Вы читаете книгу «Лондонский туман. Без любви здесь не выжить» онлайн
© Саммер Холланд, текст
© ООО «Издательство АСТ», 2025
* * *
Девушкам, которые между двумя мужчинами сначала выберут себя, а на сдачу заберут обоих
Внимание!
В этой книге содержатся темы и тропы, которые могут стать для вас триггерными. Пожалуйста, ознакомьтесь с ними перед чтением.
• Нецензурная лексика
• Промискуитет
• Двойное проникновение
• Динамика дом/саб
• Использование секс-машины
• Причинение боли и садомазо-динамика
• Сексуализированные игры с огнем (fire play)
• Анималистичные сексуализированные игры (primal play)
• Кинк на похвалу
• Кинк на унижение
• Жестокая смерть второстепенных персонажей
• Собаки
• Чарльз Уотерби
Ваше ментальное здоровье важно!
На минутку
Начнем с того, что меня зовут Уна Боннер. Довольно просто: Уна и Боннер, два разных слова. Не Унабомбер, не Синабоннер и точно не Уна Стояк. Спасибо, что не путаете, а то, знаете, немного заебало. Примерно со старшей школы.
Для старта освежим ваши воспоминания. Я – тиндер-аферистка, которая несколько месяцев назад попалась в лапы мошенника покрупнее, Эрика Чесмора. Угрожая собаками (и эти угрозы вообще не стоило слушать, собаки так-то душки), он заставил меня устроиться аналитиком в инвестиционную компанию, чтобы я занялась там корпоративным шпионажем.
Эрик хорош собой, я так вообще самая сексуальная кроха в его окружении. Естественно, мы начали спать вместе, тем более что оказалось, его предпочтения – животные игры – мне тоже нравились. А еще на новой работе все более-менее получалось, и я даже завела друзей. Казалось бы, все хорошо, правда? Но был один нюанс по имени Рэй Блэк.
Этот нюанс был не просто моим коллегой и почти начальником, он еще и оказался старым врагом Эрика. И именно Рэй все это время мешал мне нормально шпионить: ставил маячки на телефон, подглядывал через камеры, заходил в кабинет в самый неудобный момент. Все закончилось тем, что он меня раскрыл, вынудил вести двойную игру, а потом мы переспали.
И мне как будто мало было проблем с двумя гиперсексуальными мужчинами и не самой лайтовой ролью корпоративной шпионки-нешпионки, обычную работу которой тоже никто не отменял… Так что Рэй одарил меня новой задачкой.
Оказалось, что на него объявил охоту Чарльз Уотерби. Черт знает, кто это такой, но теперь он почему-то стал и моей проблемой тоже. И самое худшее – Рэй привез меня к Эрику, чтобы ее решить.
В прошлой части мы остановились на отличной новости: Рэй и Эрик на самом деле были никакими не врагами, а, наоборот, друзьями. Супер, конечно, я еще и спала с ними обоими.
Вот что вы пропустили в жизни Уны Боннер. И если думали, будто первая часть моего рассказа была безумной… Пристегнитесь. Мы вступаем в эру самого настоящего дерьма.
Глава 1. Гребаные друзья
Радушный хозяин сделал бы гостям чай или достал из холодильника какой-нибудь меренговый рулет. В конце концов, у него на кухне стояла шикарная кофемашина, которая варила лучший в Лондоне капучино.
Эрик не был радушным хозяином, и мы сидели в его серой гостиной в ужасно давящей тишине. Втроем. Делали вид, что разговор вот-вот начнется, но я все еще даже не поняла, какого хера Рэй назвал Эрика своим единственным другом, если в ту же секунду, как их короткое объятие разорвалось, вокруг каждого из них выросло по ледяному домику.
Они нормальные вообще?! Кто обнимает своего врага? Даже если он друг? И самое главное – я-то здесь была при чем?! Зачем им обоим понадобилась?!
От шока у меня пропал голос, и он до сих пор не вернулся. Но к моменту, когда я опустилась на диван, хотя бы перестала бессмысленно хлопать ртом. Видите ли, я прожила четыре месяца в полной уверенности, что Эрик и Рэй ненавидели друг друга. Может, уважали, как достойных противников… Но точно не были друзьями. Кажется, кто-то из них даже говорил: «Уна, мы не друзья».
И?!.
В нашей истории произошел поворот событий, к которому я не была готова. Надеялась, дальнейший разговор хоть что-то прояснит, но он никак не начинался, даже наоборот: все будто закончили.
– Как давно? – наконец прервал молчание Эрик.
Я шумно выдохнула, из-за чего они оба повернулись ко мне. Пришлось поднять раскрытые ладони, мол, продолжайте, не беспокойтесь, я тут как мышка… Рэй задумчиво поджал губы.
– Года полтора. Но у меня все было чисто.
– Что изменилось?
– Сам не понимаю. Получил сообщение: у Чарльза появилась зацепка. И пока информатор не говорит, что именно ею стало.
– Тогда почему ты приехал ко мне?
А ты почему полез обниматься? Боже, у меня было десятка два вопросов к ним обоим, но мы никак не подходили к сути.
– Потому что больше мне некому доверять. – Рэй сцепил пальцы так, что побелели костяшки. – Из всех, кто может помочь, у меня только ты и Уна.
Голос вернулся очень не вовремя, как и мысль, которую я успела озвучить, но не обдумать:
– Я бы и ему не доверяла.
– Я бы и тебе не доверял, – рыкнул Эрик, метнув в мою сторону короткий колючий взгляд, – раз ты привезла сюда его.
– Это он меня привез! – возмущенно задохнулась я.
– Правда, – подтвердил Рэй. – Уна не знала, куда мы едем.
– И как ты… О боже.
Эрик повернулся всем телом, протянул руку и с силой нажал ладонью мне на макушку.
– А я говорил, не бывает таких премий? Говорил, машины просто так не дают? Что нужно быть осторожной?
Когда Рэй подарил мне мою малышку, Эрику пришлось соврать, что это такая премия на работе. За вовлеченность и открытие новых горизонтов. И вот теперь здоровенная лапа наказывала меня за ложь.
– Оставь ее, – жестко произнес Рэй. – Если ты так говорил, мог бы сам проверить машину. Не то чтобы я тщательно спрятал там маячок.
Отлично, теперь они упражнялись в остроумии на мне! Большое спасибо! Терпение заканчивалось быстрее, чем вино на бесплатной дегустации. Будь я хоть сто раз их пешкой, существовал и у этого некий предел, так что, повинуясь собственному раздражению, я сбросила руку Эрика и теперь вообще решила подняться.
– Знаете… У меня там… Утюжок не выключен. Мне пора.
– Что? – поморщился Рэй.
– Утюжок. Такой, для волос. Мне нужно поехать и выключить его, пока не сгорел весь Хаверинг.
Протянув руку, я собрала в кулак всю смелость и внимательно посмотрела на Рэя. Вдруг прокатило бы?
– Отдай мои ключи, пожалуйста, – попросила я. – Уверена, когда вы тут закончите, Эрик, как настоящий джентльмен, отвезет тебя домой.
– Конечно, – краешком губ улыбнулся Рэй и протянул руку в ответ. – Одна сек…
Все случилось слишком быстро, и никто бы не успел осознать произошедшее. Каким-то образом я оказалась полулежащей на диване, прижатой к спинке жесткой рукой Рэя, в то время как тот навис сверху. В его глазах плескалась ярость.
– Не испытывай пределы моей доброты, Уна Боннер, – зло произнес он. – Они не так широки, как ты думаешь.
– Оставь ее, – раздался позади него знакомый рык.
Еще секунда – и картина снова изменилась. Рэй больше меня не держал. Эрик вцепился ему в ворот рубашки и на правах более высокого смотрел сверху.
Нет, ну «Люди Икс» как они есть. Только идиоты и твари.
– Ты сказал, что тебе нужна помощь, сыграл на моей ностальгии, и я тебя пустил, – медленно и угрожающе проговорил Эрик. – Либо ты рассказываешь все начистоту, либо выметайся.
– Защищаешь свой актив? – в тон ему ответил Рэй.
Эрик повернул голову ко мне.
– Мы выслушаем его, Уна. Поэтому оставайся на месте.
Достали, померили, убрали. Сколько проблем решилось бы разом, правда? Или спросили бы у меня, я точно знала, у кого из них член длиннее, а у кого толще.
Никто в этом доме не умел себя вести, вот что. Они, сука, обнимались не больше получаса назад!
– Сделаю кофе, – упрямо поднялась я, – и надеюсь, когда вернусь, мы правда сможем поговорить.
– Мне тоже принеси, – одновременно ответили они.
Повернувшись к кухне, позволила себе закатить глаза. Если когда-то я еще фантазировала о том, как здорово было бы трахаться с ними одновременно, то теперь не только призрачная возможность этого затерялась в валящем от них обоих паре, но и мое желание.
Понятно, почему они много лет не общались. Непонятно только, как и зачем начали. Очевидно, Эрику и Рэю жизненно необходимо перещеголять друг друга в подростковой тестостероновой крутости. Мне не жалко, могла бы и линейку принести, просто… Сейчас больше хотелось разобраться в том, что происходит и что там за Чарльз, а не в их сложных отношениях.
