирая ушибленное место. – Сам пришёл, даже вызывать не пришлось. Ну что, парни, покажем ему?
Завязалась драка. Толик был один против троих, но он не собирался отступать. Он с ходу врезал одному, другому, уворачиваясь от ударов, но коренастый оказался сильным и ловким. Он схватил Толика за капюшон и рванул на себя. Толик потерял равновесие, и они покатились по земле, обмениваясь тумаками.
Колик с ужасом смотрел на это. Его трясло, но не от страха, а от бессилия. Он должен помочь! Тот, кто вступился за него, сейчас получал по заслугам. Колик лихорадочно оглянулся. Взгляд упал на тяжёлую ветку, валявшуюся у забора. Он схватил её и, зажмурившись, изо всех сил огрел по спине одного из нападавших, который как раз заносил ногу, чтобы пнуть Толика.
– Ай! – взвыл тот, оборачиваясь. – Ах ты мелкий гад!
Но в этот момент из-за угла вывернула пожилая женщина с собакой. Увидев драку, она заголосила:
– А ну прекратите! Милицию вызову! Сейчас же!
Парни мгновенно скисли. Коренастый отпустил Толика, зло сплюнул:
– Повезло вам. Но мы ещё встретимся. Рыжий, запомни: ты труп.
Они быстро смылись, оставив на поле боя Толика, сидящего на земле и разбитой губой, и Колика, всё ещё сжимающего ветку дрожащими руками.
– Ты как? – Колик подбежал к Толику.
– Нормально, – Толик сплюнул кровь и криво усмехнулся. – А ты молоток, веткой-то. Не ожидал.
– Я испугался, что они тебя… из-за меня… – голос Колика прервался.
– Забей, – Толик с трудом поднялся. – Это же Клык и его шайка. Они давно на меня зуб точат. Я им в прошлом месяце морду набил, когда они у мелких деньги отбирали. Так что это не из-за тебя, а вообще.
Он отряхнул штаны и вдруг заметил книгу, валяющуюся в луже.
– О, твоя книжка. Опять.
Толик подошёл, поднял томик, вытер его о свою футболку и протянул Колику. Страницы намокли ещё сильнее, обложка испачкалась.
– Прости, – сказал Толик. – Из-за меня они её…
– Нет, ты не виноват, – перебил Колик. – Ты за меня заступился. Спасибо тебе огромное. Я теперь твой должник.
– Мы квиты, – отмахнулся Толик, но на душе стало приятно. – Пошли отсюда, пока они не вернулись с подмогой.
Они пошли по улице. Колик бережно нёс мокрую книгу. Толик морщился, ощупывая ссадины.
– Слушай, а ты где живёшь? – спросил вдруг Толик.
– В доме 5 по улице Мира. А ты?
– О, так мы соседи! Я в доме 7. Далеко? – удивился Толик.
Оказалось, они живут в соседних подъездах, только Колик учится в первой смене, а Толик во второй, поэтому раньше не пересекались.
– Слушай, зайдём ко мне? – предложил Толик. – Мать на работе, сестра у бабушки. Нужно обработать раны, а то заразу подхвачу. У вас дома есть зелёнка?
– Есть, – кивнул Колик.
Вскоре они сидели на кухне в квартире Толика. Квартира была обычной, немного запущенной: на стенах обои в цветочек, на столе недоеденная каша. Толик достал аптечку, и Колик неумело, но старательно мазал ему ссадины зелёнкой.
– Больно? – спрашивал он.
– Терпимо, – Толик морщился, но терпел.
– Ты… часто дерёшься? – осторожно поинтересовался Колик.
– Бывает, – пожал плечами Толик. – Но не просто так. Если кого обижают, я вмешиваюсь. А так я не агрессивный.
– Я заметил, – улыбнулся Колик. – Ты не злой. Ты просто… громкий.
Толик фыркнул.
– А ты слишком тихий. Тебя любого обидеть можно.
– Ну, теперь у меня есть ты, – пошутил Колик, но в шутке была доля правды.
