Вы читаете книгу «Чудеса из старого сундука» онлайн
Глава 1. Загадочный дом
Машина мчалась по дороге, дождь колотил по стёклам, и Пашке казалось, эта поездка никогда не закончится, словно он застрял тут навсегда, как в машине времени, у которой сели батарейки. Интересно, кстати, машины времени работают на батарейках или на какой-то суперэнергии? Пашка подумал об этом минут пять, но потом опять загрустил. Телефон у него отобрала мама, и занять себя было совершенно нечем. Ну как, скажите, современному человеку можно прожить без смартфона хоть полчаса, не говоря уже о целой вечности в машине? Пашка сопел и изо всех сил старался не слушать обидные вещи, которые говорила мама. То есть ей-то самой они вовсе не казались обидными, а очень даже правильными. А Пашке от каждого нового слова хотелось сжаться в комок и незаметно вывалиться из машины на ближайшем повороте. Папа, вместо того чтобы за него вступиться, только покашливал и поддакивал, отчего Пашке становилось ещё обиднее. А в дополнение ко всем свалившимся на него бедам рядом восседала его старшая сестра Лариска – самый гадкий человек во вселенной. Пашка всегда это знал. А всем тем, кто считал, что братья и сёстры – это круто и здорово, что это команда и поддержка, Пашка желал бы провести хоть один денёк с собственной сестрой. Тогда бы они вмиг передумали.
– Получить двойку за диктант? Как это вообще возможно! – не унималась мама. – Это же просто талант – сделать столько ошибок! Чуть ли не в каждом слове! Павел? Ты меня слышишь?!
– Угу, – буркнул Пашка и спрятался в колючий вязаный шарф почти с головой.
– Ты что, совсем не учил правила? Не готовился? Не делал домашнюю работу? Как можно быть таким безграмотным? Это просто стыд!
– Может, он переволновался на диктанте? – робко предположил папа. – У меня в школе тоже была тройка по русскому. В четверти. Однажды. В пятом классе, кажется. Или в четвёртом. Или не по русскому, а по математике…
– Но ты же не пишешь «шишка» с буквой «ы»! – подскочила мама. – И никто так не пишет! Это постараться надо. Ты же знаешь правила, Павлик. Мы же с тобой повторяли. Почему там буква «ы»?
– Но «пышка» же с «ы»… – робко попытался возразить Пашка.
– При чём тут «пышка»? Почему «пышка»? – опешила мама.
– Потому что он у нас дурачок, – хихикнула Лариска, не отрываясь от телефона.
У неё телефон никто не отбирал, ей вообще всегда и во всём потакали, потому что сестра Павлика была отменной подлизой и манипулятором. Да, именно так. Манипулятором. Пашка, может, и не знал, как пишется это слово, но отлично знал, что это такое. И как только родители этого не видели. Лариска всегда получала что хотела и могла выкрутиться из любой истории.
– Никакой он не дурачок, – наконец-то вступился за сына папа. – Но правила надо выучить, тут мама права. Стыдно быть неграмотным.
– Ваши правила никому теперь не нужны, – сказала Лариска, и Пашка ужасно удивился – неужели его сестрица решила сообщить что-то дельное в его защиту? – Это в ваше время надо было знать, как что пишется, а сейчас за человека всё исправляет телефон или компьютер. Можно вообще не писать, а просто наговорить. И думать не надо.
– Ну, во-первых, думать надо всегда! При любых обстоятельствах. А во-вторых, твой компьютер иногда так исправит, что за голову можно схватиться, – сказал папа. – И мы вообще-то не всегда пишем только в телефонах и на компьютерах.
– А где ещё? Что мы ещё пишем? Записки на холодильнике? – хихикнула Лариска.
– Грамотность – это чрезвычайно важно! Она говорит и об образовании человека, и о его воспитании, и об уровне развития…
Мама никак не унималась. «А-а-а-а!!!» – хотелось закричать Пашке во всё горло, но он только вздохнул и уставился на капли, которые грустно ползли по стеклу. Он даже толком не знал, куда они едут. Да и, признаться честно, никто в их семье этого точно не знал.
На прошлой неделе папе позвонил какой-то человек и сказал, что один очень дальний родственник папы, а значит, очень-очень дальний родственник самого Пашки оставил им в наследство дом где-то далеко за городом. То есть как дом – маленький домик то ли в деревне, то ли в дачном посёлке в далёкой глуши. Родители сначала удивлялись, потом звонили дедушке, потом бабушке, потом бабушка приехала к ним и привезла целую сумку странных книжек – фотоальбомов, в которых были бумажные фотографии, все чёрно-белые. Они рассматривали их весь вечер и выясняли, кто же этот таинственный дядя Оскар, который вот так взял и оставил им подарок.