Гриндер зашумел, превращая просторную светлую кухню в настоящую кофейню. Мне можно было нажимать на нем одну кнопку, за любую другую меня могли отправить ночевать в вольер – настолько серьезно Эрик относился к своему кофе. Особенные зерна, особенные фильтры, особенные настройки на каждом этапе, и даже молоко особенное.
Глухой стук сообщил, что один из псов заметил меня и прибежал обниматься, но был остановлен стеклянной стеной. Я повернулась и увидела изумленную морду Гильденстерна, который в очередной раз за месяц открыл для себя существование стекла. Сердце защемило: он, конечно, был тупым, как и его брат Розенкранц, но как можно оставить ребенка без почесушек?
Пока гриндер перемалывал кофейные зерна, я сдвинула дверь в сторону и выбралась наружу, игнорируя холодный, пронизывающий ветер. Огромная черная туша едва не повалила меня с ног, но я быстро показала ему, зачем вышла. Роз, вышедший из-за угла дома явно на звук, заметил меня и ускорился. Через пару секунд оба добермана валялись на холодной земле, подставляя животы пальцам.
Неужели Рэй и Эрик не могли вот так же дружить, как эти два пса? Вместе выполнять задания, вместе преследовать птиц? Разве такое сложно?
Отпустив собак, я вернулась на кухню, закрыв дверь и снова почувствовав, насколько этот дом был теплым. Так не хотелось лишаться собственной спальни в нем… Я вымыла руки, надеясь, что смоются еще и эмоции дня, и приступила к кофе. Эрику нужен был его капучино, Рэю – двойной эспрессо. А мне – свалить отсюда живой, и желательно не в тюрьму.
Итак, эти двое были старыми друзьями, ставшими врагами. И теперь, когда не только Рэй знал о моей истинной роли в его команде, но и Эрик знал, что Рэй знал, выход на работу в понедельник выглядел немного бессмысленным. Черт, а я ведь только начала привыкать к хорошей зарплате и своим новым друзьям…
Взяв обе чашки в руки, я вернулась в гостиную и поставила их на журнальный столик перед диваном. В воздухе что-то изменилось: Эрик и Рэй напряженно молчали, глядя друг на друга. Но сидели уже куда ближе!
– Себе не сварила, – притворилась забывчивой я и поспешила снова убраться оттуда.
Может, если немного подождать, в следующий раз повезет? Я прочистила холдер – вот, терминологию уже выучила, можно идти работать бариста, – и засыпала новую порцию кофе. На секунду застыла: а когда это я начала строить дальнейшие планы на трудоустройство? Всю жизнь не хотела работать и вот спустя четыре месяца в офисе задумываюсь о будущем вместо подсчета прибыли в настоящем. Черт, эти нормальные люди меня добьют.
Пока кофемашина бухтела, выдавая очередную порцию эспрессо, в голове понемногу начали укладываться факты: тот самый Чарльз, которым Рэй меня пугал, очевидно, вышел из тени и заявил о себе. Теперь у Рэя проблемы, и он сказал, что ему нужны мы с Эриком оба.
Вероятно, я не так уж быстро потеряю работу. Правда, скорее всего, придется делать что-то новое, но разве это страшно? Одинаковые отчеты начали утомлять, и если теперь нужно будет резко сменить курс… Разве не для этого я рождена? В конце концов, Уна Боннер еще ни разу не проигрывала.
Память подкинула штук десять проигрышей, но я запихнула ей в рот кляп. Уна Боннер выигрывает даже при поражении. Вкуснейший и нежнейший капучино, который я только что приготовила в большом доме, где у меня есть собственная спальня, это подтверждал. Как и двое красивых мужиков, с которыми я трахалась и которые сейчас выясняли, чьи яйца громче звенят.
Фантастика.
Свой кофе я решила выпить в одиночестве. К черту этих двоих, как закончат разбираться между собой, позовут. Задумалась о том, как часто и стремительно в последнее время жизнь переворачивалась с ног на голову, обратно, и так по кругу. Эмоции словно носило по барабану стиральной машинки на тысяче двухстах оборотах. Неудивительно, что к самому неожиданному моменту года я подошла выжатой, как шелковая блузка, и такой же непригодной для жизни.
Обязанности аналитика. Корпоративный шпионаж. Отчаянные попытки понять, как именно «Рид солюшнс» зарабатывает свою репутацию. Новые друзья. Предательство Рэя, который чуть не лишил меня единственных теплых отношений в офисе. Неожиданные открытия. Гребаная нейросеть. Секс. Много секса. Невероятное количество секса. И вот теперь снова сюрприз.
Телефон остался в сумке, которая лежала в гостиной, и я даже не могла погуглить Чарльза Уотерби. Спросите, почему я не сделала это раньше? Дома, в уюте и тепле, на выходных, под монотонный рассказ о Наполеоновских войнах?
Хороший вопрос. А главное, актуальный.
Не успела я даже подобраться к середине чашки, как дверь с тихим шелестом приоткрылась.
– Возвращайся, – приказал Эрик.
Был ли смысл спорить? Я взяла свой недопитый капучино и вышла в гостиную.
– Вы о чем-нибудь договорились?
– Да, – ответил Рэй, который стоял там же. – Есть проблема, нужно решение. Садимся и обсуждаем.
– Шуточки и свой характер придержи до лучшего момента, – добавил Эрик.
Если бы они еще сами придержали свою неконтролируемую агрессию… Кошка с собакой. Я прикусила язык и не стала ничего комментировать. Зато вечером Бренда будет в восторге от всех шуточек, которые сейчас приходили мне в голову, главное – их не забыть.
– К делу, – коротко бросил Рэй, когда мы снова расселись. – Есть Чарльз Уотерби.
– Я уже могу узнать, кто он? – перебила я.
Что? Это не шуточка и не характер. Было бы здорово понимать, против кого мы играем.
– Руководитель отдела расследований в специальном подразделении управления по финансовому регулированию и надзору Великобритании, – спокойно произнес Рэй.
– Лампа, ветчина, Дублин, восемь, – ответила я.
– Что?
– Вот и я ничего не поняла.
– Уна, что мы говорили о шуточках? – вмешался Эрик.
– Все в порядке, – возразил Рэй. – Сейчас объясню.
Устроившись поудобнее, я поднесла чашку ко рту, всем своим видом показывая, что готова молчать и внимать. Интересно, а они уже догадались, что оба со мной спят? Или пока искренне считали себя уникальными?
– Спасибо, – кивнул Рэй. – Весь финансовый сектор в нашей стране контролирует особое управление. И в этой организации существует специальное подразделение, которое ищет и расследует экономические преступления.
– То есть то, чем вы занимаетесь?
– Мы, – подмигнул он, – ты тоже в этой обойме, поверь. В основном они отвечают за махинации и инсайдерскую торговлю… Но за нами следят довольно давно. Как ты понимаешь, успешные стратегии всегда привлекают интерес.
– А Чарльз?..
– Возглавляет это подразделение. Старая полицейская ищейка, он был чуть умнее остальных констеблей, вот и выбился.
– Так говоришь, будто его не стоит опасаться, – лениво произнес Эрик, отвернувшись к окну. – И все же он цапнул тебя за задницу.
– У него чутье, как у хорошей ищейки, – пожал плечами Рэй, – так что хватать за задницу он умеет, а ухватывать суть еще не научился.
– Ты управляешь рынком с помощью армии ботов в соцсетях, что тут ухватывать? – спросила я.
– Эрик, – повернулся он, – раскрой мне секрет.
– Какой?
– Твоя Уна – идиотка или гений?
В ответ Эрик только рассмеялся и бросил на меня взгляд.
– За последние месяцы мне все больше кажется, что она и то, и то.
– Господа, а я где-то подписывала договор на оскорбления? – сквозь зубы уточнила я. – Если вы позвали меня ради этого, давайте…
– Это комплимент, – отмахнулся Рэй. – Ты пока первая, кто пришел к этому выводу. Понимаю, что не в одиночку, но все же. Мы много лет тренировали нейросеть быть человеком. Формировали мнения, личности, я даже изучал теорию построения персонажа, чтобы аккаунты выглядели настоящими людьми.
– Ты забыл поправить блики в их зрачках.
– Что?
– Я так все и поняла, про нейросеть. У нее там… Неважно.
А если я гений, нельзя ли перестать дразнить меня образованием? То, что я окончила всего лишь Вестминстер, пока все остальные подтирались дипломами Оксбриджа, никому в работе не мешало и не помогало. Зато сколько было понтов – как будто их собирали по всему Лондону, несли в Букингемский дворец, а по дороге оступились и просыпали в наш офис.
– Вернемся к проблеме, – решительно произнес Рэй. – Чарльз Уотерби узнал о схеме. Пока не знаю как, но мне пришло следующее сообщение… Секунду.
Он достал из кармана телефон.
– Уотерби сияет, сказал, что «Рид солюшнс» наконец прокололись.