Толик посмотрел на него и вдруг сказал серьёзно:
– Знаешь, а ты смелый. Ветку схватил. Хотя мог убежать. Респект.
Колик смутился и покраснел. В этот момент между ними возникло что-то важное – уважение. Не как между хулиганом и ботаником, а как между двумя людьми, которые прикрыли друг друга в трудную минуту.
– Ладно, – Толик поднялся. – Пошли, провожу тебя до дома. А то Клык где-то шастает.
– Не надо, я сам…
– Провожу, сказал, – отрезал Толик.
Они вышли из подъезда. Вечерело. Солнце садилось за крыши, окрашивая небо в оранжевый. Толик шёл рядом, засунув руки в карманы, насвистывая какую-то мелодию. Колик чувствовал себя в безопасности, как никогда раньше. Ему казалось, что теперь никакие хулиганы не страшны.
Они остановились у двери подъезда Колика.
– Ну, бывай, – кивнул Толик. – Если что, кричи. Я всегда в деле.
– Спасибо, Толик. Правда, спасибо, – Колик протянул руку.
Толик пожал её – крепко, по-мужски.
– Зови меня Толя. А тебя как – Коля?
– Колик, – улыбнулся тот. – Меня все Коликом зовут.
– Договорились, Колик, – кивнул Толик и, развернувшись, пошёл к своему дому.
Колик смотрел ему вслед и чувствовал, что сегодня случилось что-то очень важное. Он обрёл друга. Самого настоящего, который не бросит. И даже не подозревал, как скоро ему придётся доказывать, что он тоже не бросит.
А Толик, поднимаясь к себе, думал о том, что этот очкарик, оказывается, не такой уж и слабак. С ним можно иметь дело. И может быть, даже дружить. Хотя раньше Толик презирал всех этих "ботаников". Время шло, и дружба, зародившаяся в пылу драки, крепла. Оставалось только одно испытание – огнём.
Глава 3.
Запах гари
Прошла неделя. За это время Колик и Толик успели стать если не лучшими друзьями, то уже точно приятелями. Толик пару раз заходил к Колику в гости – посмотреть его коллекцию старых монет и книг по истории. Колик, в свою очередь, даже рискнул выйти во двор, где обычно тусовалась компания Толика, и, к своему удивлению, не был осмеян. Рыжий просто сказал своим: «Это Колик, он свой. Кто тронет – будет иметь дело со мной». Авторитет Толика был высок, поэтому никто не возникал.
В субботу днём Толик позвал Колика с собой в заброшенный сарай на окраине.
– Там у нас типа штаб, – объяснил он. – Пацаны собираемся, в карты режем, музыку слушаем. Приходи, познакомлю со всеми.
Колик колебался. Он никогда не был в таких компаниях. Но отказать Толику было как-то неудобно. Да и любопытство разбирало: что они там делают, эти дворовые ребята?
– Ладно, пойду, – согласился он.
Сарай стоял на пустыре за домами, окружённый высокой сухой травой и кустами боярышника. Когда-то здесь был гаражный кооператив, но потом всё забросили, и остались только пара ржавых боксов и этот сарай – дощатый, с провалившейся крышей, но ещё крепкий. Внутри было темно, пахло трухлявым деревом и пылью. Посредине стоял старый диван, выброшенный кем-то, и несколько ящиков вместо столов.
В сарае уже были двое – Пашка и Серёга, ровесники Толика. Они листали старый журнал, который нашли в подъезде, и слушали музыку на телефоне.
– О, Толян пришёл! А это кто с тобой? – Пашка, коренастый парень с короткой стрижкой, окинул Колика оценивающим взглядом.
– Это Колик, мой кореш, – коротко бросил Толик. – Учится в шестом, но свой. Он меня от Клыка отмазал.
– От Клыка? – присвистнул Серёга. – Ну, если от Клыка, тогда уважуха.
