Вы читаете книгу «Цветок Аэниры» онлайн

Часть 1

1

- Сергей Михайлович, возникли серьезные проблемы, - услышал Рязанцев по линкеру взволнованный голос своего шефа. - Сегодня исчез уже третий из твоих подчиненных. Василий Петров. Я предлагаю тебе спрятаться где-нибудь. А я пока постараюсь во всем этом разобраться.

Сергей кивнул и отключился. Он сидел у себя дома - работал удаленно.

Сначала исчез Саня Мальцев. Никто в его группе не мог этого понять. Потом - Петя Творожков. И это заставило задуматься. На этой планете уже пятьсот лет как никто не исчезал. И вот на тебе!..

Поневоле озадачишься.

Рязанцев в который раз мысленно перебрал проект, над которым они работали. Ну ничего в нем не было подозрительного! И заказчик утверждал, что у него нет конкурентов. Но вот все же!..

Сергей растерянно оглядел свою небольшую квартиру.

Что делать? Рвать когти? Но куда? А не рвать - так может и сам исчезнуть, как эти пацаны.

В это время мягко прозвучало несколько тактов приятной мелодии.

- К вам Тойво Лехтонен, - бесцветным голосом произнес домашний компьютер.

- Впусти, - тут же произнес Рязанцев.

Ничего нигде не щелкнуло, но на пороге гостинной появился его сосед - невысокий плотный моложавый мужчина с детским выражением на лице.

- Слушай, какие-то странные вещи стали твориться последнее время! - возбужденно произнес он, плюхаясь в ближайшее кресло.

И кресло тут же подстроилось под седока.

- Такое ощущение, что за мной следят! - несколько ошарашенно воскликнул сосед, растерянно глядя на хозяина квартиры.

2

В это время короткий сигнал возвестил, что пришло сообщение. Причем, очень странное - так как поступило на его личный канал, на который могли приходить только сообщения от разрешенных абонентов. И имя, что появилось в воздухе, в данный список не входило.

Да и вместо обьемного изображения высветился черный, вяло колышущийся шар.

- Вы должны пять миллионов кредов, - донесся из темной бездны бесцветный голос.

- За что? - растерялся Рязанцев.

- Вы участвовали в проекте "Доступное жилье", и мы на нем потеряли достаточно много.

- Я-то тут причем? - искренне удивился Рязанцев. - Я ведь только разработчик?!

- Неважно. Все, кто причастен, возвращают нам потерянное. С надбавкой за моральный ущерб. Даем срок - две недели.

И шар исчез.

А Рязанцев растерянно посмотрел на Тойво.

- Вот-вот! - торопливо закивал тот. - Ко мне, по-видимому, тоже какие-то сволочи прицепились. Если не твои, за компанию. Надо уносить ноги. И как можно быстрее.

3

Рязанцев суетливо упаковывал вещи в четвертый по счету контейнер.

Честно говоря, с квартирой жалко было расставаться! До слез! Хоть она и неказиста, но так много всего в ней происходило! И он так к ней привык! Так сроднился! Словно с очень близким существом!

Ей он поверял свои проблемы и печали. Здесь, на ее глазах, он страдал и мучился. Страдал от неразделенной любви - причем страдал очень сильно, до невозможности спать по ночам, температуры, потери сил и полной апатии, быстро убедившей его, что жить в общем то не зачем.

И мучился от неожиданного предательства друга. И от того, что надо сказать - нет - девушке, хоть и очень хорошенькой, но к которой Сергей был абсолютно равнодушен, а она вдруг, мучительно краснея, сбивчиво призналась ему в любви.

Рязанцев нервно вздохнул, в очередной раз краснея - и черт его дернул разрешить ей тогда войти! До сих пор ужасно стыдно вспоминать все, что тогда случилось!

Но тем не менее он уложил в короб маленькую брошь - она уронила, поспешно убегая, а он сохранил. Он почему-то хранил любые напоминания о знакомых девушках - приятные они были или не очень. Если приятные - то и приятно было вспоминать. Если неприятные, то как правило, напоминание - это способ в очередной раз извиниться перед ними. Хоть и заочно, но это почему-то вносило в его душу хоть какое-то успокоение. Правда - не надолго.

Щелкнул входной замок.

- Михалыч! - радостно воскликнул вбежавший Тойво. - Я нашел подходящий корабль! Наших с тобой квартир вполне хватит! Правда - с небольшой доплатой.

Рязанцев желчно впился в глаза друга.

- И на сколько небольшая? - недобро поинтересовался он.

- Ну-у... - вдруг стушевался Тойво. - Если возьмем кредит - то каких-то двадцать лет. Это ведь - пустяки?

И он с надеждой посмотрел на Рязанцева. И тот даже не понял, что и ответить.

Впрочем, линять все равно надо, обереченно подумал он.

- Дерзай, - одобрительно кивнул он Тойво, и лицо друга радостно расплылось. - Только проверни все на подставные лица, чтобы нас не отследили. Сможешь?

И Тойво еще более радостно кивнул.

- Граф Разумовский, Сергей Михайлович, тебя устроит?

- Вполне! - искренне рассмеялся Рязанцев, внутренне поражаясь таким неожиданным способностям своего соседа. - Только скажи мне, а тебе это зачем? - внимательно посмотрел он на своего собеседника.

И под его взглядом Тойво вдруг стушевался.

- Знаешь, - замялся он. - Ты не повершиь... Но я что-то устал жить на одном месте. Что-то вдруг захотелось смены впечатлений. Причем, чтобы эти впечатления все менялись и менялись. И последние события заставили меня ускориться в своих мечтах.

И Тойво взглянул на Рязанцева своими невинно-печальными глазами.

И тот только чертыхнулся в ответ.

- Ты пойми, - вкрадчиво начал Сергей. - Меня-то преследуют, и я просто вынужден слинять отсюда. А у тебя только предчувствия. - Рязанцев выдержал мхатовскую паузу, но его друг промолчал. - Если вдруг - а это скорее всего - у нас все пойдет наперекосяк - ты останешься вообще без всего! Без жилья, без работы! На что жить будешь?

Ноздри Рязанцева гнево раздувались от глупости его друга. Немного подумав, Тойво кротко улыбнулся.

- Не забывай, мы ведь будем вместе, - тихо произнес он. - И все эти проблемы, которые ты перечислил, коснуться нас с тобой. И мы ведь наверняка будем решать их тоже вместе? Ведь правда?

И он вопросительно-печально посмотрел на Рязанцева, и тому тут же стало стыдно.

Что это я?! - виновато спохватился он, но вдруг вспомнил о том, что его все свербило во время их разговора.

- Слушай, а как ты попал ко мне? - озадаченно поинтересовался Сергей.

- Так было открыто? - растерянно произнес Тойво, отчего-то бледнея.

И тут Рязанцев откровенно испугался, так как прекрасно помнил, как дверь при входе автоматически закрылась за ним.

4

Моросил мелкий дождь. Такси, нанятое Рязанцевым и Тойво, подлетело к обозначенной окраине космодрома. Там, внизу, действительно стояла космошлюпка. Такси не смогло опустится рядом - мешали остатки старых сооружений. И поэтому пассажиров высадили немного поодаль.

Расплатившись, друзья вышли наружу, накрывшись гравизонтиком. Рязанцов подхватил антигравом платформу с их вещами, и такси тут же исчезло.

Раз квартиры были проданы, то друзья решили ночевать на корабле, ну или в шлюпке, чтобы не гонять ее туда-сюда понапрасну. Тем более, что знание управлением этого агрегата у них было чисто теоретическое.

В сердцах чертыхнувшись на удаленость, Рязанцев направился в сторону шлюпку. Сердце его щемило - все-таки это его новый дом! Часть его жизни! Причем, очень большая часть!

И глядя на это серое, хмурое под дождем устройство, он думал, что когда-то оно станет для него родным и близким.

Протопав шагов триста, они неуверенно - все-таки это в первый раз! - приблизились к шлюпке.

Ступив на широкую подножку, Рязанцев, откровенно волнуясь, несмело приложил трясущуюся ладонь к желтому кругу и просторный люк тут же распахнулся. И Сергей невольно выдохнул с огромным облегчением - значит все-таки не обманули! Значит это - его корабль! Самый настоящий!

И пока Рязанцев забирался внутрь, с огромным интересом желая осмотреть свою, хоть и мелкую, но собственность - ведь никогда такой не было! - Тойво, небрежно прислонившись к борту, быстро отдавал в линкер новые распоряжения - координаты, куда всем желающим следовало явиться для собеседования. А потом быстро проверил - идентификационный номер был старательно скрыт.

Зависшая у входа гравиплатформа, была самостоятельно захвачена шлюпкой и в это самое время неспешно направлялась в сторону небольшого грузового отсека.

И вот прошло уже три часа. Друзья по-прежнему тупо сидели в шлюпке, нетерпеливо посматривая на время. На то, чтобы все изучить и все осмотреть, поохать и порадоваться, словно детям и посидеть во всех креслах, им хватило буквально полчаса.

- Никто к нам не придет, - наконец грустно произнес Тойво.

- Тогда улетим вдвоем, - решиетлньо произнес Сергей, врочем, тоже расстроенно.

- А ты умеешь управлять кораблем? - еще более грустно поинтересовался Тойво, покосившись на Рязанцева.

- Только отдать приказ Бортовому компьютеру - "Автопилот", - признался Сергей.

Тойво печально вздохнул.

- Раньше нам надо было все это проделать, - буркнул он.

- Раньще нам вообще не надо было этого делать! - отмахнулся Рязанцев. - Что уж сейчас бить ластами!

Выбор такого странно метса для собеседования обьяснялся очень просто - у них не было денег, чтобы арендовать подходящие апартаменты.

Тойво в тысячный раз посмотрел на циферблат - в том смысле, что мысленно запросил время.

- Однако никто не торопится, - совсем потухшим голосом пробормотал он.

Рязанцев только пожал плечами. Без экипажа они все равно не смогут. Он оглядел компактные ряды сидений - будет где переночевать. А перекусить - взяли с собой. А на корабль, как клятвенно заверил Тойво, был загружен минимальный паек.

И в этот момент к шлюпке потянулся первый кандидат. Причем, он не прилетел на такси - он именно вышел пешим ходом. И причем - без всяких гипер или просто зонтов, или хотя бы примитивного плаща.

- Однако?! - синхронно покачали головами оба друга, тут же в душе напрочь вычеркивая этого кандидата.

Разбитной паренек в рваной спецовке приближался к ним очень уж неустойчивой походкой. На плече болталась порядком измятая рабочая сумка.

Будущий капитан корабля и будущий корабельный суперкарго с брезгливостью смотрели на него.

Подойдя к открытой двери шлюпки паренек весело осмотрел присутсвующих.

- Я извиняюсь! - громко икнул он. - Но вот - я прибыл!

И с этими словами он ввалился внутрь и с трудом плюхнулся в ближайшее кресло.

А надо сказаать, что в шлюпке таких мест было двадцать.

- Представьтесь, пожалуйства, - вежливо попросил Тойво, впрочем продолжая неприязнено морщится.

- Я - Олаф Седьмой. Бормеханник. Кстати, именно я ремонтировал это судно, - небрежно произнес кандидат, развалясь в кресле и все еще икая.

