Вы читаете книгу «Война Древних. Поцелованная богами» онлайн

Глава 1

Книга лоуранарии.

Страница 1086.

Когда последний свет растает в тихих днях,

И мир замрёт, как брошенный чертог,

Родится тот — без имени , в чужих тенях, —

И вновь вздохнёт земля, забыв итог.

Тогда зевнут врата в безмолвии ночном,

И цепи, спавшие в граните сотни лет,

Сорвутся, звякнув, как разорванный сон,

И дрогнет бездна — если сгинет его след .

Ударит барабан — глухой , как стон, сквозь дым,

Сквозь плач рогов, сквозь пепел и золу:

Падут великие, чей трон казался им

Границей мира, — и сойдут во мглу.

И мир, где магия цвела, оденет снег,

А следом — земли иные, чередой.

Как гасят свечи по одной, во тьме, подряд,

Они уйдут, друг друга унося с собой.

А он пойдёт — сквозь дым, сквозь снег, сквозь сотни лет,

Никем не назван, всем чужой, немой.

И выбор, спрятанный в груди, как спящий свет,

Решит, что он приносит в мир: цветенье — или вой?

Мина

— Даже не думай подходить ко мне, Роук! Серьёзно, не приближайся, иначе я точно тебя стукну!

Я шла по дурацкому снегу, проваливаясь по колено, обхватив себя за плечи, трясясь, как синица в зимнюю стужу, и просто взрывалась от переполняющей злобы.

Роук Райтер? Серьёзно? Сын Ареса?

Нет, это просто кошмарный и жуткий сон, не верю…

Ну не может мой Роук быть сыном этого чудовища… Или может?

Мой? Да какой же он мой, мы и знакомы-то совсем немного времени.

Этот змей просто обольстил меня и поймал на крючок, как безмозглую рыбу, переполненную гормонами.

Я обернулась чуть назад.

Хранитель шёл позади меня, отставая лишь на пару шагов. Как бы я ни пыталась идти быстрее, разорвать расстояние никак не удавалось. Фэец сразу же посмотрел мне в глаза, пока я хмуро осматривала его лицо и всё больше узнавала в нём черты Ареса.

Аж мурашки по коже от мысли, что меня целовал его чёртов, больной на голову, жадный до власти папаша, а затем я позволила сделать с собой то же самое объявившемуся сыночку. Какой безгранично позорный факт в моей биографии! Это просто жуткий неудачный анекдот, в котором я, к большому сожалению, являюсь главным действующим лицом.

— Мина.

Я посмотрела ему в глаза, продолжая идти.

Взгляд Роука был печальным и полным мольбы, он говорил со мной, как с перепуганным зверьком, осторожно подбирая каждое слово.

— Мина, я не хотел тебя обманывать, но и сказать правды не мог. У меня были на это свои причины. Как и у тебя, у меня есть своё прошлое и тайны.

— Ты просто врун, Роук, и не надо искать этому оправдание. Если бы ты соврал мне о чём угодно другом, я бы смолчала. Но это слишком. Я делилась с тобой планами, обсуждала свои идеи и теории, а ты всё это время слушал и продолжал молчать. Я не понимаю, как ты можешь не осознавать своей вины. Потому что ты чертовски виноват, Роук.

Я отвернулась, уворачиваясь от неожиданной ветки, чуть не завалилась вбок.

Фэец молниеносно появился у другого моего бока, придержал за локоть и помог восстановить равновесие.

Я выдернула руку, и мы поравнялись, продолжая стоять на месте и буравить друг друга глазами.

Боковым зрением я ощутила, что высокие тени за нами замерли.

Самое глупое, чем можно было заняться после возрождения из стазиса древнего правителя, — это собачиться в сумерках в лесу, но меня было не остановить.

— Не надо было со мной ходить, если знал, что моя цель — угробить твоего отца.

Роук тяжело вздохнул, его уставший взгляд стал проницательнее, черты обострились.

