Вы читаете книгу «Боевые мечи. Акт 1. Из пепла и вины» онлайн

Пролог

Как зародился этот мир? С чего все началось? Как сложился именно такой порядок вещей? Уже никто не скажет. От прошлого остались лишь легенды и старинные артефакты, которые выставляют в музеях. Книжки по истории, которые мы читали, удивляли меня: неужели все, через что прошли люди, не научило нас ничему? Бесконечные битвы, войны и убийства за свои идеалы. Какое ужасное слово – «убить», у меня оно всегда вызывало отвращение, но таков этот мир, где если не убьешь ты, то убьют тебя. Это закон, которому человек следует тысячи лет. И мне не пристало говорить об отвращении, когда и на моих руках была кровь живого человека, а не существа. Это было однажды, но такое нельзя просто забыть. Мне всегда говорят: «Хватит, переступи через себя», – но я зарекся, что от моей руки больше никто не погибнет. Все, что было до этого момента, не имеет никакого значения, особенно когда ты стоишь перед лицом смерти.

– Рю, слева! – крик разрывает воздух.

Один меткий выстрел – и еще один безликий падает на землю. Стрела пробила его насквозь. Ди знал, что Рю не промахнется. Но о чем он думает сейчас? Неужели в нем проснулся философ, успевающий отдавать приказы и думать о высоком? В такой ситуации любой бы думал о чем угодно, но не об устройстве бытия. Пятеро бойцов, прижатые спина к спине, стояли на пороге смерти. Они не раз бывали в таких ситуациях, но этот бой мог оказаться последним. Местность не давала шанса на отступление, повсюду были равнины и овраги. Однако о нем никто и не думал, на карту было поставлено слишком многое – решалась судьба их страны. Безликие подступали неспешно, будто заигрывая с добычей. Они понимали, что жертвам никуда не деться – те были как на ладони, беззащитные пять кусков мяса, которые можно разорвать на части и утолить свой бесконечный голод. Возраст солдат оставлял обманчивое впечатление в глазах их врагов. Каждый из пятерки успел повидать многое за свою короткую жизнь. У всех были свои шрамы, однако сейчас в голове у каждого витала лишь одна мысль – выжить.

– Да сколько же их тут?! – не выдержал Ви.

– Просыпаясь сегодня, я не думал, что могу не дожить до обеда. – Рю сказал это с усмешкой. Все понимали, что он пытается успокоить и себя, и других.

– Надеюсь, твой план сработает, капитан, – подметил Нико, обернувшись к Ди.

– Они наступают, формация три, действуем от обороны. Если кто-то прорвется в круг, мы все трупы.

Ди отдал приказ, и все безоговорочно приступили к исполнению. Пространства было достаточно, каждый сделал два шага вперед, расширив линию обороны и сформировав круг. Они приготовили оружие для, возможно, последнего боя в своей жизни. Раздался адский крик – бестии начали атаку в полную силу. Полчище надвигалось на круг, дистанция сокращалась молниеносно, еще секунда – и они будут уже лицом к лицу со своими жертвами. Первые из них приблизились к Ви, однако это Ви подпустил их так близко – последовал удар. Безликий отлетел на пару метров, затем следующий, а за ним еще один. Ви раскидывал их как детей. Мышцы он держал в форме, а перчатки с железными вставками в области шарниров пальцев, обтянутые кожей до кисти и скрепленные ремешками до предплечья, идеально сочетались с его стилем боя – он любил драться кулаками и презирал все остальное оружие, так как считал его ненадежным и хрупким, но в своих костях и мышцах он был уверен как никогда. Самый настоящий танк – говорили о нем люди. Один его удар мог спокойно сломать пару костей. У безликих не было и шанса, его положение позволяло контролировать всю толпу с его стороны.

Рю тем временем обстреливал подступающих со своей стороны тварей. Скорость, с которой он доставал стрелы из колчана, была поразительна, а его меткость восхищала всех в отряде. На пятьдесят попаданий он мог промахнуться всего один раз. Он без труда уложил свыше десятка существ, однако несколько смогли приблизиться на расстояние вытянутой руки. Но тут же молниеносно маленькая искра прошила каждого, кто угрожал жизни Рю. Его прикрывала Мари, которая стояла по правую руку от него. Безликие подступали, но Мари легким взмахом двух пальцев направила вторую искру в их сторону, разрывая их головы. Самонаводящиеся искры следовали за ее пальцами, оставляя за собой дорожку яркого света. Она могла отпускать их на расстояние свыше двух метров и возвращать обратно, сжимая пальцы в кулак, – способность, которой она обладала благодаря своей голубой крови. Рю же, не сдвинувшись с места и не поведя бровью, продолжал обстрел.

– Сколько нам еще держаться? – выкрикнула Мари.

– Не разговаривай, сосредоточься, – спокойно ответил ей Нико, пронзив катаной очередное существо.

Вторая катана отправилась вслед за первой и снесла безликому голову. Орудуя ими, Нико без проблем держал врагов на дистанции – катаны достигали в длину полутора метров. Чтобы управляться с таким оружием, он оттачивал мастерство годами, и каждый его удар был летален. Он бил наверняка, в жизненно важные органы, стараясь моментально расправляться с врагами и не подпускать их. Безликие, что подступали с его стороны, падали на землю замертво, возможно даже сами не понимая, как погибли.

«И все же как зародился этот мир и, самое главное, для чего? Должны ли мы сражаться за жизнь сейчас, чтобы умереть потом, или смысл существования в другом? Может, найти компромисс с нашими врагами?» Мысли снова захлестнули Ди, пока он рубил безликих налево и направо. Все в команде считали, что с таким гигантским мечом, как у него, невозможно управиться, однако Ди отлично орудовал Ингенс Свордом, держа его в одной руке. Размахнувшись, он без труда свалил троих безликих одним ударом. Посмотрев вдаль, Ди видел место их назначения, куда им, возможно, не суждено добраться. И снова поток мыслей погрузил его в раздумья: «Ради чего мы жили все это время – чтобы стать кормом для этих тварей? Я не собираюсь умирать здесь, и эти люди со мной». Он оглядел товарищей, которые понемногу отступали, сужая круг под натиском врага.

– Держаться! – Его крик прозвучал как раскат грома.

Все немного взбодрились. Однако безликие продолжали наступать. И отряд понимал, что, скорее всего, долго не протянут…

Глава 1. Отряд FOUND

Мрак, пустота, серость. Я ничего не вижу, но слышу крики и чувствую капли дождя на своей коже. Меня поглощает ярость, гнев застилает глаза. Я пытаюсь что-то рассмотреть – почему так темно? Я чувствую свое тело, шевелю руками и ногами, но не могу понять, где нахожусь. Двигаясь вперед в попытке нащупать что-нибудь, шаря рукой в этой непроглядной темноте, я нащупываю стену. Опершись на нее, я веду рукой вдоль, опуская и поднимая, – стена кажется бесконечной. Перебирая трещины и сколы, я вдруг зацепляюсь ногой за что-то и, не успев среагировать, спотыкаюсь и падаю.

Странно, это не похоже на камень или выступ в стене, который мог отколоться. Я решил проверить. Прикоснувшись к предмету моего интереса, я начал водить рукой, чтобы понять, что передо мной. Определенно это очертание человека. Я нащупываю лицо, вот уши, глаза, нос, но все холодное. Кто это? Почему он молчит? Хочу спросить, но вопрос застревает в горле. Я не могу сказать ни слова. Отдергиваю руку, прикоснувшись к чему-то густому и вязкому в районе шеи, что-то сочится оттуда. О господи! До меня молниеносно доходит: это кровь. То, что я трогаю, уже мертво. Я отдергиваю руку. Что за кошмар? Где я нахожусь?

Всплеск адреналина приводит меня в чувство. Тьма начала отступать. Взор проясняется. Перед моим взглядом предстает серое дождливое небо. Но мне придется опустить взгляд и увидеть то, что лежит передо мной. Я оттягиваю этот неприятный момент, смотря вверх, но в конце концов медленно опускаю взгляд. Увиденное повергло меня в шок. Передо мной лежал Рю, он был мертв. Шея была почти целиком разрублена, голова еле держалась на остатках мяса, и повсюду была кровь. Но я ничего не почувствовал. Почему? Я сидел и смотрел около минуты. В моей голове витали вопросы: как так получилось, почему он и что произошло? Возможно, шок не давал мне осознать, что моего друга больше нет в живых. От его безмолвного взгляда, устремленного вдаль, бросало в дрожь. Вот что пугало меня больше, чем факт его смерти.

Тут до меня дошло, что все это время я сжимал что-то в правой руке. Я поднял ее, чтобы осмотреть предмет. Это был меч, но не мой. Слишком тонкий и весь в крови. В голове пробежали страшные мысли. Неужели это… Нет, не может быть. Я схватился за голову, пытаясь выкинуть из нее весь этот ужас, который начал забираться все глубже. Это не я, это не мог быть я.

Отвернувшись от тела, я увидел аллею с башней впереди. «Стоп, я знаю это место. Это бюро солдат, здесь мы работаем». Оглядевшись еще, я обомлел. Вокруг все было разрушено, одни обломки, часть зданий в районе уничтожены, а сама башня выглядела так, будто ее взорвали. Но это не самое страшное. На обломках и земле лежали тела – свыше двух десятков. Все были убиты: кто-то без головы или других конечностей, кому-то вспороли живот. Среди них были члены моего отряда, «зодиаки» из Министерства и альфы.

Я всех их знал, и теперь они лежат передо мной, испуская последний вздох. Кровь капала с моего меча, смешиваясь с каплями дождя, не выдавая себя среди них. Вдруг я пригляделся к своим рукам. Это не мои руки, они бледные, почти белые. «Кто я? Что я такое?» Осознав, что картина передо мной – дело моих рук, я почувствовал, как в глазах снова начало темнеть. Я закричал, но это был не крик, это было похоже на рев адского зверя. Силы начали покидать меня, но руки пока слушались. Сжав меч покрепче и занеся его надо своей грудью, я вдохнул и молниеносным движением вогнал его себе в сердце. Упав на колени, я был готов испустить последний вздох. Жизнь отступала. Все разрушено, больше нет смысла бороться.

Темнота и тишина. Мое тело парит, теперь я спокоен…

Резкий звук будильника раздался в комнате. Глаза моментально распахнулись и уставились в потолок.

«Сон, всего лишь сон, хвала богам», – подумал Ди, тяжело вздохнув. Этот сон преследовал его уже давно, но он не придавал ему значения. «Сны существуют лишь в голове, и там им и место. У них нет доступа к реальности», – так он себя успокаивал.

– Вот и отпуск закончился. Ну и отстой, как хочется поспать подольше, – пробормотал Ди и прикрыл глаза, но тут же резко замотал головой.

Разве так должен мыслить капитан, руководящий самым эффективным и мощным отрядом на службе у Империи? Да уж, есть слово «надо» – значит, надо.

Поднявшись с постели, Ди оглядел свою комнату. Лучи солнца били через окно напротив кровати – повесить шторы на них руки так и не дошли. «На хрена я решил поставить панорамные окна?» – почесав голову, задумался он. «Да у нас такой оклад, что аж девать иногда некуда. Ну вот и отлично: сам спросил, сам ответил», – посмеялся он.

Довольный своим умозаключением, Ди подошел к шкафу в дальнем углу комнаты. Выбрав обычные джинсы и футболку, вышел в коридор. Из него можно было попасть еще в одну комнату, в ванную и на кухню. Понимая, что завтракать ему придется чем попало, он решил проследовать на кухню в надежде найти там что-то съедобное. Удача была на его стороне: на столе, который находился в центре кухни, его ждала целая тарелка каши с подложенной под нее запиской. Ди был приятно удивлен. Он догадывался, чьих это рук дело, и его предположение подтвердилось, когда он достал записку из-под тарелки и начал ее читать. «Привет, братец, я заскочила к тебе сегодня, пока ты спал. Решила тебя покормить, все равно ты сам ничего не приготовишь и будешь отсыпаться. Поэтому приятного аппетита! И еще: сегодня после всех дел свяжись со мной, надо встретиться и поболтать. Лиз».

– Спасибо, сестренка. – Ди улыбнулся, сел за стол и принялся завтракать.

Лиз была для него единственным родным человеком в этом мире. Она заботилась о нем после смерти мамы, пока Ди не достиг совершеннолетия, но и после продолжала помогать, делая такие маленькие подарки. Лиз была старше всего на четыре года. Когда их матери не стало, она поняла, что эту ношу ей придется взять на себя, и пыталась быть хорошим примером для своего брата. Хоть Ди и не всегда был доволен ее методами воспитания, с годами все больше осознавал, насколько обязан ей. Она была для него примером. Именно Лиз научила его основам боевых навыков и пыталась натаскать в магии элементума. «Если бы не она, где бы я был сейчас?» – подумал Ди, смотря в уже пустую тарелку из-под каши.

Он поднял глаза на часы, которые висели на стене. Стрелки показывали девять тридцать. Встреча с куратором была назначена на десять. Пройдя в ванную и почистив зубы, Ди посмотрел в зеркало. В нем отражалась уставшая физиономия человека, прошедшего через множество битв и злоключений. Нестриженые растрепанные волосы выдавали безразличие. «Какая разница, как идти в бой и умирать, чистым и опрятным или неряшливым и грязным?» – думал Ди. Немного кривой нос от перелома на одном из заданий, шрамы на брови и под губой служили ему напоминанием о том, где он служит и чем занимается. Боец, солдат и воин – таково его призвание. Только в битве он чувствовал, что живет не напрасно, ведь он защищал свои идеалы и идеалы всех людей Империи. Кто-то дерется ради забавы, а кто-то из-за отсутствия выбора. Ди же сражался потому, что надеялся, что именно таким образом он сделает мир лучше.

Выйдя из ванной, он вернулся в комнату и достал из-под кровати чемодан размером с человека. Введя код, составляющий четыре цифры – один три ноль один, – он открыл его. В нем лежал гигантский меч Ингенс Сворд: шириной он был примерно со спину человека, а в длину практически доставал до пола от той же спины. Чтобы его удержать, нужно было иметь недюжинную силу. С виду Ди не выделялся физической формой, и, смотря на него, сложно было предположить, что он не то что драться, хотя бы поднять его сможет. Так и было поначалу: когда меч выковали по его заказу в бюро, он понял, что придется попотеть. Он только пытался удержать его в двух руках, и то это с трудом получалось. Постепенно приспособившись и окрепнув физически, Ди стал мастерски применять его в бою. Но даже сейчас на то, чтобы использовать Ингенс Сворд хотя бы двумя руками, у Ди уходило много сил и энергии. Поэтому он всегда старался закончить бой как можно быстрее, и пока эта стратегия не подводила.

Сперва Ди достал из чемодана страховочный ремешок для ножен и накинул его через плечо, плотно затянув в районе груди. После он закинул меч за спину и быстрым движением засунул его в ножны. Клинок висел ниже колена, не доходя до лодыжки, а рукоятка выступала из-за плеча. Потянувшись и глубоко вдохнув, Ди вышел в коридор, накинул куртку и покинул квартиру.

Во дворе Ди оглянулся, посмотрев на свою пятиэтажку, и, развернувшись, направился прямиком к башне, которая гордо высилась на горизонте и очень сильно контрастировала с остальными домами. Сложно было ее не заметить, даже из дальних кварталов можно было разглядеть ее. Сама башня состояла из двухсот этажей, плюс около тридцати подземных, и занимала площадь в сорок тысяч квадратных метров. Именно в этом здании были сосредоточены основные силы Империи. Там решались большие политические вопросы, проектировались новые оружейные разработки и, конечно же, обучались солдаты, которые и будут выступать основной единицей в бою. Башня представляла собой маленький город, в котором было все для комфортной жизни: зоны отдыха, кафе, салоны красоты, забегаловки, бани, а также комнаты и пентхаусы, в которых проживали рабочие, солдаты и само руководство. В этот проект было вложено много сил и времени, а бюджет, по слухам, составлял примерно одну седьмую всего бюджета Империи. Все было сделано для того, чтобы люди, стоящие на защите своей земли, чувствовали себя комфортно.

Дом Ди располагался в пятнадцати-двадцати минутах ходьбы, примерно как и дом Рю. Ви нужно было идти дольше, около получаса, а дальше всех жил Нико – ему приходилось использовать общественный транспорт. Мари же и вовсе не требовалось далеко ходить, ведь она жила в башне, но иногда, конечно, уезжала к родным на окраину города. Оттуда ей приходилось ехать больше часа.

Идя к башне, Ди смотрел выше горизонта. Дорога к башне давно стала для Ди привычной. На пути ему неизменно встречались одни и те же домишки, бизнес-центры, больница, большой детский комплекс. Все это строилось еще после Третьей войны – для новостроек места в центре не было, и город стал расти вширь и охватывать новые территории, строить высокие небоскребы, магазины, бутики, кафе для лучшей жизни своих граждан. Сам же центр состоял из одних высоток – это уже был отдельный маленький город в составе огромного мегаполиса. Инфраструктура постоянно развивалась. Одни следили за изменениями с тоской, другие – с надеждой на светлое будущее. Было лишь ясно, что как раньше уже точно не будет.

Серые, желтые, красные дома пересекались между собой, образуя перекрестки, площади и бульвары, где кипела жизнь. Машины заполняли дороги. Стоило изобрести всего одну, как люди словно сорвались с цепи и побежали создавать спрос на новые десятки тысяч. И вот уже бесконечные пробки тянулись от самого центра города до выезда и наоборот. Ди не обращал внимания на это, он повсюду передвигался пешком. Машины, квартиры, комфорт – ему все это было ни к чему. У него и так было все, что нужно: хороший гонорар, который некуда было тратить, работа в шаге от дома, друзья рядом, да и сам он был молод и полон сил.

