Вы читаете книгу «Измена. Цена Боли» онлайн

Глава 1

– Осторожненько, – я любовно положила себе руку на живот, когда выходила из такси.

Расплатившись с водителем, я радостно выдохнула и шагнула вперед – к проходной офиса моего мужа, и все еще держала руку на животе.

Потрясающее чувство радости и счастья не покидало меня. Только что я узнала, что беременна вторым ребеночком и спешила сообщить эту новость мужу. Я понимала, что для меня это уже не в первый раз, и что на столь раннем сроке за живот держаться совсем не обязательно, но мне уже не терпелось познать все радости беременности. А еще казалось, что своим прикосновением я уже согреваю эту маленькую фасолинку и наполняю любовью.

Я заставила себя все же положить руку обратно на ремешок сумочки, чтобы никто не узнал о моей беременности раньше мужа.

Мне очень нравилось быть мамой, и я хотела второго ребеночка буквально уже на следующий день после первых родов. Но второй ребеночек у нас не получался практически шесть лет. И вот наконец-то это радостное событие случилось, и я не знала как мне хоть немножечко скрыть свое счастье от чужих глаз.

Окрыленная своей радостью, я впорхнула в лифт и опустила лицо, чтобы не улыбаться так откровенно в кучке хмурых офисных работников. Они были поглощены своими мыслями, но все же один из них оглянулся и нахмурился еще больше.

Какой-то совсем молодой парень, явно новенький. И чего он такой хмурый? У него вся жизнь впереди, а на его кислую мину ни одно хорошее событие не придет.

Я была так счастлива, что мне хотелось поделиться радостью даже с ним, поэтому я улыбнулась ему доброй улыбкой, а он лишь закатил глаза и отвернулся.

Да уж. Неприятно. А я ведь просто улыбнулась.

Однако его недовольство немного отрезвило меня и чуть-чуть спустило с небес на землю. Поэтому уже более серьезная, я направилась в приемную. Первое, что мне резануло взгляд – это закрытая дверь. В приемной она закрывалась только тогда, если директора, а именное моего мужа, не было на месте. Это был такой условный знак для всех сотрудников.

При этом дверь все равно не запиралась на замок, так как у сотрудников могли быть дела не только к директору, но и к его секретарше. Поэтому я нажала на ручку и оказалась в пустой приемной.

Секретарша явно ушла совсем недавно. На ее столе дымилась чашечка свежего кофе, но что-то ей явно помешало его выпить. Так же я заметила бумаги на полу. Словно их кто-то скинул со стола. Но я все еще была счастлива переменам в своей жизни, поэтому все увиденное меня ничуть не омрачило и не насторожило.

Я смело направилась к кабинету мужа, собираясь подождать внутри его возвращение, но тут… я отчетливо услышала женский стон.

Моя рука дрогнула на хромированной дверной ручке, но все же я уже не могла поступить иначе. Я нажала вниз и немного приоткрыла дверь. Ровно на столько, чтобы увидеть самое главное.

На бордовом кожаном диване сидел мой муж, а между его ног вульгарно причмокивала и стонала его секретарша. Абсолютно голая. Ничего ее не смущало. Она жадно цеплялась пальцами за брюки моего мужа и насасывала ему член. А мой муж… неистово трахал ее в рот, намотав ее волосы на кулак! Так грязно! Мерзко!

Я застыла на месте и никак не могла перестать на это смотреть. Как последняя мазохистка, я дрожала, глотала слезы, но не могла и пальцем пошевелить, чтобы закрыть эту чертову дверь.

Перед глазами проносились все наши счастливые моменты. Наше знакомство, самые романтичные свидания, свадьба, клятвы любви, рождение Дениски, и наша счастливая семейная жизнь. И все это сейчас смешивалось с той грязью, которую я видела в кабинете мужа.

Нет!

Я наконец закрыла дверь и зажмурилась.

Я не омрачу воспоминания о моем сыне этой грязью. И не омрачу воспоминание о второй беременности. Сейчас это все, что у меня осталось.

У меня закружилась голова, и я уперлась лбом в дверь.

Стало нечем дышать. Все внутри горело огнем горечи и предательства.

– Ань! – вдруг окликнул меня женский голос, а я не сразу среагировала на него.

– Анют! – снова позвала женщина, и теперь я ощутила ее ладони на своих плечах.

Я до сих пор не понимала кто это, но раз она окликнула меня так ласково, значит точно знает меня.

– Уведи меня, – прошептала я, ничего не видя перед собой. – Пожалуйста, уведи.

Женщина медленно повела меня по коридору, но я как будто все еще оставалась прикованной к двери директорского кабинета. Я видела перед собой не офисный коридор и проходящих по нему сотрудников, а все еще ту грязную сцену измены.

Как это могло произойти со мной? Разве я была скандальной женой? Разве я многого просила? Разве была некрасивой? Ничего из этого не было!

В моем доме всегда было чисто и уютно. Я никогда не устраивала скандалов без повода. Никогда не пилила Марата и не тратила его деньги налево и направо. А уж как я следила за собой! Мне двадцать девять лет, а у меня на лице ни морщинки, ни уколов, а на теле нет ни одного лишнего килограмма! Что ему не хватало?!

Как мне дальше жить? Как вынести это? Ведь это значит, что все кончено? У меня больше нет мужа. Теперь от моей семьи остались только я, Дениска, и мой еще не родившийся малыш.

Ой! Мне же нельзя волноваться! Я так долго ждала этого ребеночка… Как я справлюсь со всем этим одна?

Глава 2

– Я не справлюсь, – выдохнула я и заплакала от отчаяния.

В этот момент женщина уже усадила меня на стул, но я все равно не осознавала реальность. Моя жизнь разделилась на «до и после», а горло душила паника и рыдания.

– Анют, что случилось?

Я наконец узнала голос женщины. Это была Алина – сестра Марата. Не сказать, что мы были в близких отношениях, у нас как будто никогда не было времени на сближение. Но как только полгода назад она устроилась в компанию брата, мы стали общаться немного теснее.

– Марат… – всхлипнула я. – Он… там…

– Что с ним? – Алина вскочила на ноги, наверное, испугавшись за жизнь брата.

– Он изменил мне, – как бы мне ни было тяжело, но я выдавила эта из себя. – С секретаршей.

Алина тут же села обратно и закрыла рот ладошкой. Но через секунду снова вскочила:

– Ты что! – не поверила она. – Он не мог. Он любит тебя!

– Я все видела, – заскулила я и снова пустилась в рыдания.

– Подожди, – Алина ободряюще погладила мне спину, а затем сходила к кулеру для воды. – Вот, попей. Успокойся немного.

Я всхлипнула, но приняла стаканчик с водой.

– Ты не могла ошибиться? – снова спросила она. – Может быть… она стояла слишком близко, и ты подумала…

– Нет, – выдохнула я, залпом выпив воду, – она абсолютно голая делала ему минет…

– Боже! – Алина снова закрыла рот ладошкой. – Ань… я сейчас же с ним поговорю. Подожди меня…

– Нет, – я схватилась за ее рукав и усадила ее обратно, – не надо. Это ничего не изменит. Теперь, что бы он ни сделал, но мы не сможем остаться семьей.

– Ты говоришь о разводе? – упавшим голосом спросила она.

– Да, – кивнула я. – Я не смогу такое простить. Никогда.

– Анют… – Алина хотела сказать что-то еще, но понимала, что все слова тут бессмысленны. Поэтому она просто обняла меня и терпеливо принялась сидеть рядом.

У меня же наоборот от ее ласки сразу закончились слезы и жалость к себе. Теперь мне стало стыдно. Ужасно стыдно быть женщиной, которую предали. Показать кому-то, что тебя просто посчитали тряпкой. Вытерли ноги. Растоптали все самое ценное, что у меня было. Словно я сейчас была преступницей, а не Марат.

– И что ты собираешься делать дальше? – спросила Алина.