В комнате повисло молчание. Я несколько напряженных секунд ждала продолжения, но оно так и не последовало.
– Все?
– Мало? – поднял левую бровь Рэй.
– Ты параноик, – закатил глаза Эрик. – И вот из-за этого ты устроил здесь цирк? Боже, годы тебя ничему не научили.
– Столько времени он не мог найти ни одной зацепки и вдруг нашел, – ожесточенно ответил Рэй. – И я должен это игнорировать?
– Стоило сначала выяснить детали.
– Я за этим и приехал. Никто не в курсе, что он накопал. И нужно узнать первыми.
– Мы? – уточнил Эрик. – Подожди, ты путаешь. То, что тебя сюда пустили, не значит, будто мы оба должны бегать вокруг тебя с воздушными шариками. Уны хватит.
– Ты мне нужен.
– Потерпишь. Не понимаю, какую роль в своем гениальном плане ты отвел мне, но не очень хочу ее играть. Ты в жопе, но я-то ботов не создавал.
– Ты заработал на моих ставках.
– Как и другие участники рынка.
– Чарльз и до тебя доберется. Ты использовал Маргарет Сонмайер, а это чистая инсайдерская торговля.
– Мимо, – поднялся Эрик. – Когда Уна притащила твой тухлый инсайд, я понял: это подстава. Если ты рассчитывал, что я поведусь… В следующий раз думай получше. Кстати, тут ты и спалился: до Сонмайер я не знал, что ты в курсе, кто она.
Вот же гондон! У меня аж дыхание перехватило от его наглости. Я, значит, носила ему все в зубах, как верная собачонка, а он еще перебирал?!
Получалось, моя двойная игра была не единственной – эти двое тоже использовали меня, получая что-то друг от друга. Рэй выдал инсайд, чтобы посадить Эрика на иглу, а тот наврал, что будет использовать… Нет, они оба жуткие гондоны.
Быть пешкой мне не нравилось, и в памяти всплыл еще один занимательный факт.
– Из последнего, на чем ты сыграл, был южноафриканский ранд, – напомнила я. – Это тоже будет сложно объяснить.
Рэй со странным хрустом повернул ко мне голову.
– Откуда ты знаешь о ранде?
Черт! Махинации с валютой я проверяла на компьютере Гаурава, и признаться значило бы подставить и себя, и его. Прикусив язык, повернулась к Эрику и агрессивно подалась вперед. Давай, девочка, переведем стрелки.
– Так ты сыграл на нем?
– Мало ли кто играет на волатильности валют.
– Весь рынок его сбрасывал. Я видела графики. Почти никто, кроме нас, не заработал на этой ситуации.
А еще на следующий день Гаурав опоздал и пришел в отвратительном настроении. Наверное, напился в хлам из-за того, что его работа оказалась такой же бесполезной, как и моя.
– Хочешь сказать, я один затарился? – закатил глаза Эрик.
– Рынок не настолько маленький, конечно. Но если ваш Чарльз Уотерби и правда с чутьем, связать последние месяцы твоих нелогичных движений на рынке и посчитать их совпадение с действиями «Рид солюшнс» будет проще всего.
– Ты на чьей стороне?
– Ты со мной в одной лодке, – подтвердил Рэй.
– Только мне не ясно, – продолжала уводить разговор от ранда я, – почему ты, Рэй, все время говоришь, что это твоя проблема? Разве ответственность не лежит на директоре и акционерах?
Теперь они оба смотрели на меня, словно увидели призрака. Я что-то не так сказала? Или…
– Уна, – мягко и осторожно произнес Эрик, – у «Рид солюшнс» нет акционеров. Она полностью принадлежит Рэю.
Что?! Необъятно огромная новость попыталась уложиться у меня в голове, но у нее это не получилось. Рэй – единственный, кто… получал всю прибыль?
Детали пазла начали сами собой вставать на места, и теперь, когда Эрик озвучил этот факт, все, что я знала о Рэе и компании, указывало только на него. Наверное, я все же была идиоткой. И система, ее же тоже внедрил Рэй!
– А зачем тогда тебе барон?! – мгновенно озвучила еще одну пришедшую мысль я.
– Он номинал, это же очевидно.
– Кому?! Я даже не знаю, что такое номинал!
– Номинальный директор. Подставной человек, который подписывает все важные документы, а в случае, если компанию ловят на преступлении, садится в тюрьму.
– У вас и такое есть?
От новостей кружилась голова. Рэй вел себя как владелец компании не потому что был самоуверенным дебилом или тайным управляющим, а потому что был настоящим владельцем! Все это время!
Сейчас произнесенная вслух таким спокойным тоном схема действительно казалась очевидной.
– Есть. Ты закончила отвлекать меня от важного вопроса, вернемся: откуда ты узнала про ранд?
– Ладно, – вздохнула я. – Помнишь, у Гаурава был сложный день и мне пришлось его успокаивать?
У Эрика дернулись плечи. Я не планировала смотреть на него – если это вызвало в нем ревность, он мог выдать нас Рэю раньше времени. Господи, а как я вообще смогу сказать этим двоим, что совместное у них не только прошлое?
– Уна…
– В этот день он узнал, что его прогноз не сработал. И я вместе с ним… тоже узнала. Но мне было проще понять почему.
– Она права, это будет сложно объяснить, – повернулся к Эрику Рэй.
Ответом ему был тяжелый вздох. Эрик откинулся в своем кресле, и я исподтишка бросила взгляд, чтобы заметить, как он устало трет виски.
– Чем мы можем помочь? – уточнила я у Рэя.
– Мне нужно выяснить, что знает Чарльз, – с готовностью отреагировал тот. – Все, что я смог понять: на первых этапах расследования он ничего не загружает на сервер, все держит у себя.
Я задумчиво кивала его словам, а потом остановила речь поднятием руки.
– Вернись, пожалуйста, на шаг назад, я тебя не понимаю.
– А я понимаю, но мне это не нравится, – мрачно сказал Эрик. – В управлении стоит рабочий сервер, где содержатся все отчеты вроде ваших в «Рид солюшнс». И сейчас, как подозревает Рэй, Чарльз хранит информацию о расследовании не там, а на своем собственном компьютере.
– Именно. Поэтому мы можем успеть получить эти данные, если заберемся туда. Более того, удалить их.
– Но не из головы Чарльза.
– Однако выиграем время, пока он собирает все заново, и, если в компании крыса, поймем кто.
– Я понял, что ты хочешь сделать.
– А знаете, кто не понял? – напомнила о себе я.
– Мне нужно, чтобы Эрик взломал компьютер Чарльза, – объяснил Рэй.
– Ну, здорово. Тогда я…
– А тебе нужно будет к этому компьютеру подобраться.
– Что?! Ты не перепутал меня с ниндзя? Я не умею взламывать замки.
– Зато у тебя отлично получается другое, тиндер-аферистка. – Рэй уткнулся в меня ледяным взглядом. – Соблазнять.
Глава 2. Гребаная схема
Я отсела от них обоих подальше. То, что и Эрик, и Рэй были не против со мной трахаться, я уже осознала и приняла. В голове даже рисовалась схема из трех имен, где от моего к их тянулась сплошная линия с подписью «Секс», а между их именами – пунктирная «Заклятые друзья».
У нас не появилось обязательств друг перед другом, у них тоже были и другие девчонки, и даже другие враги. Но подкладывать меня под какого-то копа?! Это уже слишком.
– Мне не хотелось бы никого соблазнять, – аккуратно сообщила я. – Это попахивает проституцией.
– Мы все проститутки, – философски заметил Рэй. – В некотором роде.
– Тогда почему бы тебе самому кого-нибудь не соблазнить?
– Уна, необязательно с ним спать, – со вздохом произнес Эрик, – если ты этого боишься.
– Верно. Только сделать так, чтобы он поверил, что тебе нужен от него секс. Добраться до его дома и подключить устройство к вайфаю.
– Оттуда подхвачу я.
– Минут десять, и у нас будет все необходимое.
– Даже раздеться не успеешь.
– Здорово, конечно, придумано, – вмешалась я, – но с чего вы взяли, что этот Чарльз вообще поверит в… такое соблазнение? Ну, то есть он коп, а я совершенно точно не того уровня, чтобы спать с госслужащими.
Рэй удивленно заморгал, пока Эрик, с трудом сдерживая смех, развел руками.
– А как парни из Сити верили? Просто сделай старый трюк.
Он повернулся к Рэю и толкнул того в плечо.
– Самомнение у нашей крошки на уровне, заметил?
– Это не самомнение, – запротестовала я. – Когда работаешь тиндер-аферисткой, внешность – главный актив. Я просто знаю собственный уровень.
– И каков же он? – с интересом спросил Рэй.
– В Лондоне? Я из разряда объективно красивых девушек. Для модели не хватает роста, а для «Инстаграма»[1] – груди. Зато моя внешность подходит под универсальный стандарт, который навязывает медиа, поэтому все, кто провел детство с членом в руке перед экраном с «Порнхабом», способны меня захотеть.
– В случае Чарльза я скорее поставил бы на «Плейбой». Года так восемьдесят пятого.