Мужчины в сомнении посмотрели на него, даже не соображая, какие вопросы ему задать.

И пока они думали, парень посмотрел в окно и радостно воскликнул, тыча пальцем в стекло.

- О! Еще какой-то бедолага! Тоже, наверное, кредиторы прижали и он торопится сорваться с места!

Рязанцев и Тойво тут же обернулись. Действительно, от такси, закрывшись от дождя силовым полем, к ним бежала довольно молодая девушка. За ее плечами виднелся компактный рюкзачок.

Хозяева корабля недоуменно переглянулись - а ей-то что здесь понадобилось?

Между тем девушка, отключив поле, легко впрыгнула в открытую дверь и тут же замерла на пороге, внимательно всех осматривая. Мужчины тоже замерли под взглядом ее прищуренных серых глаз.

- Я - Линда Грей, - холодно произнесла она, глядя на Рязанцева, по непонятной причине выявив в нем капитана. - Штурман. Закончила спецкурсы в институтах на Сириусе-2 и Альдебаране-12, так что мои знания звездных миров достаточно глубоки.

И она выжидательно замерла.

- Слышь, мамзель! Подвинься! - раздалось у нее за спиной.

Девушка, недовольно фыркнув, шагнула в сторону, и в шлюпку ввалился довольно здоровый молодец - два метра ростом, сплошь мышцы и татуировки.

- А вы кто? Простите, - растерянно поинтересовался Тойво.

- Я - ваш новый пилот! - небрежно ухмыльнулся здоровяк, оглядываясь. - Вспомогательное корыто класса Б-2, значит катафалк не класса С-8, как было указано на самом деле.

И он самодовольно ухмыльнулся, бросив на пол вещмешок и очень уж внимательно оглядывая присутствующих.

- Да, кстати! - всполошилась строгая девица. - Если судно не совсем то, то я хотела бы знать...

Тойво растерянно посмотрел на Рязанцева. Тот только пожал плечами.

- Молодой человек, - тихо промолвил он. - Ваши рекомендации?

Здоровяк снова ухмыльнулся.

- Третье место на Линерских гонках! - небрежно провозгласил он, выпячивая грудь.

Рязанцев с Тойво переглянулись. По их взглядам - ни тот, ни другой никогда ничего не слышали о них.

- Ты карты Борна хотя бы знаешь? - вдруг услышали они стальной голос девушки.

Бортинженер тихо сидел в свое углу и совсем незаметно щелкал семечки.

Здоровяк небрежно покосился в сторону экс-штурмана.

- Мамзель! - ляпнул он. - Я на гонках шел на одном чутье, без всяких карт!

И он насмешливо оглядел всех присутствующих.

- Да, кстати, вон еще бегут, - вдруг заметил экс-пилот.

И действительно, к шлюпке бежало еще два человека. А за ними - толпа человек в десять, среди которых, Рязанцев был уверен, есть и его псевдо-знакомые.

- Слушай мою команду! - тут же рявкнул он. - Вы все приняты! Пилот - за штурвал. Экстренный старт!

- Есть, капитан! - бодро отрапортовал верзила, мгновенно оказавшись в пилотском крселе - видать, среди бегущих были и по его душу. - Готов! - небрежно произнес он, мягко проведя пальцами по сенсорам.

Дверь шлюпки принялась медленно закрываться.

- А нельзя ли побыстрее! - тут же недовольно буркнула девица.

- Вот-вот! - нервно поддакнул бортинженер, поспешно застегиваясь в своем кресле - несложно было догадаться, что старт будет очень уж резким.

5

Непрошенные гости стремительно бежали к космической шлюпке. И некоторые из них, остановившись, что-то пытались достать из рюкзачков. Они, конечно, могли и подлететь, но окружающая местность была такой, что это проделать было невозможно. И Рязанцев, невольно покосился на Тойво - раз он выбрал такое место, то наверняка подготовился к погоне. Но вот почему?

К этому моменту шлюпка уже плавно оторвалась от земли, впрочем, тут же резко набирая скорость, и фигурки, нелепо размахивающие руками, стремительно уменьшались под прозрачным днищем.

И когда шлюпка пронзила облако, Тойво как наиболее продвинутый, тихо промолвил верзиле.

- Включи автопилот в режим - домой.

- Сам знаю! - недовольно буркнул тот, быстро касаясь виртуальных клавиш.

Часть 2

1

Выйдя в космос, шлюпка, проделав крутой пируэт, изменила направление и вдруг перед их глазами возникла громада космического корабля, которая медленно, но неумолимо, надвигался на них, достаточно быстро увеличиваясь в размерах. С непривычки у Рязанцева по спине тут же забегали мурашки. Он быстро покосился на своего друга. Тот был спокоен.

Быстро оглядевшись, Рязанцев понял - паниковал он один, остальные были невозмутимы. А он еле сдерживал себя, чтоб не дать команду пилоту - резко уйти в сторону. И только всеобщая невозмутимость удерживала его от этого шага, хотя внутри у него бушевала страшная паника - так как глаза ясно показывали - сейчас тебя раздавят! Причем, в мелкую лепешку!

И Рязанцев судорожно сжал подлокотники кресла. И даже закрыл глаза. Но ненадолго. Так как паникующий организм дико бесновался, требуя немедленно посмотреть на опасность, которая его завораживала, словно удав кролика.

И он снова открыл глаза, ожидая увидеть последние мгновения своей жизни - как сплющивается нос шлюпки и воздух стремительно вылетает в космос.

И действительно, космический гигант стремительно надвигался, закрывая уже весь экран внешнего обзора. И сердце Рязанцева забилось сильнее. И когда он готов был истошно закричать, вдруг в борту огромного корабля возникло круглое отверстие, и шлюпка мягко вплыла внутрь.

И также мягко опустилась на крепежи.

Рязанцев вдруг опустошенно ослаб в кресле, вяло подумав, что сегодня родился во второй раз

- Шеф, - вдруг услышал он голос пилота, но очень приглушённый, словно сквозь вязкую пелену, да еще и бешеный стук сердца, молотком ударяющий в затылок, основательно заглушал все звуки. - Я так понимаю, что вы торопитесь поскорее убраться отсюда. Так, может, рванем? Затеряемся среди планет на пару дней. А там уж и курс спокойно проложим.

Рязанцев недоуменно посмотрел на пилота. Но вскоре смысл его слов постепенно начал доходить. Тем более, что и стуки в затылок слегка ослабли.

- А почему - на пару? - удивился капитан, почему-то совсем не удивляясь всему остальному.

- Через пару дней список запросов точки Х будет настолько велик, что проверить его и сотни лет не хватит! - радостно ухмыльнулся пилот, а бортинженер только согласно кивнул.

Рязанцев посмотрел на верзилу, вспомнив бандитов и их угрозы. В этот момент люк шлюза начал открываться - синхронно с люком шлюпки.

- Бегом в рубку, - попытался грозно скомандовать Рязанцев, но от всех волнений и переживаний он смог только слабо пискнуть, но пилот тут же вылетел из кресла и рванул в недра корабля, умудрившись как-то проскользнуть в узкую щель.

Рязанцев побежал за ним, надеясь, что тот знает, где рубка. Остальные, в том числе и Тойво, к огромному удивлению новоиспеченного капитана, побежали за ними.

- Готов, кэп! - крикнул пилот, с разбега влетая в кресло - совсем другое по виду, чем в шлюпке.

Как они бежали и куда попали - все это пролетело мимо Рязанцева.

Одна только мысль пугала его - организация, которой удалось войти в его закрытый канал связи, способна отследить полет шлюпки и ударить по кораблю. Рязанцев это очень хорошо осознавал с высоты знаний программиста и хакера.

- Жми, - коротко выдохнул он и пилот удовлетворенно кивнул, быстрым движением руки раскрывая виртуальный пульт.

А новоявленный капитан, вцепившись в спинку ближайшего кресла, невольно огляделся, все еще продолжая волноваться и пытаясь унять бешеную гонку своего сердца - все-таки теперь это его корабль. Правда, от волнения ничего не смог разобрать в обстановке.

- Внимание! - раздался чарующий женский голос бортового компьютера. - Просьба всем застабилизироваться. Предстоят перегрузки...

Пилот что-то понажимал в своем виртуальном экране. Рязанцев, стоя за его спиной, слегка напрягся, вцепившись в кресло пилота, но не почувствовал никакого толчка. Выждав минуту, он хотел было грозно поинтересоваться, почему стоим на месте, ведь надо по-быстрее убираться отсюда, но тут заметил, что диск планеты медленно уменьшается, и вздохнул с облегчением. Корабль, это все-таки не шлюпка, - сообразил Рязанцев. - Резких движений делать не умеет.

Он поискал глазами друга, чтобы обменяться с ним этим облегчением, но Тойво преспокойно сидел в самом дальнем кресле и что-то увлеченно делал со своим вирт-экраном. Почувствовав взгляд, он обернулся.

- Я послал грузовой заказ, - прочитав удивление на лице Рязанцева, почему-то виновато ответил Тойво. - Направления указал - любое.

И Рязанцев вынужден был кивнуть. Каждый здесь занимался своим делом, и даже бортинженер в другом конце рубки с головой ушел во что-то многочисленное. И только он один растерянно озирался и паниковал. И ему стало стыдно.

- Все! - радостно провозгласил пилот, зачем-то поворачиваясь к капитану. - Я углубился в скопление космических станций. Здесь нас никто не отследит.

И действительно, большой обзорный экран был очень густо усеян белыми точками, которые местами сливались в большие белые пятна.

Только тут Рязанцев заметил укоризненный взгляд Тойво, который энергично косился куда-то в сторону. Рязанцев невольно проследил за его взглядом и наткнулся на спинку пустующего кресла, на которой было написано "Капитан".

Покраснев, он быстро уселся, постаравшись вальяжно развалиться, словно так и было задумано.

- Кэп, каковы наши дальнейшие планы? - поинтересовался пилот.

И Рязанцева невольно порадовало это "наши", а не "ваши" например. То есть пилот уже ощущает себя частью команды. А вот он сам? Ощущает ли себя частью? Рязанцев задумался. Но не над своим вопросом, а над вопросом пилота.

- Немного повисим со всеми, а потом пристроимся к группе кораблей, покидающих станции.

И пилот радостно кивнул.

- Капитан, моя работа когда потребуется? - сухо поинтересовалась штурман.

Рязанцев быстро посмотрел на Тойво, но тот только пожал плечами, молча воздев глаза к виртуальному пульту.

- Вам об этом сообщат, - еще более сухо процедил Рязанцев, чувствуя себя в этой обстановке абсолютно чужим, и даже ощущая некоторую враждебную напряженность от рубки, и даже от кресла, в котором он сидел.

- Ну тогда я хотела бы знать, - еще более сухо процедила девушка. - Где мы будем жить? Распределение вахт. И все прочее. Будьте любезны донести до нас эти сведения.

И капитан тут же возненавидел ее.

А в рубке вдруг повисла гнетущая тишина - новоиспеченная команда явно ждала ответов. В свою очередь Ряцанцев снова растерянно посмотрел на Тойво. А тот, еще более растерянно - на капитана. И Рязанцев понял - из этой ситуации ему придется выкручиваться самостоятельно.