– Не знаю, – я мотнула головой. – Подам на развод. Отсужу часть квартиры и перееду в новую. А пока сниму другую квартиру.

– А с Маратом? – задала она новый вопрос. – Что ты будешь делать с Маратом?

– А что мне с ним делать? – горько усмехнулась я.

– Ты должна с ним поговорить, – настаивала она. – Сказать как тебе больно.

– Это ничего не изменит, – мне по-прежнему было стыдно посмотреть сестре Марата в лицо. – Разговор случится в любом случае. Должна же я буду озвучить свое решение.

– Но… ведь так нельзя! – на этот раз Алина как будто разозлилась. – Он сделал тебе так больно, а ты просто уйдешь?

– А что мне еще делать? – не понимала я.

– Отомсти ему! – твердо заявила она.

– Как? – удивилась я. – Переспать с кем-то ему назло? Нет уж. Такая месть не по мне.

– Нет, не так, – не сдавалась Алина. – Надо заставить его пожалеть об этом!

– У меня не хватит сил судиться с ним, – выдохнула я. – Мне бы только поскорее получить развод.

– Ты должна испортить ему жизнь, а не судиться, – победно заявила Алина. – Заставить его просить прощения. На коленях.

– Зачем? Я все равно не приму его назад, – я сопротивлялась ее решениям.

– И не надо принимать, – на этот раз Алина подняла мое лицо за подбородок и взглянула мне в глаза. – Ты просто испортишь ему жизнь. Само существование. Сделай так, чтобы он взвыл. Не говори ему о том, что видела, просто с этой секунды начни ему портить жизнь.

– Мне сейчас не до этих игр, Алин, – я все хотела опустить лицо, но Алина упорно заглядывала мне в глаза, не давая мне «гулять» взглядом.

– Это не игры, – серьезно ответила она. – Это твоя жизнь. Твой шанс сохранить к себе гордость и самоуважение. Посмотри на себя. Да ты растоптала себя почище моего братца! Он лишь «выгулял» свою плоть, а ты собираешься поставить на себе крест. Разве это справедливо? Это он должен страдать, а не ты!

– Я не знаю, – в этот раз мне показалось что Алина права.

– Я никуда тебя не отпущу, пока ты не пообещаешь мне, что отомстишь ему, – она крепко стиснула мои руки в своих. – Ты должна это сделать. Ты сказала, что не простишь его. Никогда. Но если ты просто уйдешь, то подаришь ему прощение.

– Разве ты не хочешь встать на сторону своего брата? – открыто спросила я. – Ведь он твоя семья, а не я.

– Нет, – Алина сердито сложила руки на груди. – Думаешь, он мне никогда не делал больно? Да постоянно! Он не был добрым и любящим братом. Он все время смеялся надо мной в детстве и подставлял. А еще он заворачивал меня в одеяло и держал. Да у меня клаустрофобия после этого! Я задыхаюсь в тесных пространствах. И кому после этого я должна сказать спасибо? Конечно же «любимому» брату! Вот пусть и получит от тебя по полной программе.

– А ты? – я вдруг подумала, что было бы неплохо действовать на пару с Алиной. – Ты сама не хочешь мне помочь в этом деле, раз у тебя такие сильные мотивы?

– С удовольствием, – Алина скрипнула зубами. – Ни один мужчина не должен остаться безнаказанным после измены. Наказать его – наша задача. Вот такие дурочки как мы спускаем все на тормозах, а потом что? Они нас еще больше и предают после этого.

Я даже чуть-чуть улыбнулась ее словам и поняла, что сейчас эта девушка единственная, кто может меня поддержать.

– Алин, – выдохнула я. – Можно я тут с тобой еще посижу немного? Если я сейчас окажусь одна, то с ума сойду от мыслей. Мне нужно хоть немного собраться с силами.

– Конечно, – Алина и сама была рада, что я останусь. – Я тебе сейчас чай с мятой сделаю, и мы обо всем подумаем.

Глава 3

Марат

Я бросил взгляд на семейное фото в рамочке на столе и мое сердце немного смягчилось. На фото были изображены моя жена Аня и наш сын Дениска. Я любил Аню. Очень. Хоть в последнее время наши отношения немного остыли.

Я все еще хотел мою жену. Дико возбуждался, когда видел ее дома. Мне нравилось, как она выглядела. Аня никогда не позволяла себе выйти ко мне растрепанная, или по-домашнему одетая. Даже ее ночные рубашки сводили меня с ума.

Но было одно «но»: она хотела второго ребенка и все ее мысли и разговоры о сексе в последние полгода завязывались на втором ребенке. Я прекрасно понимал ее стремление стать мамой во второй раз, но все же это натолкнуло меня найти другое решение проблемы.

Пару раз я обошелся с Аней грубо. Они ничего мне не высказала, но я видел, что ей было больно после этого. Однако узнав вкус грубости с моей женой мне теперь хотелось только этого. Как будто назло тому, что она сейчас вся такая милая и нежная. Мне хотелось пожара, порока и похоти, а не ванильную любовь.

Я не мог ждать, когда же Аня наконец забеременеет и наконец прекратит эти разговоры, поэтому изливать свою грубость стал в свою секретаршу Олю.

Подумав об Оле, я тут же вызвал ее по селектору. Мне срочно нужно трахнуть ее в рот, иначе взорвусь.

Оля впорхнула в мой кабинет мгновенно. Она уже прекрасно понимала, что с ней сейчас произойдет и ей явно не терпелось.

– Марат Альбертович, – томно произнесла она и уложила свои руки на пуговицы на блузке, – вы меня звали?

– Звал, – сухо ответил я, но все же пропустил хитрую ухмылку. – Отсоси мне.

Меня ни капли не коробило хамить Оле. Она была типичной секретуткой, которая готова переспать со всем офисом, лишь бы выбить для себя привилегии. Она и не обижалась на мои слова. Даже в шутку. С тех пор как я завел себе карманную зверушку, которая по щелчку пальцев делала мне минет, я почувствовал себя более свободным.

– С радостью, Марат Альбертович, – сладко пропела Оля и принялась раздеваться.

– Это необязательно, – фыркнул я и пересел на диван.

У Оли была красивая фигура, но все равно ее двадцатилетнее молодое тело не могло сравниться с хрупкой и тоненькой фигуркой моей Ани. Даже после родов она выглядела как фарфоровая куколка или маленькая балерина, которая крутится на крышке музыкальной шкатулки.

Тут же я постарался представить на месте Оли свою жену и с удовольствием откинулся на спинку дивана. Аня меня возбуждала даже когда была одета. Столько всего хотелось с ней сделать!

Оля к тому моменту уже успела полностью раздеться, и среди кучки одежды, что теперь лежала на полу, не было трусиков. Значит, эта шлюшка ходит на работу еще и без трусов!

Мне стало неприятно думать об этом, поэтому я снова переключился мыслями к своей жене. Я вспоминал ее аккуратную грудь и упругую попку. Но вот губы… у Оли все-таки лучше. В них есть что-то искусственное, что почему-то вызывало еще большее желание.

Когда она обхватывала ими мой член, то становилась похожа на настоящую соску. Ей очень идет мой член во рту.

– Хотите, я сделаю сегодня что-нибудь другое? – Оля провела когтистыми руками по моим бедрам. – Я все умею.

В этом я не сомневался, но Оля годилась только для минета. Мне казалось, если я войду в нее, то весь замараюсь. Однако эта грязная девушка все равно меня возбуждала. Я мог быть с ней максимально груб. Мог унизить. А она лишь еще больше текла от возбуждения.

– Соси, и хватит болтать, – рыкнул я и намотал ее волосы на кулак.

Как меня раздражают разговоры во время секса! Но сейчас я заткну собой эту шлюшку.

Одним рывком я вошел в ее горячий рот и сильнее придавил ей затылок. Девушка заскребла ногтями по моим ногам. Задохнулась. Поперхнулась. А я испытал настоящий кайф.

Да, именно такая грубость мне и нужна. Эта грязная доступная девка заслуживает только такого обращения.

