Вы читаете книгу «Код влияния 2.0» онлайн

Глава 1

Глава 1. Точка входа

Технологии стали частью нашей жизни. Прогресс не стоит на месте и человечество от каменного топора шагнуло далеко вперед. Мы привыкли к телефонам без кнопок, к роботу-пылесосу и стиральной машине автомат. Все создано, чтобы облегчить человеку жизнь. Фильм про Терминатора уже не фантастика. Он происходит с нами здесь и сейчас. Вот только какова цена?

Ирина сидела одна в полутёмном кабинете. За окном шёл снег — сухой, колючий, словно крошки стекла, обычная для декабря погода. За стеной монотонно гудели вентиляторы серверной, а на экране перед ней выстраивались тысячи строк кода — кирпичики крепости, которую строили не для защиты, а для удержания.

В её обязанности входило проверять работу системы на данном отрезке, состоящей из кодов программы и записывать все сбои и нестандартные всплески в строчках программного кода. Работа не требовала от неё сильного погружения. Только отслеживать данный фрагмент кода. За нее хорошо платили, что важно для научного сотрудника с особенным ребенком на руках.

Время — 20:47. Рабочий день давно закончился, но в АО «NeuraCore» никто не спрашивал, зачем ты остался. Остался — значит, сделал выбор и не задаёшь вопросов. Такова суровая реальность, осознавать, что любой сотрудник в компании, это всего лишь винтик в системе хорошо отлаженных механизмов.

Усталость потихоньку брала верх. Мозг отказывался качественно обрабатывать информацию. Холодный чай давно остыл, но она всё так же возвращалась к одному и тому же участку. Уже два дня Ирина пыталась понять, что скрывается в блоке с пометкой «скрытая диагностика» в модуле нейроинтерфейса. Но ответа не было. Ни одного. Или, может, он был — слишком простой, что даже не допускаешь мысли предположить такую вероятность.

Она щёлкнула мышью, выделяя фрагмент, и медленно повела курсор вниз. Там, где должен был быть стандартный маршрут обработки сигнала, начинался другой путь — в обход пользовательского запроса. Ловушка. Или чёрный ход, искусно замаскированный под системную функцию.

- Интересно, что это может значит?- пробормотала Ирина в слух, выделяя фрагмент при помощи клавиш Ctrl+A, нервно закусывая нижнюю губу.

Холодок пробежал по спине. Она ввела пробную команду, запустив код в песочнице. Экран вспыхнул строками логов — короткими импульсами, похожими на мозговую активность.

Подавление.

Стабилизация.

Снижение активности.

Пульс участился. Это был не сбой программы. Пришло вдруг понимание, догадка. Это и есть алгоритмы мозговой активности, записанные в программном коде.

- Но для чего? – она продолжала задавать себе вопросы вслух, на которые у нее не было ответа.

В этот момент в дверь кабинета кто-то тихо постучал. Ирина вздрогнула.

- Да? — голос прозвучал резче, чем ей хотелось.

Вошёл Саша Зуев, инженер из соседнего отдела. Он выше среднего роста, с сухим и подтянутым телом, без показной спортивности, но с внутренней дисциплиной. Лицо четкое, с правильными, не идеальными чертами, светлые волосы коротко подстрижены и прекрасно дополняли голубые глубокие глаза. Скулы слегка обозначены, линия челюсти уверенная. В нем нет глянцевой красоты, скорее та самая интеллектуальная привлекательность, которая не для всех.

— Извини… Ты всё ещё здесь?

— Да. Просто… кое-что странное нашла. Не могу разобраться.

— Где? В коде? — Он подошёл ближе, заглянул в экран.

— Да. Думаю, это… ошибка или обходной сигнал. – Ира не стала озвучивать вслух свои догадки. Но кажется Саша и без этого догадался.

— Меньше думаешь, крепче сон, Ира. У нас нельзя много думать. За тебя уже все давно подумали. У нас проверяют и прописывают коды. Не анализируют.

Он усмехнулся, но в глазах не было ни капли иронии.

Она кивнула, но взгляд вновь вернулся к экрану. Подавление — слово продолжало светиться, как маяк в тумане.

Саша вдруг замер, будто что-то вспомнил.

— Слушай, я тебе кое-что покажу. Ладно?

— Что?

Он колебался, затем заговорил тише:

— Я тоже кое-что нашёл. И, похоже, это куда больше, чем кажется.

Ирина всматривалась в него, пытаясь понять — шутит ли он или действительно знает больше. В его спокойствии чувствовалась напряжённость, словно туго натянутая струна.

— Саш, мне кажется, что мы даже не должны в это лезть. Как ты сказал, крепче сон.

