Вы читаете книгу «Попаданец в Сталина» онлайн
Необходимые пояснения от автора
Для написания рассказа я изучил историю последних дней жизни Сталина, при этом старался учитывать разные мнения и разные источники. К примеру, я пришёл к выводу, что просмотр фильма в кремлёвском кинотеатре 28 февраля — не более чем мистификация, придуманная соратниками для создания себе алиби. Я постарался бережно отнестись к истории и не пользовался нейросетями для составления справок и написания текста. В то же время при оценке текста учитывайте, что это художественный вымысел, а история — это история, которая уже свершилась. Если хотите погрузиться в те времена глубже, читайте мой роман «Пенсионер А.С. Петров вернулся в СССР, чтобы предупредить тов. Сталина».
Часть 1
Никогда не заходящая Земля смотрела синим глазом и не моргала. Антуан Бабайкин, детектив Гильдии хранителей времени, сидел в кабинете начальника Фасетова. Офис располагался на 92 этаже Башни Закона в пятом секторе Океана Бурь. Фасетов был биороботом в шестом поколении, этакий невысокий рептилоид, мозг которого был создан с помощью скрещивания искусственного интеллекта и интеллекта человека.
— Ну рассказывай, Бабайкин, чё вообще произошло? И как всё это получилось? Хрена ты какого натворил? — рептилоид занёс зелёную медвежью лапу и тяжело ударил по пластиковому столу, пытаясь прихлопнуть муху.
Столешница треснула, и в комнату ворвались красные мини-роботы, маленькие круглые летающие сферы с длинными манипуляторами-лапами. Роботята принялись по-хозяйски осматривать разлом, а потом, не обращая внимание на Бабайкина и разгорячённого Фасетова, латать разлом. Два кругляшка прижимали половинки стола с разных сторон, а один паял раскалённым докрасна пальцем. Потолочные вентиляторы включились на полную мощь, чтобы выветрить вонь пластика.
— Рассказываю по порядку… 30 марта 2798 года моя нейронка Матильда…
— Так твою нейросеть зовут Матильда? — перебил Фасетов (он любил перебивать и вставлять свои наиумнейшие мысли), — Я думал, что твою нейронку звать Мать… Хм. А мою Виктор Викторович… Флуктуации что ли, дежавю?
— … Матильда, моя нейросеть, получила от вас, уважаемый Фасетов, приказ …
— Не отдавал я никакого приказа… — вскрикнул рептилоид, подняв вверх лапы.
— Как бы то ни было, приказ был получен за вашей цифровой подписью, проверенной и верифицированной Матильдой, — продолжал Бабайкин.
— Ах, Мати-и-ильдой! — растянул слова рептилоид и показательно вздохнул.
— По этому приказу (ваш он был или не ваш, вы там сами разбирайтесь, подпись-то ваша стояла!), я должен был отправиться в 1953 год и расследовать гибель Председателя Совета Министров СССР, Секретаря ЦК КПСС Иосифа Сталина.
— На кой чёрт мне было туда тебя посылать?! К какому-то Сталину! — Фасетов почесал чешуйчатый рептилоидный затылок и хлопнул змеиными глазами, озираясь в поисках мухи.
— К исполнению приступил немедленно, — добавил детектив, не обращая внимание на возражения начальника. — Ну как немедленно, каюсь, сначала поел каши. Затем поиграл в «Полночный маршрут».
— Какую трассу выбрал? — перебил начальник.
— Уже не помню, кажется вулканы… Да, вулканы… — пояснил Бабайкин.
— Вулканы… Это важно для протокола…
— Точно, вулканы. Потом снова поел, докладываю, как есть… Ну а уже затем сел в Машину времени № 47-РС. Матильда настроила перелёт, пристегнула ремнями безопасности, и мы отправились в прошлое, а именно в 28 февраля 1953 года, за день до паралича Сталина.
— А почему такая странная дата? 28 февраля? Нельзя было что ли пораньше нырнуть? — не унимался Фасетов.
— Так было написано в вашем приказе… — непринуждённо ответил Бабайкин.
— Ну-ну, в приказе… Рассказывай по порядку, как дело было. Только ничего не упусти. Ты же знаешь, что по протоколу в случае эффекта бабочки сознание сохраняется только у двух человек — у того, кто отправил, и у того, кто отправился… — сказал начальник-рептилоид.
