Сотников

Открытый конец у книги, в общем произведение даже не столько о Сотников (он, безусловно, герой), но фокус постоянно смещается в сторону Рыбака, и было бы довольно интересно узнать, что с ним произошло дальше-действительно ли его одолели муки совести, осталась ли она в его сердце, или он окончательно ступил на преступный путь и заслужил достойного наказания.

Книги о войне имеют особую ценность! Они несут в себе историческую правду, рассказывают о людях, чьи судьбы перечеркнула война, не пожалела, не обошла стороной. Вся правда жизни, как она есть, раскрывается автором в повести, герои которой - партизаны Рыбак и Сотников - попадают в западню в селе, захваченном фашистами. Как поступить человеку, попавшему в неразрешимое стечение обстоятельств? Спасая свою жизнь любой ценой, стать трусом и предателем, как Рыбак, или оставаться человеком до конца, до последнего вдоха, как Сотников? Автор даёт герою, достойно встретившему свою смерть от рук врага, фамилию Сотников. Таких, как он, обычных людей, верящих в правду жизни, непреклонных, боровшихся до конца, много: сотни! Что лучше: погибнуть, но остаться до конца верным своим идеалам, или поступиться совестью ради выживания? Вот человек, допустивший слабость духа, остался в живых. А легко ли ему после этого, сможет ли он смотреть в глаза людям и что его ждёт дальше? Это нравственная проблема, которая заставляет нас, читателей, дать оценку поступкам героев. Автор держит в напряжении внимание читателя, не оставляет равнодушным к тяжёлым условиям выживания, голоду и холоду, дыханию смерти. Обращает наше внимание на явления, порождённые войной. Прислужничество перед новыми хозяевами и зверства бывших односельчан, ставших полицаями, - не такие уж одиночные случаи в захваченных гитлеровцами сёлах и городах. Объединение уцелевших в разрушительных боях красноармейцев в партизанские отряды - путь борьбы с врагом, оперативное ослабление вражеских позиций. Еврейские погромы, осиротевшие дети войны...Понять невозможно и простить нельзя всё, что принесла людям война. Разве для этого был рождён человек!?

Родная мова тая, на якой думкi твае. И здаецца мне, што беларусау, якiя бы думалi на беларускай мове вельмi мала (гэта калi яны iснуюць).
Пака жыва мова - жыве и народ.
Пытанне аб мове не раз становiлася на моем шляхе. Я вучылася на ей (класс у школе з углубленным вывучэннем), але мову не ведаю. I зараз пiшу на трасянцы. I я маю мужнасць у гэтым прызнацца. Бо шмат людей яе не маюць и выдаюць трасянку за чыстую мову. Я вучылася у школе у той час, калi яшчэ можна была пачуць мову на вулiцы. Зараз яе не чуваць. Як можна вучыць дяцей ей, кали яе не выкарыстоуваюць? Яна для нас ужо чужая. Пытанне аб мове для меня складанае.
Некалькi часу назад мяне саромелi тут за тое, што я не шаную родную мову, што нельга так к ей адносiцца. Я на ей чытаю, але чытаю беларускiх пiсьменнiкау, чытаю тое, што было на ей напiсана. I "Сотнiкау" Васiля Быкава такая кнiга.
Творы Быкава аб вайне для мяне на першым месцы як яе гiсторыя. Мужнасць и баязливасци. Подзвиг и здрада. Дзе тая рыса мiж iмi? Родная речь та, на которой мысли твои. И кажется мне, что белорусов, какие думали на белорусском языке очень мало (это если они существуют).
Пока жив язык – жив народ.
Вопрос о языке не раз становился на моем пути. Я училась на нем (класс в школе с углубленным изучением), но язык не знаю. И сейчас пишу на трасянке. И я имею мужество в этом признаться. Так как много людей ее не имеют и выдают трасянку за чистый белорусский язык. Я училась в школе в то время, когда еще можно было услышать белорусский язык на улице. Сейчас ее не слышно. Как можно учить детей ей, когда ее не используют? Она для нас уже чужая. Вопрос о белорусском языке для мне сложный.
Некоторое время назад меня стыдили тут за то, то я не берегу родной язык, то нельзя так к ней относиться. Я на ней читаю, но читаю белорусских писателей, читаю то, то было на ней написано. И Сотников Василия Быкова такая книга.
Произведения Быкова о войне для меня на первом мессе как история. Мужество и трусливость. Подвиг и предательство. Где та черта между ими?

До слёз После этого произведения на душе муторно. Не противно и мерзко, а именно муторно. Потому что автор с первых страниц схватил за сердце и не отпустил до последней главы. Мы редко задумываемся о другой стороне военных будней: ведь были же и те, кто с восторгом воспринял оккупацию Союза Германией. Причины были разные: кто-то просто органически нуждался в беззаконии, кто-то ненавидел советский политический строй, а кто-то элементарно смалодушничал. И вот вся эта переметнувшаяся братия становится полицейскими отрядами, которые по зверствам ничем не уступают самим фашистам. Единственными защитниками оккупированных территорий становились партизаны. Это могли быть и местные, ушедшие от немцев в лес, и бежавшие из плена военные, и попавшие в окружение недобитые остатки батальонов. Но как относилось оккупированное и плененное население к этим стихийным отрядам? Все это подробно и обстоятельно описывает Василь Быков в повести «Сотников». Перед нами два главных героя, молодых парня, которые идут раздобыть еды в ближайший хутор. Это непростая задача, потому что помогать партизанам смертельно опасно и не каждый решается на это. Многие под страхом смерти выдают своих же защитников. Да и защитники ли они? Ведь по сути они забирают последнее у тех, кто и так по милости немцев живет впроголодь. Но страшнее голода – покорность. Наши герои попадают в плен, и именно покорность проводит черту между ними. Один – человек строгих моральных правил, даже перед лицом смерти не позволяет себе опуститься до предательства. Второй с каждой минутой, которая приближает его к казни, все больше покоряется силе немецкой машины. Каждый сделал свой выбор, и этот выбор неизбежно повлиял на них, последние две главы читать без слез не было никакой возможности. Представлять себя на месте Баси или Дёмчихи не было никаких сил, хотя текст настолько хорошо написан, что и не представить было нельзя. Больно, страшно и бесчеловечно.