Но вот теперь, вместо того чтобы как следует выспаться, а потом все выходные биться в компьютерные игры с лучшим другом Димкой, Пашка страдал на заднем сиденье рядом со своей противной сестрицей, которая даже сейчас умудрялась делать селфи и выкладывать в Сеть. Ехали они очень долго, дорога становилась всё у́же, дождь лил всё сильнее, да ещё пару раз свернули не туда и долго спорили, кто же был прав, прежде чем вернуться. Пашке так надоела вся эта странная поездка, что он даже заснул, а когда открыл глаза, они как раз въехали в дачный посёлок, где на самой дальней улочке и нашёлся их новый дом.
На самом деле новый дом оказался старой-престарой избушкой на участке, сплошь заросшем здоровенными лопухами и жгучей крапивой. Папа и Пашка с трудом открыли покосившиеся ворота, мама всё время повторяла «Ой!» и «Ух ты!», а Лариска сначала сказала, что вообще не выйдет из машины и не полезет в лопухи, но потом вошла во вкус и стала фотографироваться в зарослях как в джунглях. Лариска мечтала стать блогером. Все девчонки из её класса мечтали. Пашка на это только фыркал. Можно подумать, кто-то захочет смотреть фотки его задаваки-сестрицы и читать её дурацкие стихи.
Как и сказал тот незнакомец по телефону, ключ от навесного замка на входной двери оказался под рассохшейся дождевой кадкой, хотя можно было вполне обойтись и без него: дверь оказалась настолько хлипкой, что толкни её плечом – она и развалится.
– Мне как-то страшновато, – сказала мама и почему-то взяла за руку Пашку.
– Что там может быть страшного? – спокойно сказал папа, но на всякий случай сначала заглянул в затянутое паутиной окошко.
– Там наверняка привидения! – взвизгнула у папы за плечом Лариска.
Пашка не верил в привидения, но ему всё равно ужасно хотелось, чтобы в избушке оказалось что-нибудь загадочное, волшебное, ну или хотя бы просто сундук с сокровищами. В жизни же так редко случались настоящие чудеса. А Пашка очень на них надеялся. Он и компьютерные игры любил непременно с загадками, бродилками и поисками сокровищ в огромных сундуках.
Сундук в доме действительно нашёлся. Большой, деревянный, с тяжёлой крышкой. Вся мебель в этой неказистой маленькой избушке была какая-то уж очень большая и деревянная. Большой стол, массивные стулья, полки, заставленные толстыми пыльными книгами. Как будто в этом маленьком домике жили великаны и очень любили почитать великанские книжки перед тем, как укладывались спать на огромном сундуке. На обычной кровати они бы ни за что не уместились. Пашка обежал весь дом, поднимая клубы пыли и цепляя рукавами свисающую с потолка паутину, и даже хотел забраться по скрипучей лестнице на чердак, но тут мама, видимо, вспомнила, что собиралась как следует испортить ему настроение за полученную двойку и строго сказала:
– Так! Хватит бегать. Для начала нужно разобрать вещи и понять, что тут к чему. Что мы оставим, а что выбросим. И вообще решить, что будем делать с этим домом.
– Апчхи, – сказал папа, который как раз выбрался из кладовки и отмахивался от паутины. – А что тут решать? Ездить, конечно, далековато, зато какой воздух, какая красота вокруг. Развалюху эту надо сломать, а вместо неё построим отличную дачу, да, ребята? И будем приезжать на лето и по выходным!
– Па-ап, – заныла Лариска. – Но что тут делать? Тут даже Сеть не ловит. Как тут жить?
– Отлично жить! – весело ответил папа. – А от интернета можно иногда и отдохнуть.
– Отдохнуть? Но я же блогер, пап!
– Ну, раз ты блогер, то отдаём тебе кладовку! Там целая гора модных журналов, им, наверное, лет пятьдесят, если не все сто. Таких фоток можно наснимать, что все подписчики обзавидуются, – весело сказал папа, а Лариска недовольно сморщилась. – А Павел пока разберёт вещи в сундуке – вдруг там прячется что-нибудь ценное.