При этом на его долю уже выпало немало испытаний. Как и для всех, шестнадцатилетние стало для него важным этапом, все на этой земле взрослеют в шестнадцать лет, именно тогда наступает совершеннолетие, первая ответственность и право выбора профессии. У каждого своя судьба, но объединяло всех одно: мир был жесток. Об этом Ди напоминало оружие прохожих, которое он рассматривал по пути в башню. Каждый третий был вооружен. Каждый ценил свою жизнь и не хотел расставаться с ней. Каждый понимал, что его окружают такие же люди, и никто не знал, когда другие решат воспользоваться своим оружием. Даже в самом центре Империи, в столице Грандис, никто не чувствовал себя в безопасности. И старики, и дети – все могли стать жертвами убийц, насильников, воров, сумасшедших и отчаявшихся.

Пока Ди, как обычно, был полностью захвачен мыслями, он и не заметил, как добрался до башни. Перед ним предстала аллея со статуей героя, первым изобретшего и взявшего в свои руки меч. Имя гласило – Гур. По легенде, он выковал первое настоящее оружие и первым пролил кровь. Любопытно, что вторую часть легенды замалчивают. Никому не нужен герой-убийца, достаточно того, что благодаря ему оружейное дело стало процветать и живо до сих пор. «Почему за столько лет не изобрели ничего практичнее, чем меч или копье? Может, когда-нибудь появится оружие, способное убивать людей и безликих одним движением пальца?» – думал Ди каждый раз, глядя на статую.

Пройдя фонтаны и деревья, обрамлявшие аллею и придававшие ей уют, Ди зашел в башню. Как обычно, его встретил просторный холл со стойкой ресепшена. Слева от входа располагалась кофейня, справа – столики администрации. Ди подошел к одному из них. Девушка за столом подняла на него взгляд и усмехнулась.

– Кому-то влетит за прогул собрания, – сказала она.

Ди хорошо знал ее – она работала здесь еще до того, как его отряд официально заступил на службу. Однако их общение ограничивалось короткими «привет» и «пока».

– Ну, не в первый раз, – отмахнулся он, показывая пропуск.

– Проходи, только берегись своего куратора, он сегодня очень хмурый.

– Видать, понял, что мы вышли из отпуска! – крикнул Ди и прошел через турникет.

Коридор привел его к лифту. «Хоть бы не встретить еще одну знакомую рожу», – промелькнуло у него в голове. Двери лифта открылись. Из него вышла группа людей, среди которых выделялся один воин. Его золотая шпага торчала из ремня, а сам он был одет в элегантный наряд, резко контрастировавший с видом окружающих. Он бросил взгляд на Ди и ухмыльнулся, проходя мимо. Ди сделал вид, что не узнал его, и зашел в кабину.

Лифт охватывал двадцать этажей: со сто восьмидесятого до пентхауса на двухсотом. Ди же направлялся на самый верх. Он нажал на нужную кнопку, и не прошло и минуты, как прозвучал характерный звук, извещающий о прибытии. Ди вышел и направился по коридору с красным ковром к единственной двери на этаже. Открыв ее, он прошел внутрь.

Внутри первым делом бросалось в глаза панорамное окно от пола до потолка. На кухне, казалось, мог поместиться целый полк из двадцати человек. В совмещенной с ней лоджии находились диван и гигантская плазма, а также лестница на второй ярус пентхауса с пятью комнатами. Все это обустраивалось специально для их отряда.

– О, какие люди! Опять все собрание проспал, гнида, – послышался голос из дальнего угла.

Ви сидел на диване и смотрел новости – сообщавшие о повышении преступности аж на десять процентов. Он был одет как обычно: шорты с кроссовками, майка и накинутая небрежно кофта, – все подчеркивало его мускулистую фигуру, хоть он и был самым низким в команде. Лицо – открытое, с легкой улыбкой и мягким взглядом – создает впечатление уравновешенного, доброжелательного человека. Кажется, что он спокойный, немного задумчивый, с внутренним чувством юмора и легкости, но разговаривал при этом всегда прямо и даже грубовато. Короткая стрижка завершала его образ.

– Да проспал. Я надеюсь, ты, как истинный патриот и герой нашего отряда, отдувался за нас?

– Я че, похож на самого ответственного? – ухмыльнулся Ви. Он отвлекся от телевизора, и парни обменялись рукопожатиями.

– Ну да, ты же на последних четырнадцати собраниях один гордо докладывал о наших успехах. – Ди почесал затылок. – Если ты тут один, почему не написал в чат?

– На хрена? Пока никого нет, можно потупить в телик. Как отпуск прошел? – перевел тему Ви.

– Как обычно, спал, тренировался и тусовался с вами, если ты не помнишь. Твою мать! – вдруг осенило Ди. – Сегодня же день рождения Мари, ей исполняется шестнадцать, теперь она совершеннолетняя!

– Точняк. Ну, раз такое дело, надо бы ей организовать стол. Пусть впервые оттянется.

– Опять пить?

– А есть варианты? Она всегда такая скромница. Пора бы вкусить отвязной жизни. Плюс днюха же. Как она откажет нам, если мы ее позовем все? Она и так заботится о нас на поле битвы, смотри. – Ви показал шрам на ноге от коленки до ступни. – Помнишь, безликая падла вцепилась так, что пришлось с кожей вырывать? Так она своей магией голубой крови меня привела в порядок, и теперь как будто слепень ужалил. Пора бы и нам отдать должок.

Ди кивнул. В коридоре послышался звук поднявшегося лифта, после чего в комнату вальяжно зашел Нико в своей излюбленной манере и высокомерно оглядел присутствующих. Черные кудряшки, завязанные в хвост, выделяли его из отряда. Квадратное лицо и ехидный взгляд выдавали его статус. Как и рубашка с джинсами. Он будто пришел не на работу, а на курорт.

– Здрасьте, – бросил он. – Я удивлен, что пришел третьим. Думал, ты, как всегда, решишь поспать, капитан.

– Хватит нагонять пафос, я, вообще-то, на собрании был, – саркастично парировал Ди.

Нико же в ответ нервно посмеялся.

– Пятая война начнется раньше, чем ты соизволишь прийти на собрание своего отряда. Кстати, сегодня у Мари день рождения.

– Да-да, план уже есть! – выкрикнул Ви, не отрываясь от телевизора. – Пойдем в бар недалеко отсюда – в паре кварталов.

– Стоп, я думал, мы посидим в баре здесь, в башне, – удивился Ди.

– Ты же сам знаешь, что они льют мочу вместо пива. Плюс, если куратор застукает, снова будет читать лекции, урежет оклад и, не дай бог, пошлет нас на тренировочную симуляцию.

– Да уж, не подумал.

– Эх, капитан, почему же вы так недальновидны? – съязвил Нико.

– Ну, я все-таки капитан на поле боя, а не в повседневной жизни. Там я достаточно дальновиден, чтобы спасти твою жизнь.

Нико потупил взгляд, вспомнив случай, на который намекал Ди.

Дверь снова открылась – теперь появился Рю, как всегда тихий и аккуратный. Никто даже не услышал его шагов, хоть он и не уступал капитану в росте. С виду обычный парень, ничем не выделяющийся. Ленивый взгляд из-под зачесанной набок длинной челки. Он выглядел более уставшим, чем обычно. Воина в нем было сложно разглядеть. Особенно учитывая его дорогущие шмотки. Он умеет держаться непринужденно и наблюдать за происходящим со стороны.

– Рю, поздравляю, тебя отстраняют от службы, – с ухмылкой произнес Ви. – И ведут на трибунал.

– Наконец-то! – прорычал Рю. – Отличные новости с утра. Жаль, что не настоящие.

Он прошел на кухню к холодильнику.

– Так, что тут пожрать можно?

– Не успел прийти, как сразу есть. У тебя что, дома еды нет? – закатил глаза Нико.

– Извините, мои родители сейчас в Министерстве, поэтому не могут мне готовить каждый день, – ответил Рю, доставая колбасу и хлеб.

– А самому научиться? – уточнил Нико.

– Да на фига надо? Че, бухаем сегодня? У Мари день рождения.

– Ты помнишь? – удивился Ди.

– Конечно. У меня уведомления пришло в «Солусе». И вы бы помнили, если бы звук включали на телефонах.

– Вот что странно, – с задумчивым видом произнес Ди, – почему за семь тысяч лет, что насчитывает история нашей планеты, изобрели приложение, которое помогает запоминать дни рождения, а жить в мире и лечить неизлечимые болезни по-прежнему не научились? Неужели все ученые такие бездарные?

– Хватит демагогии! Где Мари? Вообще, она обычно одной из первых приходит, – наконец-то встав с дивана, воскликнул Ви.

– Она всегда в отпуск уезжает к родителям на другой конец города. Скорее всего, просто опаздывает. Может, поезда тормозят, – ответил Ди.

– Знаете, кого увидел, когда шел сюда? – заговорил Рю с набитым ртом. – Этого, как его… – Рю опустил голову и попытался поскорее прожевать и продолжить свою мысль. – Рафо, – наконец-то произнес он. – Шел, как всегда, важный, весь из себя, шпага сияет.

– Я встретил его у лифта, – подтвердил Ди. – И был весьма удивлен, что он тут. Я думал, их отряд, как всегда, на каком-нибудь задании.

– Эти легендарные оружия делают что хотят, они самые сильные воины Империи. Странно, что они до сих пор нас не убили за то, что нам выделили пентхаус на последнем этаже башни, – высказался Нико.

– Да ну, самые сильные? А мы тогда кто? – вскрикнул Ви. – Мы самый мощный отряд, и, я думаю, в честном бою пять на пять они бы нам всрали, и никакие золотые мечи и копья не помогли бы. – Он вышел в центр комнаты. – Серьезно, зачем им позолотили оружие? Понты? Типа, они такие крутые? – Возмущение Ви нарастало.

– Нам всем по шестнадцать, а им уже под тридцатник. Они заслужили это многочисленными сражениями. Каждый из легендарных оружий стоит сотни бойцов. Я думаю, нам с ними сейчас не тягаться, вот подрастем, подкачаем навыки – тогда и вмажем им как следует.

Из коридора вновь послышался звук лифта. Быстрые и легкие шаги сразу выдали Мари. Незаменимый член отряда, именно она была ложкой меда в бочке дегтя, разбавляя мужской коллектив своей женственностью. Голубой и серый цвет глаз сливались воедино, волосы до плеч, маленькие ушки, носик и челка по лоб – ее лицо было прекрасно, на нем не было ни одной царапины. Отряд всегда защищал ее во время боя и стоял горой, чтобы никто не смог даже прикоснуться к ней. Ведь единственной девушке в коллективе негоже плакать от ран и ходить в синяках. Они все уважали и любили ее по-своему, понимая, что до такой девушки им не дотянуться. Даже если бы осталось два человека на земле, она и кто-то из них, она бы отказала. Слишком сильной и независимой была. Или же хотела такой казаться.

– Привет, мальчики! – проворковала она.

– С днем рождения! – выкрикнули все, кто стоял в комнате, не успела она зайти.

– Счастья там и всего такого, – добавил Рю, доев бутерброд.

– Спасибо! – улыбнулась Мари, немного опешив и растекшись в улыбке.

– Капитан, где подарок? – спросил Нико.

– Лучший подарок – это мы.

– Это точно, – сказала Мари, после чего начала обнимать всех присутствующих.

– Так, сегодня празднуем, – сказал Ви. – Идем в бар, мы угощаем.

– Ой, ладно, я не хочу пить, – начала сопротивляться Мари.

Рю подошел к ней и положил руку на плечо.

– Надо, – твердо сказал он.

Мари опустила взгляд. Она не могла сказать «нет» в такой ситуации. Зная этих людей уже очень давно, она понимала, что они просто хотят порадовать ее, чтобы забыть хотя бы на один вечер обо всех проблемах и тяготах.

– Полагаю, выбора нет, – вздохнула она. – Ладно, я согласна.

– Другое дело, – ответил Рю.

– И-и-и, – протянула она, – скажите, что сегодня было на собрании?

– Ха! – усмехнулся Ви. – Ну, есть желающие? Тогда так и быть, я скажу. В общем, бумажная волокита, отчет о наших результатах. Ну и, – он сделал паузу, – подняли вопрос о пропаже отряда S.

Все насторожились. В последнее время в мире происходили вещи, которые явно будут иметь глобальные последствия. И все в комнате понимали, о чем идет речь.

– Разумный безликий – адская смесь, – нарушил молчание Рю. – Он все еще выходит на связь?

– На собрании так далеко не заходили. Видать, какие-то аспекты очень секретны.

– Я думаю, наш куратор скоро поделится с нами информацией, – подметил Нико.

– Отряд S был отправлен на север от столицы и пропал. Думаете, это наш террорист стоит за их пропажей? – рассуждал вслух Ди. – Если это так, то по нашей земле разгуливает опасный человек, который делает что хочет, а страна просто ждет. Даже если он пришел из Пустоши, как он сумел преодолеть половину Империи незамеченным?

– Где же наш наставник? Уже почти одиннадцать. Мне надо еще с братом встретиться, – сменил тему Рю. – И во сколько мы все собираемся?

– Капитан, пора отдать приказ! – выкрикнул Нико.

– В семь тридцать перед башней. Ровно! – отрезал Ди.

– Удобно, мне даже идти никуда не надо, – обрадовалась Мари. – Столько дел еще. Так что в самый раз.

– Ну все, виновница торжества довольна, – улыбнулся Ди.

В коридоре вновь послышались шаги. Все пятеро обернулись к двери. Спустя секунду появился высокий мужчина с едва начинающейся сединой, однако ему было все равно, ведь возраст в его понятии значения не имел. Его выразительный взгляд и зачесанные вихрем волосы притягивали внимание. Он был одет с иголочки: красный пиджак с золотыми вышивками, дорогие брюки, кожаные перчатки и сапоги, у пояса висел до блеска отполированный меч. Все в его облике подчеркивало высокий статус. Именно этот человек мог усмирить одних из самых сильных воинов Империи. Пылкий нрав и отцовская строгость внушали уважение. И все в отряде почитали его как наставника и руководителя. Зная, что он никогда их не предаст и не бросит в беде.

– Здравствуйте, мастер Кан! – почти хором сказали они.

Он поднял бровь и хмуро оглядел своих подчиненных.

– Для начала, Мари, с днем рождения! – заговорил он. – Поскольку ты именинница, то тебе прощается. Так, а теперь с кого мне начать? – угрожающе сказал Кан. – Кого наказывать первым? Тебя, – он указал пальцем на Рю, – главного бунтаря и бездарь? А может, ты? – Он бросил взгляд на Нико. – Никому не доверяющий и мистер отсижусь-в сторонке. Или все же начать с тебя? – Он подошел к Ви.

– А я что? – спросил тот. – Я был на собрании.

– А, значит, ты у нас самый правильный. Пришел на собрание, закинул ноги на стол и делаешь вид, что ты круче своих сослуживцев. Лучше бы за компанию со своей командой отсыпался дома, – надменно сказал Кан. – А я знаю, с кого начну. – Он повернулся к Ди. – С капитана, который подает вам дурной пример.

– И чем же? – с недовольством спросил Ди.

– То есть тебе надо пояснить? Ладно. Первое: твоя команда разобщена. – Наставник начал загибать пальцы. – Они делают что хотят. Второе: нет никакой дисциплины. Третье: вы неорганизованны и ленивы. Четвертое: ведете нездоровый образ жизни в своем юном возрасте. Напиваетесь в барах и позорите честь солдата. Пятое…

– Пятое, – перебил его Ди, – из всех ста тридцати восьми миссий мы провалили только одну.

Кан фыркнул.

– Если бы не это, вас бы уже расформировали, и кто знает, что бы сделали после.

Вдруг он резко поник и смягчил голос:

– Я желаю вам лучшей жизни. Хочу, чтобы вы росли хорошими людьми. Служили честно. Поверьте, я знаю, что верхушка делает с неугодными. И не желаю этой участи для вас. Вы же FOUND A, лучший отряд Империи. Ведите себя подобающе.

В комнате воцарилась тишина. Все понимали: мастер желает им лишь добра, и все его поучения важны. Он многое пережил – все знали, что Кан и его отряд были героями войны, показывая лучшие результаты на поле боя. Однако после войны Кан словно стал другим человеком. Никто не знал, что случилось с его братьями по оружию, а сам он молчал. Ходили слухи, что из-за обнаружения каких-то секретов Империи их убили или депортировали в Министерство. Кан ни с кем это не обсуждал. И именно он вызвался курировать проект FOUND: лично собрал отряд FOUND A и стал его наставником. Делал ли он это, чтобы залечить старые раны и искупить вину за своих товарищей, или просто подчинялся приказам Империи – никто не знал. Однако все в отряде FOUND A понимали, что он добрый человек и готов пожертвовать многим ради них.

– Ладно, давайте вернемся к сути дела, – сказал Кан, выйдя в центр комнаты. – Ваш отпуск закончился, и пришла пора приниматься за работу. Как вы уже понимаете, все, что вы сейчас услышите в этой комнате, остается между нами, это сверхсекретная информация. Ситуация требует срочного вмешательства, поэтому завтра вы вылетаете на задание.

– Уже? – опешила Мари.

– К сожалению, – повысил голос Кан. – Поэтому понадобится полная секретность.

Кан осмотрелся в комнате. Он что-то искал. Его взгляд упал на стол перед телевизором. Он подошел, взял пульт с журнального столика и включил тонировку на окнах. Вскоре на них появилось голографическое меню с папками, которые были пронумерованы от единицы до ста тридцати девяти, по количеству миссий. Зайдя в папку под номером сто тридцать девять, Кан нажал на картинку, и перед ними открылась карта материка с небольшим островком земли к юго-востоку от него.

Три линии вот уже около пяти веков делят разные идеологии и общины. Три линии, прочерченные кем-то уже давно, чтобы разделить людей между собой. Территории, охваченные ими, были равны. И подписаны большими буквами. Левый кусок карты занимала надпись «Министерство», правый – «Империя», а нижний – «Пустошь». Министерство чтит традиции и стремится к миру. Империя – наращивает армию и развивает технологии. А Пустошь – мертвая земля, где обитают самые опасные существа – безликие. Мир между тремя державами хрупок, лидеры каждой действуют в своих интересах.