Колик смущённо улыбнулся и присел на край дивана. Было неуютно, но терпимо. Парни обсуждали какие-то свои дела, потом достали карты и начали резаться в «дурака». Колик смотрел, пытаясь вникнуть в правила, но в основном молчал.
Через час на пустыре появились ещё двое – Димон и Костян. Они притащили с собой бутылку газировки и чипсы. Стало веселее. Кто-то включил музыку громче, Пашка начал рассказывать анекдоты. Колик даже начал расслабляться. Ничего страшного, обычные пацаны.
– А давайте костёр разведём? – предложил Димон. – Чего скучно сидеть? Вечером красиво будет.
– Тут же сухо, загорится всё, – осторожно заметил Колик.
– Не ссы, не в первый раз, – отмахнулся Димон. – Только маленький. Для красоты.
Толик пожал плечами:
– Можно попробовать. Но аккуратно.
Димон вышел, нарвал сухой травы и веток, сложил небольшую кучку прямо у входа в сарай, снаружи. Чиркнул зажигалкой. Трава занялась быстро, затрещала. Пламя взметнулось, но через минуту почти погасло.
– Слабо, – разочарованно сказал Димон. – Надо ещё подбросить.
Он сходил ещё за охапкой сухостоя. На этот раз огонь разгорелся сильнее, языки лизали воздух, поднимаясь выше. Парни стояли вокруг, грели руки. Колик тоже вышел посмотреть.
И тут подул ветер. Сильный порыв швырнул искры в сторону сарая. Одна из них упала прямо на сухую дощатую стену. Дерево было старым, рассохшимся, как трут. Искра не погасла, а начала тлеть. Через несколько секунд по стене побежал огонёк.
– Э-э, пацаны, – тревожно сказал Серёга. – Кажется, загорелось.
– Да не, погаснет, – неуверенно ответил Димон.
Но не погасло. Огонь быстро пополз вверх по доскам, охватывая всё новые участки. Внутри сарая сразу стало светлее от зарева.
– Твою мать! – заорал Толик. – А ну быстро тушить!
Кто-то побежал к луже за водой, но её было мало. Кто-то пытался сбивать пламя курткой, но огонь только злее разгорался. Через минуту уже горела вся стена, и пламя перекинулось на крышу. Сухие доски полыхали как спички.
– Валим отсюда! – крикнул Пашка и рванул в сторону.
За ним побежали остальные. Все, кроме Толика. Он вдруг вспомнил, что в сарае, в углу, под ящиками, у них было спрятано кое-что ценное: старая дедовская фляга, которую Толик нашёл на чердаке и хотел потом продать коллекционерам. Фляга была серебряная, с гравировкой, и стоила, возможно, приличных денег. Он рванул обратно внутрь.
– Толик, ты куда?! – закричал Колик, но рыжий уже скрылся в дыму.
Внутри сарая было жарко и дымно. Толик закашлялся, пригнулся, пытаясь найти флягу. Вот она, под ящиком! Он схватил её, сунул за пазуху и рванул к выходу. Но в дыму потерял ориентацию. Вместо выхода он наткнулся на стену. Метнулся в другую сторону – снова стена. Паника начала затапливать сознание. Воздуха не хватало, глаза слезились, горло драло.
– А-а-а! – закричал он, но голос утонул в треске огня.
Снаружи Колик с ужасом смотрел на пылающий сарай. Пашка, Серёга, Димон и Костян уже убежали подальше, боясь, что их заметят и обвинят в поджоге. Только Колик стоял и смотрел. Он видел, как Толик забежал внутрь и не вышел. Секунды тянулись бесконечно. Десять, двадцать, тридцать…
– Толик! – заорал Колик что есть силы. Ответа не было.
И тогда он сделал то, что сам от себя не ожидал. Не думая о последствиях, Колик рванул к сараю. Он задержал дыхание, пригнулся и нырнул в чёрный проём.
Внутри было адски жарко. Глаза сразу защипало, дым ел горло. Колик почти ничего не видел. Он кричал:
– Толик! Где ты?!