Не дав ей отдышаться, я принялся насаживать ее на свой член, а она шмыгала и иногда тихо стонала. Она всеми силами показывала, что ей все нравится. Что она все готова вытерпеть.

Дешевка.

Я насаживал ее на себя еще жестче, как вдруг услышал за дверью:

– Анют!

Моя жена здесь?

Я бросил взгляд на дверь, но она была закрыта.

– Ты заперла дверь? – я на мгновенье оттащил от себя Олю, а она закивала, стерев черные разводы от туши. – Продолжай.

Вновь откинув шею на спинку дивана, я принялся наслаждаться Олиными ласками, но теперь все отчетливее представлял на ее месте свою жену.

Я бы обращался с ней не так грубо, но все же мне хотелось так же ее насадить на себя. Хотелось отступить от норм уважения и просто залить спермой все ее лицо. Но ведь Анька бы после этого перестала бы со мной разговаривать.

Не в силах сдержать свою фантазию, я оттянул от себя Олю, зажал член и стал порциями кончать на ее лицо. Я кончил немного и на волосы, прекрасно зная как это не любят женщины. Но сейчас мне нужен был этот выход. Аня слишком возбудила меня в моей фантазии.

А ее имя, произнесенное под дверью… Вряд ли она бы пришла ко мне. Она никогда так не делала, предварительно не позвонив мне. Скорее всего это окликнули какую-то сотрудницу. Возможно, молодую бухгалтершу или… кажется в конструкторском бюро тоже есть Анна.

Я окончательно отпустил Олю и бесцеремонно покинул свое место. Девушка же наощупь доползла до моего стола и взяла пачку влажных салфеток. Затем все так же голая, принялась аккуратно умываться.

– Я сделаю пару звонков, – предупредил я секретаршу. – Оставайся тут и полностью приведи себя в порядок.

Я же отвернулся к ней спиной и набрал номер своего делового партнера. По ходу дела, отработанным движениям я опустил рамку с фотографией картинкой в стол, чтобы не глядеть пока на свою жену. Главное не захотеть Аню в фантазиях еще раз.

Я не считал, что изменял жене с этой Олей. Кто виноват, что наши интересы в сексе стали разными? И потом, я ведь не трахаю ее в другие места. По моему мнению минет вообще можно не считать изменой.

Поэтому со спокойной совестью я погрузился в свои задачи, уже и забыв про имя моей жены, названное за дверью.

Глава 4

Я сидела в кабинете Алины, наверное, уже двадцать минут, но больше мы с ней не разговаривали. Она понимала, что мне нужно еще время, чтобы я хоть немного проглотила этот ком в горле.

Идея Алины испортить Марату жизнь показалась мне хорошей. Я действительно занижу свою самооценку ниже некуда, если просто так молча уйду. И хоть я меньше всего сейчас хотела привносить негатив в свою беременность, но и страдания мне не принесут пользы.

Мне нужно сделать хоть что-то.

– Как ты думаешь? – я первая нарушила молчание. – Что во мне не так? Чем она лучше меня?

– Ничем, – уверенно ответила Алина. – И все с тобой как надо. Ты замечательная. Просто иногда мужчин тянет на доступных девок. Но у кого-то хватает ума в этот момент вспомнить о семье и отогнать от себя такую тягу, а кто-то считает, что один раз… ну ты понимаешь.

– Думаешь, это случилось в первый раз? – меня передернуло всю от воспоминаний.

– Неважно сколько раз это случилось, – Алина снова начинала как будто злиться. – Если он не вспомнил о семье, то и в следующий раз не вспомнит.

– Тебя это так задевает, – я решилась наконец спросить, – у тебя был кто-то такой?

– Был, – выдохнула она. – Мы расстались четыре месяца назад, а я после него никого не могу найти. Знаешь, сколько раз за ночь я прокручиваю эту ситуацию? И это происходит каждую ночь. Я тогда тоже застыдилась и просто согласилась на расставание. Мне и говорить с ним не хотелось. Месяц только отходила от первых впечатлений. А потом так пожалела, что ничего ему не сделала. Так горько из-за этого. И ведь сейчас ему уже не отомстить. Поэтому и ты не должна спускать это на тормозах. Да, сейчас тебе больно, но зато потом ты хотя бы сможешь жить дальше.

– Не знаю, – выдохнула я.

Одно дело то, что Алина рассталась с парнем. И совсем другое дело моя ситуация. Семь лет брака, ребенок и вот уже второй. Я представила как все наши родственники будут стараться помирить нас. Конечно, измена – это серьезный проступок, но нас так много связывает. Я была уверенна, что на меня сейчас ополчится моя мама и мама Марата. Будут уговаривать простить. И как тут сдержаться, чтобы не уйти как можно тише?

– Алин, я, наверное, пойду, – я нерешительно встала со стула. – Я отвлекаю тебя от работы, да и мне если честно не хочется находиться в офисе. Вдруг к тебе зайдет Марат, а я совсем не готова сейчас к разговору.

– Марат точно не зайдет, – ответила она. – Он сотрудников только к себе вызывает. Но если тебе так хочется, давай я на такси тебя посажу.

– Давай, – я согласилась. – Голова что-то кружится. Мне лучше поскорее прилечь.

– Конечно, такой стресс, – Алина подхватила меня под локоть. – Тебе нужно поспать.

Я закивала и доверила себя Алине. Как оказалось зря мы никогда не разговаривали по душам. Какой она добрый, отзывчивый и сочувствующий человек.

Тем временем мы вышли из здания и на свежем воздухе я почувствовала себя немного лучше. Легкий ветерок чуть сбавил мое головокружение, и я смогла идти уже поувереннее.

Наконец Алина посадила меня в такси и через двадцать минут я была уже дома. Отложив все домашние дела на потом, я поспешила в душ смыть весь негатив сегодняшнего дня.

Я так интенсивно скребла себя мочалкой, словно это могло бы мне помочь вытравить этот день из памяти. Но нет, реальность не изменить. Мое сердце разбито, и моя жизнь больше никогда не будет прежней. Сейчас мне даже казалось, что я больше никогда не смогу полноценно испытывать радость. Возможно, она будет только по отношению к моим детям. В обычной жизни я теперь не знала что в принципе могло бы порадовать меня.

Я уложила ладошку на еще пока плоский животик, уперлась лбом в кафельную стену и позволила себе зарыдать. Да, мне нельзя волноваться, но мне нужно излить свои эмоции. Я знала, что так будет хоть немножечко легче. Пусть оно просто выйдет.

Струи упруго били по моему телу, а я все рыдала и рыдала, не в силах остановиться.

Никогда не думала что со мной произойдет такое! Нам было так хорошо вместе. Марат всегда был ко мне очень заботлив и внимателен. Бывали моменты, когда он вел себя грубо. Я принимала и это. Наверное, каждый мужчина нуждается в том, чтобы иногда сливать свою агрессию. И уж лучше он сделает это в постели, чем в обычной жизни. В постели это хотя бы еще более-менее возбуждает.

Но я никогда не думала, что я не устраиваю его до такой степени, чтобы он завел себе женщину на стороне. А может быть во мне действительно что-то было не так? Может я стала слишком пресной для него, или слишком погрязла в быту и воспитании Дениски? Может что-то не так с моим характером? Может я просто приелась Марату?

Я не могла больше стоять и просто села у стены, поливая себя душем.

Почему я пытаюсь оправдать Марата? Если ему что-то не нравилось во мне, мы всегда могли это обсудить. Да, это бы обидело меня, но все же я бы хотя бы знала на что мне следует обратить внимание. А действовать вот так, за моей спиной, это мелко.

Он предал меня – и это его решение. Он взрослый и зрелый мужчина. Прекрасно отдает отчет своим действиям. Его предательство было осознанным, и я не должна его оправдывать.

И может… действительно принять предложение Алины и подпортить жизнь Марату? Конечно, по-крупному это сделать у меня не получится, но чаша терпения переполняется как раз мелкими каплями.