– Он старый?! – осознала я. – Ну нет, мне точно не подойдет.
– Он и не должен подходить, – помрачнел Эрик. – Напоминаю, твоя задача – ему понравиться, а не наоборот.
– И здесь я не вижу проблем, – подхватил Рэй. – Даже если ты не подойдешь стандартам восьмидесятых, возраст все решит.
– Соглашусь. Он как раз начал молодиться.
– Ты тоже заметил? Недавно видел, волосы покрасил.
Атмосфера в комнате теплела, Эрик и Рэй уже не рычали и действительно походили на старых друзей, которые давно не виделись. Но какой ценой?
– А сколько ему лет? – аккуратно прервала их я.
– Сорок девять, – ответил Эрик.
– Ой, блядь…
– Следи за языком! – одновременно рыкнули они и тут же повернулись друг к другу.
Боже, мало мне было их по отдельности, да? С трудом подавив желание закатить глаза, я только кивнула в ответ.
Соблазнять дедушку? За кого они меня приняли, за беспринципную вебкамщицу? Для себя я тут же решила, что ничего особенного с этим Чарльзом делать не буду, даже постараюсь его не касаться. Сорок девять лет, господи, он почти как мой отец!
– Осталось дело за малым, – продолжил Рэй, – вам нужно познакомиться.
– Мне съездить к нему в офис?
– Смешно, – мрачно сказал Эрик. – Я так понимаю, это для меня задача?
– Ты великолепно взламываешь календари. Поможешь еще с одним? – краешком губ улыбнулся Рэй.
– Не поняла, – вмешалась я.
– Он хочет, чтобы я нашел, где вам встретиться, – пояснил Эрик.
– Он? – повернулся Рэй. – Я все еще с тобой в комнате.
Опять началось! Воздух вокруг моментально заискрил.
Можно мне, пожалуйста, отмотать время на вчерашний день, где они все еще были врагами и не общались?
– Не знаю, как тебя называть, – пожал плечами Эрик. – Блэк? Рэй? Гондон, развернувший из моей системы хер пойми что?
– Все понять не могу, ты хочешь драки?
– Какой смысл? Ты рухнешь с одного удара.
– А ты попробуй.
Да еб твою мать! Когда они посмотрели друг другу в глаза, к ним вернулась вся старая враждебность.
Между этими двоими стояли годы молчания и непонимания. И если каждое наше взаимодействие собиралось быть таким, я не готова лезть в этот проект.
– У тебя яиц не хватит со мной подраться, – преувеличенно спокойно сообщил Эрик. – И никогда не хватало.
– Правда? Мне казалось, это ты дал заднюю, как трусливая хлюпающая манда.
– А давайте мы все тут последим за языком? – не выдержала я. – В такой обстановке работайте сами!
Точно! Как мне раньше не приходила простая мысль: можно ведь отказаться. Встать, выйти, уехать в Хаверинг, даже если мне не отдали бы ключи от машины. Удачи вытаскивать меня с дивана: скопленных денег хватит на несколько месяцев беспроблемной жизни. А если продать то платье с Рождества, то и еще на один.
– Уна права, – признал Эрик, хотя вся его поза говорила об обратном. – Если ты хочешь пару недель перемирия, найди в себе силы общаться нормально. Ты, в конце концов, в моем доме.
– А кто его оплатил?
– Не ты.
– Ты пользуешься системой, которую придумал я.
– Ее создал я.
– Право на идею.
– Ничего не стоит на самом деле. Не ты придумал нейросеть.
– Но я…
Как же они достали сначала использовать меня в своих целях, а теперь еще и портить пятницу. Я вдруг ощутила на плечах невероятный груз усталости.
Столько месяцев метаться между ними двоими, пытаясь остаться на свободе, – и ради чего? Чтобы теперь выслушивать, как сильно они обижены друг на друга, страдают и никак не разберутся, кто кого кинул? Да черт бы с ней, с тюрьмой: там явно тише и спокойнее.
– Мистер Чесмор! Мистер Блэк! – привлекла к себе внимание я. – Если вы еще не поняли – ищите новую аферистку. Эта закончилась.
– Как закончилась, так и начнешься, – отмахнулся Рэй. – У тебя нет выбора.
Что?! Ну и говно этот ваш Рэй Блэк! Он, видимо, еще не понял: Уну Боннер сложно остановить.
– А знаешь что? – поднялась я. – Нет. У меня есть выбор, и я уезжаю домой. И даже…
Следующие слова дались мне очень тяжело. Совершенно не хотели выходить, цеплялись за стенки горла, выворачивали наружу кости. Но я была настолько зла, что боль от потери не смогла бы меня остановить.
– Даже не буду снова просить ключи от машины, – с гордостью произнесла я. – Вызову «Убер». Всего доброго.
– Стоять, – приказал Рэй.
От ледяного голоса по телу пробежали мурашки, но я не послушалась. В конце концов, мы не в постели, и решается не просто судьба моей задницы!
– Нет, – повторила я. – Чем вы собираетесь мне угрожать?
– Тюрьмой, – с улыбкой в голосе сказал Эрик.
Быстрый взгляд на него подтвердил: в отличие от Рэя, который напряженно застыл, подавшись вперед, Эрик, наоборот, расслабился и откинулся в кресле. От этого я почему-то стала только злее.
– Похуй, – выплюнула я. – Абсолютно похуй. Телефон дать? Звоните копам. Я лучше в тюрьме посижу, чем буду выслушивать оскорбления и терпеть такое отношение.
– Уна…
– Я не ваша вещь!!!
Эрик поднял ладони в примирительном жесте.
– Все? Тюрьма – последний аргумент? Тогда я ухожу, адрес знаете.
В душе затеплилась надежда, что меня посадят вместе с Маргарет Сонмайер. В конце концов, как две аферистки, мы обязаны понять друг друга.
Больше меня никто не останавливал. В полной тишине я сняла с крючка пальто, нашла сумку, но не успела даже открыть дверь, только взяться за ручку.
– Пятьдесят.
В ушах прозвенел сигнал открывающейся кассы. Я медленно повернула голову, пытаясь понять, то ли услышала.
– Пятьдесят тысяч фунтов, – твердо произнес Рэй.
На это можно жить год. Да, без изысков, но… Целый год вообще не работать. А если хорошо сыграть на бирже на то, что уже накоплено…
– Половину переведу сейчас. Несгораемая сумма.
– Только, пожалуйста, криптой. Пятьдесят тысяч и гарантия, что в случае чего вы оплатите адвоката, – потребовала я.
– Я не… – начал Эрик.
– Хорошо, – кивнул Рэй. – Пятьдесят и адвокат.
– А мне не хочешь заплатить?
– Нет. Весь бюджет ушел на Уну.
– Поздравляю, Унабомбер, – рассмеялся Эрик, – ты стала самой дорогой женщиной в жизни Рэя.
Он даже не представлял насколько.
– Какой у нас план? – повесила пальто обратно я. – Давайте на час перестанем ругаться и обсудим нашу стратегию.
Когда я села на свое место, настроение в комнате изменилось в очередной – сотый, наверное, за сегодня, – раз. Эрик больше не скрывал смеха. Может, и его враждебность по отношению к Рэю не была настоящей?
Я перевела взгляд на самого Рэя, но тот лишь расслабил плечи. Может, даже одно – второе отсюда не было видно. Будь мы у него дома, я бы нашла способ смягчить настроение, например, принесла бы ему плеть в зубах.
– Мы приехали сюда придумать этот план, – произнес он.
С Эриком всегда было проще. Он, несмотря на всю грозность, смешливый, а чтобы сменить атмосферу в доме, можно показать сиськи. После этого он даже злиться не хочет.
– Отлично, – подобралась я. – Допустим, мы с Эриком нашли, где я встречу Чарльза, и все получилось. Дальше?
– Едешь к нему домой, подключаешься к его вайфаю, мы качаем всю информацию, просматриваем, что там, удаляем с компьютера Чарльза, ты возвращаешься.
– А потом?
– Будем смотреть, исходя из найденного. Скорее всего, я сам разберусь.
– Обещаешь? – нетерпеливо привстал в кресле Эрик.
– Нет. Я ничего не обещаю, пока не увижу эту чертову папку.
Ну да, соблазнять дедушку все-таки придется: как иначе я смогу попасть к нему домой? Хотя…
– Не понимаю, зачем тебе мы, – вдруг подумала вслух я. – Лула могла бы выполнить и мою функцию, и Эрика.
– Ты притащил Лулу на работу? – притворился удивленным тот.
– Ей нельзя вмешиваться. Я даже попросил пока не появляться в офисе.
– Почему? – не поняла я.
– Слишком опасно. У тебя, Эрик, ни одной судимости. А если Лула займется взломом и ошибется, это будет рецидив. И на малолетний возраст уже не спишешь, предупреждением не отделаешься.
– У Лулы есть приводы в полицию?
– На моей памяти – всего один. – Голос Эрика наполнился ностальгией. – Но да, ей было одиннадцать.
– Твоя информация устарела, – усмехнулся Рэй. – Она до сих пор на испытательном сроке после исправительных работ.