– Внимание, – повернулся Кан к экрану. – Как вам, возможно, уже рассказал Ви, на собрании был поднят вопрос о пропаже отряда FOUND S.

Он перевел курсор к северной части Империи и увеличил масштаб карты.

– Как вы знаете, они отправились на миссию в деревню Отиум, – он обвел курсором на карте скопление домов, – поскольку оттуда перестали выходить на связь. Там находится шахта, где добывают железо, а рядом город, через который идет его поставка в столицу. Меньше чем через три часа после прибытия отряда для выяснения ситуации их маячки были отключены. Вот их последний рапорт.

На экране появился аудиофайл, и из колонок послышался шум:

«Прием, докладываем, подходим к деревне, контактов нет. Очень странно, как будто даже живность вымерла… Прием… У нас помехи, такое чувство, что-то глушит сигнал… Видим… эвакуацию!..»

Запись прервалась белым шумом.

– Налет? – спросил Рю.

– Чтобы FOUND S не справился с обычным налетом? – скептически протянул Нико. – Плюс они сказали, что контактов нет, значит, и в деревне никого не было. Я думаю, здесь замешаны не обычные мародеры. Но и вряд ли это безликие. Они не могли оказаться на севере незамеченными.

– Именно, – подняв вверх палец, подтвердил Кан. – Теперь дальше.

Он открыл следующий файл, который оказался изображением безликого. Это были существа, под маской которых скрывался человек. Обретя цель в жизни и волю, он мог сломать маску, вернуть себе разум, чтобы начать двигаться к этой цели, и при этом продолжать использовать ярость и силу безликого. Однако далеко не всем это удавалось – большинство оставались дикими существами, движимыми животными инстинктами.

Маска отличалась от обычного безвольного существа. Со странными узорами и двумя прорезями для глаз вместо одной большой. Ди подошел ближе и присмотрелся.

– Альфа, – произнес он.

– Так точно. Этим следовало заняться еще до вашего отпуска. Но решили, что это обычный безликий террорист, коих полно: шлет угрозы и предрекает смерть всем людям. Однако череда последних событий заставляет полагать, что это именно он стоит за атакой на деревню.

– Бред! – воскликнул Ди. – Чтобы один альфа стоял за исчезновением целой деревни и перебил отряд S?

– Тише, Ди, – остановил его Кан. – Я понимаю, для тебя это больная тема. Но у нас есть кое-что еще. Как вы знаете, все сообщения в Империи отслеживаются. И мы без проблем можем понять, откуда исходит сигнал. Это сообщение мы перехватили за две недели до потери связи с Отиумом на западе столицы.

Он включил еще одну запись. После нажатия кнопки вновь из колонок послышался шум, а после слова:

«Ну, здравствуйте. Я знаю, вы меня услышите, перехватив это сообщение. Я все о вас знаю, долбаное тоталитарное общество! Каждый из вас и ваших лидеров виновен в том, что произойдет в ближайшее время. Я принесу возмездие. Вы все скоро это увидите».

– Вот придурок, – сказал Ви. – Мы таких валили десятками.

Кан никак не отреагировал и включил следующий файл:

«Как я и говорил, это было лишь начало. Можете посылать сколько угодно своих псов. Я не против. Поймите, вас не спасут солдатики, скоро ваши враги будут повсюду. И следующий удар придется в самое сердце».

– Это сообщение было отправлено из Отиума после пропажи отряда FOUND S. Террорист явно много знает о нашей системе безопасности. Он был в курсе, что мы перехватываем все сообщения и что к нему отправят бойцов. Противник опаснее, чем кажется. И высшим руководством был выдан приказ ликвидировать его. После потери связи с отрядом S было решено взять в кольцо сектор Отиума и не выпускать никого.

Кан снова открыл карту и обозначил оцепленную зону, находящуюся на расстоянии около километра от деревни.

– Отряды, держащие сектор в окружении, рапортуют каждый час. И местность за все время никто не покинул. Поэтому мы предполагаем, что террорист все еще там. Вы будете переброшены в окруженное кольцо. Ваша задача – найти и ликвидировать его. Для отряда FOUND A это пустяковое задание. Все основные инструкции отправлены на ваши смартфоны. Вылет завтра в девять, прошу не опаздывать. Вопросы?

Все бойцы смотрели на наставника. От прежнего веселья не осталось и следа. Они были готовы. Именно этот взгляд давал понимание, что они сделают все, чтобы выполнить задание и снести любого, кто встанет у них на пути.

Кан выпрямился и произнес громко и четко:

– Удачи, FOUND A!

Глава 2. Доверие Мари

После ухода Кана повисла тишина. Каждый переживал новость по-своему: кто-то был недоволен, что едва они вернулись из отпуска – сразу получили новое задание; другие, наоборот, были рады сразу приняться за работу и размять застоявшиеся за время отпуска кости в настоящем бою.

– Что ж, дел по горло, – нарушил тишину Рю. – Поеду я к брату. Плюс надо еще подготовиться. В семь тридцать встречаемся, – бросил он, направляясь к выходу.

– Ты что планируешь делать? – Ди повернулся к Мари.

– Ой, дел по горло: анализ крови, проверка навыков. Тяжело быть носителем голубой крови, знаете ли. Еще рапорт о последнем задании писать. Ну и самой тоже подготовиться, мои вещи все здесь. А, ну и, я так понимаю, снаряжение для всех тоже я буду собирать. Значит, еще в отдел снабжения. В общем, найду что поделать.

– Ты даже в свой день рождения не отдыхаешь. Мне бы такое рвение. Ладно, я домой, а то я даже оружие не взял с собой. – Нико показал на пустой ремень, где обычно болтались его катаны, и вышел.

– Погнали, Ди, – кивнул Ви в сторону двери.

– Что ж, Мари, удачи! Родина помнит о вас! – добавил капитан, и они тоже ушли.

Мари поднялась в свою комнату на втором этаже. Осмотрев ее, она поняла, что это место снова станет ее обителью на ближайшие полгода. Подойдя к кровати, она кинула на нее сумку и прошла к шкафу. За дверцей ее ждал знакомый гардероб – не девушки, а солдата. Потрепанная черная униформа, сапоги, перчатки, комплекты зимней и летней формы, оставленные перед отпуском. Она долго смотрела на вещи и думала о том, как бы могла выглядеть ее другая жизнь, обычная, где ты не рискуешь ею, а наслаждаешься. Но судьба распорядилась иначе: она – воин и убийца. Даже девушкам в этом мире приходится непросто.

После раздумий она вытащила из ящика барсетку. Затем сняла с вешалки спортивный костюм для тренировок. Пришло время ей переодеться. Сняв ремешок с небольшим футляром, она положила его в сумку, после, быстро скинув с себя прогулочную одежду, начала надевать лосины, а затем поменяла уличную майку на спортивную. Потом села за стол и достала из ящика папку. На ней было выведено число: сто тридцать восемь. Их последнее задание. Она открыла и пролистала – ее рапорт был составлен уже давно. Все отчитались в письменном виде. На последней странице рукой Ди было написано: «Объект ВЕРОНИКА спасен». Мари ударилась в воспоминания: переброска близ Пустоши, разъезды на машине от точки к точке, чтобы спасти маленькую девочку и любой ценой доставить ее в Империю.

Закрыв рапорт, Мари положила его в сумку. Ей нужно было доставить его в офис директора солдат Шабо. При одной лишь мысли об этом по ее спине прошел холодок. Хладнокровный военачальник Шабо был одним из представителей башни, который отвечал за военную структуру. Он поднялся на эту должность не просто так, а за самые безумные и жестокие поступки во время войны – он пытал своих врагов самыми различными способами. Его прозвали Белым Демоном – во время войны он носил не черную форму, а белую, чтобы выделяться среди прочих. И все недруги на поле боя знали, где именно он находился, и сами шли к нему в руки. Теперь же он заседал в совете директоров башни, который напрямую отчитывался перед императором. От воспоминаний о его змеиной ухмылке Мари передернуло.

Она уже собиралась выходить, как ее взгляд зацепился за маленькую фотокарточку на зеркале над шкафом. Она непроизвольно улыбнулась, увидев свой отряд – еще детьми, только заступившими на службу. На этой фотографии им было по двенадцать, и это была их первая совместная тренировка. Но времени на воспоминания не было, нужно было идти.

Быстрым шагом она покинула комнату и вышла из пентхауса. «Первым делом рапорт», – проговорила она про себя и зашла в лифт.

Оказавшись на нужном этаже, Мари вышла и направилась к офису директора. Как ни странно, но офис находился на рабочем этаже – директор предпочитал быть наравне с другими солдатами и выбрал себе кабинет под стать. Никаких огромных залов и ковровых дорожек, Шабо это было не нужно. Он был человеком дела, роскошь и материальные блага волновали его меньше, чем преданность стране.

Башня была цилиндрической формы: внутри, перегнувшись через перила, можно было увидеть, что творится на всех этажах, и рассмотреть главный холл. С внешней стороны располагались помещения и офисы, уходившие вглубь. По пути Мари сталкивалась с разными взглядами окружающих: кто-то испытывал страх, кто-то злобу или зависть, лишь несколько человек улыбнулись ей, хотя неизвестно, насколько искренне. Как-никак состоять в одном из сильнейших отрядов Империи – это не только слава и почет. Каждый взгляд на нее отображал эмоцию, но она эмоций по отношению к этим людям не испытывала. Первое время ей было обидно, что они рисковали жизнями за этих людей, а в ответ получали слухи и сплетни за спиной. Если хочется что-то сказать, подойди и скажи в лицо – так она думала. Но в конечном итоге она научилась подавлять это чувство и спрятала его глубоко внутри себя.

Их отряд хоть и считался секретным, но люди, причастные к FOUND, знали о нем. Другие же просто знали, что существует такой проект, где отряды делились по буквам – от A до Z, а чем именно они занимались, уже были не в курсе. В башне они всегда выделялись на фоне других своей униформой, по сути, воины FOUND были вторыми по силе после золотых оружий.

Погрузившись в мысли, она и не заметила, как оказалась перед дверью директора. Офис под номером тысяча один. После непродолжительной паузы она постучалась и, не дожидаясь ответа, зашла внутрь.

Офис директора выделялся среди прочих. Как бы он ни хотел, но он должен соответствовать имиджу управляющего. Продолговатый зал, по бокам два пустующих стола, в центре – рабочее место директора. Позади него – гигантское окно с видом на центральную часть города. С потолка свисали флаги Империи, на которых был изображен город с кулаком, возвышающимся над ним, символ силы и прогресса. За столом сидел короткостриженый мужчина лет тридцати, среднего роста. Он что-то разглядывал в компьютере. Холодный взгляд светло-голубых глаз из-под очков источал равнодушие. Добродушное лицо и натянутая улыбка вызывали доверие, но оно было обманчивым. За этой маской скрывался безжалостный убийца со шрамами, доставшимися ему от самых опасных врагов. Сейчас же он выглядел как обычный офисный работник: низкий, слегка сутулый. И все же что было бы, если бы он встретился им на поле боя в свои лучшие годы, об этом приходилось только гадать.

Он не сразу увидел Мари, однако, когда она приблизилась, поднял взгляд и улыбнулся.

– Здравствуйте, Мари, – спокойно сказал он. – Полагаю, вы ко мне с отчетом.

Мари молча открыла сумку, достала папку и протянула ее директору. Ей было некомфортно находиться с ним наедине. Она чувствовала себя словно в вольере со змеей, которая медленно гипнотизировала ее, чтобы после наброситься на свою жертву и сожрать ее целиком. Шабо открыл папку, вскользь пробежался по страницам, иногда задерживаясь на отдельных местах.

– Это задание потрепало нам нервы, – сказал он, не отрываясь от чтения, однако вскоре отложил папку и посмотрел Мари в глаза. – Я не видел вас после этого задания, так как вы сразу ушли в отпуск, поэтому вот что хочу спросить.

Он встал из-за стола и подошел к зеркалу.

– Вы же понимаете, что пошли наперекор прямому приказу. Уж не думали ли вы, что вам это сойдет с рук?

Мари задержала дыхание. Она знала, что этот разговор неизбежен, однако старалась не думать о нем. Отдать маленькую девочку на опыты голубой крови было слишком жестоко, и она убедила весь отряд заступиться за нее. Одну Мари вряд ли бы послушали, но если все выступят против, у них не останется выбора, и в ходе крайне напряженных переговоров с куратором и солдатами, которые должны были забрать девчонку, было принято решение оставить ее жить в Империи, выделить ей жилье. Пока она не достигнет совершеннолетнего возраста. Только после этого она пойдет на терапию, где из нее будут выкачивать ее голубую кровь. Нарушение приказа было большим риском, но выбора не было. Однако компромисс, который они нашли, вполне устроил обе стороны. После этого Мари решила взять всю ответственность на себя, никто в ее отряде против не был. Поэтому она и пришла не просто сдать отчет, но и защитить товарищей.

– Я не жалею о выборе, который сделала, – медленно выговорила она.

– Я не сомневаюсь и не осуждаю, однако поступок был безрассуден, – ответил Шабо, сводя руки за спиной. – Все, что делает Империя, идет на ваше благо. Девочке не причинили бы вреда. Но ваш отряд угрожал расправой другим солдатам. Ради чего? Мы могли бы отправить вас всех под трибунал. Знаете, как Кан просил за вас? Он молил, чтобы вас не наказывали.

Мари опустила взгляд, она не могла долго смотреть в глаза Шабо. Ей было страшно, и она осознавала свою вину. Сейчас она словно была на суде перед высшей силой, способной по щелчку решить ее судьбу. Шабо заметил это. Он знал, что она думает о нем, и не хотел выглядеть в ее глазах монстром.

– Я вас понимаю, я тоже был таким, жаждал справедливости, – примирительно начал он. – В вашем возрасте я творил вещи, которых не могу себе простить до сих пор. Не стоит переживать, в этот раз мы пришли к пониманию с руководством в отношении вас. Тем более все закончилось хорошо. Но в следующий раз, прежде чем совершать такие поступки, хорошо подумайте о последствиях. Все же вы добились своего, поэтому теперь за это вы не будете себя винить.

– Вы же никогда не владели силой голубой крови. Вы не понимаете, каково это, когда ее каждый раз выкачивают литрами, – сжав кулак, сказала Мари.

Шабо немного удивился, а затем искренне усмехнулся.

– Знаете, Мари, вы мне нравились всегда своей смелостью. Со мной мало кто может разговаривать так, как вы. Даже ваши друзья из отряда обычно молчаливы и редко сюда ходят. Но вы смелее, чем кажетесь. Однако не стоит заходить слишком далеко. Безрассудная смелость может привести к печальному исходу.

После этих слов он вернулся за стол и уставился в компьютер. Мари же проследовала к выходу и, оказавшись за порогом, выдохнула с облегчением. Смахнув капельки пота со лба, она постояла еще какое-то время. Что ж, теперь пора сдавать кровь. Ничего необычного.

Лабораторный отдел находился в подвальных этажах. Из лифта Мари попала сразу в большой белый коридор с рядами дверей по бокам, который напоминал лабиринт. Даже она, бывавшая здесь достаточно часто, не могла запомнить все развилки. Такое устройство было предусмотрено на случай нападения и чрезвычайных ситуаций, чтобы укрыть важных лиц. Система защиты в случае чего могла мгновенно заблокировать отдельные участки. Здесь было удобно держать оборону: узкие пространства не оставляли возможности для маневрирования. Сюда допускались только избранные сотрудники, поскольку здесь велись все научные разработки Империи, а также хранился главный архив со всеми отчетами, личными делами и результатами сверхсекретных экспериментов.

Мари знала дорогу наизусть: прямо до развилки, потом направо и, не доходя до конца коридора, налево. Она проделывала этот путь каждый месяц. И каждый раз на этом участке у нее начинала зудеть рука в области вен. Империя выкачивала из нее кровь для опытов в стремлении обуздать эту силу и сделать из нее оружие. Каждую обладательницу голубой крови брали под надзор. И если способность, хранящаяся в ДНК голубой крови, была достаточно сильна, девушку приглашали в башню – естественно, готовые оплатить любой каприз, лишь бы приобрести заветный образец мощной ДНК. Люди называли их способности отголосками магии прошлого, и у каждой носительницы голубой крови была уникальная сила. Однако на протяжении уже долгого времени исследования не продвигались. Спустя время выкачанная кровь теряла магические свойства. Иногда Мари не понимала: она заложница своей силы или все-таки это дар? Такие мысли занимали ее, пока она подходила к знакомой двери. Хотелось поскорее покончить с этим делом, поэтому она быстрым шагом прошла внутрь.

Кабинет был абсолютно белым. Длинный стол делил пространство пополам: с одной стороны сидел медперсонал в белых халатах, подчеркивающих окружение, с другой – три девушки, к которым уже были подключены трубки капельниц. Две были почти заполнены, одна – наполовину.

– Привет, кого я вижу! – воскликнула медсестра, сидевшая ближе к двери.

– Привет, Лу, – ответила Мари. Она знала ее: та часто брала у нее кровь, и они любили поболтать во время процедуры, но сегодня времени было в обрез. – Можно побыстрее разобраться с этим, а то дел по горло?

– Конечно, родная, садись.

Мари села и привычным жестом засучила рукав, напрягая мышцы.

– Ой, подожди, ты так торопишься, я еще не готова, – остановила ее Лу.

Она достала капельницу и подсоединила к ней трубку. После чего кивнула, и Мари зажмурилась и напрягла вену. Секундная боль – и расслабление.

– Ты сегодня какая-то прямо суетная, – заметила медсестра.

– Я уже убила около тысячи нервных клеток, а это только начало дня.

– Что случилось?

– Сдавала отчет о нашем последнем задании директору.

– Серьезно? – Лу подняла брови. – Я бы в офисе директора, наверное, свалилась в обморок.