— Мина, я не имею ничего общего со своей кровной линией. Да, я знал, чей я сын, но… это никак не меняет того факта, что у меня нет никаких уз с ними. Я не знаю их лично, только исходя из слов других. Я с рождения жил в другом окружении, и родителями в будущем я называл других фэйцев. И сейчас единственная семья, которая у меня есть, — это Кайлум и наш ближний круг, вот кого я знаю, кого я выбрал и за кем следую уже много лет.

— Ты должен был сказать… Это, это…

Я тяжело и трагично вздохнула, сил на злобу не осталось, осталась лишь безграничная усталость в теле и мыслях, а ещё ужасная головная боль, взрывающая мою голову.

— Это нечестно, Роук. Ты должен был сказать, чтобы я смогла осознанно решить, готова ли принимать твою помощь. А ты всё это время был рядом, слушал, наблюдал и молчал… Я не могу этого понять.

— А что изменилось, Мина? После этой информации я стал для тебя кем-то другим? У меня сменились взгляды? Или, быть может, выросла вторая голова? Почему ты должна была отказаться от моей помощи?

— Он монстр, Роук. Я пробыла в Киле всего ничего и понимаю, насколько они все там чудовищны…

— И значит, раз во мне его кровь, я не имею права быть кем-то иным, ты клеймишь меня и называешь таким же монстром.

Я неосознанно покачала головой в отрицательном жесте и захлопнула рот.

Губы Роука были плотно сжаты, а брови недовольно опустились вниз.

Я так хотела ему всё объяснить, но и сама не до конца понимала, что в конце концов чувствую. Ненависти к хранителю у меня нет, и это было бы глупо — ненавидеть его за родство, ведь мы не выбираем свои корни. Однако это всё равно недопустимый обман и… богиня, я очень запуталась.

Я молча развернулась и побрела вперёд, всматриваясь в снежный настил с играющими переливами от закатных лучей.

Роук бросил мне на плечи тёплый плащ и молча двинулся вперёд.

Я вздрогнула, а затем перевязала шнуровки на недавно потерянном в сражении плаще и посмотрела ему вслед.

Моё сердце разрывалось на части. Как же всё это неправильно.

Спустя пару минут, когда мы уже приближались к выходу из леса, высокая фигура нагнала меня — это был король. Роук ушёл далеко вперёд, а остальные Древние отстали. Повелитель шёл молча и только через минуту решил заговорить. Его тембр был спокойным и действовал на меня странным успокаивающим образом. Я подняла уставший взгляд на очерченный профиль Иллириона.

— Иногда жизнь преподносит нам своеобразные сюрпризы, и кажется, что это очередное несправедливое наказание, но порой случается так, что они оказывают нам поддержку и выказывают свою любовь через эмоции, подаренные во взаимодействии с этим самым «сюрпризом».

Я молча слушала, удерживая плащ у своего горла двумя руками и тяжело дыша от мороза.

Светлые глаза, похожие на полупрозрачное замёрзшее озеро, встретились с моими.

— Я тоже часто сталкивался с подобным, иногда казалось, что это бесконечная кара, но когда впоследствии присматривался, ощущал невероятные эмоции.

— Я не очень понимаю, Ваше Величество. Проблема не в нём как в фэйце, проблема во лжи. Я знаю, что Роук хороший хранитель, хотя откуда мне знать… Мы и знакомы-то всего ничего.

Я посмотрела перед собой.

Мы с Иллирионом остановились на выходе из густого леса, впереди были сплошные горы, снежные пейзажи, нас ждал тяжёлый перевал, но это не меняло того факта, что мне здесь нравилось.

Повелитель печально усмехнулся, я посмотрела на него.

Глаза Иллириона выражали целый ряд эмоций, он был счастлив, взволнован, печален и всё это умело закрывал внутри, но мне хватило лишь беглого взгляда, чтобы почувствовать, как всё происходящее задевает его струны души.