– Серьезно? Что она…
– На спор взломала систему безопасности полицейского участка. Если бы ее не сдали те, у кого она выиграла спор, никто бы не нашел.
Детская непосредственность Лулы, которая до этого была для меня просто милой кузиной Рэя, засияла новыми красками.
– Ну и команда у тебя, конечно, – заметила я. – Ладно, но можно мне хотя бы фотографию Чарльза?
– Мы вместе все посмотрим, когда будет информация, и это по плану… завтра, – кивнул Эрик. – И к слову, если мы закончили…
– Да, конечно, вернусь, как будешь готов, – поднялся с места Рэй. – Уна, мы уезжаем.
– Ты уезжаешь, – с широкой улыбкой проговорил Эрик.
– Что?
В глазах Рэя вспыхнули знакомые мне огоньки. К сожалению, слишком знакомые… Чертов ревнивец. А ведь мы были не в офисе – новые правила распространялись только на него.
– Пятница, скоро вечер, – пожал плечами Эрик, – и если ты знаешь, что я нанял Уну, то должен быть в курсе: по пятницам я ее обучаю.
Ага. Интересно, где я лучше всего получала образование: в спальне, на кухне или в прачечной? Смех было очень сложно сдержать. Эрик был тем еще затейником, но то, что он фактически скрыл от Рэя наши странные отношения, делало все интереснее.
Почему? Не хотел делиться со старым другом? Или догадывался, что Рэю не понравится новость? Или… Может, Эрик знал о нас с Рэем? Черт, нет, это совсем уж чушь.
Хорошо бы закрыть вопрос с Чарльзом побыстрее, получить деньги и свалить. Возможно, даже куда-нибудь на север, лишь бы подальше от этих двоих. В момент, когда они поняли бы, что оба со мной спят, наше с трудом достигнутое хрупкое перемирие рассыпалось бы, как дженга.
– Уна? – перевел на меня напряженный взгляд Рэй.
– Я тебе рассказывала про пятницы, – напомнила я. – Если помогу Эрику с поисками, возможно, мы быстрее покончим со всем этим делом.
Минута тишины и напряженных сомнений Рэя ничего не дала никому из нас, так что могла бы и не произойти, но, видимо, я одна здесь не любила драматичность.
– Отправь мне свой номер, – наконец попросил тот у Эрика и перевел взгляд на меня. – От тебя жду сообщение завтра.
Рэй взял свою куртку и вышел на улицу. Мы с Эриком повернулись друг к другу и синхронно подняли брови. Откуда эта внезапная податливость? С учетом всего, что я уже знала, согласие и молчаливый уход больше пугали, чем успокаивали. Мало ли, поедет сам к этому Чарльзу и подставит нас.
За окном послышался шум мотора – Рэй оставил нас наедине.
– Это он сейчас на моей машине уехал? – вслух подумала я.
Эрик повернулся назад, вытянул голову и кивнул.
– Мои ключи на месте. А мне знаешь, что интересно?
– Куда он уехал?
– Нет, на это плевать. Куда я должен отправить ему свой номер?
– Ну, это уже твои проблемы, – рассмеялась я. – Главное – мы оба остались с заданиями, а это очень похоже на Рэя Блэка.
– Ебал я его задания, – резко помрачнел Эрик. – Сама скинь ему мой номер, я вообще не понимаю, когда успел так сильно задолжать.
Он поднялся из кресла, прошел несколько шагов и оперся обеими руками на спинку моего.
– Кроха, – опустился он к моему уху, – ты что, решила вести двойную игру? Откуда Рэй столько всего знает?
– Тройную, – ответила я раздраженно, – четверную.
Дышать стало нечем: опасность, исходившая от него, пробудила тревогу. И хотя чувство вины кололо изнутри – я ведь вела эту чертову двойную игру, – ему все равно нельзя было позволить развернуться в полную силу.
Я попыталась выскользнуть из кресла, но Эрик оказался быстрее. Он обхватил меня за талию, вжав в спинку, и теперь двигаться вообще не получалось: паника сковала меня.
– Ты позволила врагу узнать мой адрес.
– А он сказал, что ты его единственный друг. И ты полез к нему обниматься!
Рука Эрика задеревенела. Кажется, я задела острую тему.
– Это ничего не отменяет. Я говорил, чтобы ты держалась от него подальше, буквально умолял тебя это сделать.
Его голос становился все злее и ожесточеннее, а я по привычке начала возбуждаться. Вот же чертово тупое, бесстыдное тело! Очень вовремя, конечно.
– Эрик, я не знала, что он поставил туда сраный маячок, – хрипло принялась объясняться я. – И поверь, ничего из этого не планировала! И если что, я тут с вами в одной лодке.
– Нас в этой лодке вообще быть не должно. – Эрик поднял меня из кресла и повернул к себе, держа на весу.
Черт, ну зачем он такой огромный и сильный… И злой?
Я обхватила его торс ногами и подтянулась ближе. Положила палец между сурово нахмуренных бровей, чтобы расправились, и, как только добилась своего, поймала Эрика врасплох поцелуем. Это было… совсем необычно. Он застыл, не отвечая и не реагируя никак, кроме сжатых на моей заднице пальцев.
Когда Эрик наконец приоткрыл рот, впустив мой язык, мы словно оба выдохнули. Сложный разговор втроем длился не больше пары часов, но между нами выросла крепкая стена, и только сейчас по ней пробежала единственная тонкая трещинка.
– Нас? – оторвалась я, но тут же снова захватила его нижнюю губу зубами.
– Нас, – прошептал в поцелуй Эрик.
Я отстранилась. Изучила взглядом и светлую короткую бороду, и мужественную линию подбородка… Знакомые черты сейчас казались родными. Я так привыкла к его рукам и дому… Когда все закончится, точно буду скучать.
– Судя по тому, что ты говорил, никаких «нас» не существует.
В глазах Эрика промелькнула незнакомая мне эмоция, но тут же исчезла, как незваная гостья. Он широко улыбнулся и легко шлепнул меня по заднице.
– Точно. Тебя и меня не должно быть в проблемах «Рид солюшнс». Это не моя война.
– Тогда зачем ты согласился?
– Это Рэй Блэк. – Эрик развернулся к кухне и понес меня туда. – Ему проще дать, чем объяснить, почему не хочешь.
Прозвучало интимно. Я обвила руками Эрика, окончательно превратившись в обезьянку, и устроилась поудобнее у него на груди.
Сегодняшняя встреча ощущалась началом конца. Словно мы втроем играли в какую-то игру, тщательно обходя реальность по кругу, а теперь Рэю надоело. И когда с Чарльзом будет решено, исчезнет смысл и возвращаться на работу, к своим друзьям, и приезжать сюда на выходные.
У меня будет полсотни тысяч фунтов, свобода и… ничего больше. Месяцев пять назад я могла о таком лишь мечтать, а теперь чувствовала горечь на губах, там, где только что был мятный привкус поцелуя.
Эрик включил гриндер, и тот оглушительно зашумел, перемалывая зерна кофе. Я почувствовала на своей макушке чужие губы и едва не разревелась от смешавшихся в душе противоречивых эмоций.
– Не переживай, – послышался голос, как только умолк гриндер, – тебе не придется с ним спать.
С Рэем? Эрик сильно ошибался: после того, как я практически выпросила полсотни, меня ждало очень жесткое наказание. Или он имел в виду…
– Выстроим все так, что тебе, возможно, не придется даже трогать Чарльза, – добавил Эрик.
А, соблазнение дедушки. Точно, как я могла забыть?
– Я не переживаю, – пообещала я. – Просто… Мне было странно видеть вас вдвоем. Как будто два разных мира вместе.
– Надеюсь, мы быстро закончим и больше не увидим Рэя, – серьезно произнес Эрик, заставляя меня посмотреть на себя.
– И тогда я тут тоже буду не нужна.
– Не неси чушь, кроха.
Он развернулся и усадил меня на кухонную столешницу. Теперь наши лица оказались на одном уровне, и Эрик воспользовался этим, чтобы прижаться своим лбом к моему. Было в этом привычном жесте что-то, что кричало: мы не просто два чужих человека.
Сердце таяло и стекало куда-то вниз по позвоночнику.
– На «Рид солюшнс» мир не заканчивается, – сказал Эрик. – Раз смогла выжить там, сможешь найти новую работу.
– И снова шпионить на тебя?
– Учиться у меня.
Отстранившись совсем чуть-чуть, он посмотрел мне в глаза. То незнакомое чувство проскользнуло в его взгляде во второй раз за день… Но теперь я успела ему улыбнуться.
– План на сегодня такой, – стал серьезным Эрик, – пьем кофе…
– Второй раз?
– И не последний. Ночь у нас впереди длинная. Потом мне нужно вернуться к работе, а тебе – выполнить свое наказание.
– За что?
– Притащила в дом уличного блохастого кота, – угрожающе приподнял брови Эрик. – И нет, мы не можем его оставить. Так что пока я занят, приготовь ужин и убери первый этаж.
– Я тебе не домработница.