Пашка не очень понимал, что такое ценное может найтись в старом сундуке, и не представлял, как и зачем надо отдыхать от интернета. Ему было ужасно скучно и непривычно без телефона, но он решил сегодня не спорить с папой. Сундук так сундук. Вместе с папой они подняли тяжёлую крышку. Признаться честно, Пашке вдруг стало страшновато: он представил, что сейчас оттуда вылетит стая летучих мышей или вылезет настоящий вампир, но нет, там оказались всего-навсего стопки книжек, перевязанные бечёвкой, старый чайник, какие-то шапки, валенки и странные вещи, которых Пашка никогда раньше не видел: спираль с длинным шнуром и вилкой (папа сказал, что этой штуковиной можно вскипятить воду), странная двойная сковородка, похожая на пчелиные соты («Ух ты, вафельница, будем сами печь вафли», – обрадовалась мама), и целый мешок пластмассовых цилиндриков. Пашка сначала решил, что это какой-то странный конструктор, и попытался что-то из них сложить, но тут мама радостно воскликнула: «Это же бигуди!» – и стала рассказывать Лариске, что когда-то при помощи этих штуковин девушки накручивали кудри. Она даже показала, как это делать, и Лариска тут же стала фотографировать маму с бигуди, чтобы выложить в блоге. Пашка посмотрел на них, вздохнул и залез прямо с ногами в сундук с «сокровищами».
Чего там только не было! Они с папой даже затеяли игру: Пашка должен был угадать, что за вещь он вытащил на этот раз, а папа говорил, что это такое на самом деле. Но некоторые вещи ставили в тупик даже папу, и тогда они с Пашкой от души хохотали. А мама с Лариской тем временем нашли чемодан со старой одеждой и устроили настоящее представление с переодеваниями. Кто бы мог подумать, что старый заброшенный дом окажется таким интересным и в нём будет так весело даже без интернета. Но Пашка ещё не знал, что главный сюрприз ждёт его впереди.
Глава 2. Старый блокнот
После обеда выглянуло солнце, и день, который начался так дождливо и мрачно, вдруг стал весёлым и похожим на праздник, когда всё время разворачиваешь новые подарки и не знаешь, что на этот раз окажется в коробке. Папа приколотил недостающую ножку к хромому столу, мама принесла из машины корзинку для пикника, которую захватила с собой из дома, и они сели обедать прямо на улице. Над лопухами жужжали пчёлы, в лесу совсем рядом на все голоса пели птицы, и Пашке даже показалось, что на опушку вышел лось. Но Лариска, конечно, подняла его на смех. После обеда мама с папой стали разбирать бумаги в ящиках пузатого комода, Лариска развешивала на лопухах одежду из чемодана, а Пашка почти добрался до самого дна огромного сундука.
– Мам! – позвал он. – А можно мне взять что-нибудь отсюда с собой? – он уже представлял, как выпучит глаза Димка, когда он покажет ему спираль с электрической вилкой или проигрыватель с кассетами.
– Конечно можно, – улыбнулась мама. – Но только не этот пыльный хлам. Возьми что-нибудь полезное! – она подошла к нему и нагнулась над сундуком. – Вот, например, что это за блокнот? – и она показала на коричневую толстенькую книжку.
Пашка потянулся за блокнотом, полистал его – ничего особенного. Коричневый переплёт, на обложке какие-то стёртые золотистые буквы, а внутри пусто: никто почему-то не написал в этом блокноте ни одного слова, все страницы остались чистыми, только немного пожелтели по краям.
– Вот, – сказала мама. – Отличная записная книжка. Ты, кстати, сегодня не занимался грамматикой.
– Ну ма-а-ам… – заныл Пашка.
– Ты обещал, что исправишь свою двойку. Вот давай, садись за стол и пиши. Заодно и блокнот пригодится. Включите свет, на улице уже темнеет!
Пашка выбрался из сундука, уселся за стол, раскрыл блокнот и пару раз убедительно вздохнул.
– Может, не сегодня? – спросил он.
– Да как же не сегодня? – возмутилась мама. – Ну почему я должна тебя заставлять? Это ведь надо тебе, а не мне – получать хорошие оценки и писать без ошибок. А ты ведёшь себя так, будто я хочу тебя обидеть и заставляю делать что-то ужасно ненужное. Павлик, ну как же так? Ну почему у тебя всё шиворот-навыворот?
– А что такое «шиворот-навыворот»? – уцепился Пашка.
– Нашёл, что спросить, вот глупый, – фыркнула Лариска.
– Можно подумать, ты сама знаешь! – подскочил Пашка.
– Конечно, знаю, – рявкнула Лариска, но сама почему-то быстро ушла в кладовку к своим нафталиновым чемоданам.
– А это ведь очень интересный вопрос, – сказал папа. – Шиворотом когда-то называли воротник. Давным-давно, ещё при царе Иване Грозном. Читал про такого царя? Так вот, купцы тогда носили высокие воротники, может, ты видел в музее?
– Видел, – кивнул Пашка. Они с классом и правда ходили в музей и там смотрели на разные старинные костюмы.
– Так вот, – продолжал папа, – шиворот – это воротник, а навыворот – это ты и сам догадаешься.
– Навыворот – это наоборот? Навыворот – наизнанку, да, папа?
– Конечно. Этот грозный царь, когда хотел наказать какого-то купца, сажал его на лошадь задом наперёд и заставлял надеть одежду шиворот-навыворот, то есть задом наперёд. А весь народ над ним смеялся.