– Не то слово, а еще сегодня проверка боевых навыков. Уже не могу, каждый месяц одно и то же. Неужели они думают, что я могу потерять контроль над своей силой?

– Эх, даже не знаю, завидовать мне или нет. Вот у меня нет голубой крови. С одной стороны, плохо, конечно, я бы хотела уметь делать крутые магические штуки. А с другой, смотря на тебя, как-то не хочется владеть силой. – Лу помотала головой.

– Интересно, какая сила тебе досталась бы, родись ты с клеймом? – спросила Мари.

– Надеюсь, мощная.

– А что значит «мощная»? Вот моя сила – мощная?

– Твоя сила нормальная. – Лу выдержала паузу. – Искры твои идеально подходят для боевых условий: и нападение, и защита, плюс даже раны лечат, – но до мощной магии недотягивают. Я вот недавно прочитала в новостной ленте. Ты в курсе, что в прошлом была женщина, способная своей магией управлять временем? Вот это мощно!

– Да уж. Я все же не знаю, хорошо это или плохо – иметь силу. У кого-то она вообще банальная – изменение формы предметов или копирование вещей, а кто-то управляет временем и созидает материю из ничего. Не знаю даже, чему отдала бы предпочтение. Либо сидеть себе тихо и не колоться каждый месяц, либо прийти к башне и устроить им апокалипсис.

Лу напряглась, наклонилась к Мари и заговорила намного тише:

– А ты в курсе, что именно этого и боится Империя: что однажды родится носительница голубой крови, которая по щелчку сотрет этот мир. Видать, Гот им преподала урок. Они ужесточили контроль, теперь к нам посылают всех подряд, даже девушек с банальными силами. Вон та, слева от тебя, – Лу показала пальцем на сидевшую через два стула от Мари девушку, – она может создавать свет из руки. – После Лу подняла руки и начала трясти ими. – Ну вот зачем нам такой образец ДНК? Как будто света мало?

Мари призадумалась.

– Почему только у женщин голубая кровь? У мужиков все просто: берешь меч, выпиваешь пива и бежишь с криками на врагов в надежде не умереть от шальной стрелы.

– Вот умора, – рассмеялась Лу. – Представила, что, если бы одни мужики были на континенте, они бы и недели не протянули. Все бы поубивали друг друга, а рожать некому.

Мари опустила голову, усталость навалилась на нее. Она подняла взгляд на капельницу – оставалось еще около трети. Девушки, которые сидели до нее, уже ушли, их заменили новоприбывшие.

– Ой, забыла совсем: с днем рождения тебя! – улыбнулась Лу.

– Спасибо. Ты запомнила? – Мари тоже оживилась.

– Нет, я же сказала, что забыла. Ну что, совершеннолетняя уже? Как отмечать будешь?

– Меня мальчики позвали в бар. Сказали, пора вкусить взрослой жизни.

– Это хорошо, какие заботливые они у тебя. Меня бы кто так поздравлял. Слушай, я хотела спросить, а ты себе кого-нибудь там приметила уже? Может, симпатичного?

Мари закатила глаза.

– Мне не до этого. Я хочу сначала свои планы реализовать, а потом о парнях думать.

– Эх ты, смотри, в погоне за планами вся молодость пройдет.

Лу посмотрела на капельницу, после резко встала и перекрыла клапан.

– Заболтались мы с тобой, – сказала она. – Все, не буду задерживать, беги.

Мари собрала сумку и, попрощавшись, вышла из кабинета. Действительно, за разговорами время пролетает быстро. Мари глянула на часы – уже половина первого. Следующей остановкой была тренировочная комната. Она решила в этот раз не пользоваться лифтом, а пройтись по лестнице: пара этажей вниз – и она на месте.

По пути Мари думала о словах Лу: неужели Империя полагала, что девочка, которую они спасли, владела голубой кровью, способной уничтожить людской род? Или, может, она просто обладала мощной силой? Мари не успела погрузиться в рассуждения: она часто ловила себя на мысли, что буквально теряет связь с реальностью. И не замечает, как оказывается там, где ей нужно. Так и сейчас, миновав пару пролетов и выйдя на нужном ярусе, в таком же белом коридоре, оказалась у тренировочного зала.

Внутри находилось настоящее спортивное поле. Высокие потолки – под двадцать метров, на стенах продолговатые балконы-трибуны по всей длине помещения с выходами на верхние этажи. С них люди наблюдали за тренировками солдат, соревнованиями и поединками, в которых каждый желающий мог попробовать себя. А наблюдавшие – почерпнуть что-то новое. Мари и ее отряд это уже не интересовало. Став шестикратными чемпионами арены два года назад, они поняли, что равных им в этом здании нет. Однако это было два года назад, и после этого многое поменялось. Мари хоть ценила дисциплину и частые тренировки, но эти состязания особо ее не привлекали. Поэтому она и не горела желанием уговаривать ребят снова принять участие в поединках.

На арене стояли люди, кто-то разминался, двое проводили спарринг, еще несколько просто сидели на скамейке. Мари увидела тренера и подошла к нему. Высокий, уже немолодой мужчина в спортивном костюме, с выпирающим животом, седыми волосами и уже проступившими морщинами на лбу гордо стоял посреди арены, заложив руки за спину. С виду это был уже не молодой и совсем не похожий на бойца мужичок, но отряд FOUND A помнил, как на первой тренировке он раскидал их как детей. Когда тренер разрешил напасть на него всем впятером, никто и подумать не мог о поражении. С того времени утекло много воды. Сейчас же, если бы они набросились на него все разом, то без проблем одолели бы. Но проверить это было не суждено. Кто знает, как могла сложиться это битва.

Тренер оглянулся и, заметив Мари, пошел в ее сторону.

– Рад видеть, Мари, – поприветствовал он ее.

– Взаимно, мастер Вэл!

– Какой я тебе мастер? Вам и самим впору становиться мастерами. Но твоим парням, видать, не до этого, все страдают подростковым максимализмом. Давненько я их тут не видел. Решили, что сильнее всех? Посмотрел бы я на них в бою с нашим Императором. Будь у каждого из них двойник, даже так они бы его не одолели.

Ворчание Вэла Мари пропускала мимо ушей. Она уважала старших и не хотела перебивать, поэтому просто улыбалась и ждала отмашки, чтобы начать тренировку.

– Ладно, чего это я, – тряхнул головой Вэл. – Я в их возрасте о таких навыках мог только мечтать. Так ты пришла как обычно? – Он с прищуром посмотрел на Мари. – Проверить способности или показать этим салагам, что даже такая хрупкая девушка может побить их?

Он усмехнулся и продолжил:

– Знаешь, я даже не сомневаюсь, что ты не утратила навыков, но таков устав. Если не будешь долго использовать магию, она может перестать проявляться. Да и я всегда рад посмотреть на твою силу голубой крови.

– Я думаю, сегодня обойдемся обычной проверкой. У меня в отряде и так целых четыре салаги, которых мне надо учить, – подмигнула тренеру Мари.

– Вот это по-нашему. Ладно, давай в центр. – Вэл повернулся и начал кричать: – Все обалдуи, разойтись, настоящий воин выходит на арену.

Все спешно стали покидать поле. Мари достала из сумки ремешок и, закрепив его на правой ладони, прошла в центр. Слегка размявшись, она выставила правую ногу вперед и слегка наклонилась. После перевела взгляд на кисть руки – там и находился футлярчик. От него тянулся рычажок прямо на ее ладонь. Она приготовилась сжать его, чтобы открыть футляр.

– Готова? – крикнул Вэл, отходя в угол арены.

– Да! – твердо сказала Мари.

– Начинай!

Она закрыла глаза и выровняла дыхание, пытаясь сконцентрироваться. Она чувствовала ее внутри. Магия струилась по ее венам и наполняла силой, которая сплелась в пяти точках в футляре. Все в зале видели, как вены у нее начали пульсировать, синий оттенок проступал сквозь кожу. После Мари резко открыла глаза и сжала кулак, тем самым надавив на рычаг и открыв футляр. Спустя долю секунды из него вылетело пять искрящихся огоньков. Они зависли в воздухе, ожидая команды. Мари выдохнула и повела правой рукой в сторону. Огоньки последовали за ней, подчиняясь приказам хозяйки. После она начала разжимать пальцы, и, как будто почувствовав это, молнии стали расходиться по направлению пальцев. Мари, смотря на это, непроизвольно улыбнулась.

Выждав немного, она начала медленно водить рукой из стороны в сторону, искры следовали за ней, как загипнотизированные. Затем, слегка заведя руку за спину и быстрым движением выкинув ее, она прочертила в воздухе полукруг двумя пальцами. Два огонька моментально отлетели от нее на пару метров и очертили фигуру. Мари повторила движение еще пару раз, и огоньки закружились. Она выставила все пять пальцев, и искры света стали кружить вокруг нее, создавая барьер. Мари выгибалась в разные стороны, ноги также не отставали, все ее движения были плавными, своей рукой она проводила по воздуху, и маленькие линии света следовали за ней, оставляя золотистую гладь. Сама она была похожа на танцовщицу, кружась вокруг себя. Затем пара шагов и еще больше движений руками. Все завороженно наблюдали за ней, не смея оторвать взгляда. Поистине происходила настоящая магия.

Вэл нарушил тишину:

– Моторика в норме, теперь проверим, не растеряла ли ты боевого духа.

Он нажал на кнопку, и сверху начали появляться железные мишени. Не успели мишени высунуться до конца, как Мари, ехидно улыбнувшись, выкинула три пальца перед собой – молнии мгновенно достигли цели. Услышав металлический звук, она тут же сжала кулак, и огоньки вернулись обратно к ней. И снова они отправились в цель. Мари разжала все пять пальцев и пустила искры гулять по мишеням. Металлический звон заполнил помещение. Каждый из них наносил удар, и не успевало пройти и секунды, как снова он бил в цель.

После этого Мари начала менять положение, и каждый огонек стал бить по разным мишеням. Ей было сложно остановиться, однако, убедившись, что сила все так же ей подвластна, она с неохотой сжала кулак, и все огоньки вернулись в футляр, каждый устроился в своем гнезде. Закрыв его, Мари развернулась лицом к солдатам, которые смотрели на нее все это время, даже на балконах собралась немалая толпа. Мари шутливо решила закончить перформанс и, поклонившись, направилась к скамейке, чтобы отдохнуть.

Усевшись, она сняла ремешок и, положив его в барсетку, достала бутылку воды и начала пить. Вэл подошел к ней, хлопая в ладоши.

– Все так же великолепно! Смотреть на твою магию – как бальзам на душу, – смеялся он. Сев рядом с ней, он продолжил: – Мне бы еще проверить твои навыки лечения. И – о удача! – вчера как раз поцарапал руку.

Он засучил рукав и показал небольшую царапину в районе предплечья.

– Кошка, зараза такая, царапнула вчера. Я играл с ней, веревку водил, а она, дурочка, как вмажет по ней, так по руке попала.

Мари, посмотрев на это, ответила:

– Да, сама совсем забыла.

Она вновь полезла за футляром, открыла его, и оттуда вылетел один огонек.

– Будет щипать, – предупредила она, подведя палец к ранке.

Огонек приблизился к ране и заискрился. Мари рукой повторяла в воздухе узор царапины, и огонек следовал за ней, стирая шрам, словно ластик. Вэл на секунду напрягся, он чувствовал тепло самого солнца. Было немного больно, но терпимо. Вскоре от раны не осталось и следа.

– Вот спасибо, – обрадовался старик. – Что ж, пойду составлю отчет, проверка пройдена на высшем уровне. – Он привстал и сказал напоследок: – Скажи своим оболтусам, чтобы почаще заглядывали сюда, особенно это касается Ви, а то в ученики он ко мне навязался, а занятия прогуливает.

Улыбнувшись, он направился в сторону двери, где находился его кабинет.

Мари оставалось заглянуть в отдел снабжения и набрать припасов для будущей миссии. Он находился на верхних этажах. Мари была там частым гостем, поскольку вся забота об отряде лежала на ней. Раньше ребята относились к обязанностям серьезнее, но после того, как все выросли, их перестали заботить рутинные вещи, они старались переложить работу на кого-то, чтобы провести лишние часы в свое удовольствие. Конечно, что-то они продолжали делать, однако большая нагрузка легла именно на Мари. Она была не против: все равно в башне было немного развлечений, сама же Мари очень редко выбиралась куда-то со своим отрядом. Все время уходило на учебу и тренировки: история, азы элементума, освоение своей голубой крови – ради того, чтобы доказать себе, что она не пустое место и способна на многое. То, что ее взяли в FOUND A, уже было немалым достижением, но она всегда думала, что можно еще лучше. И полностью отдавала себя занятиям. Это чувство привила ей старшая сестра, которая показывала, что она лучше нее во всем. Дэш всегда любила подметить, какая ее сестра немощная. После поступления Мари на службу нападки не прекратились. Всегда демонстрируя свое превосходство, она загоняла Мари в комплексы, которые вылились в попытки превзойти Дэш, но как бы она ни старалась, для сестры она оставалась маленькой и слабой. В постоянном стремлении доказать себе что-то она тратила свою молодость на уроки и тренировки, пока остальные вокруг нее жили полной жизнью. Мари была убеждена, что без постоянного труда не добиться успехов. Поэтому она смотрела на свой отряд как на детей, которые дорвались до того, чего у них не было, но ей все эти возможности взрослой жизни были чужды, она хотела добиться своего и шла к цели, оставляя за спиной не только свои лучшие годы, но и весь отряд.

Лифт доставил ее на нужный этаж, и Мари взмолилась про себя, чтобы не было большой очереди. Увидев всего три человека перед собой, она с облегчением выдохнула. этот этап мог оказаться самым затянутым, но нет. Отдел снабжения был популярным местом в башне, сюда приходили все солдаты перед миссиями, и порой в очереди можно было простоять несколько часов. Мари попадала и в такое положение. Сейчас же, пока ситуация в мире была более-менее стабильной, вылазок было мало, именно поэтому у отдела снабжения сейчас так пусто.

Приближаясь, Мари увидела знакомое лицо. Это был человек примерно ее роста. Черные волосы, борода, густые брови и большой нос выдавали его принадлежность к восточному округу Империи. Взгляд был спокоен, а задумчивый вид заставлял гадать, что сейчас у него на уме. Большие мускулы, два кинжала на ремне и нашивка отряда FOUND T. Перед Мари стояла настоящая машина для убийств, весь его вид кричал о том, что лучше к нему не подходить, но когда он заметил девушку, то сразу расплылся в улыбке.

– Привет, Ибра! – сказала Мари, обнимая его.

– Привет, – с легким акцентом ответил ей мужчина. – Что, снова работаешь за всех?

– Приходится.

Ибра махнул рукой.

– Я слышал, вас хотят отправить на секретное задание, мол, FOUND A только вышли из отпуска – и сразу спасать мир.

Мари усмехнулась, но отвечать не стала, переводя тему:

– А ты что тут? Где Стас и Ан?

– Да чего они, на районах торчат, у нас-то рутина: ходи по городу да следи за порядком. Вот сегодня точку идем накрывать, очередные барыги. Но тут слушок прошел, что вместо FOUND S теперь мы у вас на подхвате будем. На нас можете положиться.

– Понятно. Если это так, то скоро вы будете с улыбкой вспоминать, когда ходили в обычные патрули.

– Эх, ну, конечно, нам до вас еще расти, мне-то всего пятнадцать стукнуло. Но я не жалуюсь, меня все устраивает, Империя не обделяет. Конечно, пентхаус нам не выделили, но то, что я попал в FOUND, уже неплохо, – разведя руками, сказал Ибра.

– Ничего страшного, я иногда от всех этих командировок вообще не в восторге, можешь неделю провести без душа и цивилизации. Хоть бы в этот раз не так было. – Мари демонстративно скрестила пальцы.

– Расслабься. – Ибра хлопнул ее по плечу и огляделся. – О, моя очередь уже, что ли? – Он снова посмотрел на Мари. – Ладно, уступаю, у тебя дел побольше, чем у меня.

– Спасибо, – подмигнула ему Мари и прошла в дверь.

Отдел снабжения представлял собой небольшую комнатку, похожую на магазин. Большой стеллаж с вещами первой необходимости, прилавок, за которым сидел мужчина лет сорока, позади бегали сотрудники, собирали мешки и кидали их позади прилавка. Мари подошла к мужчине.

– Здравствуйте, у меня заказ на FOUND A, – обратилась она к нему, – сто тридцать девять.

Процедура была обычной: называешь отряд и номер задания, на которое идешь. Обычно заказ отделу передавали кураторы, заведующие отрядом, а уже в самом отделе его собирали, и он ждал, пока за ним не придут. Мужчина повернулся к мешкам, на которых были написаны номера заказов. Он долго вглядывался, а после встал и громко крикнул:

– FA сто тридцать девять где, бестолочи?

– Сейчас, извините, – послышалось из-за прилавка.

Меньше чем через минуту на стол перед Мари упал мешок. Глядя на него, она поняла, что миссия не будет долгой. Обычно большой мешок сулил долгую поездку, а средний или маленький, как сейчас, означал максимум пару дней. Мари повесила его на плечо и направилась к выходу.

– Похоже, миссия будет не такой затянутой, повезло, – улыбнулся ей на выходе Ибра.

– Ага, и сама без проблем дотащу все до пентхауса, – кивнула Мари.

Ибра окинул взглядом мешок.

– Нет, не позволю девушке таскать тяжести, – нахмурился он. – Ты меня подожди, сейчас я наше снаряжение заберу и помогу тебе.

Мари не успела сказать и слова, выбора ей не оставили. Хоть с виду Ибра и казался свирепым солдатом, в душе он был добрым и заботливым, всегда помогал, если нужно. Сам он поступил на службу намного позже нее. Сначала он служил в полиции, патрулировал улицы и предотвращал преступления. Однажды ему удалось в одиночку перебить целый картель, который занимался нелегальной продажей оружия. После этого случая его заметил Кан и пригласил в проект FOUND, где как раз искали кандидатов для отдела по борьбе с внутренним терроризмом. Ибра с легкостью прошел отбор, не оставив своим конкурентам и шанса, и стал нести свою службу наряду с еще двумя членами отряда, которые также приняли участия в отборе.