– Будь себе домработницей. Уна, проступок – наказание. Ты не сообщила мне, что Рэй спалил нашу схему, позволила ему узнать мой адрес и поставить нас обоих раком. Поверь, ужин и уборка – самое малое, что ты можешь сделать.
Чувство вины заткнуло мне рот, комом перекрыв горло. Конечно, я кивнула. Эрик был прав: я действительно о многом ему не сказала, и, возможно, из-за этого он не был готов ко всему…
– Вечером ужинаем и пойдем разбираться с этим Чарльзом. Рэй дал срок до завтра… И мы не будем торопиться.
Он постоянно произносил это «мы» с какой-то новой интонацией, словно появление Рэя в доме все изменило. Чувствовалось противостояние, где есть Эрик и я на одной стороне и Рэй Блэк – на другой.
Вот только была еще третья сторона битвы: загадочный Чарльз.
– Завтра мне нужно написать Рэю, он, наверное…
– Ты здесь до воскресенья, – напомнил Эрик. – И у нас целая куча собственной работы. Если ему что-то будет нужно, подождет.
Кажется, я только что оказалась в еще большей заварушке, чем была.
Глава 3. Гребаный виски
В платяном шкафу пахло Эриком. Его одежда пропитана ароматом свежего горного воздуха… Ни с чем не спутаешь.
К моменту, когда мы начали прятки, я уже была наполовину раздета. Даже думала, что сегодня обойдемся без них, ведь свое наказание выполнила: первый этаж сверкал чистотой, на ужин была треска с киноа. Казалось бы, что еще может быть нужно?
Но когда Эрик меня раздевал, я напомнила о задании Рэя… И на этом его хорошее настроение закончилось настолько, что даже сиськи не помогли. Он приказал мне спрятаться, причем сделать это так хорошо, чтобы он забыл обо всем, кроме «этой крохотной задницы».
Я успела добежать до шкафа: Эрик давно перестал искать меня в собственной спальне. И, судя по тому, как притворно ласковый голос начал уговаривать сдаться, решение оказалось правильным. С каждой минутой, проведенной в попытках вычислить, где я, Эрик становился все более возбужденным. И если собачий вольер не смог скрыть моего запаха, его собственная одежда справилась с этим куда лучше.
– Кроха, ты можешь выходить, – раздалось за дверью, но все равно глухо – скорее всего, из коридора. – Я больше не злюсь.
Черта с два. Я уже знала, как это работает, и, если нужно, готова была провести в этом шкафу всю ночь.
– Кро-оха… – Вкрадчивый голос приближался. – В жизни не поверю, что ты спряталась под кроватью. Ты же туда не поместишься!
Я успела прикусить возмущенный крик, и он так и не сорвался с губ. Эрик был хитрым, но недостаточно…
– Да, как я и ждал. Моя кроха сюда бы не залезла. Может, за шторой? Нет, ты бы не стала… Все, выбирайся из ванной, готов признать, что ты все-таки умнее Розенкранца.
И вот здесь я не смогла сдержать смешок. Черт! Голос тут же затих.
– Засранка, – произнес Эрик, открывая дверцу шкафа. – Попалась.
Он был раздет по пояс, и лампа позади него добавляла теплого сияния вокруг коротко стриженной головы. А как отсюда, с пола шкафа, выглядел его татуированный торс… Почему порно для женщин не снимают вот так? Тут от одной только картинки в горле пересыхало, а если на секунду подумать, что меня ждало – понятно, куда в организме уходила вся влага.
Эрик сел на корточки и наклонил голову, разглядывая меня. Он молчал, словно упиваясь этим коротким моментом победы. Не только в игре – надо мной, ситуацией, над всем миром. Наконец его лицо прорезала широкая улыбка, больше похожая на оскал.
– Моя девочка, – со звериной нежностью произнес он, – моя маленькая добыча.
Я уцепилась за протянутую руку, и Эрик помог мне выбраться наружу, но через пару секунд швырнул меня на кровать, лицом в простынь. Едва не взвыв от обиды – так не было видно широкие плечи с татуировками, – я попыталась перевернуться на спину, но мощная рука только сильнее вжала меня в матрас.
– Не балуйся, – строго сказал он.
Зная эффект своего молчания, я продолжила хранить его. Было тяжело: Эрик скользнул пальцами по моей обнаженной спине, и стон уже рвался наружу. А когда эти же пальцы сжали мою шею у самого основания, сдерживаться стало еще сложнее. Желание дотронуться до него, отбросить роль жертвы и самой стать хищником сжигало меня изнутри, но…
А что, если попробовать?
Дождавшись, пока его руки на секунду оторвутся от кожи, я воспользовалась этой передышкой и перевернулась. Эрик нависал надо мной, казался даже больше, чем он есть…
– Я сказал не баловаться.
– Плевать!
Я приподнялась и, уперевшись в его плечи, заставила нас обоих сесть – Эрик послушался больше от неожиданности. Черт, да я сама была в шоке от себя: целое спортивное упражнение – толкнуть такого медведя.
– Чего ты хочешь? – почти зарычал он.
– Видеть тебя. Касаться. Чувствовать тебя везде.
Он наклонил голову и прищурился, изучая мое лицо.
– Не помню, чтобы давал тебе право выбора сегодня.
– Не помню, чтобы кто-то его у меня отнимал.
Эрик умолк ненадолго, отстранился… Мое сердце колотилось как бешеное. Впервые за все время, что мы трахаемся, я позволила себе поднять бунт, наплевав на то, что моя шея казалась страшно хрупкой по сравнению с его сильными руками.
– Ты плохо себя ведешь, кроха, – угрожающе тихо сказал Эрик.
– И не говори, что тебе не нравится.
Дрожащими пальцами я потянулась к его джинсам и нащупала пуговицу, все это время не отрываясь от прищуренных глаз.
– Почему бы на сегодня тебе не расслабиться? – с вызовом предложила я. – Просто лечь на спину и дать мне сделать то, что я хочу?
На модельно прекрасном лице отразилось сомнение – то ли в предложении, то ли в моей адекватности. Чтобы как-то повлиять на ход его мыслей, я выпустила бедную пуговицу и положила Эрику на грудь ладони.
– Пожалуйста, – жалобно попросила я, – после всего произошедшего… Не только тебе нужно забыть.
– Хорошо, – наконец кивнул он. – Значит, сегодня оба забываемся, а завтра… будет завтра.
Эрик поднялся и вышел из спальни. После подобной заминки мне пришлось бы здорово постараться, чтобы вернуть собственное возбуждение… Хотя, скорее всего, нужно просто высвободить этот красивый широкий член.
И все же со мной что-то было не так. Два мира пересеклись без моего желания, и нахождение на этом стыке заставляло меня бунтовать сильнее обычного. Требовать хотя бы каплю контроля. Видеть, на что я иду. Добиваться своего так, словно завтра отнимут.
Впрочем, машины у меня, судя по всему, и правда больше не было.
– Новые правила, – начал говорить Эрик еще из коридора. – Без борьбы я тебе не дамся, так что сыграем в игру.
– Надеюсь, алкогольную? – выкрикнула я.
В ответ он сначала показал в дверном проходе бутылку с виски, и только потом появился сам.
– Моя догадливая кроха, – подмигнул Эрик. – Напьемся и забудем, кто мы вообще такие.
– И что за игра?
Он загадочно откупорил бутылку и поставил ее на прикроватную тумбу, после чего оценивающе оглядел меня.
– Сначала раздеваемся. Потом… задаем друг другу вопросы. Никакой работы, никакого трейдинга, ничего, что касается… Ну, ты поняла.
– Так.
– Кто отвечает на вопрос, получает контроль над телом другого на пять минут. Если отказывается, контроль получает второй человек.
– А виски?
– Пьем. Просто пьем после каждого вопроса. Оба.
Когда Эрик опустился на кровать и приблизился вплотную к моему лицу, сердце замерло. С ним тоже что-то было не так, его отношение ко мне будто изменилось. Куда делся мой странный приятель, показывавший вертолет членом? Где остался человек, который был таким независимым? Почему в глубине болотистых глаз, из трясины, на меня смотрел расстроенный мальчишка?
Будь я потупее, подумала бы, будто Эрик в меня влюблен. Но мы давно уже определились, что он на это не способен. И все-таки… А вот и вопрос для него.
– Хорошо, – кивнула я. – Каждый сам раздевается?
– Да ну на хер, иди сюда.
Поцелуй, с которым Эрик на меня обрушился, смел из головы все идеи, задачи или хотя бы смутные понятия о словах и предложениях. Всепожирающая страсть поглотила нас обоих, и его губы, которые клеймили меня обжигающими прикосновениями, уже не просто выражали эмоции. Это был захват территории. Возможно, ревность.
Когда я впустила в рот его язык, расклад сил стал очевидным: Эрик заявлял на меня свои права. Как на собственность, актив и ценность. Его пальцы нетерпеливо сдирали с моих бедер офисные брюки, а вслед на пол отправилось и белье.