– Ну, не такой уж он был и грозный, – рассмеялся Пашка.
– Какую отличную историю рассказал нам папа, – сказала мама. – А теперь за дело – возьми и напиши «шиворот». Это же твоё любимое правило, «жи-ши».
– Ага, – раздался голос из кладовки, – эта деревянная голова и такую ерунду никак не запомнит. А там и запоминать нечего, всего-то одна буква!
Пашке стало ужасно обидно. Ну почему у всех вокруг были нормальные сёстры, добрые и даже симпатичные, а у него – злюка Лариска! Он сцепил зубы, сжал в руке ручку и прямо посреди страницы написал: «ш». А дальше? Ему опять пришла в голову дурацкая «пышка» и злосчастная «шишка», но он повторил про себя: «“Жи-ши” пиши с буквой “и”» и уверенно вывел «шиворот».
– Вот! – гордо сказал он и показал родителям написанное слово.
– Молодец! – похвалила его мама.
– Видите! Всё он может! – подхватил папа.
И только зловредина Лариска не могла не вмешаться. Конечно, любить и хвалить все должны были только её. Так что она решила немедленно обратить внимание на себя.
– Мама! Папа! – заверещала она из кладовки. – Смотрите, что я нашла. Идите сюда! Скорей!
Разумеется, мама и папа тут же забыли про Пашку и помчались в кладовку, а Пашка остался один на колченогом стуле за доисторическим столом перед древним блокнотом.
– Шиворот, – прочитал он ещё раз.
– Смотрите, как мне идёт! – щебетала в кладовке Лариска.
– Какая ты у нас красавица! – восхищалась мама. Пашке она никогда ничего не говорила таким голосом. Ему сразу стало грустно и обидно, и он ужасно разозлился на сестру.
– Крыса Лариса, – прошипел он.
А потом взял и дописал на первом листочке своего нового блокнота ещё пару слов так, что у него получилось:
Потом поставил жирную точку и прочитал вслух громким шёпотом: «Толстую крысу за шиворот Ларисе!» И в эту же минуту из кладовки раздался такой жуткий визг, что Пашка чуть не свалился со стула.
– А-а-а-а!!! – вопила Лариса.
– Ой-ой-ой!!! – кричала мама.
– Фу-у-у-у!!! – басом заорал папа.
Все втроём они вылетели из кладовки. Лариска стаскивала с себя одежду, мама почему-то запрыгнула на стул, а папа сначала стучал Лариску по спине и тряс за шиворот, а потом схватил её одежду и выкинул из домика. Пашка ничего не понимал.
– Что случилось? – тихо спросил он.
– А-а-а-а! – продолжала кричать мама ужасно громко, хотя при этом закрывала себе рот руками. Страшно было подумать, как громко было бы, если бы она их убрала.
– Там крыса, – выдохнул папа.
А Лариска вдруг грохнулась в обморок.
Конечно же, все забегали, запрыгали, заохали и перепугались. Папа подхватил Лариску на руки и осторожно уложил её в кресло, мама стала махать на неё руками и прикладывать ей ко лбу мокрый платок, а Пашка только сидел как заколдованный и не сводил глаз с тех слов, которые только что написал в блокноте. Он, конечно же, понимал, что это просто совпадение, наверняка в старом доме полно толстых крыс. Да и тощих тоже хватает. Но надо же, какое странное совпадение…
– Ларисочка, открой глаза!
– А-а-а! А-а-а-а!!! Уберите её с меня!
– Никого уже нет, папа выбросил её на улицу.
– Надеюсь, что выбросил… Не пойму, куда она делась… И откуда она вообще взялась.
– Может, она бешеная!
– Надо вызвать сюда отравителей! Удушителей! Как они называются?! Миша, скажи!
– Дезинсекторов. Но я не вижу тут больше ни одной крысы. Дом вроде чистый, еды тут для них нет. Может, для начала привезём сюда кота?
– Какого кота? Ты в своём уме! Тут весь дом кишит паразитами! Твою дочь покусала бешеная крыса!
– А-а-а! Она всё-таки бешеная! Я умираю.
«Мрак», – подумал Пашка, вздохнул и крупными буквами написал в блокноте:
И в ту же секунду во всём доме погас свет.
Глава 3. Всё сбывается
Это в городе никогда не бывает совсем-совсем темно: непременно где-то светит яркий фонарь или мигает рекламная неоновая вывеска. Но тут, в деревне, ничего такого не было, и тьма наступила просто непроглядная. Хотя было ещё совсем не поздно, но за окнами ни на одном столбе не горело ни единой лампочки, а луна пока не взошла. Пашке показалось, что он крепко-крепко зажмурил глаза, вот такая кругом была темнота. Настоящий непроглядный мрак.