В ответ – кашель. Колик метнулся на звук и наткнулся на Толика, который сидел на корточках, закрыв лицо руками.
– Вставай! – заорал Колик, хватая его за куртку. – Выход там!
Толик поднялся, шатаясь. Вместе они, спотыкаясь, побрели туда, где, казалось, было светлее. Прямо над ними с грохотом рухнула часть крыши, осыпав их искрами. Колик заслонил Толика собой, прикрывая его голову. Ещё несколько шагов – и они вывалились наружу, в спасительный свежий воздух.
Они отбежали на безопасное расстояние и повалились на траву. Колик жадно хватал ртом воздух, кашлял и никак не мог откашляться. Толик лежал рядом, тоже сиплый, с красными глазами. Куртки на обоих тлели в нескольких местах, лица были в копоти.
Минуту они просто лежали, глядя в небо. Потом Толик повернул голову и посмотрел на Колика. В его взгляде было что-то, чего Колик раньше не видел: смесь удивления, благодарности и какого-то нового уважения.
– Ты… ты зачем полез? – прохрипел Толик. – Там же умереть можно было.
– А ты зачем полез? – вопросом на вопрос ответил Колик, всё ещё тяжело дыша.
Толик полез за пазуху и вытащил помятую, но целую флягу.
– За этим, – сказал он. – Дедовская память. Дурак, да?
– Дурак, – согласился Колик и вдруг улыбнулся. – Но я тоже дурак. Получается, мы теперь два дурака.
Толик фыркнул, а потом засмеялся – нервно, с надрывом, но от души. Колик подхватил. Они сидели на траве, грязные, обгоревшие, и ржали как ненормальные, глядя, как догорает сарай. Где-то вдалеке уже завывали сирены пожарных, но им было всё равно.
Когда приехали пожарные, они уже отошли подальше, смешались с небольшой толпой зевак. Никто не обратил на них внимания. Только когда всё стихло и народ разошёлся, они поплелись домой.
Возле подъезда Колика Толик остановил его.
– Слышь, Колик, – сказал он, глядя куда-то в сторону. – Ты меня сегодня спас. По-настоящему. Я там чуть не сгорел, если честно. Если б не ты…
– Ты меня в прошлый раз от Клыка спас, – перебил Колик. – Так что мы опять квиты.
– Не, – Толик покачал головой. – Это другое. Там я просто вмазал пару раз. А ты в огонь полез. Рисковал жизнью. За меня. Я это… я запомню.
Он протянул руку. Колик пожал. На этот раз рукопожатие было не просто приветствием, а клятвой. Они оба это чувствовали.
– Ладно, иди домой, – сказал Толик. – А то родители заругают. Завтра увидимся.
– Ага, – кивнул Колик и зашёл в подъезд.
Дома мама ахнула, увидев его: лицо в саже, брови опалены, куртка с дырами. Пришлось врать, что у костра грелись и случайно искры попали. Мама поворчала, но поверила. Колик долго стоял под душем, смывая с себя копоть, и всё прокручивал в голове эти несколько минут в сарае. Странное чувство: было страшно, но в то же время он гордился собой. Он не струсил. Он спас друга.
А Толик в своей комнате сидел на кровати и вертел в руках флягу. Перед глазами стояло перекошенное от напряжения, перепачканное лицо Колика, который тащил его к выходу. Раньше Толик думал, что смелость – это когда ты сильный и можешь навалять любому. Теперь он понял: смелость – это когда ты боишься, но всё равно делаешь. Маленький, худой, вечно с книжкой, а оказался таким… настоящим.
В этот вечер оба мальчика засыпали с мыслью, что отныне они не просто приятели. Они – команда. И никакие Клыки, никакие пожары им не страшны, пока они вместе.
Глава 4.
Свои
После пожара прошло две недели. Сарай сгорел дотла, и хотя пожарные так и не выяснили причину (пацаны молчали как партизаны), во дворе стало одним тусовочным местом меньше. Компания Толика теперь собиралась либо в подъездах, либо на спортплощадке за школой.