Глава 5

– Да, – дрогнувшим голосом я ответила на звонок.

Звонил Марат. Он всегда звонил мне в районе пяти вечера, чтобы мы могли решить где бы нам поужинать.

На мгновенье я подумала, что стоит отказаться сегодня от выходов и остаться дома. Но дома разговора будет не избежать. А если Марат к тому же попытается ко мне притронуться… нет. Лучше уж побыть на людях. Не могу я пока обсуждать эту ситуацию. Я слишком разбита, чтобы устраивать скандал.

– Анечка, – как обычно интригующим голосом проговорил он, – куда ты хочешь со мной пойти?

Меня передернуло от его тона. Он всегда говорил со мной очень сексуально. Я видела как в нем каждый раз просыпалось желание. Даже спустя столько лет брака. Мне было немного неловко от такого слишком зацикленного на сексе внимания. Сейчас мне и вовсе стало противно.

Неужели он не «насытился» за сегодня? Еще рассчитывает на то, что я разделю с ним постель? Не дождется!

– Давай… сегодня поедим рыбу, – холодно ответила я. – Дениска хотел рыбу на гриле.

– Хорошо, – согласился он. – Тогда я заберу сначала тебя, потом Дениску, и уже поедем на ужин.

– Тогда я тебя жду, – ответила я и тут же разъединила разговор.

У меня трясло руки от нервов, а сердце мучительно билось в груди и висках. Кажется, если бы я проговорила с ним еще минуту, то взорвалась бы в рыданиях и обвинениях. Но мне надо держаться. Когда наш разговор состоится, я не буду жертвой. Марат не получит ни одной моей слезинки! Козел! Кабель!

Я положила мобильный на столик и буквально заставила себя дышать глубоко.

Нужно успокоиться. Нужно держать себя в руках. Мне нужно сохранить свою гордость.

Продышавшись, я пошла выбрать себе платье на вечер. Сегодня совсем не хотелось выглядеть игриво или чувственно, поэтому я выбрала черное платье, с белым воротничком. Сверху оно было абсолютно глухое, а снизу расходилось пышной короткой юбкой. Образ дополнился лаковыми черными лодочками и такой же лаковой сумочкой.

Даже после того, как Марат разбил мое сердце я все равно не могла позволить себе появиться при нем не собранной. Напротив, в этот раз я особенно тщательно уложила волосы, чтобы придать своему образу еще больше роскоши.

Наконец, как я ни пыталась оттянуть этот момент, но с ужасом услышала, как входная дверь открылась, и в дом вошел Марат.

– Анечка! – позвал он. – Почему ты меня не встречаешь?

Это был один из наших ритуалов. В какой бы части дома я ни находилась и чем бы ни была занята, но я обязательно подходила и встречала моего мужа. Даже если его приход заставал меня во время купания, я все равно выходила к нему уже в полотенце.

– Прости, мне не здоровится, – сообщила я из-за угла прихожей.

– Что случилось? – Марат вытянул руки и подошел ко мне, я же отстранилась от него и поспешила в туалет.

– Извини… мне надо припудриться.

Отсидев еще пару минут в туалете, я почувствовала, что вроде бы набралась сил и готова снова идти в бой.

– Пойдем, – я аккуратно обошла Марата и открыла дверь. – Мне уже лучше.

– Аня, – он вдруг остановил меня за руку. – Что случилось? Ты сама не своя. Что-то произошло?

– Нет, – мой голос дрогнул.

Не могу я сейчас завести разговор! Ну не могу! Я хочу достойно принять эту ситуацию, а не рыдать, размазывая на себе тушь.

– Неправда, – Марат зажал меня у двери. – Скажи, что не так. Или если действительно ничего не произошло, то поцелуй меня. Я соскучился по тебе, Анечка.

Я решительно взглянула ему в глаза, но все же поняла, что сейчас для меня не время.

– Поговорим за ужином, – сухо сообщила я. – И… мне правда нездоровится. Дай мне немного времени, ладно?

– Ань, – Марат не отпускал меня, – давай тогда останемся дома. Я все закажу доставкой. Я позабочусь о тебе, вызову медсестру если нужно.

– Нет, – я постаралась смягчить взгляд. – Я не хочу быть дома. Мне нужен воздух.

– Ань, – Марат вдруг приблизился ко мне максимально близко и обхватил руками мое лицо, – у нас все хорошо? Ты доверяешь мне?

– Давай поговорим за ужином, пожалуйста, – попросила я. – Мне нужно на воздух. Пожалуйста!

– Анечка, – Марат уложил мне руки на талию. – Я люблю тебя. Ты во всем можешь мне довериться. Ясно?

Я машинально закивала, а Марат вдруг подхватил меня на руки и понес из дома.

– Не надо, – возмутилась я. – Что ты делаешь?

– Ты плохо себя чувствуешь, – объяснил он. – Не спорь со мной.

Я надула губы, но позволила моему мужу донести меня до машины. Там он меня бережно усадил и пристегнул.

Весь путь до садика мы проделали молча, а затем забрали Дениску.

Мальчик тут же принялся с жаром рассказывать, что он сегодня делал и какая неловкая ситуация произошла с его другом.

– И вот он описался прямо на тихом часе, – победно закончил Дениска свой рассказ. – Все над ним смеялись.

– Ну что же вы так? – пожурила я сына. – Нельзя над таким смеяться. Он ведь ваш друг. Вы должны были прийти ему на помощь, иначе для чего тогда дружба?

Дениска задумался над моими словами, но, очевидно, теперь ему стало жаль, что он высмеял друга.

Наконец мы добрались до ресторана и уселись за столик, где Дениска тут же погряз в своем планшете. Он не любил вклиниваться во взрослые разговоры, предпочитая спокойно есть и смотреть видео.

– Марат, – выдохнула я после того, как официант удалился с нашим заказом, – мне и правда нужно тебе кое-что сказать. Это очень важно.

Муж открыто взглянул мне в глаза и принялся внимательно слушать.

Глава 6

Я замялась, а вся моя смелость выветрилась.

Мой муж смотрел на меня так внимательно и как будто даже с любовью, что я на мгновенье задумалась, а действительно ли я видела сегодня его измену? Что если мне это приснилось? Привиделось? Что если это вообще был не Марат? Ну мало ли? Какой-то сотрудник решил получить таким образом порцию адреналина? Вдруг еще не все потеряно?

Но я тут же одернула себя. Разум услужливо подбросил мне в память все картины того ужасного действа, и я поняла: не привиделось. Это действительно был мой муж, и он совершил измену. Никак по-другому это не назовешь.

Но все же… очень трудно было поверить в это, когда мой муж смотрел на меня с такими чувствами.

– Анечка, – Марат взял меня за руку, – у тебя ладошки ледяные. Что-то случилось?

Я потянула руку обратно, но Марат не дал мне разорвать наш контакт.

– Что случилось? – уже более настойчиво спросил он. – Скажи мне.

– Я передумала, – на этот раз я взглянула на мужа жалобно. – Пожалуйста, не обращай внимания. У меня действительно сегодня плохое настроение.

– А ты была сегодня у врача? – спросил Марат.

Точно. Он ведь подвозил меня сегодня до клиники. Соврать, что я там не была, уже не получится.

– Была… но ничего нового, – ответила я.

– Поэтому ты и расстроена, – заключил он. – Но я уверен, что у нас все получится. Я все для тебя сделаю.

У меня сердце кольнуло в груди.

Как он может так говорить, если спит со своей секретаршей? Как может желать второго ребенка, если в его мыслях только похоть и грязь? А может он вообще не хочет ребенка?

– Закажем вина, – муж раскрыл винную карту. – Красное. Чтобы придать твоим щечкам румянца.

Боже! Он продолжает заботиться обо мне и говорить ласково, когда только сегодня днем понасовал своей секретарше? Если после этого ничего не изменилось в его привычках, может он уже давно меня не любит? И все это время он просто мне врал?