Из комнаты Ибра вышел, держа в руках мешок размером с половину его спины, однако нес его как пушинку. Он легко подцепил поклажу Мари, и вместе они пошли к лифту.

– Слушай, ты не против, если мы сначала на мой этаж поднимемся? Я закину свой мешок, а потом твой отнесем? – уточнил он.

– Не вопрос. Как Элюн? – спросила она, чтобы поддержать разговор.

– У нее все супер. Постоянно, правда, пилит меня: мол, может, и мне заняться разведкой? А мне и так хорошо, друзья под боком, враги повсюду. А она хочет, чтобы я втихую где-то за границей инфу добывал. Скукота же, никакого удовольствия.

– Дам тебе женский совет, – лукаво произнесла Мари. – Я думаю, она хочет, чтобы ты меньше рисковал собой. Наверняка у нее планы на вашу семейную жизнь. А ты лезешь на рожон. Как штурм, первым идешь. Как облава, первый дверь выбиваешь. А полгода назад ты же тоже бросился на камикадзе и не побоялся, что тебя разорвет. Конечно, она переживает. Ты напоминаешь мне нашего Ви, но даже он не рискует впустую.

– Да я так и думал, – отмахнулся Ибра, – но сейчас годы не те. Пока я в форме, и дальше буду рисковать. Вы более матерые, хотя еще такие молодые. У Ди семьи нет, одна сестра – и та на службе. Родня Рю сидит где-то в Министерстве. У Ви тоже семья неполная. Только у Нико все более-менее, да вот только у него семья под покровительством Министерства. Все знают, что его мать – бывший зодиак и своего мальчика шпыняет будь здоров. Я, честно, не удивлен, что вы состоите в самом смертоносном отряде Империи.

– Ну а я как же? У меня-то вроде все нормально? Или нет? – задумалась Мари.

– Да у тебя есть свои скелеты, но они не сильно выделяются на фоне остальных, – усмехнулся Ибра.

– Да, Ибра, возможно, Элюн и права, тебе действительно стоит работать шпионом и добывать информацию.

Ибра продолжал улыбаться. В его глазах горел непоколебимый юношеский огонь, подпитываемый его уверенностью и целеустремленностью.

За разговором они добрались до казармы Ибры. Пройдя вглубь этажа, они оказались у множества дверей, где располагались казармы. Ибра остановился у одной из них. Дверь открылась, и пока он разгружал мешок, Мари успела окинуть взглядом его скромную обитель: три кровати, небольшое окно, пара тумбочек и письменный стол.

– Следующая остановка – пентхаус, – весело сказал он, и они вновь направились к лифту.

Мари понимала, что их отряд действительно был самым эффективным из всего проекта FOUND. Она вспомнила, как сама раньше жила в таком же бараке, но с каждой успешной миссией их наделяли все большими привилегиями, в том числе пентхаусом. Постепенно мальчики в ее отряде начали понимать, что они намного лучше остальных, и стали постепенно отстраняться от своих обязанностей, думая, что добились всего, чего хотели. Но Мари не разделяла их самомнения.

– Слушай, я тут подумал: как ты считаешь, справедливо, что люди знают о FOUND, но о вас почти ничего не слышали? Вы ведь всегда в центре событий, в самых опасных точках.

– Знаешь, мне без разницы, пусть знают только единицы. Чем меньше к нам внимания, тем лучше, мы просто так же, как и вы, служим Империи. Ну а за заслуги перед обществом нам выделили пентхаус. Found A просто отряд в проекте, который что-то делает. Еще легендарные оружия забирают всю славу, вот о них знают все, а мы просто делаем то, что должны, и особо не выделяемся. Наши задания банальные, и мы просто все их выполнили.

Мари замолчала и о чем-то задумалась.

– Ну, точнее, почти все.

Ибра понял, что эту тему лучше не продолжать, он прекрасно знал об инциденте четыре года назад, именно тогда и собрали FOUND A на его первое задание. И оно останется в истории как полный провал Империи, от которого до сих пор не оправились ни сама Империя, ни Министерство с Пустошью.

Оказавшись у пентхауса, Мари повернулась и сказала:

– Спасибо, дальше я сама.

– Что же, приятно поболтали.

Ибра вручил Мари мешок с провизией и, отдав честь, ретировался. Мари кинула взгляд на часы, те показывали только полвторого – времени у девушки еще было полно, и она решила пройти в комнату и сесть за учебу. Достав книги и учебники, она вдруг вспомнила о просьбе мастера Вэла. «Надо бы связаться с Ви и сказать ему про тренировку. Вряд ли это поможет, но хотя бы слово сдержу», – подумала она и выудила свой телефон. Найдя нужный контакт, нажала кнопку вызова. Спустя пару-тройку гудков она была готова положить телефон, но на той стороне послышался голос.

– Але, Мари, че звонишь? – бесцеремонно выпалил Ви.

– Была у Вэла. Сказал, что ждет тебя.

– Ай, забей, пусть дед не парится, наведаюсь к нему после задания.

– Хорошо, так и передам, если увижу, и тебя тоже это касается, а то он постоянно мне говорит, что ты совсем распустился.

– Ладно, ладно, мать, не ругай, все понял, спасибо за информацию. Свяжусь с ним и скажу все сам.

– Все, до вечера! – сказала Мари и положила трубку.

После чего, выдохнув, она погрузилась в книжки.

Глава 3. Гнев Ви

– Сбросила, не успел даже «пока» сказать. Вот деловая, – задумчиво протянул Ви, глядя на Ди. – На чем я остановился? Ах да… Ну, короче, ничего необычного, я его вырубил и ушел. Позже его братки подтянулись, но меня там уже не было.

Ви взял маленький кусок картошки и положил себе в рот. Ди, уплетая курицу в лаваше, слушал историю, которую с гордостью рассказывал Ви. Запах кафетерия был чертовски приятным: свежая курочка готовилась на гриле, картошка кипела в масле, а овощи лежали на разделочном столе, ожидая своего часа. Повсюду были люди, которые пришли поесть или просто посидеть, царила атмосфера уюта и спокойствия. В таких местах редко могли возникнуть проблемы, сюда люди приходили, чтобы расслабиться и насытиться.

– Зачем я с тобой поперся? Я же завтракал уже, – монотонно проговорил Ди.

– Ну, ты завтракал когда? Уже обед так-то. Ниче страшного, дел вроде не так много. Сейчас поедим – и по домам. Все равно в одну сторону.

– Ты как обычно?

– Да, брата, походу, снова придется оставлять у попечителей, фиг знает, на сколько эта миссия затянется. Ну, ты понимаешь.

Ди кивнул. Он знал, что, кроме Ви, некому было присмотреть за младшим братом.

– Что сам-то думаешь насчет задания? – спросил Ви.

– Да ничего особенного, как обычно, найти и уничтожить. Единственное, что меня беспокоит, это мистические исчезновения всех жителей и отряда S. Думаю, тут есть какой-то подвох, но это мы сможем узнать, только поймав безликого.

– Мне всегда, мать твою, нравится, как ты рассуждаешь, поэтому ты наш лидер. Но ты при этом не берешь на себя слишком много. Вот твои приказы и выполняют через раз. Комплексов нет случайно? – Ви доел картошку и уставился на капитана.

– Без разницы, мы же с самого детства вместе, я не ощущаю себя вашим командиром, все мы равны.

– В этом и проблема, пора бы тебе показать волю. Без тебя мы бы давно были мертвы, твои приказы не раз спасали нам жизни. Но никто, кроме меня, этого не понимает, я-то всегда считал тебя главным, но остальные, к сожалению, нет. Ладно, ты доел? Время уже.

– Пошли, – сказал Ди, забив рот едой и вставая с места.

Выйдя из кафе быстрого обслуживания, ребята направились по домам. Весеннее солнце все еще светило ярко, начинался самый разгар дня, но эти двое думали только о том, как они оттянутся вечером.

– Так, а чего Мари звонила? – уточнил Ди.

– Да Вэл жалуется, что мы редко к нему заходим, вот сдался я ему! Посмотри на меня, я уже сильнее большинства всех этих людей. – Ви начал тыкать пальцем в прохожих. – Они даже в подметки мне не годятся, и чему этот дед меня учить хочет, не понимаю.

– Высокомерно звучишь, я вот у своего мастера всегда учусь чему-то новому.

– Твой мастер вообще тип мутный, я думаю, у него темное прошлое. Он же знал твоих родителей.

– Да, – Ди опустил взгляд, – он часто мне о них рассказывал, особенно об отце. Много тот дел натворил. – Ди сжал кулак. – Я понимаю его натуру, но почему он был таким? Он никого не щадил на своем пути.

– Ну, все же хорошо закончилось, он встретил твою мать и остепенился.

– Все! – отрезал Ди. – Закончили, ненавижу эту тему.

– Прости, не хотел. Но, честно говоря, мой отец ничуть не лучше. Повезло, что я оказался тут. – Ви почесал подбородок. – Видать, мотивация в виде младшего брата все же хорошая штука.

– Ну да. Прямо как Лиз. – Ди непроизвольно улыбнулся.

– Твоя сестра ангел, тебе повезло. Она всегда заботилась не только о тебе, но и о нас. Помню, как-то раз мы пришли с братом к вам переночевать, потому что отец разбушевался. Она приготовила нам вкуснейший яблочный пирог.

– А я помню, как она нас отделала, когда мы на мой день рождения стали кидать в окно бутылки из-под алкоголя. Когда соседи нажаловались, она тут же приехала и чуть ли не убить нас была готова.

– Да, она настоящая мать.

Ви посмотрел в небо, его душу наполнила печаль. Нахлынули воспоминания четырехлетней давности о первом задании. Они молча дошли до развилки у магазина, на котором большими буквами было написано «Продукты питания». Им пора было разделиться, как обычно: дорога к дому Ди шла вдоль сквера и трех одинаковых жилых домов. Ви же предстояло идти через сквер напрямик.

– Не прощаемся, – сказал капитан, и они разошлись.

Ви потопал в сторону дома.

Листья были уже зеленые, повсюду распускались цветы, а солнце придавало этим краскам еще больше шарма. В это время хочется чаще бывать на улице. Зима наконец-то ушла, в их регионе она была затяжной и очень холодной. Грандис стоял ближе к северу континента. Когда его основали тысячи лет назад, никто не думал, что именно он станет центром и столицей Империи. В Грандис постоянно стекались люди, но он не был самым заселенным городом. Несмотря на разницу в благосостоянии, в любом регионе Империи можно найти себе место и, если только захотеть, не свернуть с правильного пути.

В столице нередко происходили стычки. Жажда насилия была сильна в людях: каждый выплескивал ее как мог. Постоянно кто-то на кого-то нарвется, кому-то кто-то не понравится или просто во взглядах не сойдутся, и из-за таких мелочей мог начаться бой, нередко с летальным исходом. Полиция чаще всего не успевала вмешаться – сложно поспеть, когда жизнь решается взмахом меча, но зато очень быстро заметались следы, а свидетели позже по «чудесным обстоятельствам» ничего не помнили. Правительство не было уверено, справится ли оно, если начнется стихийный бунт. Поэтому Империя поддерживала ореол мнимой безопасности: в каждом обращении к народу император заявлял, что все хорошо и никаких проблем нет. Многие простаки в это верили и тянулись в столицу, оставляя свои дома. Кто знает, возможно, все было бы по-другому, если бы четырьмя годами ранее FOUND A выполнили свою первую миссию и сохранили мир и спокойствие в своей стране и во всем мире. Никто не вспоминал о ней, и в документах она не числилась, ведь в Империи всегда все хорошо, через пару десятков лет и об этом спокойно забудут.

Идя по парку, Ви краем глаза заметил четверых ребят, сгрудившихся над мальчиком, лежащим на земле. Смеясь, обзывая его и не давая ему встать, они прижимали бедолагу ногами к земле, кто-то даже наступил на лицо, а тот тихо плакал. Ви глубоко вздохнул и, закатив глаза, направился к ним. Он встал за спиной одного из задир. Все подняли взгляд на него, в их глазах читалось непонимание.

– Толпой на одного? А ну свалили на хрен отсюда! – Крик Ви разлетелся по парку, дети тут же сорвались кто куда. – Еще раз увижу – каждого найду и ноги сломаю! – рявкнул он им вслед. – Вставай, руки не подам, – обратился он уже к мальчику на земле.

Тот посмотрел на спасителя заплаканными глазами и встал.

– В следующий раз меня тут не будет, – продолжил Ви. – Тебе надо научиться выживать в этом мире. Если будешь давать таким, как они, издеваться над собой, считай, ты труп. Если не покажешь силу, ты труп. Если будешь плакать, угадай, кем будешь.

– Трупом?

Ви одобрительно кивнул и присел.

– Слушай сюда. Их много, но это ничего не значит. У них явно есть главный, просто наваляй ему, и все.

– Как? У меня даже оружия нет. А они постоянно ходят и хвастаются своими ножами. Говорят, что заколют насмерть меня. У нас в семье не любят оружие и никто никого не убивал.

– Необязательно иметь меч или саблю. – Ви достал из кармана руку и сжал в кулак. – Вот твое оружие всегда и везде. Если сунутся, просто пусти в ход кулаки, убить ими сейчас ты вряд ли кого сможешь. Как видишь, я тоже безоружный, но… – Ви снова запустил руку в карман и достал удостоверение солдата. – Вот видишь, я просто не давал спуску ни себе, ни другим, добился этого по́том и кровью. Так что и у тебя получится.

Ви встал и протянул руку, чтобы попрощаться. Мальчик в ответ неуклюже пожал ее. Ви же продолжил путь домой.

– Еще чуток, брат, и у нас будет лучшая жизнь, – проговорил он шепотом, разглядывая по дороге свое удостоверение, понимая, для чего он пошел на службу и для кого он старается.

В голове вертелась мысль: зачем он вообще вмешался? Мог ведь пройти мимо. Таких ситуаций в мире куча, всем не помочь, он знал это. Может, увидел в нем своего брата, которого любил избивать отец, пока Ви не было дома? Или просто потому, что он не терпел несправедливости, которой в этом мире и так было полно?

Проходя мимо школы, Ви задумчиво осмотрел ее. В голове стали всплывать воспоминания о детстве и как они все вместе учились тут. В школу шли с пяти лет, и спустя три года родители должны были определить судьбу своего чада: либо обучить его какой-то профессии, либо записать на военное дело, где с детства начинают воспитывать из детей настоящих солдат. Школа служит начальным этапом, после обучения все идут либо в спецучреждения, либо в полки. Ви не так уж много общался с Ди, Рю и Нико в начальной школе, но, попав вместе в полк, кто-то по своей воле, кто-то – нет, они по-настоящему сдружились. Там их отобрали в спецотряд и после семи удачных вылазок на территорию Пустоши из них сформировали первый отряд в проекте FOUND, на который возлагали большие надежды, которые не сразу удалось оправдать.

Дом Ви уже виднелся на горизонте. Пройдя детскую площадку, он накупил в магазине сладостей, чтобы порадовать Ле – так звали его младшего брата, – и, завернув за угол, подошел к своему подъезду. Возле входа толпились четыре очень неприятных на вид типа. Они были неопрятно одеты: кожаные куртки, рваные джинсы, один бритый налысо, другой с ирокезом. У каждого на поясе кинжал, вдобавок один, в очках, взял биту, а парень, на голове которого красовался ирокез, владел ломом. Ви понял, что они явно тут не просто так, а символика на куртках указывала на принадлежность к какой-то банде.

– Ну что, так и будем ждать, пока кто-то выйдет? – спросил один из них.

– Ща, погоди, – ответил парень с битой, после чего уставился на Ви, который стоял в паре метров от них. – О, слушай, ты не сюда? Впусти по-братски, нам очень надо.

Ви приподнял бровь.

– Зачем же вам сюда?

Видя, что Ви безоружный, они смекнули, что у них есть преимущество, и стали ехидно улыбаться.

– Парень, давай без этого, ты же проблем не хочешь? А то мы тебя прямо тут положим, и менты тебя спасти не успеют. За нами люди стоят большие, так что нам ничего не сделают, поэтому давай по-хорошему.

Ви осознавал, к чему все идет.

– Я не понял, вы идиоты глухие все? Вам сюда зачем? – повысил он голос.

– Да ты че, совсем потерялся, шкет? – вставил бандит с ирокезом.

Они стали обступать Ви.

– Слушай, у него лицо похоже, смотри. – Один их них достал фотографию и начал показывать другим.

– В натуре, – ответил парень с ломом. – А ты случайно не в тридцать первой квартире живешь?

– Ребят, я так понимаю, вы пришли к моему отцу, – спокойно ответил Ви. – Видать, он вам задолжал. Давайте сделаем так: вы сейчас отсюда уходите и забываете про это место, или можем решить все более радикальными методами.

Хулиганы рассмеялись и приготовили оружие.

– Слушай сюда внимательно: твой батя немалых денег должен. Ты сейчас с нами пройдешь, а мы ему весточку отправим: мол, если сына хочешь увидеть, плати.

Теперь засмеялся уже Ви.

– Ну, попробуйте.

Бандит с ирокезом приблизился сзади и положил руку на плечо Ви. Тот моментально перехватил ее, вывернул и вдарил со всей силы под локоть, так что рука бедолаги выгнулась на девяносто градусов. Он упал на землю и так завопил, что, наверное, его можно было услышать из самой башни солдат. Остальные трое стояли разинув рты и пялились на железные перчатки, в которых был Ви, – он практически всегда надевал их, когда выходил на улицу, и редко с ними расставался. После шока бандиты начали приходить в себя, на их лицах читалась злость. Они бросились все разом на противника, но Ви уже принял боевую стойку и, подняв кулаки, был готов к бою.