Мы словно вернулись к тому же положению, в котором были пять минут назад, но меня оно все еще не устраивало. Я толкнула Эрика и тут же снова нащупала чертову пуговицу на его джинсах. Поцелуй прервался, иначе у меня ничего не получилось бы, но…
Глаза Эрика горели теми же чувствами, которые прослеживались в каждом движении его языка. Точно ли нам нужен был виски? Голова уже начала кружиться, но… Сейчас я бы проиграла в этой битве. Так что как только мы оба остались абсолютно обнаженными, пришлось поднять руку, заставив его замереть.
– Кто первый задает вопрос?
– Дама вперед, – хищно улыбнулся он и потянулся за бутылкой.
Сложно было продолжать смотреть ему в глаза – взгляд притягивал великолепный и уже стоящий член.
– У тебя бывает обычный секс? – выпалила я первое, что пришло в голову.
– Раз-два в год, – пожал плечами он. – Если я в Бристоле.
– Почему в Бристоле?
– Задаем по одному вопросу, – подмигнул Эрик.
Он сделал большой глоток из бутылки и протянул ее мне. Чистый виски немного обжег горло, и я остановилась: не собиралась пить наравне с опытным громилой.
– Мои пять минут, – объявил он и полез в карман за телефоном. – Поставлю таймер.
Я раскрыла руки, отдаваясь в его власть, и через мгновение оказалась прижатой к кровати. Эрик наклонился надо мной, задержал взгляд на моих губах… И впился зубами в мою шею. Его фирменные болезненные ласки – он зализывал собственные укусы и тут же оставлял новые.
Словно огромный зверь, Эрик опускался все ниже, и, когда прикусил мне сосок, слишком хорошо знакомый импульс вырвал из горла сдавленный стон. Вот теперь я была готова ко всему – даже к полной потере контроля, если потребуется. Не существовало ничего, что я не отдала бы за его зубы на моем клиторе.
Животные инстинкты пробудились и во мне: я царапала плечи Эрика, все меньше сдерживала стоны, обхватила его ногами в бессильной попытке добиться своего, но в тот момент, когда чужие зубы наконец добрались до нежной кожи на моем бедре, воздух в спальне прорезал противный сигнал проклятого таймера.
Эрик мгновенно остановился, несмотря на мои протесты. Он сел, подмигнул мне и облизнул губы.
– Моя очередь задавать вопрос.
– Если я не отвечу, ты продолжишь?
– Нет, – потянулся за бутылкой он. – Начну опять с шеи, только буду еще медленнее.
– Ты такая сволочь иногда.
– Что значит «иногда»? – усмехнулся Эрик. – Не заговаривай мне зубы. Зачем ты осталась в Лондоне?
– Это легко, – отмахнулась я и забрала у него бутылку. – Здесь много людей. Значит, много потенциальных… клиентов. Представляешь мою деятельность в Норидже?
– Я разве забыл сказать? – нахмурился он. – Врать нельзя.
– Я не…
Его палец заглушил мое возмущение. Да с чего он взял, что это ложь?! Это просто логично.
«Ты соврала», – подтвердил внутренний голос.
Я подняла глаза и столкнулась с испытующим взглядом. Отвратительно, как Эрик смотрел прямо мне в душу, чувствуя фальшь даже там, где я пару лет успешно обманывала себя.
– Не хотела жить как родители, мои одноклассники и весь Норидж, – медленно, вытягивая из себя неожиданную правду, произнесла я. – Хотела, чтобы было легко.
– Засчитывается, – просиял он. – Пей.
Пока я делала аккуратный глоток, он устроился на кровати поудобнее и оперся на спинку. От улыбки на его щеках появились задорные ямочки. А я все думала, что больше хотела с ним сделать – трахнуть или прирезать.
Его тело выглядело маняще, и, кажется, мне выдался первый шанс изучить его полностью. Обычно я могла только смотреть, а как иначе, если большую часть времени проводила связанной? И даже когда мы принимали душ, мои прикосновения не добирались далеко – всего пара движений, и он возбуждался.
– Бутылку, – потребовал Эрик.
Как только он убрал ее после еще одного крупного глотка, я повернулась и оседлала его ноги. Эрик поставил таймер и широко раскинул руки, упираясь ладонями в постель.
Я вдруг поняла, что тоже не хочу торопиться, и медленно очертила пальцами мышцы на его животе. Интересно, когда он выкраивал время еще и на спортзал? С таким графиком сна, жизни, несколькими биржами… И безупречным телом.
– Кроха… – угрожающе начал Эрик, но я успела приложить ладонь к его рту.
– У меня пять минут.
Опустившись к его плечу, я прижалась губами к одной из нарисованных на нем птиц, а потом обвела кончиком языка ее контур. Татуировки, значения которых он не раскрывал, всегда казались мне фантастической деталью его образа.
Под моими поцелуями Эрик напрягся, и, когда ласки начали подниматься выше, к шее, а потом продолжили двигаться к груди по контурам, его пальцы судорожно вцепились в простынь.
Я сжала пальцами его бедро, у самой косточки, и ощутила, как напрягся его член. Чувство власти пьянило круче виски, дарило необычный кураж и заставляло творить безумства. Не став ему противиться, я дошла до ребер и легко укусила кожу на них.
Эрик шумно вдохнул сквозь сжатые зубы. Я отстранилась и сдвинулась, в этот раз делая то же самое, но со вторым плечом. Обводила языком красно-черную птицу, поднималась к грозовым тучам, но теперь не стала спускаться к груди.
На шее Эрика быстро билась хорошо заметная жилка, и, когда я широко лизнула это место, с силой прижимаясь к вене языком, победила в нашей игре, а трофеем стал сдавленный рык.
– Да что ж ты…
Нас прервал сигнал таймера, и я тут же повторила действие Эрика: мгновенно остановилась и поднялась.
– Моя очередь.
– Сразу дай мне бутылку, – хрипло попросил Эрик.
Он остался сидеть с закрытыми глазами и дышал куда тяжелее, чем пять минут назад.
– Почему в Бристоле ты предпочитаешь ванильный секс?
– Город маленький, пойдут разговоры. Пьем.
– Это не ответ! – успела остановить его руку я.
– Черт. У меня там мать, которая думает, что я здесь работаю белым воротничком, хожу в церковь и просто пока не встретил достойную девушку. – Лицо Эрика исказила гримаса отвращения. – Что она подумает, если услышит слухи о том, как я гонял дочь очередной ее приятельницы по лесу, а потом там же трахал, пока не потеряет сознание?
– Меня ты ни разу не трахал до потери сознания.
– Ты и не бегаешь, – отсалютовал бутылкой он. – Но я ужасно жду весну.
Он сделал несколько жадных глотков и передал мне бутылку.
– Одной может не хватить, – задумчиво проговорил он. – Пей.
Я послушалась, но не успела слезть с его колен – рука удержала меня на месте.
– Не дергайся, мне нравится, как ты сидишь.
Эрик забрал бутылку, включил таймер и еще одним коротким движением погасил основной свет, оставив только мягкий, у спинки кровати. Из телефона почему-то полились звуки музыки.
– Танцуй, – приказал Эрик.
С языка едва не сорвалась пара едких фраз, но это были его пять минут, и мне ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Я поудобнее уперлась коленями в постель и начала двигать бедрами, подняв волосы к голове.
Он не просто смотрел. Пальцы очерчивали вычурные узоры на моей коже, поднимались к груди, отвлекали от выполнения задания… Я поднялась чуть выше, и член Эрика оказался совсем рядом с моим клитором. Теперь танцевать было еще интереснее.
Музыка продолжалась, мягко и плавно сменив одну мелодию на другую, но удовольствие, формировавшееся внизу живота от того, как именно мы соприкасались, не успело добраться выше: сильные руки приподняли меня за талию. Теперь не хватало всего одного движения, чтобы головка члена Эрика оказалась у самого…
Нет, он не собирался делать это сейчас. Только пробежался пальцами по моему телу и, прикусив губу, сконцентрировал взгляд на моих бедрах. Я продолжала танцевать, амплитуда движений становилась шире, но – снова, черт бы его подрал! – таймер зазвонил ровно в тот момент, когда Эрик подобрался туда, где был нужен больше всего.
– Я разобью твой телефон, – пообещала я.
– Купишь новый, – поморщил нос Эрик. – Мой вопрос. Когда я написал тебе в «Тиндере», то не ожидал, что ты согласишься на встречу. Думал поохотиться, поймать у метро, устроить…
– Преследование? – недобро прищурилась я.
– Что? Это весело!
– Кому?
– Мне! В общем, мой вопрос: почему ты согласилась? Это было очень опасно.
– Ты красивый, у меня была овуляция. Я подумала, мы славно потрахаемся у тебя дома, – совершенно искренне ответила я.
– И все, что ли?
– А ты чего хотел? Чтобы я придумала хитрый план пробраться к тебе, взломать компьютер и выяснить, как ты меня нашел?
– Как минимум!
– Я не умею взламывать компьютеры. Посталкерил бы Лулу, это по ее части.
– Она бы тоже не поехала. Взломала бы меня дистанционно, – вздохнул Эрик. – Господи, Уна, ты понимаешь, что тебя могли убить?!