Колик теперь был своим в этой компании. Не то чтобы он стал таким же крутым – нет, просто пацаны поняли: если Толик за него горой, значит, так надо. А после того как Серёга проболтался, что это Колик вытащил Толика из горящего сарая, авторитет Колика взлетел до небес.
– Реальный риск, – уважительно качал головой Пашка. – Я б не полез. Честно. Испугался бы.
– Я тоже испугался, – признался как-то Колик. – Но там же Толик был. Не бросать же его.
Толик при этих словах отворачивался и делал вид, что рассматривает что-то в телефоне, но было заметно, что ему приятно.
Они теперь часто проводили время вместе. Толик даже напросился к Колику в гости посмотреть его коллекцию монет. Сначала скептически хмыкал, но потом неожиданно заинтересовался:
– А эта откуда?
– Это царский рубль, 1898 года. Серебро. Мне дедушка подарил, – объяснял Колик. – Видишь, здесь Николай Второй?
– Ух ты, – Толик вертел монету в руках. – А сколько она стоит?
– Не знаю. Мне не важно. Она просто красивая. Представляешь, сколько людей её держали в руках? Может, какой-нибудь купец на ярмарке, или солдат в окопе, или…
– Ты как всегда, – усмехнулся Толик. – Со своей историей.
– А ты со своим футболом, – парировал Колик.
– Кстати, о футболе, – оживился Толик. – Пошли во двор, там наши собираются. Сыграем? Я тебя научу.
– Я не умею, – смутился Колик.
– Научу, говорю. Пошли.
И Колик пошёл. Бегал он плохо, путался в ногах, пару раз смешно шлёпнулся в лужу, но никто не смеялся. Пашка только крикнул: «Держи пас!», а когда Колик не поймал, пожал плечами: «Ничего, бывает».
После игры они сидели на лавочке, пили газировку из одной бутылки по кругу, и Колик чувствовал себя почти счастливым. У него никогда не было столько друзей сразу. Обычно он был один – с книжками, с историей, с тишиной. А сейчас вокруг шумели, спорили, толкались, но это был дружеский шум. И Колику он нравился.
– Слышь, Колик, – вдруг сказал Димон. – А расскажи что-нибудь из своей истории. Ну, про войну там или про царей.
– Да вы засмеёте, – застеснялся Колик.
– Не засмеём, – серьёзно сказал Толик. – Рассказывай.
И Колик рассказал. Про Бородинское сражение, про Кутузова, про то, как солдаты шли в штыковую, зная, что многие не вернутся. Рассказывал он увлечённо, жестикулируя, и пацаны слушали, раскрыв рты. Даже Димон, который обычно только ржал, сидел тихо и внимал.
– Ни фига себе, – выдохнул Пашка, когда Колик закончил. – А нам в школе такого не рассказывают.
– В школе по программе, – объяснил Колик. – А я книги читаю дополнительные. Там интереснее.
– Ты реально ботаник, – уважительно сказал Серёга. – Но крутой ботаник.
Все засмеялись, но по-доброму.
А потом случилось то, что перевернуло всё.
Это был обычный вечер четверга. Толик и Колик шли от спортплощадки к домам, обсуждая новый фильм про супергероев. Уже стемнело, горели фонари, во дворах было пустынно.
– А я бы хотел летать, – мечтательно сказал Колик. – Как Супермен. Представляешь, паришь над городом, всё видишь…
– Лучше быть Бэтменом, – возразил Толик. – Он без способностей, просто крутой и умный. Как мы с тобой. Ты умный, я крутой. Команда.
– Ха, точно, – улыбнулся Колик.
Они завернули за угол и… нос к носу столкнулись с Клыком и его бандой. Теперь их было пятеро. Стояли, подпирая стену заброшенного магазина, и громко обсуждали какие-то свои дела.
– О, какие люди, – осклабился Клык, увидев ребят. – Рыжий и его шестёрка. Долго же я вас искал.
Толик машинально шагнул вперёд, заслоняя Колика.