А что, очень удобно: можно спать с молоденькими девушками, но не обременять себя серьезными отношениями. Может наш брак вообще просто прикрытие для его бесконечных связей?

Мне стало горько от собственных догадок. Я не знала, как долго он уже меня так обманывает. Алина права: я не должна такое спускать. Пусть заплатит за свое предательство. И начнет платить с малого.

– Да, я хочу вина, – сообщила я. – Только не красного. Я хочу игристого.

Я помнила, что в этом ресторане самые дорогие вина – игристые. Так вот я начну свою месть с этого.

– Отлично, – муж посчитал это хорошим знаком, но он не представлял, что сейчас у меня в голове. Впрочем, как и я не представляла какие мысли там у него.

Дальше я решила пройтись по самым дорогим блюдам, а еще заранее заказала для сына самый дорогой и долгий по времени приготовления десерт. Как раз к концу ужина он и будет готов.

Когда же нам принесли вино, то Марат сам предпочел разлить его по бокалам и протянул один мне.

– За тебя, Анечка, – улыбнулся он. – Я люблю тебя.

Я крепче сжала ножку бокала и привстала.

– Ты меня поцелуешь? – спросила я, а на моих щеках заиграл лихорадочный румянец.

Марат также привстал из-за стола и потянул меня к себе, но я дернулась и облила его вином.

– Ой, прости, – немного фальшиво повинилась я. – Надеюсь, ты не сердишься.

Эх, надо было все-таки красное заказывать. От игристого пятна были недостаточно заметными.

– Ой, папа, – Дениска развеселился такому событию. – У тебя вся рубашка мокрая.

– Да уж, – Марат раздраженно принялся оттирать рубашку салфеткой, но жидкость уже въелась.

Марат всегда был очень аккуратным и педантичным. Я прекрасно понимала каких ему будет стоить трудов держать лицо, ведь теперь, по его мнению, абсолютно все увидят его неопрятность. И хоть я сыграла пока очень топорно, но надеялась, что дальше у меня будет получаться лучше.

Марат подозвал официанта и на этот раз попросил лично его налить мне вина.

Конечно же, я не собиралась пить алкоголь, поэтому пришло время для моего следующего каприза.

– Извини, – я жалобно улыбнулась мужу, – мне уже что-то не хочется. Я бы просто сока выпила.

– Для кого я тогда это заказал? – Марат говорил мягко и спокойно, не пытался отругать меня. Но все же раздражительность открыто читалась в его жестах и мимике.

– Прости, – я раскрыла свою сумочку и выложила на стол две крупные купюры. – Я сама заплачу за это вино.

Еще одна вещь, которую мой муж на дух не переносил – это когда я пыталась за что-то заплатить, да еще и на людях. Однажды он высказал мне, что считает это открытым оскорблением. И хоть «мои» деньги все равно были заработаны Маратом, но для моего мужа было важно то как он выглядит со стороны, и сейчас я сделала ему очень неприятно.

– Аня, – из его голоса исчезла ласка. – Ты что делаешь?

– Я плохо себя чувствую, – напомнила я. – Не сердись, пожалуйста. Я… наверное вообще ничего не буду есть. Просто посижу и подожду вас.

– Нет уж, ты покушаешь, – Марат нахмурил брови, хоть все еще пытался говорить со мной мягко. – Я настаиваю.

Что ж, дорогой муж, тебе же хуже. Я превращу твою жизнь в настоящий ад. Ни дня тебе спокойного не дам. И так будет продолжаться пока я не посчитаю свою месть достаточной. А пока придется тебе запастись терпением, дорогой Марат.

Глава 7

С выбором блюда я определялась тоже очень долго. Официант уже подходил ко мне, чтобы получить мой заказ, но у меня все не было готового решения. К тому же это было мне на руку, и я хотела подкинуть дров в костер злости Марата.

Я совсем не беспокоилась о том, что он не сдержится и оскорбит меня. Еще и прилюдно. Во-первых, раньше такого никогда не случалось, но теперь я понимала, что мужчина вполне может оскорбить и не прилюдно. Одним проступком, который смог навсегда отбить во мне желание открыться кому-либо, кроме других женщин.

Теперь любые контакты с мужчинами казались мне небезопасными.

– Аня, – Марат вытащил у меня из рук меню, – я сам сделаю для тебя заказ.

Было видно, что он сердится на меня, но он сохранял предельный контроль над собой. Мне же теперь очень захотелось вывести его из себя. Я понимала, что мне же будет только хуже. Что в итоге я получу и оскорбления в свой адрес, и негатив, но мне очень хотелось вытрепать перед этим Марату все нервы, а затем обязательно продолжить мою месть.

– Мамочка, а мы пойдем на площадку? – спросил Дениска и продемонстрировал мне пустую тарелку. – Я все съел.

Здесь, в этом же здании, была отличная детская площадка, где родители могли оставить своих детей, пока сами наслаждались ужином. Дениска был здесь уже не раз и ему тут очень нравилось. Поэтому он ни разу не вмешался в наш разговор за ужином – так сильно хотел попасть на площадку.

– Конечно, пойдем, – я надела Дениске на руку смарт-часы, чтобы он мог позвонить мне и сообщить, когда его забрать.

– Нет, я сам его отведу, – Марат взял сына за руку. – Подожди меня здесь.

– Хорошо, – безразлично ответила я.

Когда же Марат ушел мне очень захотелось тоже куда-нибудь смыться. Хотя бы в туалет. Пусть бы понервничал. Но тут у меня возникла идея еще лучше.

Тихонько оглядевшись по сторонам, я подозвала официанта и попросила его как можно скорее принести мне перечницу, а затем сопроводила свою просьбу чаевыми.

– Не беспокойтесь, – пообещала я официанту, – я не испорчу блюдо. Просто мой муж любит поострее.

Заполучив перечницу, я сначала съела пару вилок с его тарелки, а потом щедро насыпала специю в блюдо и все перемешала.

– Все, Денис на площадке, – сообщил мне Марат, вернувшись за наш столик. – Может быть теперь ты объяснишь мне что с тобой происходит?

– Давай поедим? – предложила я, взяв вилку. – Я такая голодная. Очень-очень.

– Хорошо, ешь, – Марат сжал зубы.

Контроль давался ему все сложнее.

– А ты со мной не покушаешь? – невинно спросила я.

– Ладно, – Марат нанизал на вилку кусочек сочного мяса и отправил его себе в рот.

В следующее мгновенье его глаза расширились до предела, и после он начал кашлять.

– Что за хрень?! – прохрипел он и залпом опустошил бокал с водой. – Почему тут столько перца?!

– Разве тебе не вкусно? – удивилась я.

– Аня, – он сжал кулаки, – до того, как я ушел с Денисом, моя еда не была такой перченой. Какого черта?

– Перченой? – переспросила я, пытаясь играть роль до конца, но у меня плохо получалось.

– Что ты творишь? – прямо спросил он, после того как осушил еще один бокал с водой. – Какого черта тут происходит?!

– Я… просто очень хотела попробовать у тебя кусочек, – на этот раз я решила состроить дурочку, – но мне показалось, что специй недостаточно. Вот я, наверное, добавила слишком много…

– Ань, – Марат накрыл мою руку своей, – девочка моя. Я безумно тебя люблю. Я все готов для тебя сделать. Скажи мне что происходит.

– А ты не догадываешься? – мое терпение оказалось не таким прочным как у Марата.

– Догадываюсь, – совершенно спокойно ответил он. – Но я хочу, чтобы ты сама мне это сказала. Я очень этого хочу.

О чем это он? Как можно хотеть того, чтобы жена уличила тебя в измене? Или может быть это послужит для него предлогом? Например, предлогом все высказать и бросить меня?

Что если он влюблен в эту свою секретутку?!

Нет, такого я не выдержу. Если Марат меня ко всему прочему еще и сам бросит, то моя женская гордость будет просто смешана с грязью.