– Этого ещё не хватало! – воскликнула мама.
– Ай! – громко сказал папа, и сразу же что-то грохнуло. Наверное, он опрокинул стул.
– Мне стра-а-ашно, – заныла Лариса.
– У тебя же есть телефон, – подсказал Пашка. – Включи фонарик.
– Сам включи фонарик, – огрызнулась сестрица. – Я его где-то уронила, когда на меня крыса бросилась, а как теперь найти? Где он теперь, мой телефончик?
– У меня телефон с собой, – сказал папа. – Но он почти разряжен. Надо сходить в машину и подзарядить его, только… где же мои ключи? Я вроде бы положил их на стол.
Папа достал телефон, и зеленоватый свет экрана осветил стол, Пашку и блокнот, лежащий перед ним.
«А вдруг это правда? – подумал Пашка. – Дом всё-таки жутко странный. Надо попробовать!»
Он быстро схватил ручку и нацарапал в блокноте:
Но ничего не произошло, фонарик не появился, свет не зажёгся. «Точно!» – догадался Пашка и быстро исправил:
И опять ничего не изменилось. «Вот же я глупый, – отругал сам себя Пашка. – Есть же столько слов и попроще!» И он быстро написал огромными буквами, чтобы сработало наверняка:
А чуть ниже добавил для надёжности:
Сначала ничего не произошло, но вдруг где-то наверху послышался скрип и скрежет, а потом на стол с жутким грохотом что-то свалилось и резко вспыхнул ослепительный свет. Папа, мама, Пашка и даже Лариска остолбенели, и никто не мог произнести ни слова: на столе непонятно каким образом оказалась гигантская люстра с хрустальными подвесками, висюльками и, наверное, целой сотней лампочек в виде свечей. Такую Пашка в последний раз видел, когда они с классом ходили в театр и сидели на самом последнем ярусе – как раз напротив почти такой же люстры. Она была похожа на гигантский торт, а свет от неё был такой яркий, что глазам сразу стало больно.
– Откуда она взялась? – хрипло спросила мама, притянула к себе Пашку и обняла. – Ты не ударился, сынок? Она тебя не зацепила? Откуда она свалилась? С чердака?
Папа смотрел на потолок, в котором не наблюдалось ни одной, даже самой маленькой дырочки, а Лариска просто сидела с открытым ртом и не шевелилась.
– Так, – сказал папа. – С меня на сегодня хватит, вот что я вам скажу. Похоже, тут ещё много сюрпризов, но ими мы займёмся в следующий раз. Интересно, однако… – он посмотрел на люстру. – Она что, на батарейках? Ни шнура, ни проводов…
Но Пашка никого из них не слышал. Он не мог поверить в то, что у него в руках оказался настоящий волшебный блокнот, который, похоже, мог исполнить все его желания, стоило их только записать.
Пока родители разбирались с люстрой, а Лариска всхлипывала, забравшись в кресло с ногами – она ужасно боялась нового крысиного нападения, Пашка отправился в соседнюю маленькую комнату, уселся на пол и стал лихорадочно соображать, чего бы ему захотеть. Разумеется, больше всего ему хотелось вернуть свой любимый гаджет, чтобы снова почувствовать себя полноценным человеком и скорее рассказать о чудесном блокноте Димке. Он открыл блокнот и написал:
Подождал, посмотрел по сторонам – ничего не изменилось. Поискал в карманах – там по-прежнему было пусто. «Может, через “у”»? – подумал Пашка и исправил:
Потом опять подумал и зачеркнул. Слово было совершенно дурацкое. Конечно, такое ни один блокнот не то что не разберёт, даже читать не станет. Эх, была не была, тогда уже пусть так, тут уж ничего не перепутаешь. И Пашка старательно вывел без единой ошибки:
И зажмурился. И как оказалось, не зря, потому что снова раздалось звяканье и грохот. Не такой сильный, как когда с неба рухнула люстра, но вполне себе серьёзный «ба-бах». А когда Пашка открыл глаза, перед ним оказался какой-то ужасно странный предмет: пластмассовая коробка с круглым диском, под которым по кругу были написаны цифры. К коробке витым, как пружина, шнуром была приделана пластмассовая штуковина, изогнутая дугой. Что со всем этим нужно было делать, Пашка не имел ни малейшего понятия. Он потыкал пальцем в цифры – ничего не произошло, дисплей не засветился, да его и не было. Пашка на всякий случай позвал: «Эй, Сири!» – но пластмассовый монстр не ответил. Тут в комнату зашёл папа:
– Ух ты, телефон! – радостно воскликнул он, а Пашка окончательно обалдел от удивления.