- Ну, - замялся он. - Насчет вахты... - Следующий...

Он быстро оглядел всех. Хоть и был далек от космоса, но все же знал - вахты необходимы, чтобы оперативно реагировать на нестандартные ситуации - которые незнакомы искину. А там либо сам быстро исправляешь, либо дергаешь того, кто это сможет.

Он внимательно обвел взглядом застывший в своих креслах экипаж.

- Кстати, как тебя? - покосился Рязанцев на пилота.

- Мик Нортон, - с какой-то помпезностью произнес тот, выпячивая мощную грудь.

Рязанцев поймал себя на мысли, что именно так императоры Рима произносили свои имена. Кивнул, принимая к сведению. Только он хотел назвать первого дежурного, как его перебили.

- Вахт не будет, - вдруг заявил Тойво. - Лишнее. Искин всегда поднимет тревогу, если не справится с ситуацией.

И Рязанцев с удивлением посмотрел на своего друга, и тот виновато улыбнулся в ответ.

- А каюты, как я заметил, располагаются совсем близко от рубки, - добавил Тойво.

И новоявленный капитан удивился еще больше - пока он бежал, вообще ничего не замечал вокруг.

- По поводу кают... - начал он и задумался. А действительно, неужели надо будет каждому указывать, где он будет жить? И каковы приоритеты - кого-то необходимо поселить ближе к рубке, чем другого? Но кого? И зачем? Рязанцев встрепенулся. - Кстати, как вам всем без вещей? - поинтересовался он, беря небольшую паузу для размышления.

- Я уже привык, - равнодушно ответил пилот из своего кресла.

- Мне они не нужны, - сухо заметила штурман. - Все необходимое обычно уже есть на корабле.

Капитан перевел взгляд на бортинженера, который только весело развел руками.

Однако, командочка мне попалась, расстроенно подумал Рязанцев. Прохиндей на прохиндее. Да еще у всех явно не лады с законом или какими-то серьезными организациями. Надо смотреть в оба. А то останусь без корабля... А то и без головы.

- Ну так что с каютами? - недовольно пробурчал верзила, впрочем, корректно потупившись. - Мы ждем. Пора бы уже и отдохнуть. Да и освежиться бы не помешало.

- Любые, любезнейший, - учтиво проговорил Тойво. - Кроме двух самых ближних к рубке.

- Заметано, - буркнул пилот и тут же устремился к выходу - явно занимать лучшую из оставшихся. Хотя они все одинаковые, кроме, конечно, капитанской, у которой был свой вход в рубку.

Остальной народ, помедлив, рванул за ним.

Рязанцев и Тойво остались одни.

Новоявленный капитан невесело усмехнулся.

- Ловко ты с ними, - сказал он.

Тойво пожал плечами, грузно усаживаясь в кресло пилота - поближе к Рязанцеву.

- Я же врач. Должен уметь управлять людьми.

Снова помолчали, ощущая некоторую неловкость.

- Не смогу я, - наконец пробормотал Рязанцев, потупившись. - Не мое это. Не понимаю я их.

Тойво жалостливо посмотрел на своего друга.

- Придется, Серж, - участливо, словно тяжелобольному, произнес он. - Это только поначалу тяжело. А потом - освоишься.

- И когда это "потом" наступит? - с надеждой поинтересовался Рязанцев, быстро посмотрев на своего друга.

Тот пожал плечами.

- Это зависит от тебя самого.

Какое-то время сидели молча, равнодушно прислушиваясь к громким спорам из коридора. Но вроде вмешательство пока не требовалось.

- Однако на удивление чисто на корабле, - промолвил Рязанцев только чтобы хоть что-то сказать - молчание почему-то сильно тяготило.

- Продавец обещал все тщательно вычистить, - тактично произнес Тойво.

Рязанцев кивнул, думая совсем о другом.

- Перекусить бы, - наконец не выдержал он. - Все отвлечет от этого стресса.

Тойво, мявшись все это время на своем кресле, резко выпрямился.

- Полностью с тобой согласен, - торопливо пробормотал он, быстро вставая. - Сейчас попробую разобраться.

- Я тебе помогу, - подхватил Рязанцев, также приподнимаясь. Сидеть и ничего не делать почему-то оказалось тяжкой участью, и он с радостью ухватился за этот повод.

Вдвоем они вышли из рубки, оказавшись в пустом коридоре, и быстро отыскали кают-компанию - по светящемуся виртуальному значку-указателю возле двери под потолком (дальше виднелись указатели кают - пока без имен, а также туалет, душевая и какие-то еще непонятные ответвления). Да и сама эта дверь состояла из двух секций, чтобы народ в случае проблем мог быстрее покинуть помещение.

Они почему-то с опаской открыли обе двери, увидев перед собой идеальную темноту.

Обоим тут же показалось, что что-то враждебное смотрит на них оттуда, из глубины - все-таки корабль почти что чужой, еще не обжитый!

Оба, напрягшись и перебарывая страх, решительно и дружно шагнули внутрь, благо ширина прохода это позволяла. И в это мгновенье вспыхнул яркий свет, осветив довольно уютное помещение.

Друзья тут же непроизвольно выдохнули, расслабляясь. А потом, посмотрев друг на друга, облегченно рассмеялись, устремясь к тому углу, где явно располагалась кулинарная техника.

Быстро нашли пищевой генератор. Довольно старый, как и сам корабль. Но, к счастью, пульт у него оказался почти знакомым.

Только Рязанцев вызвал виртуальный пульт управления, как бортовой компьютер, а в данном случае она, Искусственный Интеллект, сокращенно Искин, его перебила.

- Достаточно было дать мне команду, - раздался спокойный грудной голос.

- Замечательно, - зачем-то вслух произнес Рязанцев. - Тогда мы хотим...

Он вопросительно посмотрел на Тойво.

И в этот момент в кают-компанию ввалился пилот. Замялся на пороге.

- Кеп..., это..., надо бы назначить дежурных по кухне, - недовольно пробурчал он. - А то жрать охота.

Рязанцев с надеждой (наконец-то начинает входить в свои владения), посмотрел на Тойво. Друг только пожал плечами - ты капитан, тебе и решать.

- Ну, раз ты первый начал, тебе и карты в руки, - сказал Рязанцев. - Только на этот сеанс. А дальше график я составлю.

И он мысленно отправил искину график дежурств - на каждую еду - отдельный ответственный. Первым был, естественно, пилот. Потом - штурман. А дальше - бортинженер и Тойво. Капитан в силу своего положения ни на какие вахты или дежурства не попадал.

- Ну да, - вздохнул пилот. - Главный армейский закон - инициатива наказуема.

- Вот-вот, - подтвердил Рязанцев, хотя он не служил, но для программной разработки этот закон тоже был в силе. - Кстати, сильно не шикуй - запасов впритык.

- А что так? - искренне возмутился пилот.

- Обстоятельства, - многозначительно ответил капитан, и пилот с некоторым удивлением посмотрел на него, решительно направляясь к пищевым агрегатам.

Судя по вдруг возникшему тихому урчанию, пилот успел по дороге составить меню и запустить генератор. Через секунду открылась ниша, и подошедший пилот быстро выставил на стол поднос с пятью глубокими тарелками, в которых было нечто экзотическое. То есть настолько экзотическое, что не каждый бы осмелился это есть - на самом дне, в ворохе зелено-красно-коричневых сплетений, шевелилось и переползало с места на место нечто очень уж необычное.

Между тем пилот, плюхнувшись в ближайшее кресло, радостно пододвинул к себе ближайшую тарелку и, сжав тремя пальцами восьмигранную вилку, принялся радостно все это уплетать, под кисло-мрачные лица Рязанцева и Тойво.

- Кстати, что за убожество!? - мимоходом заметил пилот, смачно отправляя в рот очередную порцию шевелящейся массы. - Я про туалет. И тесный и не звуконепроницаемый. А если у меня, извините, понос? - И он абсолютно искренне, вопросительно посмотрел на присутствующих. - Что ж вам всем, на шлюпке временно убегать с корабля?

В кают-компании повисла мертвая тишина.

- Ну хоть это есть, - наконец произнес Тойво. - И то уже хорошо.

И пилот с недоумением посмотрел на него.

В это время в кают-компанию зашел бортинженер и тут же замер на пороге.

- Что за ерунда? - удивленно произнес он, уставясь на стол.

- Завтрак, - нечленораздельно пробурчал набитым ртом новоявленный дежурный по кухне. - Или обед. Или ужин. Выбирай на вкус.

- Да какой же это завтрак! Это же - помои! - искренне возмутился Олаф Седьмой, брезгливо морщась, да еще на всякий случай отодвигаясь от стола. Видать, боялся, что существа в тарелках могут дружно напасть на него и слопать!

- Что ты сказал?

Пилот наконец-то прожевал пищу и теперь, неторопливо отодвинув тарелку, приподнимался из кресла.

- Помои, - нагло улыбаясь повторил бортинженер, медленно разминая кисти рук - явно в предвкушении драки.

Он хоть и был меньше ростом, но весь был какой-то жилистый, подтянутый, жесткий.

Рязанцев поймал испуганный взгляд Тойво и решительно шагнул вперед.

- Отставить! - рявкнул он и сам удивился - никогда такого ему не приходилось проделывать, а здесь уже два раза!

Бортинженер тут же поскучнел, а пилот равнодушно плюхнулся в кресло и продолжил свою трапезу.

И пока Рязанцев соображал, какую команду рявкнуть следующую (а рявкать ему вдруг почему-то очень понравилось!), в кают-компанию вошла штурман. Брезгливо протиснулась мимо бортинженера и тоже замерла.

Какое-то время она пристально разглядывала блюда на столе, потом перевела взгляд на пилота - видать искин ей все сообщила.

- Я это есть не буду, - решительно заявила она.

- Да вы что, обалдели?! - взвился пилот, в сердцах бросая вилку на стол, так что та весело запрыгала, но почему-то исключительно вокруг тарелки, словно исполняла какой-то ритуальный танец посудных каннибалов. - Это же деликатес с Арктура-27! За ним гигантские очереди! А я вам сгенерил совершенно бесплатно! У меня секретный рецепт есть! - добавил он с нескрываемой гордостью.

Он победоносно обвел всех взглядом, но никто даже не шелохнулся, не то чтобы стремглав броситься к столу.

- Я - в душ, - наконец процедила штурман и скрылась.

Следом за ней, усмехаясь, ушел и Олаф Седьмой.

Рязанцев посмотрел на еду, потом - на Тойво. Мол, как-то неудобно, если они создадут себе что-то свое. Сам ведь только что сказал. Тойво пожал плечами - мол, надо так надо. Подав пример, сел первым, решительно пододвинул к себе тарелку, взялся за вилку и, не задумываясь быстро ткнул и отправил то, что зацепил, себе в рот. Правда, предварительно зажмурившись, и невольно скривившись.

Какое-то время Рязанцев наблюдал за своим другом. Тот сначала стиснул челюсти, замер, потом пару раз жевнул, задумался, снова жевнул, и наконец зажевал более энергично, посмотрев на Рязанцева и одобрительно ему кивнув.