Поэтому я замолчала, не собираясь помогать своему мужу меня же бросить.

– Скажи мне, Анечка, – Марат сжал мне руку. – Я буду счастлив это услышать.

У меня перехватило дыхание.

Счастлив услышать? Он издевается надо мной?

– Нет, – упавшим голосом ответила я.

Я уже чувствовала себя униженной и растоптанной.

Выходит, Марат только и ждал повода, чтобы бросить меня?

– Мне надо в туалет, – я задыхалась от отчаяния. – Прости.

– Любимая моя Анечка, – Марат крепче стиснул мне руку, и не позволил мне уйти. – Скажи мне это. Ведь мы так давно ждали эту новость, правда? Я ведь все правильно понял?

Я мотнула головой и окончательно перестала соображать.

Он давно этого ждал? Чего именно? Чтобы я поймала его с поличным?

– Ты беременна? – вдруг спросил он, и только сейчас для меня все стало на свои места.

Вот что он имел в виду!

– Да, – выдохнула я и опустила глаза.

Мне было очень горько признаваться в этом на фоне такого предательства. Я столько раз прокручивала это признание у себя в голове! Представляла каждую деталь. Заранее репетировала речь. А по факту, мне хотелось рыдать от несправедливости и обиды.

– Моя девочка, – он улыбнулся и взял меня за руки. – Ни о чем не беспокойся и ничего не бойся. Я всем тебя обеспечу. Твоя вторая беременность будет еще легче и комфортнее. Больше ни о чем не волнуйся. Я так счастлив!

На мгновенье у меня появилась надежда, что это событие, возможно, укрепило бы нашу семью, и я бы смогла простить мужу измену. Если бы он пообещал мне больше этого не делать. Если бы он полностью признал свою ошибку.

Но нет. Люди не меняются. Не изменится и Марат. Кроме того, мне по-прежнему хотелось мести.

Поэтому это даже хорошо, что Марат узнал о моей беременности. После этого я могу мстить ему совершенно открыто, а он пусть терпит и смахивает все на мои капризы.

Вот теперь-то ты у меня попляшешь, дорогой муж!

Глава 8

– Пойдем прогуляемся? – предложил Марат. – Дениса все равно раньше, чем через час с площадки не вытянешь.

– Хорошо, – согласилась я, аккуратно промокнув губы салфеткой.

Прогуляться и вправду было бы не лишним. Есть после всего пережитого я не могла, хотя организм этого очень хотел. Поэтому я хотела оказаться как можно дальше от ароматных блюд. Бесспорно, нельзя отказывать себе в еде тем более во время возможной беременности, но сейчас мне кусок в горло не лез. Я была сыта всплывшим предательством и теперь мне понадобится время, чтобы все это переварить.

Мы вышли из ресторана, а я проверила на всякий случай свой телефон – не включен ли у меня режим «без звука». Дениска позвонит мне со своих смарт-часов как наиграется на площадке.

– Тебе не холодно? – Марат приобнял меня за талию и приблизил к себе.

Я сначала машинально потянулась к нему, но затем почувствовала от его рубашки шлейф чужого женского парфюма. Картины увиденной сцены вновь хлынули мне в голову, и я попыталась оттолкнуть от себя мужчину.

– Ты что? – удивился Марат.

– От тебя чем-то пахнет, – нашлась я. – Чем-то очень душным. Извини. Не могу этим дышать.

Марат сильнее сжал мне талию. Было видно насколько я ему опять сделала неприятно, да еще и прилюдно. Однако он смог подавить в себе зарождающуюся злость, а потом ослабил хватку. Вспомнил, что я в положении и теперь вот так хватать меня грубыми ручищами он больше не может.

Ничего, ему есть кого хватать. Завтра наверняка все себе возместит.

Злость Марата явно передалась мне, отчего очень захотелось все-таки высказать ему всю мою боль. Но в ту же секунду невыплаканные слезы застряли комом у меня в горле, и я поняла, что первое же слово по этой теме – и я расплачусь как маленькая капризная девочка.

Самые разные чувства сейчас сменялись у меня одно за другим. Мне было и горько, и обидно настолько, что хотелось колотить моего мужа кулаками в грудь, но еще больше мне было стыдно. Стыдно, что это случилось со мной. Что все мои гордые рассказы про идеальную семью оказались неправдой. Стыдно признаться теперь в этом маме и подругам. Конечно, они будут на моей стороне, но почему-то было ощущение, что я упаду в их глазах.

Марат не сильно нравился ни моей маме, ни моим подругам. Он был достаточно резким в общении. Казалось, что только мне он подбирал ласковые слова. Остальным же – даже моей маме он говорил все как есть, не сглаживая углы. Каждая из них затаила на него обиду, а Марат даже не замечал этого – настолько ему были безразличны другие. В особенности женщины.

И раньше я как будто даже гордилась этим. Что ни одна моя даже самая красивая подруга не смогла бы увести его. Но так мне только казалось. Наверное, ни у одной из моих подруг просто не было такого внушительного бюста и таких надутых губ, как у этой секретарши.

А сейчас, едва я им признаюсь в его измене, как на меня польются высказывания типа: я же предупреждала.

Мама никогда не прочила мне долгой семейной жизни с Маратом. И я сойду с ума, когда она начнет меня клевать.

А может… все-таки сделать вид, что ничего не было? Ведь внешне наша семейная жизнь кажется такой идеальной. К тому же у нас ребенок. Какая это будет травма для Дениски?

Но нет. Я понимала, что не смогу так жить. Не смогу принести себя в жертву ради всех остальных. Алина права: я должна отомстить, а дальше будь что будет. Наверное, я действительно была слишком слепа из-за своей любви к Марату. Теперь придется расплатиться за это сполна.

– Марат, – я сглотнула горький ком невыплаканных слез, – можно я домой поеду? Ты сможешь забрать Дениса?

– Нет, – Марат был уже настолько рассержен за вечер, что его лимит терпения для меня был закончен. – Одну на такси я тебя не отправлю. Тем более в таком положении.

Я разочарованно опустила глаза. Конечно, я могла бы настоять, но мои эмоции так быстро сменяли друг друга, что я опускалась то на самое дно отчаяния, то на самый верх своего гнева.

Мне нужно отдохнуть. Поспать. Нужно хоть немного привести свои мысли в порядок. И еще надо как можно скорее встретиться с Алиной снова.

Как она сама пережила измену ее бывшего молодого человека? Как справилась? Поддержал ли ее кто-нибудь?

Странно, но из всех она оказалась единственным человеком, которому бы я хотела довериться. И хоть мои подруги так же сталкивались с изменами, но с ними поделиться я пока не могла.

– Анечка, – Марат осторожно развернул меня к себе лицом. – Я люблю тебя. Люблю, как бы ты себя со мной не вела сейчас. Я понимаю, что это все гормоны. Тебе нелегко перестроиться, но все же. Ведь ты так этого хотела. Почему ты не рада? Ты уже не хочешь ребенка? Или тебе страшно вновь пройти через беременность и роды?

– Я… не знаю, – я соврала очень убедительно, так как сама была в замешательстве от своих эмоций. – Наверное, действительно, гормоны. Мне лучше побыть одной.

– Исключено, – Марат поднял мое лицо за подбородок. – Я не оставлю тебя одну в таком состоянии.

Я попыталась отвести голову от его захвата, но на этот раз Марат чуть сжал мне подбородок.

Казалось, что еще чуть-чуть и он обрушит на меня поток оскорблений. А потом… возможно и физической грубости.

Я закрыла глаза, запрещая себе думать о таком. Марат никогда не сделает мне больно. По крайней мере физически. Я всегда была в этом уверена, но… уверена ли я в этом сейчас? Ведь до сегодняшнего дня мне казалось, что я прекрасно знаю моего мужа. Что я люблю его как раньше. Но этот вечер открыл мне глаза и теперь я сомневалась во всем, что касалось моего мужа.

– Мне больно, Марат, – я жалобно глядела на него.