Первый нападающий был с ломом, он замахнулся, но Ви легко уклонился от его атаки в сторону и двумя ударами по ребрам, а затем в подбородок отправил в нокаут. Кровь сразу брызнула изо рта хулигана, а челюсть хрустнула и отвисла – перелом был серьезный. Все это произошло меньше чем за две секунды. Увидев следующую цель, Ви уже сам сделал к ней шаг – лысый не успел опомниться, как пропустил удар в печень и осел на колено, схватившись за бок. Но Ви и не думал заканчивать: зайдя за спину и сложив руки замком, он двинул со всей силы противнику по затылку. Лысый впечатался в землю с небывалой скоростью, характерный хруст дал понять, что больше носом он дышать не сможет. Последний нападавший уже на животном страхе побежал на Ви, он готов был проткнуть его насквозь своим ножом, но это было бесполезно. Ви читал все его движения и, легко перехватив нож, отнял его у оппонента, а затем одним движением оказался сзади и приставил его к горлу противника.

– Да, мальчики, повеселили вы меня, – выдохнул Ви. – Не люблю эти железки. Но иногда и они бывают полезными. Знаешь почему? – Ви выдержал паузу, а парень в это время трясся и чуть ли не плакал. – Потому что больше ты сам сюда дороги не найдешь.

Подняв нож на уровень глаз, Ви грубым движением провел по ним. Бандит завопил, как ягненок на убое, пока кровь стекала по его лицу. Разрезы были глубокими, и вряд ли после такого зрение можно было восстановить. Он кричал еще около тридцати секунд, Ви же стоял над ними всеми и восхищался победой.

– Поднимайтесь, куски говна. И валите отсюда! – крикнул он.

Ирокез со сломанной рукой встал первым, лысый, впечатанный в землю, поднялся за ним. Они подошли к нокаутированному с битой и стали его будить. Лысый же начал поднимать бандита без глаз.

– Мек, алло, вставай. – Ирокез пару раз пнул лежащего и запаниковал: – Эй, да он не дышит. Он умер, твою мать, он реально умер!

Ви изменился в лице.

– Ты че наделал? Мы же с ним с детства вместе, как ты мог? Он не дышит, – продолжал ирокез. – Я его мать знаю, что я ей скажу? Он домой не придет сегодня.

– Если сдох, значит, слабый, – холодно бросил Ви. – Вини вашего босса, который вас сюда отправил, и свою недальновидность.

– Да ты вообще человек? У тебя чувства есть или нет? – Он встал и начал кричать на Ви.

– Все, пошли уже, хорош. – Лысый попытался увести ирокеза, но тот не унимался и продолжал осыпать Ви оскорблениями. Ви же стоял и просто смотрел на тело. Он не выражал эмоций.

– Людьми мы перестали быть четыре года назад, – хладнокровно сказал Ви и, подняв взгляд, дал понять, что больше он ждать не намерен.

Ирокез затих, он видел в этих глазах саму смерть и понял, что ему пора уйти.

– Не возвращайтесь сюда, – отрезал Ви и зашел в подъезд.

Спустя пару минут он уже стоял у порога своего дома, не решаясь открыть дверь. В голове крутилась одна мысль: «Перестарался». У него не было намерения лишать кого-то жизни, все это вышло случайно, в порыве куража, но он не испытывал вины, все же этот мир жесток и опасен. Это была далеко не первая его жертва – Ви уже приходилось убивать не только безликих, но и людей. В его голове пронеслись воспоминания о том, как он еще в детстве впервые забил человека камнем, это был его первый раз, он плакал, пока крошил черепушку маньяку, который угрожал ему и его брату.

Они возвращались поздно домой, и за ними увязался с виду обычный прохожий. Удостоверившись, что никого кругом нет, он достал самодельный мачете и, подбежав к ним, попытался отрубить голову Ле. Ви уже тогда был на службе и умел сражаться, он с молниеносной реакцией выбил мачете из рук нападавшего и, подставив подножку, повалил его на землю, а после взял камень и начал бить по лицу со всей силы. Даже когда кровь залила ему глаза, Ви продолжал долбить месиво, оставшееся от головы. Крик младшего брата привлек полицейских, те, конечно же, уладили ситуацию. Выяснилось, что это был маньяк, охотившийся на детей. СМИ сразу раздули из этого сенсацию, что мальчик десяти лет на службе сумел повалить маньяка. Мол, в Империи даже дети готовы послужить во благо. Отличная агитация, чтобы пойти в войска.

Ви долго не мог отойти от случившегося, а постоянные попытки репортеров взять интервью еще больше его вымораживали. В итоге ситуация сползла на нет, и с тех пор Ви приходилось убивать еще не раз и не два. Все прекрасно понимали, что по-другому никак, поэтому его никто не осуждал. Но не только из-за этих мыслей он не хотел заходить в дом. Там его ждал отец, наверняка уже приложившийся к бутылке и выжидающий удачного момента, чтобы высказать свое недовольство. «Главное, чтобы Ле не попало», – подумал Ви и открыл дверь.

Запах перегара мгновенно ударил в нос. В квартире было темно из-за занавесок. Из коридора вели три прохода: направо – на кухню, прямо – в комнату Ви и Ле, налево – в спальню отца. Ви понял, что отец еще спит. Или только что лег. Дверь в их комнату была закрыта. Значит, Ле дома. Разувшись, Ви прошел в ванную, смыл следы крови с перчаток, после чего прошел в свою спальню. За монитором в углу сидел Ле, увлеченно играя.

Он был почти копией брата, только лицо шире, массивный подбородок, вдумчивый взгляд. Да и сам был крупнее, с первого раза можно было не угадать, кто на самом деле из них старше. Хотя разница между ними была шесть лет и Ле еще только учился в техникуме на технологии машиностроения.

– Бездельничаешь? – спросил Ви, кладя на стол шоколад.

– Спасибо, – отворачиваясь, прошептал Ле. Он закрывал левую часть лица.

Ви понял, что его младший брат что-то скрывает.

– Приставал? – напрягся старший брат и показал пальцем в сторону спальни отца.

– Да нет. Я недавно пришел.

– Ясно. Ну и как дела в техникуме? – сев на диван, спросил Ви.

– Да так, сносно… – Ле упрямо смотрел в экран.

– Ладно, тогда скажи, – Ви встал и подошел к нему ближе, – ты меня за дурака считаешь?

– Ты о чем? – Ле приподнял взгляд на брата.

Ви повернул к себе голову брата одной рукой и силой заставил его посмотреть на него. У Ле под глазом красовался большой синяк, оставленный кем-то в порыве драки.

– Откуда это? – рассвирепел он.

– Упал, – пробормотал Ле тихо.

– Значит, я, по-твоему, реально дурак? Не надо врать.

– Ну, подрался – доволен?

Ви молча ждал продолжения.

– Парень один, – нехотя начал Ле. – По виду богатый мажор, на год старше, он мне никогда не нравился. Я старался держаться подальше, но вчера он попросил привести тебя, доказать, что ты настоящий солдат, на слово не поверил. Я отказал. Сегодня снова прицепился: стал говорить о тебе, мол, ты не солдат никакой, а просто форму украл, а отец наш пьяный всегда ходит и где-то шляется. И про мать начал. Ну, я тут не выдержал. Врезал ему, он тоже ответил. Нас быстро растащили преподаватели. Походу, тебя теперь вызовут. Они же этого мажора любят, он при бабках.

Ви внимательно слушал своего брата. Он прекрасно понимал, что для Ле семья была на первом месте и он всегда готов был вступиться за нее. Но одно он не мог принять. Он снова сел и начал диалог.

– Я тебя понял, – вздохнул Ви. – Правильно, что ответил и что меня не стал звать, пусть эти богатеи знают свое место. Но ответь мне на два вопроса. Первый: на кой черт ты в техникуме полез драться? Мог бы его подкараулить где-то, у нас репутация и так не очень. Второй: что будем делать, если тебя выгонят?

Ле промолчал. Он и сам понимал, что ставить на кон свое будущее из-за пустяковой драки было глупо.

– В общем, так, слушай внимательно. – Ви повысил голос. – Ты в курсе, зачем я все это делаю или нет, а? Знаешь, сколько средств вложил и задействовал связей, чтобы тебя взяли в это училище? Я тебя стараюсь человеком сделать, а ты?

– Да знаешь что? – выкрикнул Ле. – Я тебя не просил! Если надо, буду воровать или убивать.

– Ты спятил совсем?! – Ви тоже перешел на крик. – Я лучшего тебе желаю. А ты хочешь людей убивать. Заканчивай думать об этой херне. Ты должен быть гордостью нашей семьи. И не смей кричать на старшего брата.

– Если бы не ты, у нас семья была бы как семья, и никто бы меня не обижал, а из-за тебя у нас мама погибла, а папа спился.

Ви с трудом сдержал гнев. Он готов был ударить Ле, но осознавал, что в словах брата была правда. На его плечи легла тяжелая ноша после провала миссии и смерти матери: отец стал прикладываться к бутылке и оставил сыновей на самовоспитание, и Ви был вынужден взять всю ответственность на себя.

– Прости, – сказал Ле. – Я не хотел. Вы сделали все, что могли, в тот день.

– Да нет, ты прав, это мое бремя. Если бы все пошло по плану, ничего бы не случилось и у нас была бы самая обычная семья, – начал успокаиваться Ви и продолжил: – Слушай, есть еще кое-что. Я завтра на миссию отправлюсь, поэтому тебе надо будет пожить у тети. Не знаю, насколько она затянется. Я тебе такси вызову, а то у меня еще дела.

– Шоколадка в крови, – мрачно сказал Ле. – Ты про эти дела?

Ви совсем забыл, что после драки засунул окровавленные руки в карман, где и лежала шоколадка.

– Да, не буду скрывать, кажется, у нашего отца проблемы. Я встретился с недоброжелателями у подъезда. Денег хотели с него требовать. Короче, пойду найду, откуда у этой заразы ноги растут. И потолкую с ними. А ты собирайся давай.

Ви вышел в коридор, заказывая такси, и увидел, как из комнаты выходит отец.

– О, пришел, – сказал он. – Сынок, а орелов не будет? Я бы в магазин сгонял, поесть купил.

Ви посмотрел на отца исподлобья.

– Да честно тебе говорю, слушай, позарез нужны, – промямлил тот.

– Я знаю, – стальным голосом ответил Ви. – Слушай сюда: больше я не буду разбираться с теми, кому ты должен. Если нажраться хочешь, пойди работу найди.

Он пошарил в кармане и достал купюру в тридцать орелов.

– На, держи, на неделю хватит.

Отец опустил голову и начал одеваться.

– Спасибо, Ви, – сказал он напоследок и ушел «за хлебом».

В это время появился уже собранный Ле, и они вдвоем покинули квартиру.

– Не быстро ли тебя на миссию позвали? – спросил Ле.

– Сам удивлен, но, видать, что-то серьезное намечается.

– Возвращайся поскорее, а то мне у тетки не нравится, там пахнет ужасно.

– Хорошо, – усмехнулся Ви и погладил брата по голове.

Такси уже стояло у подъезда. Ви усадил младшего брата на сиденье, и подойдя к водителю, сунул ему в нос свое удостоверение и сказал:

– Чтобы пацан доехал целый и невредимый, а если что удумаешь, у меня друзей много, найти тебя проблем не составит. На, держи. – Он дал таксисту куда больше, чем нужно было. Тот кивнул и, не проронив ни слова, тронулся.

Ви постоял еще какое-то время, после чего достал телефон и начал искать номер. Пора было связаться с главным информатором отряда – Юри, человеком, который мог найти информацию про кого угодно, будучи первоклассным хакером с доступом к гигантской базе данных, к которой ему предоставил доступ сам отряд FOUND A. Он без труда мог найти все, что интересует его клиентов. Он жил в старой пятиэтажке неподалеку от Ви, зарабатывал на жизнь торговлей информацией и был темной лошадкой их отряда. Никто в башне, включая Кана, не знал о его существовании, сама Империя не располагала данными о нем, ведь он не оставлял никаких следов. Официально информатор не числился в отряде и оставался инкогнито, но помогал FOUND A в их делах.

Найдя на телефоне имя, Ви нажал кнопку вызова. Уже после одного гудка на том конце провода раздался голос:

– Здоров, силач, я знаю, что у тебя плохая память, и еще раз повторяю, чтобы ты не звонил мне по этой линии. Если что-то срочное, подходи к дому, я выйду.

После чего послышались гудки.

Ви выругался и пошел в сторону школы, именно напротив нее стоял дом Юри. Быстро пройдя площадку и дойдя до перекрестка, на котором стояла школа, Ви повернул направо и зашел во дворик, где и стоял дом Юри. Пройдя вправо от подъезда, Ви подошел к окну квартиры на первом этаже и постучал. После этого он постучал в него два раза, потом остановился и снова постучал, уже три раза. Спустя какое-то время из-за шторы показалось лицо и тут же скрылось. Ви вернулся к входу и стал ждать.

Дверь в подъезд открылась, и из нее показался парень в спортивных штанах, майке и домашних тапках. Выглядел он не лучшим образом: синяки под красными глазами от недосыпа, щетина и сухие губы от курения. Он был из тех, кто не говорит много, но умеет слушать и держать себя уверенно. Внешне производит впечатление спокойного, немного закрытого, но надежного человека.

Выйдя на улицу, Юри тут же запустил руку в карман и достал пачку сигарет. Вынув одну, он предложил Ви:

– Здорово, битый. Угощайся.

– Я это дерьмо презираю.

– Да ладно, один раз живем, ничего не будет.

– Только в этот раз, – сдался Ви, принимая сигарету и зажигалку Юри, и продолжил: – Ну и что за конспирация? Послал меня по телефону, а сам вышел тут как ни в чем не бывало. На какой ты там срок уже насобирал инфы?

– Да забей, просто два чела болтают. Никто не заподозрит, плюс я и так целыми днями дома торчу, выйти на улицу тоже можно. Ну и что тебя ко мне привело? Я видел, вас на задание записали, нужна инфа?

– Да нет, задание меня сейчас не интересует. У меня батю чуть не обработали за долги. Четыре утырка у подъезда терлись, караулили его. Задержись я минут на пятнадцать – дождались бы. Надо узнать, кто стоит за ними, да потолковать, чтобы от отца отстали.

– Ясно, снова пойдешь кабины чистить?

– Постараюсь дипломатично вырулить, но это уже на крайней случай. – Ви демонстративно сжал кулак. – В общем, радует только то, что эта банда где-то рядом живет. Батя бы не пошел далеко на пузырь себе брать.

– Ладно, я услышал, а чем платить будешь? – ухмыльнулся Юри.

– Да ты че душишь? Мы тебя и так заработком обеспечили, а ты еще и с меня требуешь! Мы сроком не отделаемся. Если узнают, что мы тебе доступ к серверам башни солдат дали, нас сразу казнят. Это в лучшем случае.

– Ладно, погнали, найдем твоих обидчиков.

Он докурил сигарету и, бросив ее в газон рядом с домом, прошел к двери. Ви последовал за ним. Пройдя в дом и преодолев небольшой подъем по лестнице, Юри сразу же завернул к двери. Достав ключ, он отпер ее и пригласил пройти Ви. Внутри сильно пахло дымом, по всей квартире были развешаны провода, идущие от кухни справа в две комнаты прямо и направо. Света почти не было, плотные шторы не давали лучам солнца пробиться внутрь. Только небольшие лампочки многочисленных серверов, стоявших по всей квартире, через которые проходили провода, тускло освещали пространство.

– Вампир, – сказал Ви.

– А ты хочешь, чтобы мое светодиодное шоу все видели? – ответил Юри.

Они прошли в рабочую комнату, где стояли три больших монитора, а рядом, конечно же, еще один сервер.

– Ладно, давай займемся твоими ребятами, – сказал Юри, плюхаясь в кресло и включая музыку. – Были хоть какие-то зацепки, по которым можно что-то нарыть?

– У них были нашивки: черный паук на белой паутине, – вспомнил Ви.

– Ну, этого даже много, думаю, займет меньше пяти минут.

Юри застучал по клавиатуре, приговаривая шепотом:

– Так, паук, паук… Посмотрим.

Зайдя в базу данных башни, он начал шерстить папки одну за другой, активировав автоматический поиск. На другом мониторе открыл список кредитных организаций, а на третьем – их клиентов и стал вглядываться. Через пару секунд из колонок послышался звук, оповещающий об окончании поиска. На экране светились данные организации под названием «Белая паутина». На втором мониторе появилось название «Дар», а на третьем – имя отца Ви. С довольным лицом Юри развернулся в кресле.

– В общем, так… Официально твоих клиентов называют «Дар», неофициально числятся в базе данных Империи как «Белая паутина». Название, конечно, тупое, но, видать, лучше не было. Находятся они действительно недалеко – за надземкой. Там какие-то заводские помещения. В общем, если денег занять захочешь, найдешь.

Ви все это время внимательно наблюдал и слушал.

– Все ясно, спасибо, пойду поболтаю.

– На чай не останешься? Он теплый, могу налить, – улыбнулся Юри.

– Времени в обрез, надо двигать.

– Тогда с тебя пятьсот орелов.

– Давай тогда чай.

Юри одобрительно кивнул, отправился на кухню и вернулся с чашкой.

– Ты, как всегда, хорош, – отхлебнув чая, произнес Ви.

– Для друзей не жалко. Если бы не вы, я не знаю, где был бы.

– Ладно тебе, все же росли вместе. Не зря ты училище бросил – смотри, как обжился.

– Каждый день свободой рискую. Но это лучше, чем жизнью. По стопам отца иду. Но буду надеяться, что не сяду.

– Как батя-то? – спросил Ви.

– Отдыхает за городом, все хорошо.

– Да уж. Он все еще припоминает, как мы со школы все выросли?

– Ну да, бывает у него такое.

Посидев и допив чай, Ви снова встал.