Делать нечего, капитан тоже сел за стол. Правда на то, что копошилось в тарелке, он старался не смотреть.

Пилот быстро разделался со своей порцией. Задумчиво оглядел стол. Протянул руку к двум оставшимся тарелкам, но, покосившись на капитана, буркнул.

- Вы не будете?

Рязанцев не успел раскрыть и рта, как обе тарелки уже стояли возле пилота, и он энергично тыкал в них вилкой.

Насытившись, пилот вальяжно покинул кают-компанию, небрежно пожелав по дороге - Приятного аппетита!

Рязанцев и Тойво остались.

- Слушай, я с ними точно не смогу! - сдавленно произнес Рязанцев срывающимся голосом. - Это какой-то кошмар! Да и корабля я не знаю! Слушаю с умным видом, что говорят, но ничего не понимаю, и ловлю себя на том, что выгляжу очень уж глупо, и при этом - это все ну очень заметно! Так стыдно!

Рязанцев покраснел, а Тойво, испуганно посмотрев на него, помедлив, слегка толкнул в плечо.

- Не переживай, - принялся утешать он. - Со временем втянешься, разберешься. Ты же совсем не глупый человек. Просто надо потерпеть первое время. Ну и за документацию садись.

- Это все понятно, - вяло отмахнулся красный как рак Рязанцев. - Но пока я все это проштудирую и освою... Буду еще долго позориться!

Тойво хотел было что-то сказать, но его перебили.

- Какого хрена?! - услышали они недовольный рев пилота. - Уже два часа как там торчишь? Вылазь, давай! Добром прошу!

Оба быстро выскочили в коридор.

Пилот энергично, с небольшой периодичностью, стучал в дверь душевой своим огромным кулаком.

Только Рязанцев собрался что-либо рявкнуть, как дверь открылась. На пороге появилась штурман. Голова повязана полотенцем. Сама - в тонком коротком халатике, который откровенно прилипал к ее худенькому, влажному телу. И Рязанцев невольно опустил глаза.

- Не два часа, а пятнадцать минут, - выдавила она сквозь зубы, решительно отстраняя плечом торчавшего перед ней верзилу. И, растерявшись, тот действительно отстранился! И судя по его обомлевшему виду - явно не по его инициативе.

И пока пилот хлопал глазами, штурман решительно направилась по коридору к своей каюте, а Рязанцев постарался тактично скрыться в кают-компании, энергично заталкивая туда остолбеневшего Тойво. Не хватало еще разных пересудов о подглядывании!

Они подошли к столу, но Рязанцев садиться не стал. Замер, задумавшись. Тойво тоже остался стоять - за компанию. Ждал.

- Что думаешь по поводу наезда на меня? - наконец спросил Рязанцев, переставляя свою тарелку в центр, и она тут же провалилась вглубь. Больше посуды на столе не оставалось.

- А что? - пожал плечами Тойво, внимательно глядя на своего друга и пытаясь понять, что его тревожит. - Найти тебя они не должны - корабль все-таки на подставное имя. Главное - не свети свое, и все будет нормально.

- Я про другое, - отмахнулся Рязанцев. - Я про то, что всю жизнь не пробегаешь и не пропрячешься.

Тойво снова пожал плечами.

- Деньги, как я понял твою ситуацию, высветились довольно большие, так что к властям лучше не обращаться - и не помогут, и только себя раскроешь.

- Но все равно надо что-то делать! Как-то разруливать эту ситуацию. Не хочется мне нервничать на будущих станциях, в ожидании, когда ко мне обратятся - А мы вас заждались...

- Согласен, - кивнул Тойво. - Кстати, время у нас сейчас есть - придумаем что-нибудь. И с твоими проблемами, и с моими.

- Уверен, что тобой тоже кто-то заинтересовался?

- Уверен, - твердо ответил Тойво, внимательно посмотрев на своего друга.

И Рязанцев в ответ только кивнул - мол, будем разбираться и с твоей проблемой.

- Да, и мой тебе совет, - произнес Тойво, пока они снова усаживались в удобные кресла кают-компании. - Не стесняйся спрашивать.

- С чего ты так решил? - слегка удивился начинающий капитан.

- Ну ты же чайник в космическом деле. Так что как ни пыжся, все равно будет видно - согласен?

Рязанцев в сомнении посмотрел на него.

- Не засмеют?

- Если по делу, то нет. Они же ведь все - профессионалы. Понимают что к чему.

Рязанцев подумал и кивнул.

- Да и пора всех собрать и познакомиться, - добавил Тойво.

- В каком смысле?

- Ну, пусть каждый расскажет о себе, что посчитает нужным. Мы ведь планируем долго летать вместе.

Рязанцев задумался и как-то неуверенно кивнул.

- Через десять минут прошу всех собраться в кают-компании, - объявил он всем через искина.

Повернулся к своему суперкарго.

- Все-таки что-то я сомневаюсь в этой затее, - поежившись, произнес он, мысленно выстраивая свою речь, и выделяя, о чем надо сказать, а о чем лучше умолчать. И его речь получилась на удивление короткой.

- Не грузи голову и просто будь собой. Представь, что ты идешь в горы с незнакомыми людьми и должен знать, на кого и как можешь рассчитывать в трудную минуту.

Рязанцеву, как большому любителю экстрима, эта тема была хорошо знакома, и он мысленно чертыхнулся - как же сам-то не сообразил?! Закрутился со всеми этими событиями, растерялся...

- Ты меня убедил, - решительно произнес он, поудобнее устраиваясь в капитанском кресле и внимательно глядя на входную дверь.

Первым в кают-компанию заглянул бортинженер. Внимательно всех оглядел, словно ожидая какого-нибудь подвоха. Прошел в самый дальний угол, чтобы видеть всех, а самому оставаться как-бы в тени. Следом за ним вошел пилот. Молча плюхнулся в "свое" кресло.

Подождали пять минут.

- Штурман? - огласила искин голосом Рязанцева.

Девушка зашла еще через пять минут.

- Ну вот, наконец-то все в сборе! Я предлагаю небольшую минуту откровений, - громко предложил капитан, когда штурман, в чем-то сильно обтянутом и светлом, расположилась возле бортинженера. - Нам летать вместе, поэтому мы должны ближе познакомиться друг с другом. Каждый расскажет о себе. Ну, что пожелает.

Экипаж вполголоса зароптал. Впрочем, не произнося ничего членораздельного.

Рязанцев дождался, когда гул пойдет на убыль.

- Первым начну я, - решительно произнес он, привстав со своего места.

Тут же наступила мертвая тишина.

Он предварительно прокашлялся и выпил стакан воды, быстро посмотрев на Тойво в поисках поддержки, так как сам ужасно нервничал. И Тойво не подвел - ободряюще улыбнулся и поднял сжатые кулаки - мол, так держать.

- Меня зовут... - начал капитан и хотел было сказать - Рязанцев, но вовремя осекся. - Разумовский Сергей Михайлович. Граф. Я родился и вырос на никому неизвестной планете. Выучился на программиста. Потом стал успешным программистом. Потом стал очень успешным. Но... Все всегда имеет конец. И мне в спешке пришлось сменить род деятельности. И вот я здесь.

Он зачем-то сухо поклонился и сел.

- Следующий, - только и смог промолвить Рязанцев, с надеждой посмотрев на Тойво.

И тот тут же приподнялся, выручая своего товарища. Перед ним возник голографический круг желтого цвета. Он решительно ткнул в него правой ладонью, круг окрасился зеленым и исчез.

- Я к сожалению не могу похвастаться подобным, - изрядно волнуясь, промямлил он. - Но что есть, то есть. Итак... Зовут меня Тойво Лехтонен. Я суперкарго и врач корабля. Моя жизнь похожа на жизнь нашего капитана, за исключением того, что я не был программистом, а всю жизнь занимался духовным здоровьем общества. Ну как-то так.

Он сел, а капитан обвел вопросительным взглядом оставшийся экипаж. Остановился на бортинженере - как на самом подозрительном из всех.

Тот, поймав взгляд капитана, привстал, улыбаясь.

Тот час желтый круг-голограмма возник перед ним.

- Просьба, не отсылать в общий реестр, - вдруг попросил Олаф, замирая с поднятой рукой. - Пусть состав экипажа останется только в памяти искина? Хорошо?

Капитан кивнул, давно уже поняв, что экипаж не просто так рванул на корабль без вещей. И бортинженер небрежно сунул ладонь в желтый круг, который тут же окрасился в зеленый цвет и исчез. А бортинженер начал...

- Я Олаф Седьмой. Фамилию называть не буду. Где родился и воспитывался - тоже неинтересно. Выучился на инженера, специалиста по космическим кораблям. На эту планету меня занесла судьба. Попал под мелкое правонарушение. Пришлось отбыть положенный срок в местной ремонтной мастерской. Так что к этому кораблю были приложены и мои руки.

Он снова улыбнулся, поклонился и сел.

Пилот с Линдой вяло захлопали, вопросительно переглядываясь - ну, кто следующий? Рязанцев и Тойво тоже похлопали - не противопоставлять же себя коллективу? Бортинженер снова привстал и снова, улыбаясь, раскланялся.

Вскоре хлопки стихли.

- Я буду следующим, - решительно поднялся пилот.

И экипаж с интересом уставился на него, ожидая чего-то явно экстравагантного. По крайней мере, скучно точно не должно быть.

- Зовут Микаэль Нортон. Можно просто Микки, - неторопливо начал пилот. - Кличка - Железный гвоздь. Родился на одной из многочисленных окраин нашего мира - не буду называть ни планету, ни звезду. Рос шалопаем. В школе фактически не учился - как впрочем и все. Но потом случайно попал в услужение одному мафиози на отдыхе - он скупил почти весь наш остров. А этот мафиози, надо сказать, имел страсть к космическим гонкам, и всегда брал меня с собой!

Последние слова пилот невольно произнес с восторгом, закрыв глаза и с головой окунаясь в прошлое.

Замер. Публика молчала, понимая, что будет очень нехорошо прервать все это.

Но вот постепенно аура счастья медленно сползла с лица пилота. Он открыл глаза. С недоумением оглядел присутствующих. И, судя по его вдруг потухшему взгляду, все вспомнил.

- Ну и, как вы уже поняли, выучился на пилота, гонял в гонках. А потом моего покровителя все-таки достали. Замочили, попросту говоря. Чем и объясняется моя спешка при посадке.

Замолчав, пилот хмуро сел, ни на кого не глядя.

Возникшую паузу Рязанцев бесцеремонно нарушил резкой фразой:

- Мисс Линда, прошу...

По своему детству он знал - жалость сильно унижает. А эта пауза уж больно сильно смахивала на жалость.

Пилот искоса, но все еще хмуро, посмотрел на капитана, но ничего не сказал.

- Можно, я не буду вставать, - сухо произнесла Линда Грей, глядя прямо перед собой - то ли на свои руки, то ли чуть дальше, то ли просто сквозь стол.

- Можно, - расслабленно кивнул капитан.

- Возражаю! - тут же произнес пилот. - В первую очередь она - член экипажа! И на нее все правила распространяются в равной мере.

Рязанцев растерялся. В его мире женщин всегда было принято выделять - уступать им дорогу, место, потакать их капризам.

Он ошарашенно посмотрел на Тойво, ища поддержки.