— Вы снова дома, Ваше Величество. Наверное, интересно посмотреть на мир спустя столько лет?

Король ответил, продолжая смотреть вперёд.

— Этот мир уже никогда не станет нашим. Наше время давно ушло, дитя. Но я не буду отрицать…

Иллирион посмотрел на меня и едва заметно кивнул, сохраняя на лице сдержанную улыбку.

— Мне интересно, каким он стал. И мне хочется увидеть Рэтгара и его жену.

— А ещё дочь.

Иллирион удивлённо поднял брови, Древние остановились в метре от нас.

— Дочь? Ты не говорила, что у него есть дочь.

— Простите, было мало времени, и я постаралась уместить в рассказ самое важное. Но на самом деле так и есть. Мариэлла Рёка Тудор — единственная дочь и наследница. К сожалению, я не знаю, где она сейчас…

Настроение Иллириона сменилось. Его брови опустились вниз, и тяжёлая аура окутала всех нас.

— Она не в замке? Не со своей семьёй?

— Арес забрал её в Килу, я поняла это так… Её и её хранительницу из рода Ориген. Я видела их в замке, когда искала книгу в Государстве Горного Хребта, но это было всего пару раз. У нас разные пути, и я мало знаю об этой девушке. Но когда я уходила, они были в Киле. Крылатая смерть всегда находился рядом с Мариэллой, это сказал мне мой волк Нолан, когда изучал замок в форме мыши.

Сайрен подошёл ближе и заговорил со мной.

— Так её забрали как рычаг давления на королевский дом?

Я подняла и опустила плечи.

— Я совсем ничего о них не знаю, мы даже не знакомы. Только то, что мимоходом видела в Киле, и общеизвестные факты.

Сайрен перевёл взгляд на Иллириона, король задумчиво посмотрел на него.

— Видимо, решил перестраховаться. Интересно, раньше он не устраивал подковёрные игры.

— Если он приставил к ней Аввадона в качестве угрозы, то я бы прислушался. Не думаю, что он пощадит её, а Аввадоном он демонстрирует свой настрой. Вероятно, так.

Роук заговорил за моей спиной, все обернулись к хранителю, медленно приближающемуся к нам с западной стороны.

— Он не приставлял Аввадона для устрашения, и забрал он её не для себя. Насколько я знаю, никаких намёков о причинении вреда Мари в случае отказа Лилианы не было. Тут он действительно повёл себя сдержанно, по крайней мере, это было так, когда я уходил из замка.

Повелитель спросил Роука, который поравнялся со мной и, расправив плечи, встал рядом, словно Древние совсем не впечатляли его.

— Что значит «не для себя», Роук?

После недолгой паузы хранитель заговорил, и даже я с открытым ртом уставилась на него после полученной информации.

— Рёка родилась отчасти благодаря Аввадону. Во время последней войны Лилиана два раза находилась на грани жизни и смерти, тогда она попала в выжженные земли и случайно столкнулась с ним. Когда он помог ей выжить в первый раз, они заключили сделку, Лилиана освободила его благодаря своей крови Ши, не зная, кто он. Во время её второго критического состояния после передачи сил дракону в разгар битвы он вновь пришёл к ней и даровал ей вторую жизнь, помогая пройти заземление. Аввадон сказал, что знает, кто родится у Лили, и благодаря связи с её ребёнком он сохранил её жизнь. Аввадон дал Мариэлле второе имя, поскольку Рёка — его кама. И забрал её именно он, как покровитель и божественная пара.

Повисла мёртвая тишина.

Иллирион замер с каменным лицом, Сайрен недоумённо пялился на Роука, тогда Тарвен обошёл нас с другой стороны, подойдя к Сайрену, и толкнул его плечом.

— Я всё думал, почему Рёка, имя-то редкое, не думаю, что оно стало популярно спустя полторы тысячи лет.