– Ладно, пойду познакомлюсь с паучками поближе.

– Не убейся там, – крикнул Юри, уже отворачиваясь к своим экранам.

Ви вышел из квартиры и сразу вылетел на улицу. Чуть ли не бегом он направился по адресу, который ему передал Юри.

Пройдя свой дом, он оказался у наземного метрополитена, над ним проходила дуга из рельсов, идущая из центра города и устремляющаяся за его пределы. Сколько раз он видел ее, но каждый раз любовался ее красотой. Метрополитен построили около десяти лет назад, сотни путей и поездов пересекали ее каждый день. Все это было сделано для удобства и комфорта и продолжало развиваться. Железнодорожные пути росли вширь, уходя в пригороды. Между основными городами тоже ходили наземные поезда. Пути сложно было прокладывать на тысячи километров из-за ландшафта и природных условий регионов, но Империя славилась индустриализацией, так что ей оказалось это по силам.

В этот раз у Ви не было времени любоваться видами, он перешел железную дорогу, пройдя немного по основной улице, и свернул в нужный переулок, его цель была совсем рядом. Ви посмотрел на часы телефона: цифры показывали два пятнадцать. Слегка успокоившись, что времени еще полно, он приблизился к промышленному комплексу. Подойдя к посту охраны, Ви спросил.

– Где тут фирма «Дар»?

– Сейчас до конца прямо идешь, там на углу одного из домов надпись будет, не ошибешься, – сказал ему охранник, после чего уставился в монитор на камеры.

Ви легко нашел здание, в котором располагалась фирма «Дар», и не раздумывая вошел внутрь. Пройдя по лестнице наверх, Ви поправил перчатки. Пользоваться ими не хотелось, но лучше быть наготове.

Выйдя в коридор, он увидел ряд офисов, прямо перед ним красовалась та злополучная надпись. Он постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

Офис был светлым и просторным, кажется, самый большой офис в здании. Посередине стоял стол, по бокам – шкафчики, ближе к выходу – пара стульев, а в стене красовалось большое окно. В офисе находились пятеро парней, один сидел за столиком, второй на стуле, еще один смотрел в окно. На всех были те же самые логотипы с черными пауками и белой паутиной.

Когда Ви вошел, все уставились на него.

– Здравствуйте, молодой человек, какими судьбами? – обратился к нему сидящий за столом в центре комнаты.

– Я по делу. Слышал, вы людям деньги в долг даете? – Ви решил прощупать почву.

– А это запросто. Сколько лет вам? – поинтересовался парень за столом, все остальные пристально следили за Ви.

– Шестнадцать.

– Большой, значит, можно и поговорить. Сколько хочешь?

– Хочу полмиллиона орелов, – сказал Ви с вызовом.

В офисе послышались смешки.

– В принципе, можно, – продолжил парень за столом. – Ты молодой, вся жизнь будет, чтобы расплатиться. Дадим под тринадцать процентов. За неуплату в срок еще пять процентов.

– Прекрасно, где подписать?

– Парень, ты что, серьезно? Ты же никогда не расплатишься. Да и на что тебе пол-лимона орелов? Самолет решил купить? В общем, если ты сюда шутки пришел шутить, то ты не по адресу. Либо вали, либо получишь проблемы.

– Я серьезно вам говорю. Или вы надуваете клиентов?

Все в комнате переглянулись, и после короткой паузы парень за столом спросил:

– А тебя как зовут-то?

– Меня? Первая буква В, вторая И. Записывайте.

Снова воцарилось молчание. Ви приблизился к столу, где сидел пацаненок.

– Я повторяю: первая В, вторая И. Меня зовут Ви.

Напряжение в офисе резко возросло, как будто все смекнули, кто пришел к ним в офис. Один из парней, что сидел на стуле у входа, встал и начал приближаться к Ви сзади.

– Погоди-ка, – обратился к Ви парень за столом, – а твой батя случайно не… Ило?

В следующее мгновение Ви высунул руки из карманов и показал перчатки, бандиты сразу все поняли.

– Так это ты наших парней положил?

– Я, и мне понравилось. Но сейчас насилия не хочу. Давайте-ка замнем дело с моим отцом, вы его из баз удалите, а у вас проблем не будет, окей?

– Ага, то есть я должен забыть про долг твоего отца, простить избиение наших ребят, пожать тебе руку, пожелать всего хорошего и отпустить?

– Это будет лучший исход для вас, – ответил Ви.

– Валите его!

С этими словами парень сзади достал серп, но не успел нанести удар, Ви с разворота вмазал ему по лицу, тот отлетел и впечатался в стену, оставив за собой дорожку из крови. Остальные напряглись. Ви же спокойно опустил руки на стол, за которым сидел перепуганный парнишка.

– Повторяю, это будет лучший исход для вас, – отчеканил он.

– Да иди ты! – крикнул бандит и потянулся под стол за маленьким топориком.

Но не прошло и секунды, как Ви вскочил на этот самый стол и мощным пинком в грудь отправил противника вместе со стулом на колесиках в поездку через весь офис. Врезавшись в окно, тот схватился за грудь и еле глотал воздух.

Тем временем Ви обступили оставшиеся трое, обитатели комнаты ходили вокруг него, размахивая низкосортным оружием. Не растерявшись, он схватил со стола, на котором стоял, вазу и, когда один из толпы решился подойти, быстрым движением врезал ею по лицу первому нападавшему. Осколки впились под кожу, и тот заорал от дикой боли. Но Ви этого было мало – он взял бедолагу за затылок и, спрыгнув со стола, вогнал его лицом в пол. Тот завопил еще больше. Двое других начали заходить с разных сторон, размахивая длинными ножами. Но все это было бессмысленно: Ви читал все их удары и легко уклонялся. Годы тренировок не прошли даром: каждый пропущенный удар для Ви был новым вызовом, будь то на улице, в тренировочном зале или где-то в пивной, – ему раньше частенько прилетало, но он совершенствовался, и сейчас его ловкости мог бы позавидовать кто угодно.

После очередного замаха противника Ви увидел окно для удара, легким движением перехватил его руку и поднял его на плечи. Второй опешил от того, как обычный пацан вроде Ви смог взвалить на себя тушу килограммов девяносто, не меньше. После чего, пройдя чуток вперед, Ви бросил борова в окно, туша вылетела, пробив стекло, и вскоре послышался удар о землю. Последний стоявший в комнате спустя секунду бросил оружие и встал на колени, подняв руки перед собой. Ви погрозил ему пальцем и подошел к главарю, который все еще откашливался, взял его за шиворот и потащил к ящикам.

– Где дело моего отца? – прорычал он, прижимая бандита лицом к шкафу.

Тот что-то замямлил, но Ви, потеряв терпение, начал возить его лицом по выпирающим железным ручкам и болтам, после чего парень дрожащей рукой указал на ящик слева. Ви открыл его и стал листать личные дела, нашел папку с именем Ило и, достав ее, посмотрел, сколько занял его отец. Брови полезли на лоб: в графе «сумма» красовалось пятьдесят тысяч орелов. Ви, немного опешив, порвал папку и направился к выходу, на улице уже слышалась сирена полиции.

Выйдя на улицу, Ви увидел патрульную машину. Трое полицейских общались с охранником. Тот, завидев Ви, сразу показал на него пальцем:

– Это он выкинул парня из окна, я видел.

Полицейские побежали к Ви. Он поднял руки, пытаясь оправдаться:

– Ребята, я солдат, я тут притон накры…

Он не успел договорить, его тут же скрутили и повели к машине. Ви продолжал доказывать что-то, перейдя на крик.

– Да стойте вы, я за вас все сделал! Я солдат из башни, вы чего творите? – кричал он.

Непонятно откуда появился репортер, готовый осветить «новый подвиг полиции». Ви прижали к капоту, надели на него наручники, и один из офицеров начал давать интервью. Ви продолжал кричать и поливать грязью полицейских, но те не обращали внимания и погрузили его в машину. После остальные направились проверять здание, из которого вышел Ви, пока он стучал по окну «бобика» и что-то кричал.

Глава 4. Спокойствие Нико

– Твою мать, Ви! – Нико смотрел на экран телевизора, где шла трансляция задержания опасного преступника, коим являлся его напарник. – Ты снова вляпался. К сожалению, я тебя не выручу.

Нико выключил телевизор и встал с кровати. Выйдя на балкон своей комнаты, он открыл окно и глубоко вдохнул. Перед ним раскинулся привычный пейзаж: дома, парковки, парк и многоэтажки центра города. В этой квартире он жил с тех пор, как его семья переехала из Министерства. Его мать Ка была одним из зодиаков – так называли лучших воинов Министерства, – но она была вынуждена уйти из-за романа с мужчиной из Империи, от которого родила Нико. На родине ее отпустили на долгожданную пенсию, в Империи же радушно приняли бывшего зодиака и выделили всей семье жилье, а Нико сразу получил статус золотого мальчика и был определен сначала в школу, а потом и в солдаты. Казалось бы, хороший финал, но Ка хотела, чтобы Нико пошел по ее стопам и тоже стал зодиаком, превзойдя ее саму.

Понимая, что пора бы двигаться к башне, Нико вернулся в комнату. В углу стоял чехол, Нико открыл его и достал два своих меча. Длинные катаны сверкали от бликов солнца, пробивающихся в комнату. От его взгляда не ускользнуло, что клинки затупились. Накинув чехол на плечо, он вышел из комнаты. Сковородка шкворчала, наполняя квартиру приятным ароматом жареных котлет. Нико прошел на кухню, откуда и доносился запах. Ка готовила ужин. Кудрявые волосы были завязаны в пучок, карие глаза внимательно следили за сковородкой. Шрамы на ее лице и руках напоминали о боевом прошлом. Да и тонкое небольшое тело было все еще быстрым и прытким. В прошлом воин, сейчас домохозяйка, воспитывающая сына. Многие говорили, что, став солдатом, ты до конца жизни им остаешься, но перед Нико стоял живой пример, который опровергал это.

– Мам, я пойду, уже время, – сказал он. – Надо еще к кузнецу зайти.

– Хорошо. Только зайди к тому, который на нашей улице.

– В башне тоже кузнецы ничего, – зачем-то возразил Нико, прекрасно понимая, что кузнец, который работал рядом с их улицей, был куда лучше и искуснее чем те, которые сидели в башне.

– Там не кузнецы, а дилетанты. Только нажимают на кнопки, и машина все делает за них. Сейчас хороших мастеров мало осталось. Все доверили прогрессу, а настоящий кузнец работает руками. Он знает, что лучше для твоего оружия. Я не понимаю, неужели в этой стране никто не ценит труд настоящих профессионалов и отдают свое оружие кому попало?

– Я понял, мам, зайду к местному, – не стал спорить Нико и засобирался в дорогу.

– Еще кое-что! – окликнула его Ка. – Ты же отправил письмо в Министерство?

– Я забыл, мам, – промямлил Нико.

– Нет, если хочешь остаться служить этой паршивой Империи, это твое дело, конечно, но ты достоин большего. Тебя точно возьмут в программу обмена воинами. Ты должен вырваться отсюда. Тебя с этой страной ничто не связывает, все твои корни там.

– А как же папа и моя служба?

Ка подошла к сыну и положила руку ему на щеку.

– Родной мой, ты должен думать только о себе и своем благополучии. Твой отец часто ездит в Министерство, а сослуживцы тебе никто, запомни. Сама страна прогнила давно, повсюду коррупция и разбой. Поверь, тебе будет лучше там. Тебя одобрят в Министерстве, а для сохранения дружеских отношений Империи ничего не останется, как обменять тебя на другого воина.

– Ладно, мам, – вздохнул Нико, – как только вернусь с задания, отправлю письмо.

Ка поцеловала его и вернулась к сковороде. Нико сжал кулаки так сильно, что ногти впились ему в кожу. Он думал очень много, точно ли ему нужно покидать это место и ехать в неизведанное, забыв про своих сослуживцев и семью. Но и возразить маме он тоже не мог и, просто развернувшись, пошел к двери.

Одевшись, он вышел в подъезд. Мысли о Министерстве не покидали его. Вырываться из зоны комфорта он точно не хотел, однако и просьбу матери игнорировать не мог. Все же в ней ощущался тот самый командир-зодиак. Она пыталась воплотить в своем сыне то, что не смогла добиться сама. Ка понимала, что боевой опыт сыграет свою роль и Нико точно примут в Министерстве, именно поэтому она не раздумывая отдала сына в солдаты, чтобы уже он прославил ее семью.

Нико вышел из дома, когда солнце было в зените и медленно направлялось к горизонту, чтобы уступить место белой луне, но время у него еще было. Он направился к лавке кузнеца чуть дальше по улице, где только недавно задержали Ви. Нико очень хотел избежать встречи с ним. Он всегда ставил себя выше других, даже в отряде он не считался со своими напарниками. В бою держался на расстоянии и никогда первым не шел в бой. Ему было все равно, что подумают другие, самым главным было сохранить свою жизнь. Однако при этом решение о переводе в Министерство почему-то было непростым, ведь мать сказала ему отправить письмо об обмене еще полгода назад. Что-то держало его тут. В глубине души Нико понимал, что за него уже все решили, и на инстинктивном уровне просто не желал это принять, хотел пожить своей жизнью. Но другая часть его знала, что истинная его цель лежит за границей этих земель. Призвание стать зодиаком, прививаемое матерью с самого детства, слишком плотно окопалось в неокрепшем разуме.

Когда-то быть кузнецом считалось достойным занятием, мастера этого дела словно разговаривали с оружием, и каждый имел свой подход. Ими становились только по-настоящему увлеченные люди. Сейчас же в кузнецы шли все подряд, лавок в городах развелось очень много. Капитализм полностью захватил Империю, и все пытались стать предпринимателями. Естественно, много было и дилетантов, как заметила Ка. С приходом прогресса и индустриализации точильные камни сменились продвинутой техникой, и так называемые мастера перестали доверять своим рукам. Заточку, полировку и даже ковку самих мечей делали машины, а кузнецы просто нажимали на нужные кнопки. Мастеров старой закалки можно было пересчитать по пальцам, к одному из них как раз и направлялся Нико. Идя вперед, он проходил мимо домов, где располагались магазины и жилые помещения. Он остановился у дома напротив пруда, с выцветшей вывеской «Железный занавес».

Кузница располагалась в подвале. Спустившись, Нико оказался в небольшом помещении вместе с мастерской по ремонту обуви и прядильной. Нико прошел в нужную комнатку, где находилась сама кузница. Перед ним предстали стол, точильный камень, печка, а на стене красовались макеты для выплавки оружия. За столом сидел седой мужичок с усами и козлиной бородкой, весьма мускулистый для своего возраста. Возле камня точил меч парнишка в очках и фартуке. Это был его подмастерье. Когда Нико вошел, они оба уставились на него.

– Здравствуйте. Мне бы мечи подточить, – с порога заявил парень.

– О, ну привет, заходи, давненько тебя не видел, – приветливо сказал старик. – Клади свои мечи на стол и присаживайся, много времени это не займет.

Нико положил мечи на стол, в тот же момент дедуля щелкнул пальцами и сделал жест мальчику, чтобы он незамедлительно приступил к работе. Тот вопросительно посмотрел на мастера, недоумевая, почему он должен оставить меч, которым уже занимается.

– Это важный клиент, не заставляй его ждать, – пояснил кузнец.

Пацаненок взял сверток с мечами и, распаковав его, удивился.

– Сталь редкая, так что ты поосторожней с ними, – наказал ему старик. – Попортишь – вылетишь.

– Вы учеников брать начали? – спросил Нико, усевшись рядом с ним.

– Да, представляешь, прибился с месяц назад. Беженец из Пустоши, сказал, что не уйдет, пока не возьму его. На крыльце возле входа сидел три дня. Я, конечно, еще могу работать, но проблема в том, что я не молодею, а лет через пять уже и ходить трудно будет. Мышцы – просто ширма, скрывающая старость тела. Вот и решил, что пора свое мастерство передать. Если дело будет жить, то я не зря им занимался всю жизнь. За пять лет поднатаскаю парня, и займет он мое место.

– Главное, чтобы клиентов меньше на стало. Сейчас молодежи уже не объяснишь, что точильные камни лучше механических станков, – вставил Нико.

– Это да, но такие ценители, как ты, всегда будут. К тому же если все в мире решат друг друга поубивать, я уверен, победителями выйдут те, у кого оружие заточено руками, а не станком.

Дед растекся в улыбке и указал пальцем на себя.

– Жаль, что я могу не дожить до этого момента. А вот у пацана шансов больше. Поэтому я ему не только полезные навыки даю, но и выигрышный бизнес. Его, кстати, Маро зовут. Так что запоминай, если и дальше собрался сюда ходить.

Нико посмотрел на подмастерье, который уже вовсю трудился за камнем с горящими глазами, высекая искры по всей комнате. Он также раньше думал, что будет служить на благо Империи, но после всех заданий разочаровался в методах страны.

– А что у него случилось, что он решил бежать? – спросил шепотом Нико.

– Я так понял, он из неблагополучного района. Сейчас в Пустоши большая проблема с беженцами, после переворота многие решили покинуть страну, а все свои средства они вкладывают в свою столицу Примус. Новый правитель перестал развивать регионы. Да и в Министерстве творится нечто странное. Мне это все птичка напела.

Дед поманил Нико пальцем и зашептал:

– Слышал я, что там сейчас усилена охрана из-за того, что месяца три назад пропало около пяти зодиаков. Говорят, дезертировали. Сейчас, конечно, их уже заменили ученики, Министерство замалчивало этот факт как могло. Но еще поговаривают, что правящий там совет стал отдавать странные приказы. Взять то же самое перенаправление средств в столицу, а не в города. То ли к войне готовятся, то ли что еще. Сейчас ситуация в мире очень неспокойная, одни дергают за ниточки, другие, вроде тебя, выполняют приказы. Везде одни кукловоды.

Нико отодвинулся обратно. Он знал, что это не простой кузнец и у него везде были свои уши, но от такой информации он опешил.