– Надо же, у нас был точно такой же, когда я был маленьким, – восхищённо продолжал папа, усевшись на пол рядом с Пашкой. – Я часами болтал с друзьями, даже по ночам, шёпотом, чтобы родители не проснулись. Телефон у нас стоял в коридоре, как раз напротив родительской спальни. Вот, приходилось полночи сидеть на тумбочке и шептать тихо-тихо, чтобы никого не разбудить.
– А к себе в комнату его нельзя было забрать? – в полном недоумении спросил Пашка. Он был уверен, что папа его просто разыгрывает, как только что со старой мясорубкой и кипятильником. Ну как такое чудище могло оказаться телефоном?
– Да как бы я его забрал? – рассмеялся папа. – Он же включался в телефонную розетку. А провод был стандартный, короткий. И если выдернуть его из розетки, то это был просто кошмар – на телефонной станции телефон сразу отключали, и надо было идти к соседям, звонить диспетчеру и слёзно просить, чтобы его снова включили. И ещё извиняться за то, что мы так несерьёзно относимся к телефону. Да-да! Телефон могли отключить даже за то, что трубка плохо лежала на рычагах!
«Вот папа сочиняет, – подумал Пашка. – Я так не смогу, даже когда мне очень-очень надо приврать».
– Пап, ну ты чего? – вздохнул он. – Я же не маленький и не глупый. Это что, научная фантастика? Сказка про приборы-мутанты? Какие рычаги, какая такая трубка? Зачем она? Чтобы курить? Или трубить? – Пашка расхохотался.
А папа почему-то обиделся:
– Курить ужасно вредно. У нас в семье никто не курит, разве что, вон, Шерлок Холмс имеет на это право, да и то только в книжках. А рычаги… Давай-ка я тебе лучше покажу.
Папа поднял пластмассовую штуковину и приложил её к уху. Из пластмассового монстра при этом и в самом деле высунулись два маленьких рычажка.
– Алло? – сказал папа с очень серьёзным и умным видом, и Пашка покатился по полу со смеху. Папа тоже не удержался. Они хохотали так громко, что к ним прибежали Лариска и мама.
– Ой, телефон! – обрадовалась мама, ловко сунула палец в дырочку на пластмассовом красном диске и стала его крутить.
– Да-да, – сказал папа, – а вот именно так набирали номер, чтобы позвонить.
– Но это только если люди жили в одном городе, – подхватила мама. – А если тебе надо было позвонить кому-то из другого города, то такой звонок надо было заказывать через коммутатор.
– Через что? – такое слово Пашка и повторить бы не смог, не то что написать без ошибок.
– Коммутатор, – объяснил папа. – Надо было позвонить специальному оператору, назвать номер абонента в другом городе и сказать, сколько минут вы хотите говорить. Оператор принимал заказ, и тебе надо было ждать, когда он перезвонит и соединит вас с собеседником. Можно было поговорить одну минуту, три или пять.
– Одну минуту?! – удивилась Лариска. – А что можно успеть сказать за одну минуту? Даже «приветики» не скажешь!
– Представь себе, мы всё отлично успевали, – улыбнулась мама. – А в телефонных кабинах, которые стояли на улицах, даже висели таблички: «Разговор по телефону должен быть точен и краток».
И теперь уже они с папой весело рассмеялись. А мама даже погладила странный пластмассовый телефон.
– Я и не знала, что вы жили в пещерном веке, – хихикнула Лариска.
– Эй, ну-ка, не обижать родителей, – шутливо прикрикнул на неё папа. – Ещё посмотрим, как твои внуки лет через пятьдесят будут рассматривать ваши древние айфоны. Тоже, наверное, сильно удивятся!
Увы, с телефоном у Пашки ничего не вышло. Папа бережно положил аппарат в бумажный пакет и спрятал в сундук. Потом все стали собираться домой, засуетились. Пашка заскучал, проголодался и написал в блокноте:
И тут же перед ним оказался самый настоящий банан. Блокнот работал!
Глава 4. Дорога с приключениями
Дорога домой была уже намного веселее и интереснее. Пашка даже слегка подпрыгивал на заднем сиденье и с трудом сдерживался – его так и подмывало рассказать о волшебном блокноте папе и маме, но он боялся, что вредина Лариска поднимет его на смех или даже, чего доброго, отберёт у него драгоценный блокнот и потом ни за что не отдаст.
«Я ведь могу написать что угодно, – мечтал Пашка. – Эх, чего бы захотеть? Наверное, сначала закажу себе самокат, или скутер, или рэперские штаны! И собаку! Интересно, а можно заказать каникулы? Или пятёрку вместо двойки?»
– До чего дремучий лес, – вдруг сказала Лариска, которая наконец-то оторвалась от своего телефона и стала смотреть в окно. – Никогда бы не подумала, что так близко от города могут быть дикие дебри! Только в кино такое видела. Тут, наверное, и звери всякие водятся. Или зомби!