– Клык, проходи мимо. Не до тебя.
– А мне до тебя есть дело, – Клык отлепился от стены и двинулся навстречу. Остальные подтянулись. – Ты меня тогда опозорил при всех. Помнишь? Я обещал, что мы встретимся.
– Помню, – Толик сжал кулаки, хотя понимал, что против пятерых у него шансов нет. Но отступать было не в его правилах.
Колик лихорадочно соображал. Драка? Бесполезно. Звать на помощь? Поздно, вокруг ни души. Оставалось только одно – бежать.
– Толик, – шепнул он. – Бежим.
– Куда? – так же тихо ответил Толик. – Они быстрее.
– В заброшенный дом! Там можно спрятаться, я знаю ход через подвал.
Клык тем временем подошёл вплотную.
– Ну что, рыжий, будешь извиняться? Или сразу вмазать?
– Пошёл ты, – выплюнул Толик и резко рванул в сторону, увлекая Колика за собой.
– Ах ты гад! Держи их! – заорал Клык.
Погоня началась. Они неслись по дворам, перепрыгивая через клумбы и лавочки. Сзади топали тяжёлые ботинки преследователей. Толик бежал быстро, но Колик начал задыхаться – он не привык к таким спринтам.
– Быстрее! – подгонял Толик, таща его за руку. – Где этот дом?
– Сейчас… ещё чуть-чуть… – хрипел Колик.
Они вылетели на пустырь. Впереди, в свете луны, маячил тёмный силуэт старого особняка. Трёхэтажный, с выбитыми окнами и облупившейся штукатуркой, он стоял среди зарослей сирени, как призрак. Про этот дом ходили легенды: мол, там жил сумасшедший учёный, а после революции его убили, и теперь его призрак бродит по комнатам.
– Туда! – выдохнул Колик.
Они влетели в разбитую дверь и замерли в темноте. Сердце колотилось где-то в ушах. Было слышно только их дыхание и где-то далеко – голоса погони.
– Сюда, кажись, побежали! – донёсся крик Клыка.
– В подвал, – прошептал Колик. – Там есть тайник.
Они на ощупь двинулись по коридору. Воняло сыростью, мышами и ещё чем-то непонятным. Где-то капала вода. Толик споткнулся о какой-то хлам, выругался шёпотом. Колик нащупал дверь в подвал – старую, обитую железом.
– Здесь.
Они спустились по скрипучим ступеням в полную темноту. Колик достал телефон, включил фонарик. Луч выхватил старые ящики, рассыпавшиеся кирпичи, паутину в углах.
– Какой тайник? – спросил Толик. – Я тут ничего не вижу.
– Там, за шкафом, – Колик показал на старый платяной шкаф, придвинутый к стене. – Я тут летом лазил с ребятами, мы играли в прятки. Там за ним ниша.
Они поднажали вдвоём, сдвинули тяжёлый шкаф. За ним действительно оказалась небольшая ниша, почти незаметная – видимо, раньше здесь была кладовая, а потом заложили кирпичом, но не до конца.
Сверху донеслись голоса:
– Они в доме! Проверьте все углы!
– Лезь! – скомандовал Толик, подсаживая Колика.
Колик пролез в узкий лаз, за ним – Толик. Они забились в самый угол, затаив дыхание. Слышно было, как наверху грохочут шаги, открываются двери.
– Да нет их тут, – раздался голос Клыка. – Наверное, через чёрный ход ушли.
– А может, в подвале?
– Да кому нужен этот вонючий подвал? Ладно, валим отсюда. Всё равно они далеко не уйдут. Завтра в школе поймаем.
Шаги стихли. Хлопнула дверь. Тишина.
Минуту ребята сидели не шевелясь. Потом Толик выдохнул:
– Уф… Пронесло. Ты как?
– Нормально, – дрожащим голосом ответил Колик. – Только страшно.
– Мне тоже, – признался Толик. – Но ты молоток, про тайник вспомнил. Слушай, а что это за хлам тут?