- Конечно - это все так,- тут же вступил Тойво. - Но... Не будет ничего плохого в том, что единственный у нас член экипажа противоположного пола получит толику своего уважения, уважение к ...

Тойво замолчал, окончательно запутавшись в словах, и Рязанцев решительно пришел к нему на помощь.

- Короче, - жестко произнес он. - Мужчины должны оставаться мужчинами. А женщины - женщинами.

Штурман резко вскинулась, собираясь возразить, но Рязанцев быстро перебил ее.

- И никаких возражений! На этом корабле, по крайней мере.

- Сурово, - пробормотал бортинженер. - Я с таким еще не сталкивался.

Рязанцев решительно посмотрел в его сторону, и тот примолк и постарался не глядеть в сторону капитана.

- Мисс Линда, прошу извинений за все это, - вежливо, не узнавая самого себя, произнёс капитан. - Мы вас внимательно слушаем.

И штурман вдруг смутилась. По крайней мере ее щечки порозовели. Но, впрочем, руки остались неподвижны - девушка очень хорошо владела собой. Немного помедлив, она встала, ни на кого не глядя, уткнувшись взглядом в середину стола.

- Я, Линда Грей, - начала она стальным голосом, проигнорировав желтый круг. - Родилась, училась и выросла. Потом снова училась и снова выросла. А потом - снова. Итого к настоящему моменту я в совершенстве владею тремя профессиями. Ну и еще с десяток - более-менее.

Помедлив, она сухо и чуть заметно склонила голову, и села, по-прежнему уставившись в свои руки.

- Так нечестно! - воскликнул пилот, который явно ожидал услышать гораздо больше. - Так нечестно, мамзель. Колись давай по-чесноку! Не будь пустышкой!

- Мисс Линда, круг, - вежливо напомнил капитан.

Девушка хмуро приподняла голову и вяло ткнулась ладонью. Круг, помедлив, резко окрасился красным.

- Однако! - тут же донеслось со стороны бортинженера.

Кают-компания погрузилась в мертвую тишину.

- Ну что ж, приятно было познакомится, - как можно бодрее произнес Рязанцев, быстро вставая. - Так сказать предварительное знакомство у нас состоялось... - Он чуть было не ляпнул, про то, что дальнейшие полеты помогут нам сблизиться еще сильнее, но вовремя спохватился.

Зачем-то слегка склонил голову и поспешно вышел из кают-компании.

Удивленный Тойво какое-то время смотрел ему вслед, а потом, выбравшись из кресла, поспешил за своим другом.

Экипаж остался в одиночестве.

А бортинженер медленно обвел оставшихся пристальным взглядом, и взял слово.

- В общем так, доходяги, - небрежно начал он, медленно вставая. - Не мне вам говорить, что вы все от кого-то скрываетесь. В том числе и я. Но я среди вас - старший по возрасту и опыту. Значит вам всем меня слушаться. Я ясно выразился?

На него молча посмотрели.

- Да пошел ты, - наконец сквозь зубы процедила штурман.

- Полностью поддерживаю, - ухмыльнулся пилот, нагло глядя в глаза бортинженера.

Тот какое-то время пристально, не мигая, смотрел на пилота, словно выбирая точку удара. Но потом вдруг улыбнулся.

- Мелюзга! - расслабленно произнес он.

Развернулся и ушел, небрежно покачиваясь.

Выскочив в коридор, Тойво решительно окликнул поспешно удаляющегося Рязанцева.

- Серж, что ты замыслил? - с легким волнением произнес он.

Тот полуобернулся, сбавляя ход, и наконец выжидающе остановился, замерев в той же позе - в пол-оборота.

- Да вот, хочу в одиночестве осмыслить все услышанное, и выработать свою позицию - как мне вести с каждым из них, - неуверенно ответил Рязанцев.

И Тойво, торопливо приближаясь, внимательно-настороженно посмотрел на него.

- Надеюсь, ты не полезешь в сеть за информацией о них? - виновато, но с надеждой поинтересовался он.

Рязанцев вспыхнул.

- За кого ты меня принимаешь?!

Тойво покраснел и Рязанцев тут же остыл.

- Извини, - виновато буркнул он. - Последние часы весь на взводе. Вот и дергаюсь с непривычки.

- Ничего страшного, - вежливо ответил Тойво, разворачиваясь. - Я в грузовой, проверю как там и что.

А Рязанцеву вдруг на мгновение показалось, что Тойво беспокоится не только за экипаж.

Не успел он приблизиться к своей каюте - а она была единственной, возле которой в коридоре висела голографическая вывеска с надписью Капитан - как дверь вдруг распахнулась. Рязанцев по инерции влетел внутрь, лихорадочно осмысливая только-что возникшие проблемы, но чарующе-спокойный голос Искин прервал его.

- Господин, приветствую вас в вашем постоянном месте обитания! Разрешите провести небольшую экскурсию и ознакомить вас с вашей каютой!

Рязанцев от неожиданности остолбенел, растерянно озираясь и ожидая увидеть невесть что, но обязательно из ряда вон выходящее!

- Прямо перед вами - двери в собственную душевую и туалет. Слева - кровать, она же диван. Смею заметить, кровать на ночь выдвигает небольшую спинку, чтобы вы случайно не упали с нее во сне. Также она следит за вашим состоянием, и если вдруг обнаружатся какие-либо проблемы со здоровьем, тут же будут приняты меры к лечению.

Рязанцев невольно поежился, растерянно уставившись на означенный предмет. Его вдруг испугала эта обширная самостоятельность его собственной кровати! А вдруг это не все, что она умеет делать?! И ему стало вдруг жутковато от бурного потока собственной фантазии, относящейся исключительно к ночному времени, и он быстро оглядел каюту в поисках, где и на чем он сможет прикорнуть.

- Справа, - еще более чарующе продолжал искин, - располагается шкаф для личных вещей. Он имеет восемь глубин вложенности.

- В смысле? - вспомнил он совет Тойво задавать вопросы, если чего не понимает.

- Перед вами как бы один шкаф, но на самом деле их восемь, - принялась спокойно пояснять искин своим чарующе завораживающим голосом. - Вы просто мысленно выбираете номер вложенности, либо его название.

Рязанцев оценил размер шкафа и невольно озадачился - и что я туда буду складывать? И не нашел ответа.

- Еще правее... - мягко продолжила искин, но Рязанцев ее решительно прервал.

- Достаточно, - жестко произнес он, понимая, что в настоящее время возникли более существенные проблемы. - Спасибо. И прошу меня не беспокоить.

Искин промолчала, и ему показалось, что промолчала именно обиженно.

А Рязанцев, ничего не найдя в своей каюте более подходящего, в некотором смятении плюхнулся на кровать - в горизонтальном положении ему думалось гораздо лучше, а как раз этого и требовали от него обстоятельства - хорошенько подумать.

Быстро закрыл глаза, стараясь расслабиться.

Красный круг! - в полной растерянности проносилось в голове. - Как же так?!

Он хоть и был дилетантом в космосе, но прекрасно знал - это означало, что не было найдено сходство ни с одним из существ Союза тысячи звезд, разумный ты или нет.

Как такое может быть, у него просто не укладывалось в голове! Какой-то сбой!? Или действительно неизвестное существо?

Он открыл глаза. Уставился в потолок.

Вот это сюрпризы от экипажа! Понятно, отчего она так поспешно слиняла с планеты. Да и я, за компанию, влип изрядно! - мрачно размышлял Рязанцев. - И опереться то из них не на кого. Только Тойво и остается. Вдвоем против троих...

Он покачал головой.

Вряд ли сдюжим. Верзила пилот из мафиозных кругов, жилистый бортинженер, тоже с уголовным прошлым, и в придачу к ним нечто, что вполне может быть и не девицей. И вообще неизвестно кем. И непонятно, кто из них страшнее!

Он резко сел. Впрочем, еще предстоит самый страшный момент, совсем мрачно подумал он, понимая, что избежать этого никак нельзя, но очень уж сильно хотелось. Однако все же придется побеседовать с этой холодной ледышкой, женщиной без сердца и эмоций. А возможно, и не женщиной вовсе.

И, невольно поежившись - оружия у него никакого не было - Рязанцев передал команду искину.

Девушка вошла без стука. Причем, очень быстро, буквально через несколько секунд после сообщения. Рязанцев даже не успел настроиться на встречу.

Замерла в шаге от порога. И пока дверь медленно закрывалась за ее спиной, молча смотрела куда-то поверх плеча капитана.

У Рязанцева тут же запершило в горле.

- Я вас вызвал по поводу вашего красного круга, - предварительно кашлянув, сумбурно начал он.

Девушка молчала.

Не дождавшись ответа, он несколько растерянно посмотрел на своего штурмана. Вроде бы, казалось, все просто - у нее проблемы, они высветились, ее вызвали на ковер. Но вот она молчит, как айсберг, словно это вовсе и не ее проблемы.

А может, за ней кто-то стоит, могущественный? - слегка похолодел Рязанцев от неожиданной мысли. - Иначе как объяснить ее поведение?

И капитан в очередной раз растерялся.

- Ну? - сухо кашлянул он. - Объясните, почему...

Но вдруг спохватился. Что это я? Сатрап, что ли? Я сижу, девушка стоит, словно рабыня перед хозяином.

- Ах, да, извините. Присаживайтесь, пожалуйста, - вежливо указал он на пару кресел, вдруг поймав себя на том, что мысль о хозяине и невольнице в отношении их двоих его сильно взволновала, да так, что он неожиданно вспотел.

Девушка решительно села и снова замерла, с силой сжав коленки и по-прежнему глядя в туже самую точку.

- Мисс Линда, вы ведь должны понимать, что как капитан, я должен это знать, - вкрадчиво начал он.

И тут она впервые посмотрела на Рязанцева. И под этим зондирующим взглядом он растерялся еще больше, теряя последние силы и храбрость.

Какое-то мгновенье они пристально, причем абсолютно не мигая, смотрели друг на друга.

Рязанцев сдался первым.

- Я вас слушаю, - кашлянув, сухо произнес он, опустив глаза и уставившись на ее коленки.

Она по-прежнему молчала, и он тупо смотрел на ее ноги. И вдруг, сообразив о пикантности данной ситуации, покраснел, быстро отводя глаза в сторону - на ее руки. Но и здесь ее коленки были очень хорошо видны, и он поспешно переключился на совсем уж нейтральную зону - на входную дверь.

- Ну так как? - раздражаясь в основном на свое дурацкое поведение, чем на ее молчание, недовольно произнес он. - Успели за это время придумать правдоподобную басню?

И тут она снова посмотрела на Рязанцева и неожиданно усмехнулась. Причем усмехнулась как-то по-детски, словно девочка, напроказничавшая исключительно для привлечения внимания, и теперь вполне довольная результатом.

И от этих мыслей Рязанцев впал в легкий ступор, не видя этому никакого объяснения - как, зачем, почему, и главное - отчего он так подумал? Только от одной ее улыбки? Или было что-то еще? Какие-то исходящие от нее флюиды?

- Все очень просто, - вдруг произнесла она вполне нормальным человеческим голосом, а не стальным, сухим или ледяным. - Во мне вживлен микропроцессор, который искажает мое биополе.