– Запросто, – кивнул папа. – Смотри, какой густой лес. И чистый, мусор на обочине не валяется. Это очень важно – сохранить лес, потому что из-за мусора погибают животные и птицы. И деревья. Насчёт зомби не знаю. Смотрите, какая красота, ни в одном фильме такого не увидишь.
Дорога и правда была сказочно красивой. Пашка тоже стал смотреть в окно.
– И ни души, – добавила мама. – Да, очень тут красиво. Но и немного страшно. Только представьте, вот так окажешься тут один в темноте, бр-р…
Пашка их почти не слушал. У него в руках был настоящий волшебный блокнот, а в голову, как назло, лезли не желания, а какая-то сплошная ерунда. Вместо того чтобы растрачивать магическую силу блокнота на бананы, надо было придумать что-то по-настоящему крутое. А что может быть круче лучшего друга! Конечно же! Пашка даже подскочил и чуть не стукнулся макушкой о крышу машины.
– Ты чего? – покосилась на него Лариска. – Правда, что ли, зомби увидел?
Пашка не обратил на сестру никакого внимания. Он отодвинулся от неё подальше, чтобы между ними было достаточно места, – мальчик был уверен, что волшебный блокнот доставит его лучшего друга прямо сюда, в машину. Только бы не уронить ручку! Только бы ничего не перепутать. Но уж в имени друга он ни за что не ошибётся. Высунув от старания язык, Пашка написал:
И закрыл глаза. А потом снова открыл. К его удивлению, сиденье между ним и Лариской так и осталось пустым. Неужели он что-то сделал не так? Или блокнот сломался? А может, он обладал волшебной силой только в старой избушке? Да что с ним такое? Пашка жутко расстроился и упёрся лбом в холодное стекло. Он был готов расплакаться. Но тут мама сказала:
– Ой, что это там?
– Где? – спросил папа.
– Да вон, впереди, видишь? Ну-ка, езжай помедленнее. Там как будто какое-то белое пятно? Кто-то стоит на обочине!
– Да где же? – не понял папа, но скорость всё-таки сбавил.
– Вон кто-то стоит. Там ребёнок! Совсем один! – воскликнула мама.
Пашка высунулся как можно дальше вперёд из-за папиного плеча и во все глаза вглядывался в темноту, которую прорезали два луча света от фар. Неужели? Да нет… Но так и есть, всё это было на самом деле!
Папа остановил машину, и они с мамой помчались к Димке. Потому что – да!!! – это был он. Пашка не верил своим глазам: на дороге посреди тёмного леса вдруг оказался его лучший друг – с растрёпанными волосами, босиком и в дурацкой пижаме с мишками. Пашка со всех ног бросился к нему, но папа с мамой подняли такой переполох, что Пашке не удавалось вставить и слова.
– Димочка! – стрекотала мама. – Что ты тут делаешь? Как ты тут оказался? Откуда ты тут взялся?
– Дима, что случилось? Почему ты здесь? У вас что, тут дача? Ты убежал? Почему ты босиком?
Димка совсем ничего не понимал, только вертел головой и хлопал глазами. С собой у него оказалась потрёпанная плюшевая овечка, и, увидев Лариску, он быстро спрятал её за спину. Пашка прыснул от смеха.
– Где твои родители? Они что, тебя тут бросили?
– Ты отстал от машины?
– Боже мой! Ты же совсем замёрз! И босиком!
– Димыч! Димыч! – радовался Пашка, но за родителями его было не слышно. Димку тем временем затолкали в машину, мама достала из багажника тёплые носки, которые они всегда брали с собой на случай, если кто-то промочит ноги, и плед, который возили с собой на случай внезапного пикника.
– Тебе не холодно? Сейчас я тебя закутаю в плед. И надень скорее носки. Павлик, помоги ему.
– Твои родители знают, где ты? Им нужно позвонить? – выспрашивал папа. – Где ваша дача? Тут недалеко?
Димка только хлопал глазами и вертел головой, как сова.
– Хочешь горячего чаю? У нас с собой термос. Лариса, налей Димочке чаю. Он, наверное, заблудился. Дима, ты заблудился? У вас тут дача, да?
Тут Пашка понял, что ему надо вмешаться как можно скорее, пока к Димке не вернулся дар речи и он бы всё не испортил. Мало ли что он мог брякнуть.
– Да! У них тут дача, но его родители уже уехали! – как можно громче и убедительнее выкрикнул Пашка и незаметно наступил Димке на ногу – это был условный знак. – Мы договорились, что Димка поедет с нами. Что мы его заберём отсюда.
– Откуда отсюда? Из этих дебрей? От пятой сосны у дороги? – не могла промолчать его противная сестрица. – Как вы так договорились, детский сад?