– Прости, – он отпустил меня, но тут же прижался лбом к моему лбу. – Я очень тебя люблю, Анечка. Люблю больше жизни.

Мое сердце дрогнуло, и на этот раз я позволила себе перетерпеть этот душный приторный запах чужого парфюма.

Мне действительно было очень больно, и нужна была пара минут, чтобы хотя бы дать себе привыкнуть к этой боли.

Глава 9

Мы молча прогуливались с Маратом вокруг ресторана, в ожидании, когда нам позвонит Дениска.

Какое-то время я была рада, что мой муж молчит, но потом мне стало совсем тоскливо. Пройдясь ещё пять минут в таком гнетущем молчании, я все же решилась заговорить.

– Марат… можно задать тебе вопрос? – тихо спросила я.

– Конечно, Анечка, – ответил он, а у меня аж сердце сжалось от его ласкового голоса.

– А если ты меня разлюбишь, сколько времени пройдет прежде, чем ты мне об этом скажешь? – спросила и обняла себя.

Мне было страшно услышать правду. Мне казалось, что я позорно разревусь, когда Марат скажет, что разлюбил меня месяц или несколько месяцев назад.

– Я никогда тебя не разлюблю, – Марат приобнял меня за плечи, подумав, наверное, что я замёрзла.

– Ну, пожалуйста, – я не поверила ему. – Ответь так, как я спросила. Сколько времени пройдет?

– Наверное, сразу, – он тяжело выдохнул. – Но мне трудно представить такую ситуацию. Что бы ни случилось я никогда не перестану тебя любить.

Я аккуратно вырвалась из его объятий, снова почувствовав чужой приторный парфюм.

– А если бы ты меня разлюбил, – я как последняя мазохистка продолжала эту тему, – то за что именно? Ну… наверное есть же что-то, что тебе не нравится?

Зачем мне это знать? Для чего я это спрашиваю? Я намерено вынуждаю Марата сделать мне больно. Зачем? Чтобы у меня был повод обвинить его в измене? Наверное, так и есть.

– Анечка, я бы тебя никогда не разлюбил… – только начал он, но я тут же его перебила:

– Пожалуйста. Не уходи от ответа.

– Анечка, ничто и никогда не вынудит меня тебя разлюбить, – уверенно ответил он. – Никакое твое поведение, никакие физические изменения, и никакие препятствия. Я уверен, что мы бы со всем справились.

Меня не устроил его ответ.

Если бы он меня действительно любил, то не изменил бы. Как можно вот так искренне признаваться мне в любви, пока сам трахает в рот свою секретаршу? Это подло и грязно!

Если он так легко врёт мне, да ещё умудряется быть таким честным и искренним на вид, то значит он никогда меня не любил.

Не бывает такой двуличности. Он просто привык и не хочет метаться от женщины к женщине, ведь каждая из его пассий обязательно захотела бы его захапать в мужья.

Разве эта грудастая секретарша не захотела бы настоящих отношений с красивым, успешным и щедрым мужчиной? Да я не удивлюсь, если она в офис устроилась только ради этой цели, а не ради карьеры.

Значит, все так и есть: я лишь прикрытие для Марата, чтобы он не утруждал себя новыми браками и детьми.

Горькие слезы комом встали у меня в горле, и от этого мое настроение снова изменилось. Во мне опять проснулась жажда мести, а ещё я по-прежнему была голодной.

– Марат, – уже совсем другим тоном заговорила я, – теперь я хочу кушать.

– Вот говорил же тебе, чтоб поела, – он ласково пожурил меня и снова приобнял за плечи. – Пойдем, накормлю мою капризулю.

На этот раз я согласилась и последовала обратно в ресторан.

Официант быстро нашел для нас столик, хотя в это время уже совсем не было свободных мест. Затем мы уселись и я завладела меню, а затем меня как будто накрыла какая-то пелена. Я принялась с горя заказывать всего, что бы могло хоть немного утолить мой эмоциональный голод.

Я где-то слышала, что в таких ситуациях нужно попробовать еду со всеми возможными вкусами. Чтобы за прием пищи съесть и что-то кислое, и соленое, и что-то острое, и сладкое.

Я так и поступила, поэтому принялась заказывать все без разбора.

Когда же официант стал по одному ставить блюда на стол, я на мгновенье ужаснулась увиденному. В целом по количеству еды оказалось немного. Я вполне бы съела все это за обычным ужином. Но вот разность вкусов меня удивила.

В этот момент мой живот издал жалобное урчание, а я на мгновенье смутилась.

– Покушай, Анечка, – улыбнулся мне Марат. – Только… возможно тебе станет плохо после всего этого.

Наверняка мне станет плохо, но я больше не могла терпеть, поэтому принялась за ужин.

Я умудрилась поесть и солёную рыбу, и салат из курицы и ананасов, затем острые чесночные гренки и залила все это молочным коктейлем.

Я быстро поглощала кусочек за кусочком, не заботясь о том, как выглядела со стороны. Однако, когда я допила последний глоток, я машинально подняла глаза на мужа, а он глядел на меня с усмешкой.

– Хочешь что-то ещё? – спросил он, отставляя пустую посуду на край стола.

– Нет… – замялась я. – Хотя да. Кофе.

– Хорошо, – согласился он, – но дальше кофе поменьше будешь пить, ладно? Думаю, у твоего сердечка сейчас и так будет серьезная нагрузка.

Он явно намекал на мою беременность. Мол, только ради этого мне нужно поберечься. Но я как будто услышала в его словах скрытый смысл.

Он как будто издевался над моими чувствами. Словно прекрасно знал, что разбил мне сердце, а сейчас насмехается над этим.

А что если он действительно прекрасно понимает, что изменяет мне и ему в какой-то степени сейчас доставляет удовольствие ещё больше унижать меня?

Официант как раз поднес кофе, а мне стало тошно от взгляда Марата.

– Я передумала, – сообщила я. – Я не буду кофе.

Я попыталась отодвинуть от себя чашку, но что-то пошло не так. Она зацепилась о дорогую скатерть, а после я ее опрокинула. Брызги отлетели на многострадальную рубашку Марата.

– Да что ж такое?! – разозлился он и принялся вытирать себя салфеткой, но кофе не оттиралось.

– С меня на сегодня хватит, – вспылил он. – Звони Денису, и мы уходим. Ты сегодня просто…

Он не договорил, но я понимала, что там крылось какое-то грубое слово.

Вот и первая грубость, а там и до открытого признания недалеко.

Ну тогда и я буду мстить более изощрённо.

Глава 10

– Аня! – Марат сердито позвал меня, выйдя ко мне в одних джинсах. – Что мне надеть? У меня ни одной чистой рубашки!

Марат был очень аккуратным и опрятным. Иметь какие-то дефекты в своем внешнем виде было для него как ножом по живому.

Я прекрасно знала, откуда шла эта зацикленность на внешнем виде. Марат был выходцем из обеспеченной семьи, но так было не сразу. Его семья разбогатела, когда Марату исполнилось двенадцать лет. До этого дела шли очень плохо. Отец Марата много болел в тот период – он попал в аварию из-за чего потерял на время способность ходить на работу. Мать тянула все на себе. Конечно же, она не могла много зарабатывать, потому что элементарно не могла даже присутствовать на работе полный рабочий день.

Почти с первого класса Марат уже помогал семье, но все же ребенком он не мог делать что-то по-настоящему ценное и соответственно ему удавалось приносить какую-то мелочь после мытья машин. На обычную мойку его не брали, так как он был еще ребенком, поэтому Марат работал просто у паркового канала, где мыл машины природной неочищенной водой.

Были дни, когда у Марата не было ни одной помытой машины, а еще были дни, когда его просто гоняли охранники возле парка, в те моменты, когда парк посещали важные люди. Ну и всегда был вопрос сезонности. Ведь с наступлением дождей никому не хотелось мыть машину, а мать Марата говорила, что лучше пропустить холодный день, чем потом болеть две недели.