Она вдруг замолчала. Молчал и Рязанцев, тупо переваривая услышанное и попутно пытаясь вспомнить, что он слышал о вживляемых имплантантах, но ничего конкретного вспомнить не мог.

Впрочем, девушка явно не собиралась продолжать, отчего-то покраснев, и Рязанцев, снова предварительно кашлянув, чтобы побороть волнение (и мысленно обругав себя за такие начала разговоров), произнес охрипшим голосом.

- А что это был за эксперимент?

Он несмело посмотрел на девушку, но она, все еще красная, стыдливо опустила глаза, очень сильно переживая за свою откровенность.

- Это коммерческая тайна. Я дала слово, - еле слышно прошептала Линда, поспешно смахивая что-то с уголков глаз, и Рязанцев, тут же устыдившись, принялся отчаянно ругать себя за бесчувственность! Ты только и способен, что доводить девушек до слез! - в запальчивости обругал он себя.

- Да-да, конечно, слово надо держать! - торопливо пробормотал он, не зная, что делать дальше. - Вы можете идти.

И когда она мягкой, совершенно несвойственной ей походкой, подошла к двери, Рязанцев вдруг спохватился.

- Извините, вы не будете возражать, если док вас осмотрит. На этот счет вы никаких слов не давали?

Он примерно представлял, что это могла быть за гадость, и ему вдруг очень сильно захотелось избавить ее от нее. Словно средневековый рыцарь, решивший все отдать ради прекрасной дамы, хоть и увидел ее впервые и только что.

- Через тридцать минут в медотсеке? - почему-то просительно добавил он.

Она замерла. Ее тонкие плечики напряглись. Девушка медленно обернулась. Помедлив, коротко кивнула и скрылась. Решив, что ответ был утвердительным, Рязанцев тут же связался с Тойво.

- Слушай, - поспешно начал он, игнорируя удивленное восклицание своего друга. - У меня к тебе будет очень щекотливое дело...

И вот уже Рязанцев сидит в медотсеке и мучительно наблюдает за временем, отчаянно паникуя - а что, если она не придет, что тогда я должен делать? Изолировать ее, как неопознанный элемент, который может нести в себе опасность? Или все же попытаться разобраться дальше, вызывая ее на откровенность?

Рязанцев отчаянно этого не понимал, и поэтому очень боялся, что она не придёт.

Тойво, приготовивший все для обследования, молча сидел в своем углу. В отличие от Рязанцева он был спокоен и внутренне настраивался на предстоящую работу.

Вот полчаса благополучно прошли. Поскакали секунды превышения времени. Рязанцев судорожно встал, резко прошелся по комнате, краснея от волнения, перед решительными действиями, которые его почему-то откровенно пугали.

Замер, в волнении формируя команду для искина, но отчего-то стараясь оттягивать этот момент.

И когда он уже, в сотый раз посмотрев за поддержкой на своего друга, наконец-то решительно набрал в легкие воздух, чтобы произнести команду, дверь тихо распахнулась и штурман скромно скользнула внутрь.

Выжидательно замерла на пороге, впрочем, совсем не глядя на доктора.

- Я думаю, нет смысла излагать цель нашей с вами встречи, - отчего-то заволновавшись, произнес Тойво.

Бактерицидные лампы светили во всю. В кабинете сильно ощущался запах озона.

Застывшая Штурман не произнесла ни слова. И доктор слегка стушевался.

- Проходите в процедурную и садитесь, пожалуйста, в коричневое кресло, - вежливо предложил он, указывая рукой.

Девушка молча прошла и села. Причем как села так и замерла, даже не делая попытки устроиться поудобнее. Почему-то напрягшись и до боли закусив нижнюю губу. Раздеваться не было необходимости. Рязанцев, теперь наблюдающий за всем этим на голографическом экране, почему-то заволновался, словно девушка ложилась для пыток.

Да чтож это за напасть-то такая?! - возмущённо воскликнул он про себя, вдруг осознав, что такая мысль возникла у него от промелькнувшего у девушки выражения...

И Рязанцев озадачился - неужели она боится медицинских обследований? Когда эти обследования происходят на каждом шагу, чуть ли не каждую минуту! Или это просто связано с чем-то неприятным для нее?

Впрочем, не только один Рязанцев был поражен. Однако! - подивился и Тойво. Такие пациенты ему еще не попадались.

Включил просветку ее головы, внимательно разглядывая голографическое отображение, и медленно увеличивая степень проникновения. От чипа абсолютно неправильной формы вглубь мозга уходили многочисленные отростки. На вскидку, счет шел на миллионы. О ручном вмешательстве речи и быть не могло.

- Что вам известно об этом предмете? - тактично поинтересовался он, совсем незаметно вздыхая.

- Абсолютно ничего, - жестко, словно солдат во время доклада, ответила она.

Тойво снова вздохнул.

- Вы можете держаться со мной более свободно, - заметил он, продолжая разглядывать изображение.

На этот раз он выборочно смотрел, куда в мозг устремлены отдельные жгутики, и результат его совсем не радовал, а даже наоборот.

Зомби, невольно пронеслась дикая мысль. А ведь и человек!

Мысль хоть и дикая, но объясняла очень многое.

Изучать другие связки доктор не стал. Вряд ли картина от этого улучшится, а вот хуже, чем есть уже точно некуда.

- На этом наш сеанс закончен, - вежливо произнёс Тойво, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Ему почему-то вдруг стало казаться, что она повернется к нему, внимательно посмотрит своим сощуренно-пронзительным взглядом, а потом вдруг хищно процедит - А-а-а, сволочь, догадался! - и примется, как удав, медленно сползать в его сторону с врачебного кресла, скаля при этом острые зубы.

И он, уже лихорадочно потея, торопливо посмотрел на дверь, прикидывая, сможет ли выскочить быстрее нее, но в этот момент девушка спокойно встала и равнодушно покинула кабинет. А Тойво просто обессиленно упал в то кресло, которое она только что занимала - ноги его совершенно не держали.

Рязанцев очень внимательно наблюдал за тем, что творилось за переборкой. И хотя Тойво не применял экстренных мер - не делал никаких разрезов или прокалываний, и ничего внутрь девушке не вводил, Рязанцев все равно очень сильно переживал, обильно потея. А из-за чего переживал, он понять не мог. Но четко знал - если Тойво скажет о ней что-то ужасное, это его убьет. Точнее, он бы очень сильно не хотел услышать подобное. И эта мысль также поражала его, так как он не мог понять ее причин.

Наконец Тойво, откинув в сторону датчики, которые на гибких жгутах мгновенно исчезли внутри аппаратуры, поднялся со своей маленькой табуретки. И Рязанцев невольно напрягся, теперь уже глядя на разделяющую их вакуумную ширму.

На экране девушка быстро поднялась и спокойно покинула кабинет. А Тойво как странно плюхнулся на ее место. Озадаченный Рязанцев тут же поспешил в соседнюю комнату.

- Что случилось? - холодея, произнес он, устремляясь к своему другу.

Тот к счастью был жив. Только очень уж бледен.

- Перенапрягся что-то, - вяло ответил Тойво, покривившись.

Рязанцев сел в кресло напротив, несколько озадаченный всем случившимся.

- Ты что-то увидел очень серьезное? - наконец спросил он.

Тойво, помедлив, устало кивнул.

- Что? - тут же подался к нему капитан.

Тойво, отдышавшись, вяло изменил положение тела, устраиваясь поудобнее.

- Этот имплантат искажает ее человеческую сущность и в настоящее время утверждает, что это пантера, и причем не с земли, - уже более спокойно произнес он. Бледность потихоньку проходила.

Рязанцев только растерянно пожал плечами - для имплантатов это обычная история. Удивило только эта исказившаяся сущность зверя. Обычно имплантаты искажают айкю человека в сторону уменьшения - пятилетка, младенец, школьница и прочее - чтобы изменить представление о человеке.

Он с надеждой посмотрел на своего друга, и тот, поняв его взгляд, отрицательно покачал головой.

- Гарантий никаких нет, - расстроенно произнес он. - Лучше не рисковать.

Рязанцев понимающе кивнул - значит удалить не удастся.

- Чем это чревато? - только и спросил он.

Тойво только пожал плечами.

- Надо узнать, что за имплантат, на что он направлен, - задумчиво произнес корабельный врач. - По его связкам в мозгу - он вполне может манипулировать этим человеком. Я, конечно, снял его характеристики. Но... Вот мы кинем запрос в сеть, а вдруг он такой один? - Тойво внимательно посмотрел на Рязанцева. - И вдруг именно из-за этого она скрывается? А мы ее невольно выдадим?

Рязанцев кивнул. Не стал говорить Тойво, что все может быть совсем иначе - эксперимент вышел из под контроля, она стала опасна, и сбежала, и теперь ее ловят... Но ему совсем не хотелось думать об этом.

Хаос сумбурных мыслей широкой волной захватил капитана. Она замер, стараясь все это переварить. Молчал и Тойво - скорей всего по той же самой причине.

Рязанцев, конечно, стойко отреагировал на эту ошеломляющую новость, если посчитать, что он все же не вздрогнул и не запаниковал, а просто побледнел. Впрочем, для событий последних дней это была его нормальная реакция на любую новость вообще.

Он тогда хотел было выдавить в сердцах - Ну ты меня и обрадовал! - Но вовремя сдержался напрягшись. Нечего перекладывать свои проблемы на других. А штурман как член экипажа, это теперь полностью его проблема.

Пока что плохой из меня получается капитан, криво усмехнулся он. Верю глазам и ушам и совсем не хочу думать объективно.

И он действительно попытался думать объективно, но покрасневшее лицо растерянной девушки все еще стояло у него перед глазами, и Рязанцев перестал заниматься этой ерундой. Не судьба! - снова криво усмехнулся он. Что будет, то и будет!

- Твои предложения? - тихо промолвил он, стараясь, чтобы его голос не дрожал.

- Высадить на ближайшей станции, - безапелляционно произнес Тойво.

Рязанцев сосредоточенно кивнул, быстренько, как программист, выстраивая алгоритм дальнейших действий.

- Естественно, мы ее поставим перед фактом у шлюза. Или уже за ним. Иначе ее поведение может быть совсем неадекватным.

Капитан сосредоточенно кивнул соглашаясь. Но чувствуя, что будут и изюминки.

- И вот мы на станции. Без штурмана, - принялся задумчиво говорить он. - И нового нанять не удается. И вот что мы будем делать?

Рязанцев внимательно посмотрел на своего друга, и тот только растерянно развел руками.

И капитан согласно кивнул.

- Кто бы она ни была, в любом случае она должна быть штурманом. А если что-то очень уж серьезное, то штурманом очень уж хорошим, - заметил Рязанцев, выстраивая логическую цепочку, и демонстративно загибая палец.

И Тойво покорно сморщился.

- Во-вторых, - загнул Рязанцев второй палец. - Вряд ли она по нашу душу.

Он внимательно посмотрел на совсем сникшего Тойво.

- Ну согласись, глупо же предполагать, что к таким мелким личностям, как мы с тобой, приставят такого дорогого охотника? Один его имплантат стоит явно больше нашего корабля.

Рязанцев выжидающе замолчал, и Тойво вынужден был с ним согласиться.