– Когда это вы успели договориться? С кем? – строго спросила мама, а Димка выпучил глаза ещё сильнее.
– Мы договорились… вчера! – нашёлся Пашка. – Просто я забыл вам рассказать, извините меня. Димыч, ты пей чай, – и он скорчил Димке зверскую физиономию, чтобы тот молчал.
– Ужасно странная история, – сказал папа. – Но раз все нашлись и все целы, то поехали домой. Дима, тебя точно не надо везти на дачу?
Пашка быстро ткнул Димку локтем в бок, и тот помотал головой.
– И маме твоей звонить не нужно? Ты уверен? – переспросила ещё раз мама, замотав Димку до носа в плед.
– Нет, – сиплым голосом наконец-то выдавил Димка.
Все загрузились в машину, папа завёл мотор, и они помчались по шоссе. Но взрослые всё никак не могли успокоиться.
– Надо же, какая безответственность, – сетовала мама. – Оставить на дороге ребёнка! А ведь какие приличные люди!
– Не надо делать выводов раньше времени, – пытался успокоить её папа. – Мало ли что у них могло случиться. Но вообще о таком, конечно, предупреждают. Они что, не могли нас дождаться? Как они могли оставить мальчика совершенно одного. Да ещё в пижаме.
– А если бы его кто-то украл? Или съел? Сам же говоришь, тут водятся дикие звери.
– И зомби, – подхватила Лариска.
Димка ничего не говорил, а только крутил головой. Пашка был счастлив! Ему хотелось петь и прыгать до потолка. Хоть и предстояло выпутываться из очень непростой ситуации со всеми родителями. Но вместе они непременно что-нибудь придумают.
– Димыч, – шёпотом позвал он. – Димыч! Скажи же, круто!
– Где я? – едва слышно прошептал Димка.
– Сейчас я тебе расскажу, – сказал Пашка, но только открыл рот, как его сестрица спросила:
– Ты, наверное, жутко испугался, да, Дима? Может, хочешь мой свитер?
Тут глаза у Димки стали как блюдца, и он окончательно онемел. А Пашка ужасно разозлился. Димка был его самым лучшим, самым верным другом, он был самым крутым пацаном, прикольным и смелым, но у него был всего один недостаток, который иногда перекрывал все его крутые достоинства: Димку угораздило по уши втрескаться в самую вредную и противную девчонку на свете! Да-да, Пашкин лучший друг втрескался в Пашкину сестру. В самый первый день, когда они с Пашкой пошли в один и тот же первый класс, а Лариска зашла проведать Пашку на перемене. Увидев её, Димка мгновенно потерял дар речи, и с тех пор на него в Ларискином присутствии нападала немота, а иногда и паралич. Пашку это ужасно бесило. Во-первых, влюбляться было тупо и отстойно, а во-вторых, у них в школе было столько классных девчонок, даже у них в классе. И что Димке могло понравиться в этой дылде, к тому же почти на три года их старше?
– Н-нет, – промямлил Димка и завозился, натягивая повыше плед. – Где я? – опять прошипел он Пашке очень сердито и сурово нахмурил брови.
– Ты не поверишь, – начал Пашка и порадовался, что родители всё ещё громко обсуждали происшедшее и не обращали на них внимания. – Мы с тобой теперь можем всё!
– Что всё? – шёпотом рявкнул на него Димка. – Я лёг спать дома! И бац – оказался где-то на краю земли! И тут твоя сестра! А ты хоть видел, что на мне надето? Как будто мне, блин, пять лет!
– Ага, – захихикал Пашка. – Прикид что надо.
– Это мне только что бабушка подарила, – недовольно засопел Димка. – Я её просто примерял. Это случайность.
– Ага, а овечку тоже она тебе дала?
Димка побагровел:
– Это вообще не моё, это Денискин барашек!
Дениской звали младшего Димкиного брата.
– Ага, ну-ну, – Пашка ткнул Димку в бок. Хотя, по-хорошему, прикалываться над ним было не очень-то честно, Пашка и сам до сих пор спал с плюшевым зайцем. И похожая пижама у него тоже имелась.
– Ну, я смотрю, вы уже смеётесь, – обернулась к ним мама и тихо сказала папе, как будто так мальчики её не слышали: – Дима вроде бы смеётся, не в стрессе. Надеюсь, его потом не будут мучить кошмары.
– Сейчас отвезём его домой и всё выясним, – кивнул папа. – Ребёнок с нами в безопасности, всё хорошо.
Пашка быстро перестал смеяться. С его родителями всё как будто обошлось, но как они сейчас объяснят родителям Димки, как их сын, который только что преспокойно спал в своей комнате, вдруг оказался на улице в пижаме?