– Кто, ты?!
– Да пусть бы и я!
– Я поняла это, когда увидела собак! И то сейчас мы уже оба знаем, сколько нужно доберманов, чтобы поймать воробья.
– Больше двух, – рассмеялся Эрик.
– Именно, – потянулась за бутылкой я.
Виски больше не обжигал: язык словно привык к его вкусу. Зато теперь алкоголь давал новую смелость и даже какой-то кураж… которые требовали от меня действий.
– Я тебя не боюсь, – протянула бутылку я. – Пей.
– Одна просьба. – Виски оставалось угрожающе мало. – Больше никогда так не делай. Это опасно.
– Не хочешь искать новую аферистку? – разочарованно захлопала ресницами я, пока склонялась к его лицу. – Неужели лень?
Таймер включился, и я, вцепившись ногтями в грудные мышцы Эрика, утянула его в поцелуй. Теперь я сидела прямо на члене, и этого было настолько недостаточно, что дразниться становилось опасным для меня самой.
Мягко, нежно, медленно. Это было для нас обоих мучением, но необходимым. Проигнорировав нарушение правил – чужие ладони у себя на бедрах, – я двигалась вперед и назад, не давая страсти ни вспыхнуть ярким огнем, ни погаснуть.
Ванильно, вот как это было. Мы так обычно не делали, но именно сейчас почему-то хотелось. Я оторвалась от губ Эрика и переместилась с поцелуями к его шее. Он шумно втянул воздух носом, еще не зная, что ждет его дальше.
Зубами прихватила мочку его уха. Губами подобралась к тонкой коже над шеей, зная, что это сведет его с ума. И расчет сработал: чужие пальцы начало сводить, а Эрик наконец выдохнул полувздох-полустон и покорно подставил второе ухо моим ласкам.
В этот раз таймер не прерывал особенно острый момент: мы перестали просто дразнить друг друга и перешли к настоящей прелюдии.
– Если меня разобьет сердечный удар, сама будешь объяснять полиции, как это вышло, – пожаловался Эрик.
– Постараюсь, – отклонилась я. – Мой вопрос.
Он сразу потянулся за бутылкой.
– Ты говорил, что никогда не влюбляешься. Почему?
На пару секунд Эрик отвел взгляд, будто собираясь с силами. В этот момент он казался особенно открытым и уязвимым.
– Один раз я себе это позволил, и все, что вышло, – полное дерьмо. Больше не повторится.
– Тебе разбили сердце, – поняла я.
– Только не начинай меня жалеть, – рассмеялся Эрик. – Все, заканчиваем игру.
– На твоем ходе? Это нечестно!
Почти прикончив бутылку – он оставил мне несколько капель, – Эрик пожал плечами и только снова положил мне руки на бедра.
– Ты все равно получишь то, что хотела, – пообещал он. – Допивай и поднимайся.
– И что же я получу?
Как только мои пальцы отпустили горлышко бутылки, Эрик подхватил меня под бедра и приподнял, а сам проскользнул вниз, и его лицо оказалось прямо подо мной.
– Я не этого…
– Заткнись и сядь мне на лицо.
Может, я этого и не хотела… Но как же было хорошо! Эрик ласкал меня с жадностью и страстью. Когда его язык с силой прижимался ко мне, а губы ласкали чувствительную кожу… О боже.
Эрик держал меня, не давая пошевелиться. Будто ему самому это было необходимо, будто без меня стало невозможно жить. В каждом движении – восхваление, восхищение. Выпрямившись, как струна, держась за собственные ноги, я оказалась королевой в этой темной спальне. Ничего больше не имело значения, только его прикосновения и безмолвное преклонение передо мной.
Вот почему люди любят власть. Да, мне дали ее всего каплю – но пьянила меня она, а не виски. Тело пронзало насквозь горячими вспышками удовольствия, а мир сузился до небольшой точки – той, где мы касались друг друга.
В глубине меня начал формироваться оргазм, но я не обрадовалась ему, а испугалась. Он не был бы таким ярким, правда? Не в тот момент, когда Эрик не во мне.
– Нет, – простонала я, пытаясь его остановить, – подожди…
Он проигнорировал мой робкий протест и только ускорился. Тогда, не до конца понимая, что делаю, я вцепилась в его пальцы в безумной попытке их разжать. И у меня получилось.
– Чем, по-твоему, я тут занят? – недовольно поднял взгляд Эрик.
– Не сейчас, – прорычала я, теперь сама сползая вниз. – Я не хочу так.
– Чушь, а как тог…
Он прервался на полуслове, когда я направила его в себя.
Идеально. Заполнив меня, он сделал все происходившее единственно правильным, и теперь я по-настоящему оседлала Эрика.
Сначала мои движения были плавными, неторопливыми, хотелось почувствовать в себе каждый дюйм, но от этого не только я падала в пучину безумия. Пальцы Эрика судорожно сжимали простынь, и было видно, что ему сложно держаться. Его выдавали испарина на лбу, закушенная губа и бездонно потемневшие глаза, которые не отрывались от места, где мы сливались воедино.
– Чуть-чуть еще, – попросила я. – Мне нужно…
– Надо мной издеваться? – угрожающе произнес Эрик.
– Нужно чувствовать, что ты внутри, – до конца опустилась я и, наклонившись, уперлась ладонями в его широкую грудь. – Потому что мне не нужен оргазм, если я не ощущаю в себе твой член.
Глаза Эрика распахнулись, и он резко поднялся, обхватывая пальцами мою талию.
– Моя девочка, – прошептал он мне на ухо, – посмотри на себя, ты выглядишь великолепно у меня на члене.
В душе что-то расцвело, но я не успела понять, что это было, – уже через секунду Эрик перевернул меня, заставив лечь на спину. Все случилось мгновенно, и не уверена даже, что он сам понял, как это произошло.
– Так-то лучше, – усмехнулся Эрик и наклонился прямо к моим губам. – Пристегнись, кроха.
Он завел мои руки наверх и одной ладонью прижал их к кровати, а сам тем временем набирал темп. У меня сбилось дыхание: боже, как хорошо. Как могла, я двигала бедрами ему навстречу, и каждый раз, когда наши тела соприкасались с влажным звуком, мы оба падали все дальше в эту кроличью нору.
– Да, кроха, именно так, – простонал Эрик, жмурясь от удовольствия.
Сегодня я была почти свободна в своих действиях. Могла двигаться так, как хотела, потянуться за поцелуем и даже обхватить крепкий торс ногами… Как сейчас.
– Ты готов? – хрипло спросила я.
– А ты?
Как только я кивнула, сразу почувствовала, что руки освободились, зато на клитор мягко лег большой палец Эрика.
Что-то между нами было совсем новым. Эта необычная свобода, то, что мы друг другу позволили и что открыли… Когда Эрик доводил меня до оргазма, наши взгляды пересеклись. Каждая его ласка была отточена до совершенства: не слишком сильно, не слишком слабо, именно так, чтобы за пару движений у меня все внутри сжалось в маленькую пульсирующую точку.
Эрик и сам больше не сдерживался. С тихим стоном, смешанным с гортанным рыком, он остановился и нагнулся ко мне, чтобы украсть самый нежный и чувственный поцелуй.
– Получила, что хотела?
– Конечно, – довольно зажмурилась я. – А ты?
– Еще не до конца.
– Ты слишком жадный!
Опьянение словно только сейчас меня догнало: виски, хоть я и не делала больших глотков, все же ударил в голову. Игриво щелкнув Эрика по носу, я попыталась укатиться, но его руки тут же преградили путь.
– Знала бы ты, насколько жадный.
Спустя какую-то секунду он сгреб меня в охапку и вот так, словно занимается с живым весом, поднялся с кровати.
– Душ? – уточнила я. – Хоть бы пару минут дал отдохнуть.
– Нет, – отрезал Эрик. – Сегодня у нас совсем другое.
Обычно мы купались в моей ванной – на двери спальни ведь было мое имя. Но сейчас Эрик нес меня в свою. И я только теперь поняла, что еще ни разу в нее не заходила.
Не выпустив ни на секунду, Эрик поднес меня к ванне и включил воду. Я немного отклонилась, чтобы оглядеться… Эта комната не была похожа на мою и казалась вымощенной темным камнем, но, скорее всего, так просто выглядела плитка. Черный пол, темные стены, потолок… а вот он был светлым.
– Ты дальтоник? – озвучила безумную догадку я.
– Что?! – Эрик застыл, но тут же рассмеялся. – Тебе не нравится мой шикарный зеленый дом?
– Я серьезно!
– Все проще, кроха. – Он опустил меня в заполняющуюся ванну… О боже. Она была огромной, здесь поместилось бы пять Ун. – Я ненавижу дизайнеров интерьера, но не умею сочетать цвета.
– Почему ты не сказал мне, что тут все это время стояло такое сокровище?!
– Не знаю, – как-то слишком легко ответил Эрик.
Скорее просто не хотел говорить. А я смотрела на воздушную пену, которая постепенно поднималась вокруг меня, и не планировала ковыряться в этой теме дальше.