Он посветил телефоном. В нише, кроме пыли и паутины, стоял старый кожаный чемодан. Тёмно-коричневый, потёртый, с металлическими уголками и застёжками. На крышке была тиснёная эмблема: песочные часы, обвитые змеёй.
– Ничего себе, – присвистнул Толик. – Чемодан. Интересно, что внутри?
– Не трогай, может, он чей-то, – испугался Колик.
– Да кому он нужен в таком месте? Сто лет тут пылится, – Толик дёрнул застёжку. Замок, к удивлению, легко поддался.
Крышка открылась. Внутри, на бархатной подушке, лежали два металлических браслета. Тёмного серебра, с чёрными камнями посередине, они тускло мерцали в свете фонарика. Больше в чемодане ничего не было.
– Браслеты? – удивился Колик. – Странно. Зачем их так прятать?
– Крутые, – Толик взял один в руки. Металл был холодным и каким-то… живым, что ли. По руке пробежала лёгкая вибрация. – Ого, будто током бьёт.
– Дай посмотреть, – Колик протянул руку.
И тут случилось то, чего они никак не ожидали. Едва они оба коснулись браслетов, как камни вспыхнули ярким синим светом. Браслеты сами собой соскочили с бархата и с лёгким щелчком защёлкнулись на запястьях – один у Колика, другой у Толика.
– Ай! – вскрикнул Толик, пытаясь стянуть браслет. Но тот сидел плотно, будто врос в руку. – Что за фигня? Сними это!
– Я не могу! – запаниковал Колик. – Он не снимается!
Они дёргали, тянули, тёрли – бесполезно. Браслеты будто стали частью кожи.
– Это какие-то электронные? – Толик рассматривал браслет. Камень всё ещё слабо светился. – Может, батарейка сядет?
– Вряд ли, – Колик был в растерянности. – Слушай, это очень странно. Такие вещи просто так не валяются. И эмблема… Песочные часы… Может, это чьё-то наследство?
– Ага, наследство сумасшедшего учёного, – буркнул Толик. – Надо валить отсюда, пока эти козлы не вернулись.
Они уже собрались вылезать из ниши, как вдруг раздался звук. Тонкий, высокий, будто где-то рядом запела невидимая струна. А потом в их головах зазвучал голос. Чёткий, женский, спокойный:
– Не пугайтесь. Я не причиню вам вреда.
Толик подскочил на месте, больно ударившись головой о кирпичный свод.
– Кто здесь?! – заорал он, озираясь.
– Я здесь. И не здесь одновременно, – ответил голос. – Меня зовут Марта. Я – куратор Агентства «Хронос». А вы только что активировали два ключа доступа к перемещениям во времени. Поздравляю, агенты.
Колик и Толик переглянулись. У обоих в голове была одна мысль: «Нас что, взломали? Или это розыгрыш?»
– Это шутка такая? – дрожащим голосом спросил Колик. – Кто-то спрятал динамики?
– Никаких динамиков, – терпеливо объяснил голос. – Я общаюсь с вами через нейросвязь, встроенную в браслеты. Только вы меня слышите. Если не верите, спросите что-нибудь, что знаете только вы двое. Я отвечу.
– Ну… – Толик лихорадочно соображал. – Что мы ели на завтрак?
– Бутерброды с колбасой. Ты – с сыром, Колик – без. Ты пьёшь чай с двумя ложками сахара, Толик – компот, – мгновенно ответил голос. – Дальше продолжать?
У Толика отвисла челюсть. Это было правдой.
– Откуда… – прошептал он.
– Я вижу всё, что связано с вашими браслетами, включая ваши воспоминания, – объяснила Марта. – Не волнуйтесь, я не читаю мысли постоянно. Только когда нужно. А сейчас нужно. У нас большие проблемы.
– Какие проблемы? – Колик уже начал привыкать к мысли, что это не шутка.