- Следовательно, - загнул Рязанцев очередной палец, - она у нас проездом, мы ей не нужны, и значит надо активно использовать ее, пока она не слиняла сама. Согласен?

Тойво согласен не был, но кивнул - смысла затевать спор он не видел, а интуицию к спору не пришьешь. А он почему-то вдруг стал бояться этой женщины. И объяснений этому не находил. Но к его изумлению этот страх глубоко осел в его душе и выбираться совсем не собирался.

- Ну чтож, зомби, так зомби, - равнодушно пожал плечами Рязанцев, впрочем, еще более бледный, чем был, так как он вдруг с ужасом осознал, что сейчас его тянет к ней гораздо сильнее! - Решено. Оставляем все как есть, но внимательно к ней присматриваемся. Согласен?

Поднявшись, Рязанцев внимательно посмотрел на своего друга, надеясь на поддержку. Очень уж сильно он не хотел другого решения.

- И поверь, если она у нас не просто так, то вытолкать ее с корабоя мы бы просто не смогли. Не физичекси, ни обманом.

И Тойво, так же внимательно посмотрев в ответ, несколько неуверенно, но все же кивнул. И Рязанцев с огромным облегчением покинул медотсек.

Закрывшись в своей каюте, Рязанцев заметался по небольшому помещению. Мысли его бурлили, причем не только очень сильно, но, к сожалению еще и хаотично, не давая ему толком ничего обдумать.

Верно ли я поступил? - в сотый раз спрашивал он себя.

И в сотый раз сам себе отвечал: Я поступил, как мне хотелось, и надавил на бедного Тойво. Но вот верно ли я поступил? Что если это - моя огромная ошибка, и потом, когда я это пойму, будет уже очень поздно!

И он, растерянно метаясь из угла в угол бесконечно мучил себя - правильно-неправильно?

И эти его мучения вдруг прервал пилот, запросив разрешение на связь.

Рязанцев замер, приходя в себя. Быстро взял себя в руки, устало-вальяжно развалившись в кресле. Разрешил искину соединение.

Тут же лицо пилота возникло перед глазами Рязанцева.

- Кэп, я вот что хотел спросить... - начал было пилот, но Рязанцев резко прервал его, причем - к своему огромному удивлению.

- Значит так, Микаель, - жестко начал он. - Мы на корабле - одна команда! Мы - друг за друга! Никаких мамзелей! Понял меня?!

Рязанцев почему-то кипел об бешенства, сверля покрасневшими глазами своего подчиненного.

И верзила Нортон откровенно растерялся.

- Понял, - тихо промямлил он. - Разрешите идти?

- Идите, - остывая, махнул рукой Рязанцев, но вдруг спохватился. - Кстати, а что вы хотели спросить?

- Я? - переспросил все еще ошарашенный пилот.

- Ну да, - неуверенно ответил капитан, глядя в растерянные глаза своего подчиненного и уже сам начиная сомневаться.

Нортон наморщил лоб, но тут же радостно заулыбался.

- Кэп, как у нас с культурной программой? - с огромным облегчением поинтересовался он.

- Что вы имеете в виду? - растерялся в ответ капитан.

- Совместный отдых, конечно же?! - удивился верзила. - Нам ведь вместе здесь парится. Сами же сказали! Можно с ума сойти. Один мой знакомый... Очень стеснительный, кстати, человек, после года полета вырезал весь свой экипаж - представляете?

И пилот невинно-вопросительно посмотрел на Рязанцева.

И тот не понял - то ли он искренен, то ли прикалывается.

- Логично, - кивнул капитан, решив, что и ему самому и экипажу надо чем-то отвлечься. - Совместный просмотр фильмов вас устроит?

- Устроит, - одобрительно кивнул верзила. - Но, надеюсь, это будет не какая-нибудь четыре-д туфта?

Рязанцев только пожал плечами.

- Выбирайте сами.

- Есть, кэп! - радостно ответил пилот и исчез.

А Рязанцев задумался - как бы поделикатнее выспросить ее про этот имплантат? Все, что она знает? Все-таки лучше, когда есть хоть какая-то информация, чем когда ее нет.

И с этой мыслью он лег на свой диван-кровать, погружаясь в обучение космоса для чайников.

- Просьба всем желающим собраться в кают-компании, - вдруг провозгласила Искин отчего-то противным голосом.

От неожиданности Рязанцев чуть с кровати не упал, прерывая свое обучение. Благо бортики были услужливо выдвинуты.

- Что за черт?! - не удержался он, резко присаживаясь. - Что случилось?

- Мик Нортон созывает всех на просмотр фильма, - равнодушно заметила Искин и отключилась.

Делать нечего, он разрешил, и присутствовать тоже обязан - так как все-таки это самое начало общения экипажа... Нельзя пренебрегать.

И он, хмуро поднявшись с кровати, оправился и вяло потопал в кают-компанию.

Все были в сборе.

Рязанцев невольно отметил, что стол был убран. Совсем. В том плане, что его вообще не было в кают-компании. Центр был освобожден и кресла, трансформированные в легкие стулья, стояли вокруг него.

- Что за фильм? - вяло спросил капитан.

- Сюрприз! - радостно ответил Мик и, судя по лицам остальных зрителей, они получили точно такой же ответ.

Между тем пилот весело, быстрым движением пальцев, включил проектор. Тут же в середине помещения возник игрушечный замок, который энергично осаждали игрушечные воины. Но потом события переместились вглубь и персонажи выросли до натуральных размеров. И вот уже закованные в железо воины дрались на мечах, булавах и топорах, причем не только в свободном пространстве, но и пробегая между зрителями (а то и сквозь них), и забегая им за спину.

Слышен был грохот железа, пол под ногами трясся от ядер катапульт, запах пота и гари резал обоняние, и кровь лилась рекой, забрызгивая всю кают-компанию.

- Что за чушь! - громко фыркнула мисс Грей и воины тут же замерли.

- Ну что за ерунда!? - тут же еще громче фыркнул пилот. - Ну вот обязательно найдется какая-то личность, которая постарается все изгадить!

- Оставить! - рявкнул капитан.

- Кэп, да как можно?! - обиженно обернулся пилот. - Эта фря только и делает, что выступает против меня, в любых моих начинаниях!

- Я сказал - отставить! - громко повторил Рязанцев, многозначительно сверля верзилу Нортона.

Капитан даже покраснел от негодования. Еле сдерживался, хотя ведь прошло совсем немного времени их совместного полета. И теперь он даже представить себе не мог, что будет летать с ними хотя бы неделю. С ума же сойдет! Не говоря уже о месяце, о котором и подумать было страшно!

Впрочем, вокруг него продолжали летать камни, выпущенные катапультами, и пол под ногами дрожал все сильнее и сильнее.

Но вдруг воины вместе со стенами замка исчезли и кают-компанию залил свет. Никто уже не обстреливал замок гигантскими камнями, но пол под ногами продолжал трястись.

- Сбой в работе второго двигателя, - как-то даже равнодушно произнесла искин.

Рязанцев растерянно оглянулся, не зная, что делать в данной, но однозначно серьезной, ситуации, и душа его холодела все сильнее от ощущений, что скорость корабля существенно замедлялась. И судя по увеличивающейся тяжести - замедлялась довольно стремительно.

- Схему привода движка, - в это время громко произнес бортинженер (хотя, в принципе, мог и мысленно).

И Рязанцев тут же выкинул все свои мысли из головы, доверившись профессионалам.

Пооткрывав кучу вирт-экранов, Олаф Седьмой принялся решительно разбираться со своим хозяйством.

Оставшийся экипаж замер на своих местах, так как помочь ничем не мог. И Рязанцев, сообразив, постарался не задавать вопросов - вообще никаких, не говоря уже о глупых командах. И просто молча замер, надеясь на свой экипаж, и стараясь не мешать им работать.

Между тем бортинженер в полной тишине долго возился со своими экранами.

- Инжектор ни к черту! - вдруг громко, от души, выругался он.

- Дотянем до ближайшей станции? - тут же спросил Рязанцев, вообще не понимая, о чем идет речь, но старательно скрывая это и клятвенно давая себе слово почитать об инжекторе для чайников. Но он хорошо понимал одно - на станции им точно помогут. А вот здесь, в пустом космосе...

Впрочем, ответа капитан не дождался.

- Б...! - вдруг в сердцах выругался бортинженер. - Четвертый! Быстро в пятый. Завари лакуну!

Не замечая, что отдает приказы совсем не мысленно. И от этого Рязанцев не на шутку испугался. А ведь проблема, оказывается, совсем не шуточная!

Почувствовав, что побледнел, Рязанцев напрягся и постарался уверенно улыбнуться. Он все-таки капитан! А капитаны, как известно, корабль покидают самыми последними! И в этом он не сомневался - сто процентов он покинет судно после всех. Но как сильно не хотелось подобных ситуаций! Особенно в самом начале их космической деятельности!

И он решительно обвел свою команду обнадёживающим взглядом. И откровенно растерялся! Ни тебе паники, ни бледных взволнованных лиц! Пилот, судя по суетности его движений, вообще играл в какую-то игрушку. Штурман откровенно скучала. И только Тойво с легким беспокойством посматривал на Рязанцева и бортинженера. И было непонятно, за кого из них он больше всего волновался.

- Я - к себе, - вдруг совершенно неуловимо слетел со своего стула бортинженер и стремительно исчез из кают-компании.

Никто, кроме, разумеется, Рязанцева и Тойво, на него даже не взглянул.

Я, как болванчик, ничего не понимаю, - удрученно подумал Рязанцев. - Впрочем, что это я!? Я вообще ничего не понимаю!!!

И он с тревогой посмотрел на Тойво, мучительно ища у него дружеской поддержки! И его друг ободряюще кивнул - мол, бортинженер все-таки профессионал, доверься ему.

И Рязанцеву вдруг стало гораздо легче на душе. Бешено стучащее сердце принялось потихоньку успокаиваться, и он уже более уверенно посмотрел на свой экипаж.

Я - один из них, - пронеслась очень тихая, но восторженная мысль. - Я - космический волк! Ну или потихоньку становлюсь им, - более самокритично добавил начинающий капитан.

Корабль несколько раз дернулся, содрогаясь всем своим многотонным весом. Но с каждым разом он дергался все тише и тише, и наконец совсем затих. И Рязанцев замер в нехорошем предчувствии, так как во всех фильмах, которые он видел про космос, как раз после такой умиротворяющей тишины следовал взрыв, который все безжалостно уничтожал, превращая окружающее в кровавую массу.

Он снова быстро осмотрел экипаж. И снова никто не волновался!

- Готово, капитан! - вдруг раздался голос бортинженера. - Можно лететь дальше.

И пилот, тут же побросав свое занятие, резким движением рук, сменил свои экраны.

- Кэп? - вопросительно покосился он.

Рязанцев только вздохнул, расслабляясь после всего этого неимоверного напряжения.

- Летим дальше, - только и смог буркнуть он.

И пилот радостно задвигал руками.

А Рязанцев устало откинулся на стуле, с удивлением отметив, что его штурман вообще никак не отреагировал на случившееся, также меланхолично продолжая заниматься своим делом.