— Понимаю. Но если не мы, кто-то другой может и не успеть.

Он вынул из кармана старую флешку с потрескавшейся наклейкой.

— Тут дамп. Один из тестовых. Случайно наткнулся. Только глянь. Но дома. Без сетей.

— Ты понимаешь, что передаёшь мне?

— Понимаю, — сказал он спокойно. — Поэтому — никому. Ни слова. Даже себе. Даже в мыслях.

Он положил флешку на край стола, как будто это было нечто ядовитое, от чего нельзя убежать.

— На прошлой неделе они тестировали на людях. В «Орионе». Под видом реабилитации. На самом деле — влияние. Реакция мозга менялась в реальном времени.

— Откуда ты знаешь?

— Стал случайным свидетелем, так скажем.

Ирина замерла. Внутри что-то кольнуло. Не страх. Ясность. Когда всё вдруг становится слишком не настоящим. Как написанная кем-то игра, правил которой ты не знаешь.

— Почему ты говоришь это мне?

Саша ответил не сразу. Воспоминания как картинки всплывали в его голове. В ту ночь он сидел перед монитором, сжав кулаки под столом. На экране медленно прокручивались строки кода — те самые, которые он узнал почти с первого взгляда. «Мост». Переписанный, усиленный, превращённый в цифровое оружие. Но в ядре — всё ещё была его старая дружба.

Он глубоко вдохнул. Всё началось задолго до этой ночи. Воспоминания начали всплывать картинками в голове.

Саша пришёл в АО «NeuraCore», чтобы заниматься исследованиями. Он верил в науку. В помощь. В возможность менять людей, лечить их, возвращать к жизни. Тогда проект по нейротехнологиям казался настоящим прорывом — этичным, прозрачным, вдохновляющим.

А оказался ловушкой.

Сначала он заметил не состыковки в данных. Пациенты, прошедшие тестирования, не возвращались прежними. Он спрашивал. Ему не отвечали. Ему улыбались. И закрывали доступ. Его спустили с начальника отдела по развитию нейротехнологий, до главного инженера операционного отдела. Списали, как код, который устарел. Программа, которая не вписывалась в новые требования. Он стал слишком не удобным.

Как-то пришёл приказ через внутренний канал: доступ к основному серверу теперь только по ключу. Только с разрешения.

Но он знал, как система устроена изнутри. И нашёл лазейку. Старый протокол, забытая точка доступа — чёрный ход, оставшийся ещё со времён, когда проект был совсем другим. Когда-то они писали его вместе с одногруппником Арсением. Это была его идей. Идей, над которой они работали вместе, и принесли её в АО «NeuraCore». Им тогда казалось, что они на пороге эволюционного прорыва. Объединив современные технологии и человеческий мозг. Им не хватало возможностей, чтобы завершить работу. А в АО «NeuraCore» им их предложили. Арсений понял все раньше и ушел. А он остался.

Как-то поздним вечером. Ближе к полуночи, в час, когда в здании нет никого кроме охраны и серверов. Он подключился напрямую. И начал скачивать всё, что мог.

А теперь… теперь у него был выбор: молчать и исчезнуть. Как это сделал когда-то Арсений. Или действовать, пока не стало слишком поздно.

Когда по коридору раздались шаги, он уже отключился. Закрыл сессию, вытащил флешку и сунул в подошву ботинка, под стельку. Его остановили на выходе.

— Что ты делал так поздно?

Он улыбнулся.

— Заснул в лаборатории. Извините. Не хотел будить охрану.

В ушах стучала кровь. В кармане лежала флешка — зашифрованная, с двойным замком. Он знал, что долго не протянет, если его поймают. Но выбраться нужно было хотя бы с частью.

Он слишком устал, чтобы бояться. Слишком решителен, чтобы отступить. Саша понимал, что за ним следят. Утечку найдут. Вопрос лишь времени. Рано или поздно станет известно, что был взлом доступа.

Но у него оно ещё есть — несколько дней, может, часов этого должно хватить. Он обязан успеть. Здесь. Сейчас.

Сердце стучало в висках, но в голове была ясность. Он уже знал, кому оставить это.

Поэтому решил передать флешку, тому, кому мог еще доверять. Единственной, кто, как и он когда-то, ещё верил в людей.

Ира была человеком новым в компании … Сначала он относился к ней с осторожностью, как ко всем, кто неожиданно появлялся в команде. Но со временем — слишком коротким, чтобы это можно было объяснить логикой, — между ними возникло что-то вроде доверия. Она не задавала лишних вопросов. Слушала. И, что важно, слышала и понимала.