– Есть существо, которое угрожает целостности истории. Его зовут Хаос, – голос Марты стал серьёзным. – Он – мутант, получеловек-полузверь. Очень умный, очень опасный. Его цель – разрушать ключевые исторические события, чтобы перекроить реальность под себя. И сейчас он отправился в прошлое. В 1812 год.
Колик вздрогнул.
– 1812 год? Война с Наполеоном?
– Именно. Сейчас август 1812 года. Русская армия отступает, но главное сражение – Бородинская битва – ещё впереди. Она произойдёт 7 сентября. Хаос хочет помочь Наполеону выиграть это сражение. Если это случится, современный мир исчезнет. Вы перестанете существовать. Ваши родители, друзья, дома – всё пропадёт. Будет другая история, где Россия проиграла.
– Бред какой-то, – пробормотал Толик. – Как мы можем это остановить? Мы же дети!
– Браслеты выбрали вас не случайно, – объяснила Марта. – Они уникальны. Каждая пара настраивается только на определённых людей. Мы, агенты «Хронос», искали достойных много лет. А вы двое… вы идеально подходите. Ты, Толик, – смелый и решительный, готовый рисковать ради других. Ты, Колик, – умный и знающий историю. Вместе вы – команда, способная на многое. К тому же браслеты уже на вас, и снять их невозможно. Только смерть может разорвать связь.
– Что?! – в один голос воскликнули ребята.
– Не бойтесь, – успокоила Марта. – Смерть вам не грозит, если будете действовать осторожно. Я буду помогать. Подсказывать, вытаскивать из сложных ситуаций. Вы не одни.
– И что мы должны делать? – Колик уже почти поверил.
– Отправиться в 1812 год. Конкретно – сейчас, в ночь перед Бородинским сражением. Хаос планирует отравить еду в штабе Кутузова, чтобы русские генералы не могли командовать. Ваша задача – предотвратить диверсию. Запомните дату: 6 сентября 1812 года, лагерь русской армии у села Бородино. Будьте осторожны, там опасно.
– А если мы не согласимся? – спросил Толик.
– Если не согласитесь, Хаос сделает своё дело, и вы исчезнете вместе с этим миром. Выбора у вас, по сути, нет. Но я верю, что вы справитесь. Я видела ваши поступки. Ты, Толик, спасал слабых. Ты, Колик, полез в огонь за другом. Такие люди не сдаются.
Повисла тишина. Ребята смотрели друг на друга. В глазах Колика читался страх, но и решимость. Толик вдруг усмехнулся:
– Ну что, ботаник? Слабо прокатиться во времени?
– Слабо, – честно признался Колик. – Но если надо…
– Надо, – твёрдо сказал Толик. – Давай, Марта, открывай портал. Покажем этому Хаосу, кто тут настоящие герои.
– Приготовьтесь, – голос Марты стал напряжённым. – Будет немного необычно. Держитесь за руки. И не отпускайте друг друга, что бы ни случилось. Перемещение начинается…
Браслеты вспыхнули ярче. Воздух вокруг задрожал, загудел. Ниша наполнилась сиянием. Колик схватил Толика за руку что есть силы.
– А-а-а! – заорал Толик, когда пол под ними исчез.
Их закрутило в водовороте света, звуков, цветов. Они падали, летели, кувыркались в бесконечности. А потом мир взорвался тишиной и запахом… пороха и полыни.
Они лежали на обочине пыльной дороги. Рядом гремели колёса, ржали лошади, кто-то кричал по-русски, но странно, с каким-то певучим акцентом. Вдалеке ухали пушки.
Колик приподнялся и ахнул.
– Толик… мы… мы правда там.
Толик сел, отплёвываясь от пыли, и огляделся.
– Ни фига себе… – только и смог выдохнуть он.
Их первое задание началось.
Глава 5.
Пыль дорог
Они лежали на обочине пыльной дороги и смотрели в небо. Оно было непривычно чистым, ярко-синим, без следов самолётов. Вместо гула моторов – птичий щебет, скрип колёс, далёкие раскаты, похожие на грозу. Но Колик знал: это не гроза. Это пушки.