- Все, мы на автопилоте, - буднично произнес пилот и обвел подозрительным взглядом присутствующих. - Фильм досматривать будем?

Вздохнув с облегчением - все-таки такой груз свалился с плеч - Рязанцев радостно посмотрел на Тойво. И тот улыбнулся ему в ответ.

- Может, лучше пообедаем? - прогоняя напряженность, произнес капитан.

Тойво согласно кивнул, а искин кинула напоминалку следующему дежурному по кухне, и штурман быстро поднялась со своего стула.

- Попрошу всех покинуть кают-компанию, - сухо произнесла она, впрочем, ни на кого не глядя, и энергично направляясь к тумбочке получения продуктов, а проще говоря - к обыкновенному лифту, соединенному с тем грузовым отсеком, в котором хранились продукты.

Никто не возражал. Все дружно, и даже как-то поспешно, испарились из ставшего вдруг опасным помещения.

Выйдя из кают-компании Рязанцев и Тойво замерли в коридоре.

- Какая женщина! - в странном восторге, но почему-то испуганно, произнес Тойво.

- Да уж, - невольно согласился Рязанцев, мрачнея. - Чувствую, доставит она нам всем хлопот.

И друзья с пониманием посмотрели друг на друга.

- Ладно, я к себе, набираться знаниями, - буркнул Рязанцев.

Тойво кивнул и новоявленный капитан совсем даже не по-капитански утопал в свою каюту. А суперкарго замер посередине коридора, не зная, что делать - так как делать решительно было нечего.

- Ну чтож, пойду, проверю грузовой отсек, - равнодушно подумал Тойво вслух и направился в ближайший из них.

А надо сказать, что удобные доступы в грузовые отсеки были только снаружи - через систему широких внешних шлюзов. А чтобы попасть в них изнутри корабля, приходилось изрядно поплутать, да еще преодолеть несколько внутренних шлюзов, изолирующих корабль от груза.

Первым делом Тойво решил навестить самую дальнюю кладовую - ГООК45-12. В том смысле, что "Грузовой отсек Особенный, категории защищенности 45".

Пройдя по главному коридору, который от рубки проходил мимо кают и душевой, Тойво свернул в неприметный коридорчик справа. Быстро попал в сеть еще более неприметных коридорчиков - в том смысле, что все они были абсолютно одинаковые и зацепиться глазом было не за что - никаких пояснительных табличек здесь уже не было.

Тем не менее ведомый одному ему понятными указателями, он, поплутав среди коридорных разветвлений, наконец оказался у огромного круглого люка с надписью - Шлюз номер 12.

Открыв служебный шкаф, Тойво быстро натянул на себя спец костюм с капюшоном - полностью герметичный.

Приблизившись и посмотрев в желтый зрачок, Тойво быстро вошел в распахнувшиеся ворота. Замер, дождавшись, когда шлюз за ним закроется. Закрыл глаза, перенося быстрое облучение разными частицами - шлюз препятствовал попаданию в грузовые отсеки каких либо бактерий извне.

Потом его окатило несколько потоков разных жидкостей - еще одна защита.

И вот перед ним раскрылся последний люк, на этот раз зеленого цвета, и Тойво наконец-то попал в нужный ему грузовой отсек.

Замер на пороге, неторопливо осматриваясь. Здесь он оказался впервые - видел это помещение только по обьемному видео. И вот теперь он спокойно сравнивал виденное с результатом.

Скептически усмехнулся. Все таки спецы умеют во время сьемки динамически ретушировать картинку, так как вживую данное помещение смотрелось просто убого - на видео это было нечто очень привлекательное и заманчивое, почти романтическое.

Тойво равнодушно пожал плечами - в принципе он этого и ожидал - оборудование в этих грузовых отсеках было довольно древним, впрочем, как и сам корабль. Ни тебе грави-держателей, ни вакуумных камер, ни других прибамбасов. Сплошная механика! Но, в отличие от видео, эта механика находилась в довольно убогом состоянии.

Еще раз осмотрев помещение он направился к той секции отсека, в которой сиротливо располагался небольшой груз медицинского оборудования и лекарств.

Пробравшись сквозь систему древних лебедок, Тойво нашел полки с медицинским оборудованием и лекарствами (здесь хранилось все что было не первой необходимости).

От нечего делать принялся сверять со списком - вдруг его обманули поставщики? И тогда ему будет очень уж неловко перед капитаном. Особенно если вдруг потребуется хирургическое вмешательство.

Оценив границы своего груза, он дал команду искину и принялся просто проводить взглядом по полкам.

Искин, анализируя виденное им, считывала штрих-коды с коробок и вела учет.

Конечно, видеодатчики сами могли считать все коды с полок и передать искину, но Тойво решил убедиться самолично - так как-то было все же надежнее, и спокойнее, и перед экипажем не стыдно.

Вскоре ему на глаза попалась странная упаковка. Как врач, он прекрасно помнил, что заказывал. И вот этого, то что сейчас было перед его глазами, быть на самом деле ну никак не должно!

Неучтенный лекарственный препарат?! Что уже само по себе было странно.

И Тойво всерьез озадачился - как так можно? Вот если что-то не доставало бы, тогда понятно. А так? С какой целью надо что-то подбрасывать?

И тут он похолодел от неприятной мысли. Аккуратно положив неучтенную коробочку в пакетик (оболочку ведь можно будет исследовать на днк тех, кто прикасался), Тойво всунул его в нагрудный карман, решив экстренно проверить предметы первой помощи, в том числе и хирургию.

Посмотрел на виртуальную кладовку, возникшую перед его лицом. Нашел искомое. Подошел к стеллажу, следуя указаниям виртуального навигатора. Замер у полок. На дисплее указка - следующий ярус.

Добросовестно отсчитав полки от пола, Тойво посмотрел вверх, фактически под самый потолок. И остолбенел! Круглый обьект, сантиметров десять в диаметре, и сантиметра три толщиной, висел прямо на потолке.

В первый момент Тойво растерянно икнул. Но предмет не исчезал, гордо зависнув над его головой.

И Тойво наконец-то соединился с капитаном.

- Ну, - послышалось в ухе.

- У нас - инородное тело, - быстро пробормотал Тойво. - Двигай ко мне.

Прервав связь Тойво глянул вверх и снова остолбенел - потолок был пуст.

Рязанцев пулей влетел в грузовой отсек.

- Показывай! - отрывисто выдохнул он.

Тойво только развел руками.

- Исчез, - виновато произнес он. - Но я ясно видел! - энергично добавил он, словно его собираются уличить во лжи.

Суперкарго был бледен и изрядно напуган.

- Видел - значит видел, - подчеркнуто-равнодушно пожал плечами Рязанцев. - Будем искать.

Он оглядел довольно просторное помещение.

- Почему меня не оповестили о постороннем предмете в этом отсеке? - запросил он искина.

- В настоящее время в грузовых отсеках не активирован ни один датчик - за ненадобностью, - прозвучал казалось бы сухой ответ, но с учетом грудного голоса и легкого волнения капитан почувствовал себя почему-то виноватым.

Немного поразмыслив, Рязанцев наконец-то слегка обалдел - у них по кораблю бродит инородное тело, а никто не контролирует!

- Активировать! - процедил он.

- Есть, капитан! - четко произнесла искин, запуская вообще все датчики, находящиеся на корабле, и Рязанцеву даже показалось, что он услышал стук гусарских шпор на пятках.

Он задумчиво оглядел огромное помещение.

Конечно это была древность. Ни тебе грави-крепежей - сплошная механика, занимавшая обширное пространство вдоль стен. Ветхое старье, но почему-то от нее веяло добротой и надежностью. Словно от встречи с дедушкой.

Встряхнув головой и прогоняя ненужные мысли, капитан постарался сосредоточиться на текущей проблеме - все как в решении ошибок в программе.

Заяц? И какова его цель? Ладно бы просто бесплатно прокатиться! А вдруг что гораздо хуже?!

И Рязанцев невольно побледнел - будет обидно погибнуть в своем первом рейсе.

Хотя с другой стороны - кому понадобилось уничтожать его корабль. И он вдруг снова похолодел, уже зная ответ на этот вопрос - да кому угодно! Его могли заранее пасти, либо кто-то из недоброжелателей членов его команды, а то и в совокупности.

Рязанцев активировал функцию гермошлема, и мягкая салфетка тут же вытерла проступивший на лбу пот.

Гадай, не гадай, но в любом случае эту гадость надо срочно искать, подумал он, мысленно отметая версию недоброжелателей - уж очень быстро.

- Всем срочно прибыть в Шлюз номер 12, сектор 21, отсек 6, - тут же озвучила искин его мысленный приказ по общей корабельной связи.

И действительно - все прибыли срочно - то есть почти мгновенно.

- Каждый выбирает себе секции, - принялся за инструктаж Рязанцев. - Ищем круглый предмет примерно десять сантиметров в диаметре и три в толщину. Он может перемещаться, но больше о нем ничего не известно. Также неизвестна и степень его опасности. Так что будьте осторожны.

Экипаж беспрекословно разбрелся по своим секциям. Благо отсек был пустой, укромных закутков фактически не было - только у крепежных механизмов, раскиданных по периметру. К огромному удивлению капитана, они отнеслись к этому событию абсолютно равнодушно.

- И как эта тварь к нам проникла? - тихо ворчал пилот, с помощью виртуальной лупы осматривая потолок и верхние ярусы отсека. - Кто-то принес из экипажа? Или она здесь и раньше обитала? Этакая местная достопримечательность?

Рязанцев только пожал плечами.

- Что сейчас говорить об этом, - устало ответил он, обследуя свой сектор, который оказался по соседству. - Входной люк был тщательно задраен, чтобы это "нечто" просочилось в жилую часть корабля. Одно ясно - необходимо ее найти. Мы же ведь не знаем, что она в себе таит.

И верзила-Нортон только задумчиво кивнул.

- По мне больше интересно - зачем она к нам попала? - равнодушно пробормотал пилот, неторопливо обшаривая закутки своей секции. - Здесь неподалеку кораблей вполне достаточно, - продолжил недовольно бормотать он. - Причем, более перспективные чем мы - и размерами побольше, и есть где действительно спрятаться.

Пилот замолчал - явно мысль иссякла. А вот Рязанцев задумался - а действительно?

- Семьдесят шесть процентов, - тут же охотно подсказала искин на его невольный, но не высказанный вопрос.

- Почему к нам? - невольно спросил капитан.

- Потому что семьдесят шесть процентов, - невозмутимо ответила искин таким тоном, словно маленькому ребенку.

И Рязанцев невольно смутился, отметив для себя эти проценты. Выходит, этому зайцу был нужен именно наш корабль? - принялся логически рассуждать он. Но почему? Ведь карты маршрута у нас еще нет и мы сами не знаем, куда лететь?! Но тем не менее выбор пал именно на нас. Значит - не из-за маршрута, а из-за чего-то такого, что было только у нас, и не было на других кораблях? Но вот что?

И этот вопрос поставил его в тупик. Так думать о своих недоброжелателях и недоброжелателях экипажа думать совсем не хотелось - ну не могли они так быстро отреагировать!

Так что все это было очень и очень странно.

- У меня - пусто, - вскоре услышал он рапорт бортинженера.