– Все готово, сэр, – подошел юнец с протянутыми мечами, тем самым показывая свою работу.

Нико поднял глаза на пацаненка и стал осматривать клинки пристальным взглядом. Они были идеально симметричны и, казалось, могли разрезать камень.

– Блестяще, – промолвил он, глядя на деда. – С меня пятьсот орелов?

– Конечно, как обычно. И это все он, – кузнец ткнул на Маро.

Когда Нико уже уходил, дед окликнул его:

– Парень, будь осторожнее, это касается тебя и твоих друзей. Грядут события, которые поменяют мир навсегда. И поверь мне на слово, все вы будете в этом участвовать.

– Мне вот всегда хотелось узнать, – решился спросить Нико. – Кто вы на самом деле – обычный кузнец или кто-то другой?

– Я тот, кем ты меня знаешь, – загадочно протянул старик.

Парень еще долго вертел эти слова в голове, ведь кузнец явно знал больше, чем ему полагалось по роду деятельности, а вот Нико даже не знал его имени.

Пора было идти в башню, но прежде нужно было испытать мечи в деле. Оружию доверяют свою жизнь, и если оно подведет в критический момент, то последствия могут стать фатальными.

Возле пруда находилась спортивная площадка, там Нико и решил проверить только что заточенные катаны. Идти было недалеко, поэтому через пару минут он уже стоял перед входом на открытую площадку. На самой площадке стояли несколько человек: одни тренировались с манекеном, другие просто разрезали воздух, оттачивая свои навыки. Кому-то проще тренироваться на деревянной статуе, а кому-то достаточно представить себе противника. Его заметили, но не придали особого значения. «Полезно будет размять кости перед заданием», – подумал Нико, все-таки отпуск давал о себе знать.

После небольшой разминки он расчехлил катаны и этим уже привлек больше взглядов. Выбрав свободный манекен, он подошел ближе. Встав за метр от своей цели, Нико сделал прицельный взмах. Катана остановилась на уровне шеи статуи. После чего Нико второй катаной со всей силы нанес удар, загнав ее на пять сантиметров в дерево. Впечатленный работой маленького кузнеца, он достал меч из дерева и, встав в боевую стойку, приготовился шинковать статую. Он раскрутил катаны в руках и начал бить в те места, где должны были находиться жизненно важные органы, словно повар, нарезающий овощи. Он отдавал предпочтение колющим ударам, чтобы не сильно затупить только что наточенные катаны. Иногда он предпринимал попытки нанести режущие удары, но не сильно вкладывался в них, так как катана снова могла застрять в дереве. Использовать оружие его научила мать, каждый удар должен был быть одновременно отточенным, грациозным и смертельным, чтобы тратилось меньше сил. Такой стиль боя он и использовал, каждое движение было выверенным и отточенным.

Вскоре на площадке уже почти все пялились на него. «Давайте, обсуждайте меня и делайте вид, что знаете, как лучше. Так и будете торчать тут до конца своих дней, пока вас не прирежут из-за того, что вы ничего дельного не умеете», – думал Нико, не сомневаясь, что его стиль и техника куда лучше, чем у остальных. Он редко появлялся в таких местах и предпочитал тренироваться в башне, но сейчас нужно было где-то неподалеку проверить работу Маро, чтобы быстро переточить клинки при необходимости. Даже без наставления матери Нико знал, что работа кузнеца куда надежнее машины. Плюс ко всему он никогда бы не отдал такую ценную сталь на станок – только в умелые руки.

Он перестал обращать внимание на зрителей, что собрались вокруг, и продолжал крошить бревно в труху. Закончить спектакль Нико решил на высокой ноте. Он снова резко ударил по манекену на уровне шеи, лезвие ушло в дерево еще глубже, чем в первый раз, и после этого второй катаной он нанес удар с другой стороны, и они обе почти соприкоснулись, после чего Нико плавным движением вырвал их и, сделав разворот вокруг себя, снес голову подчистую. Все на площадке были ошарашены. Они и не думали, что можно такими тонкими мечами отрубить деревянному манекену голову. Нико проследил, как она откатилась к решетке, которая огораживала площадку, моргнул, и перед его глазами уже была голова настоящего человека, его первой жертвы. Она снилась ему часто, взгляд был направлен прямо в душу.

Он никогда не забудет первое убийство: до службы, да и во время нее, он умудрялся долго избегать этого греха, но все же и ему пришлось замарать руки. В очередном походе со своим отрядом в отдаленное от столицы место они посетили деревушку с дипломатической целью. Но все закончилось кровавой резней, люди в деревне оказались еретиками, презиравшими пятерых божеств этого мира. Фанатиков не устроил приход гостей, они попытались избавиться от FOUND A, но сами не знали, какую беду навлекли на себя.

По виду это был обычный селянин, защищавший свой дом. Он размахивал мечом, отходя назад. Перед ним предстал человек с двумя длинными катанами. В его глазах читалось безразличие, от него исходила угроза. Селянин бросился в атаку и замахнулся для удара, но не успел опомниться, как его тело стало легче и он начал падать. Последнее, что он успел сделать, поднять глаза вверх и увидеть, как его туловище без головы падает за ним, а на него смотрит тот, кто отнял его жизнь. На тот момент Нико еще не осознал, что сделал. Но по возвращении домой он не сказал ни слова. Мысли о первом убийстве окутали его разум. Он понял, что совершил нечто ужасное. И все же выбора у него не было: либо он, либо его.

Придя в себя, он осмотрелся и увидел обычную деревянную голову от манекена, лежащую на земле.

– Ремонтники починят, – бросил Нико и направился к выходу.

Он решил помедитировать возле пруда, как раз позволяли погода и место. После столь жаркой тренировки пора было выпустить пар. Медитации также научила Нико его мама. В Министерстве это была распространенная методика, успокаивающая разум.

Нико, выйдя с площадки, подошел к аллее. Пруд был с полкилометра в длину. Его пересекал мост, а на противоположной стороне стоял Дом культуры. Там учили будущих творцов. Кинотеатры и шоу – все это было неотъемлемой частью города. Сложно было подумать, что в такие тяжелые времена существует нечто прекрасное, что помогает отвлечься. Прогресс долго шел к своему первому фильму и выступлению, однако множество умов Империи трудилось, чтобы и взрослый, и ребенок могли отдохнуть и насладиться приятным кино или концертом. Нико был далек от творческого искусства, он предпочитал больше философию жизни, как и Ди с Ви. Это было единственное, в чем они сходились и о чем могли поговорить во время попоек или повседневных посиделок.

Нико как раз приметил место на другой стороне пруда, ближе к зданию Дома культуры. Место располагало к медитации, там было мало народа и можно было спокойно сесть и сконцентрироваться. Он пошел через мост, наблюдая за купающимися людьми внизу. Солнце только недавно начало греть землю, а народ уже вовсю плавал в пруду. Кто-то просто загорал, некоторые прыгали с моста в пруд. Нико, видя, как люди резвятся и отдыхают, вспомнил, что уже завтра он поедет на свое задание, где они сделают все, чтобы остальные смогли дальше беззаботно жить и развлекаться. Но по большей части он это делает не для них, а для своей семьи.

Достигнув места, он положил чехол на землю, а сам сел на колени рядом. Мало кто умел по-настоящему медитировать, но если тебя учат этому с малых лет, то это станет для тебя по-настоящему хорошей терапией, помогающей выплеснуть ненужные эмоции и очистить разум от плохих мыслей. Нико закрыл глаза, сделал глубокий вдох и сосредоточился на журчании воды в пруду. Убрав все остальные звуки, он погрузился в пустоту, и только шум малых волн ласкал безграничное ничто. Его мысли были хаотичны, он старался привести их в порядок. Петляя в закоулках своего разума, вычеркивая неприятные воспоминания, ответственные поручения и планы на будущее, он старался остаться с самим собой наедине. Голоса людей не достигали его, он был в трансе своего сознания. Все приводится в порядок, Вселенная крутится вокруг. Он солнце для своего мира. Никто не потревожит его. Воспоминания о прошлом уже не терзают его. Темнота становится ярче, он вытаскивает свой разум из непроглядного мрака в светлое настоящее и будущее. Свет становится все ярче и озаряет бытие, весь негатив уходит в никуда.

Нико понял, что уже совсем скоро ему придется вернуться в реальный мир с его заботами. Он не хотел покидать чертоги разума, где было хорошо и тепло. Осознавая, что, когда он откроет глаза, на него вновь свалятся все его заботы. Не зная, сколько времени он уже провел тут. Может, просидел час или день и опоздал на задание? Наконец пришло время вернуться в реальность. Все завертелось вокруг него, свет и тьма смешались воедино, теперь гармония установлена, секунду спустя все в момент исчезло.

Яркий свет солнца ударил в глаза, и Нико сразу достал свой телефон. Он просидел так около получаса, вспоминая прошлый случай, когда ушел в себя почти на целый день, а когда очнулся, уже была поздняя ночь. Еще одна вещь привлекла его внимание. Пропущенный вызов от Кана. Нико почесал затылок в недоумении и перезвонил.

– Нико, привет, – услышал он бодрый голос наставника.

– Здравствуйте, мастер Кан.

– Мальчик мой, ты сейчас сильно занят?

– Время еще есть.

– Нико, слушай, я бы хотел поговорить с тобой о твоем будущем и будущем отряда. Ты же понимаешь, о чем я?

Нико догадывался, что речь идет о его переводе в Министерство.

– Да, думаю, я понимаю.

– Хорошо, тогда приходи в военный музей, я сейчас тут. Как скоро ты сможешь быть?

– Думаю, минут через двадцать.

– Отлично, я как раз закончу смотреть записи, жду тебя. Надолго не задержу.

– Понял вас, мастер Кан. Выдвигаюсь.

Нико, взяв чехол, встал, ноги и руки сильно затекли, но после небольшой разминки он готов был продолжить путь. Музей находился рядом с башней, недалеко от реки, которая разрезала весь город наискосок. Идти, конечно, было прилично, но Нико решил совместить приятное с полезным и устроить себе пробежку. Все-таки он почти не тренировался в отпуске.

Выйдя с аллеи пруда, он оказался у шоссе и начал кросс. Следя за дыханием, он бежал вдоль шоссе в сторону дома Ви. Свист ветра и шум машин заглушали остальные звуки. Нико пробегал перекресток за перекрестком. Вскоре он добежал до станции метро, которую только недавно пересекал Ви в своем походе, и направился на набережную реки, где сделал передышку. Огороженная река уходила в центр города. Нико засмотрелся на лайнер, идущий по ней. Нынче увидеть его в краях близ башни было сложно. Лайнер направлялся в сторону области, туристы с него разглядывали достопримечательности города.

Нико не собирался долго отвлекаться и с таким же рвением двинулся вдоль набережной к музею. Этот маршрут был долгим, перед ним представали разные дома и промышленные зоны. Самым выделяющимся был дом в форме арки в двадцать этажей, который стоял напротив завода, где кускам железа придавали форму мечей, шпаг, топоров, молотов, копий и других разновидностей оружия. Их передавали в оборонные центры, где их дорабатывали, затачивали и потом вручали воинам. Однако и на этом заводе уже все было отдано в руки прогресса, а большинство кузнецов, ковавших там раньше все вручную, сократили. Оставили лишь немногих, ведь кто-то должен следить за машиной.

Нико был уже близок к музею. Перед ним предстал еще один надземный монорельс, это была другая ветка, а прямо под ней располагался вокзал наземного следования.

Он прикинул, что пробежал около трех километров и даже не запыхался. Сделав небольшой крюк перед метро, он оказался перед зданием с колоннами и двумя статуями у входа. Это были герои Второй войны, о которых Нико ничегошеньки не знал. Внутри в главном зале он подошел к билетеру и предъявил свое удостоверение. Тот же в ответ одобрительно кивнул и открыл турникет. Пройдя чуть дальше, Нико услышал, как его окликнул спускающийся по лестнице Кан с кипой бумаг и парой книг в руках.

– Здравствуй еще раз, мой мальчик.

– Здравствуйте.

– Что же, символичное место я выбрал, а?

Нико ухмыльнулся.

– Ну что, не хочешь освежить в памяти историю?

– Я не против.

– Тогда прошу, гобелены и экспонаты скрасят нам разговор, – улыбнулся наставник.

Сделав жест рукой, он показал на первый зал. Нико последовал туда, Кан же направился вслед.

В зале их встретили картины, скульптуры и древние артефакты. Сам зал был огромен, туда вместили все, что касалось Первой войны, с которой, как считали многие, и зародился мир.

– Это мой любимый зал, – сказал Кан. – Любое начало всегда интересно. Вопрос только в том, насколько сильно его приукрасили.

Нико был в этом музее пару раз. Их водили сюда в детстве. Потом еще раз в юношеском возрасте. Он смутно помнил, что конкретно им рассказывали и показывали. Лучше всего Нико запомнил два экспоната. К одному из них он и подошел. Большое полотно, на котором были изображены бесчисленные безликие на просторах Пустоши в глубокой ночи, где лишь луна и звезды озаряли просторы неба. Безликих на самом полотне было много, посчитать всех очень сложно, и лишь автор этого произведения знал точное количество. Под полотном была подпись «Начало времен». Кан также приблизился к нему.

– Первое, что подарила земля. Это были безликие. Вот ирония.

Рядом стояла вырезка из древних книг, запечатанная в стекло. Нико подошел к ней и стал читать. Она гласила следующее: «Тысячи безликих заселяли просторы этой земли, никто не имел ничего. Они слонялись, как призраки, смотря в небо. Планета родила их или боги создали, это неважно. Все они – это мы, все мы – это они».

Чуть дальше находилось еще одно полотно, где был изображен человек, срывавший с себя маску безликого. Надпись гласила: «Первый».

– Это был первый человек, который смог освободить себя от уз с безликим. Он обрел цель в жизни, первым из людей сорвав маску. За ним последовали другие, таких называют альфами, – сказал Кан, подойдя к Нико.

– Мастер, мы же не на уроке истории, давайте перейдем к сути дела.

– Ах да, прости. Итак, ты уже решил?

Они неторопливо зашагали по залу, проходя мимо экспонатов и других гобеленов.

– Вы ходите вокруг да около, говорите как есть, вы ведь о моем переходе в Министерство?

– Именно о нем. Что ты решил? Мне нужно понимать, как действовать дальше.

– Я думаю, что скоро подам письмо с прошением. Далее все зависит от вас. Вы одобрите меня?

Кан замолчал и остановился у полотна, где было изображено, как люди и безликие сошлись в неравной схватке. Безликих было намного больше, и люди отступали. Надпись гласила: «Первая война». Мало что было известно о ней, лишь то, что первые мечи стали коваться именно в ту эпоху, и если бы не оружие, людей бы истребили.

– Конечно, мой мальчик, хотя тяжело мне тебя отпускать.

– Простите меня, мастер, но таково желание моей матери.

Они проходили мимо старых мечей, небрежно выкованных и бесформенных – просто заточенные куски железа. Такими они оставались до прихода Гура, который придал им форму и чья статуя украшала аллею возле башни солдат. Они подошли к следующему залу.

– Зал Второй войны. Та самая война, в которой люди впервые убивали себе подобных, – задумчиво произнес Кан, пропуская Нико вперед.

Этот зал был наполнен более современными экспонатами, изображения на гобеленах тоже стали отчетливее. Появились карты сражений, и оружие выглядело привычнее глазу. Посередине зала стояла купель с голубой кровью.

– Твоя мама уже все решила, но вопрос в тебе, Нико, – продолжил Кан. – Хочешь ли ты этого? Неужели тебя ничто не держит тут?

Нико встал перед купелью. Надпись рядом гласила: «Магия мира». Вырезка из древних рукописей гласила следующее: «Пять богов сияют над миром: Фидес, Ира, Аквитас, Секурус, Аэкум. Каждый оставил людям дар. Каждый направлял их». А над чашей на потолке была фреска с изображениями двенадцати божественных подмастерьев, в честь которых были названы месяцы: Янтарис, Флорастис, Ветромар, Ентропус, Солнеар, Киберон, Тенебрис, Аквамар, Ноктурн, Геоманд, Сферос, Хронос.

– Я всегда думал, что будет, если выпить эту жидкость? Может, я обрету силу? – сказал Нико в шутку. – Мастер, вы пытаетесь ввести меня в заблуждение?

Кан подошел к полотну с названием «Последний штурм», на котором была изображена осада замка.

– Золотой король, пришедший к власти, объединил и шесть народов, чтобы выступить против магов. Секурус даровал миру магию голубой крови, и ее владельцы по праву сильных стали захватывать соседние земли, распространяя свою власть. Золотой король объявил его языческим богом и приказал уничтожить его последователей. И все, веря, что делают праведное дело, защищают землю от оккупантов, пошли на войну, пролив море человеческой крови. Если ты решил, так тому и быть, я буду ждать письма из Министерства об обмене.

Нико молча ходил по залу и рассматривал доспехи рыцарей тех лет. Следом перед ним предстала картина «Мать» с девушкой, несущей свет, за которой следовала толпа людей.

– Они ведь победили? И все зажили в мире, – протянул он.

– Именно, но война оставила большую рану. Тогда люди разделились надвое. Те, кто взбунтовался против золотого короля, в конечном итоге свергли его, а оставшиеся маги ушли в далекие земли и основали Министерство, где людьми правят другие люди – совет мудрецов. А часть осталась тут, так появилась Империя с императором во главе. И, к сожалению, мир был недолгим.

Они подошли к третьему залу, который выглядел совершенно иначе. Прогресс за столь короткое время шагнул очень далеко. Вместо картин уже висели фотографии. Рукописи были лучшей сохранности. Оружие и наряды поменялись на более традиционные. Все говорило о том, что эти события происходили недавно.

– Не люблю этот зал, – сказал Нико.

– Это наша история, именно поэтому она здесь представлена, чтобы мы не были глупцами и не повторили ее. Удивительно, что все это случилось более трехсот лет назад.