В любом случае все деньги семьи уходили только на продукты, лечение отца Марата и выплату компенсации за ту машину, которую в аварии повредил отец Марата. Так продолжалось почти три года, и все эти пять лет одноклассники высмеивали Марата за его неопрятную и поношенную одежду.

Все изменилось очень быстро. В какой-то момент отец Марата окреп и завершил лечение, а еще через полгода ему посчастливилось устроиться в крупную строительную компанию. Дела пошли в гору и очень быстро семья Марата вырвалась из грязи в князи.

Однако страх ходить в неопрятной одежде у Марата остался до сих пор. Я это прекрасно знала, но так как он сделал мне очень больно, то и я решила ударить его так же по самому больному.

Вчера вечером я намеренно отпустила нашу помощницу по дому. Стирку тоже не запустила специально, хотя мне не стоило никакого труда нажать на пару кнопок на стиральной машине, а после окончания работы развесить белье.

Но мне было важно сделать Марату очень больно. Я хотела переложить на него свою боль, поэтому не могла остановиться в своей мести. Кроме того, меня до сих пор мучило то высказывание Марата про мое сердце. Мне казалось, что Марат произнес это с такой жестокой усмешкой, что я не могла избавиться от этого.

– Ты же знаешь, я плохо себя чувствовала, поэтому не запустила вчера стирку, – спокойно ответила я.

– Сказала бы мне, я бы сам ее запустил, – хмурился Марат. – Анечка, ну что с тобой? Я все понимаю, но в чем мне идти на работу?

– Иди в футболке, – я не теряла спокойствие, ведь за ночь я просмотрела картинку вчерашней измены сотню раз, и мое сердце, казалось, уже зачерствело.

– В футболке? – злился муж. – В офис? Ты в своем уме? У меня сегодня встреча с инвесторами, а я буду в футболке?

– А что? Сейчас многие руководители ходят в кэжуал стиле, – я пожала плечами, максимально правдоподобно играя дуру.

Марат сердито выдохнул. Очевидно, он хотел пропустить какую-то грубость, но сдержался.

– Анечка, – снова заговорил он после того, как продышался, – тогда давай быстро съездим в магазин и купим мне еще рубашек? Заодно ты купишь себе что-нибудь, ведь тебе наверняка нужно подыскать что-то… не приталенное и свободное…

– Ты хочешь сказать, что я поправилась? – я пустила в ход еще одну невыносимую для мужчин вещь: женские придирки к каждому слову и вырывание из контекста.

– Нет, я совсем не это хотел сказать, – Марат снова возвращался в свое сердитое состояние. – Просто нежелательно сейчас носить пояса или что-то, что будет сдавливать твой животик.

– У меня уже есть животик? – я снова докопалась до отдельного слова.

Я понимала, что это слишком опасная игра. Я могу нарваться на грубость и скандал, и мне в итоге будет хуже, но я пока не знала, как мстить красиво.

– Ты прекрасна, – выдохнул Марат. – Ты у меня самая худенькая и красивая женщина в мире. Я очень тебя люблю. И я сам поеду и все себе куплю. Но если ты тоже что-то хочешь, то давай со мной.

– Нет, – я спокойно отправилась в ванную, не утруждая себя приготовлением завтрака для мужа. – Мне нужно отдохнуть. И у меня тоже сегодня встреча.

– С кем? – Марат ревниво последовал за мной.

– Неважно, – отмахнулась я, играя на мужской ревности.

– Ты никуда не пойдешь, пока не скажешь мне с кем встреча! – не выдержал муж.

– Ты мне не доверяешь? – я удивленно взглянула на мужа.

– Нет, я тебе полностью доверяю, – злился он, – но я волнуюсь за твое здоровье. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то тебя обидел или сделал что-то неприятное.

– Вряд ли любовники делают что-то неприятное, – я не удержалась и все-таки вставила эту жестокую шутку.

Марат тут же изменился в лице, а его глаза налились уже не просто злостью, а безумием.

– Кто? – требовательно спросил он. – Повтори.

– Я сказала: вряд ли гинекологи делают что-то неприятное, – я тут же изменила свой ответ, сделав вид, что именно это я и сказала в первый раз. – Во всяком случае потерпеть можно.

– Гинекологи? – Марат немного растерялся.

Теперь он и вправду усомнился что я сказала «любовники» в первый раз.

– Давай, я тогда тебя отвезу, – растерянно пробормотал он, – чтобы ты сама по городу не моталась.

– Я поеду с подругой, – ответила я. – Все же это женские дела.

– А… этот гинеколог мужчина или женщина? – спросил он.

– А это что-то меняет? – мне снова очень хотелось кольнуть Марата побольнее, но пока не было повода.

– Да, черт возьми, меняет! – рассердился он. – К мужику не пущу!

– А ты бы пошел к врачу женщине, если бы она специализировалась по мужским болезням? – задала я вполне логичный, хоть и коварный вопрос.

– Так, все, – выдохнул он. – Я сам тебя отвезу к этому врачу. И подругу твою отвезу. И всех, кого надо – тоже. Но я сделаю это сам. В любое время дня. Точка. А теперь… сделай мне кофе, пожалуйста, и я поеду за новой рубашкой.

– Ой, – я фальшиво приложила руку ко лбу, – что-то голова так кружится. Может ты сам себе сделаешь?

Марат, кажется, понял всю мою фальшь, но ничего мне не высказал. Превозмогая раздражение моим поведением, он проводил меня в спальню, а затем сам отправился обслуживать себя.

Я же выдохнула напряжение и позвала к себе Дениску. К счастью, я успела с утра накормить его завтраком и погладить для него одежду. Для Марата я пока это делать не собиралась, но знала, что такая месть долго не продержится. Наша домашняя помощница в любом случае придет сегодня вечером и все наладит. Поэтому мне срочно нужно встретиться сегодня с Алиной и обсудить новые способы мести для нашего дорого Марата.

Глава 11

Марат

Я чувствовал себя хуже некуда.

Куда делась моя любимая послушная Анечка?

Моя прошлая Анечка была идеальна во всем. Такая покладистая и понимающая. Моя Анечка принимала меня во всем. Была такой мягкой и любящей. Но то, что творится с ней в последние сутки было за гранью моего понимания.

Я все мог понять: беременность, гормоны. Но разве может женщина измениться настолько до неузнаваемости? Она словно специально меня доводила, но почему?

Пока я давился невкусным кофе, я постарался перебрать все возможные варианты. Если бы Анечка была подвержена изменениям в психике из-за перестройки гормонов, то это наверняка бы отразилось на других. Однако я наблюдал за ней весь вечер и утро, но к, например, к Денису она относилась так же, как и всегда.

Для меня она сослалась на плохое самочувствие, но вот Дениса она собрала как обычно: и накормила, и нагладила ему одежду. Для него ведь она не чувствовала себя плохо. И потом, если еще вчера она понимала, что ей не очень хорошо, то зачем нужно было давать выходной ее помощнице по дому? Она могла бы вызвать ее к утру, и Олеся прекрасно бы нашла выход из всех сложившихся ситуаций.

Не знаю как, но Олеся бы точно обеспечила меня свежей рубашкой и сытным завтраком, из-за угрозы к увольнению.

Поэтому, чтобы проверить этот вариант, я позвонил сначала ей.

– Олеся, сколько выходных дней тебе дала моя Анечка? – прямо сразу спросил я.

– Один, Марат Альбертович, – покорно ответила Олеся. – Мне приехать прямо сейчас? Что-то случилось?

– Нет-нет, приезжай ровно тогда, когда кончится твой выходной, – я не стал строить из себя изверга, хотя к своим подчиненным всегда относился очень строго. Но я никогда не позволял себе ронять авторитет моей жены, и не оспаривал ее решения, данные домашнему персоналу. – Я лишь хотел у тебя спросить кое-что. Не заметила ли ты чего-то странного в поведении Анечки? Может быть, она пожаловалась на усталость? Или плохое самочувствие?