Он повернулся к ней. В её глазах — удивление и тревога и страх. Он говорил быстро, почти шёпотом, будто каждое слово могло стать последним:

— Потому что ты — единственная, кто смотрит в код не только глазами. Ты чувствуешь структуру. Видишь, когда что-то ломают. И самое главное… ты всё ещё веришь, что человек важнее системы.

Саша передал ей флешку. Маленький чёрный прямоугольник, без опознавательных знаков, будто ничем не примечательный. Но именно в нём — ключ. Ответы. И опасность.

— Сохрани это. Если со мной что-то случится — доверься себе. Ты поймёшь, что делать.

— А если ты ошибаешься?

— Тогда это будет моя последняя ошибка.

Он ушёл, не дожидаясь ответа. А на столе осталась флешка. И её дрожащие от страха руки. Внезапно пришло осознание: мир треснул и не будет таким как прежде. И ей придётся выбрать — заделать трещину или пролезть внутрь. И найти там ответы на вопросы, которые лучше не задавать.

Ира спрятала флешку в подкладку сумки. Выключила компьютер и вышла в морозный декабрьский вечер, накинув теплый пуховик. Но холод был как снаружи, так и внутри и пробирал до дрожи. Мысли роились в ее голове, как улей с дикими пчелами.

- Кто она?

Обычная женщина, мама, прилежный сотрудник. Тянет ли она на роль героя, который спасает мир? И самое главное готова ли она взвалить на свои хрупкие плечи эту ответственность. Она вполне может уничтожить флешку. Прийти завтра на работу и продолжать делать, то что делала раньше. И жить свою обычную жизнь. Сможет ли она поступиться с муками совести. Ей есть что терять и ради кого жить.

Она ехала в такси привычным маршрутом. Улицы постепенно украшались к Новому году. Магазины сверкали яркими витринами. Люди еще не прониклись предпраздничной суетой, торопливо расходились по домам.

В своих тревожных мыслях она не заметила, как такси остановилось у дома.

Как говорится: - Спасение утопающих, дело рук самих утопающих.

Ира вышла из такси уже с принятым внутри решением. Да она не герой. Она обычная женщина, которая не может поступить иначе.

В квартире ее встретила соседка, что присматривала за дочкой, когда Ира задерживалась допоздна.

Нина Ивановна была женщиной на пенсии. Невысокая, чуть полноватая, с мягкой походкой, без резких движений. Приятное лицо, с морщинами, которые ее не старят, а делают живой. Седые волосы она привычно собирала в аккуратный пучок. Внуки жили далеко, поэтому она легко согласилась помогать Ире с дочкой за символическую плату. Как ни странно они поладили с дочкой. Хоть Аня не любила посторонних.

Пройдя в зал, Ира увидела, что дочь рисовала сидя на полу, склонившись над листом бумаги, усердно выводя линии. Её лицо было милым и по-детски сосредоточенным. Прядь темно русых волос выбилась из хвостика и падала вперед, слегка закрывая обзор. Она не обернулась, когда Ира вошла. Мир для нее заканчивался границами этого листа.

Сердце Иры тихо сжалось, нежно и тревожно при взгляде на дочь.

Нина Ивановна попрощалась и вышла, тихо прикрыла за собой дверь.

А Ира осталась с дочкой. В их пока еще целом мире.

Глава 2

Глава 2. Страх потери

Ирина толкнула тяжёлую стеклянную дверь офиса, смахнув с плеч белые хлопья снега. Мороз щипал щёки, дыхание тут же превращалось в пар, а ботинки скользили на утоптанном льду. Внутри было тепло, пахло нагретыми батареями, кофе и чем-то едва уловимым, словно снег приносил с собой чужой запах улицы.

Она прошла мимо стойки ресепшн, стряхивая снег с воротника. Мария сидела за стойкой, необычно молчаливая, с потухшим взглядом - тусклым, как зимнее небо. Не улыбнулась, не кивнула, лишь чуть заметно сжала губы и отвела глаза. Ирина невольно сбавила шаг. Что-то было не так.

Этаж также встретил её глухой, непривычной тишиной. Кто-то сидел за компьютером, кто-то смотрел в окно на серую белизну улиц — ни слова, ни взгляда. Всё казалось замедленным, как в снежной дымке за стеклом.

— Что-то случилось? — спросила она, не узнавая собственного голоса. Вешая зимнее пальто в шкаф.

Повисла тяжелая долгая пауза. В воздухе отчетливо чувствовалось напряжение. Густое, липкое и пугающее. Словно никто не хотел быть посланником, приносящим дурную весть. Стажёр из расчётного отдела, забежавшая перед началом рабочего дня, забрать больничный у Семена Павловича, работавшего, как и Саша в его отделе инженером, подняла глаза — в них читались растерянность и страх:

— Саша погиб.

Все словно замерло на мгновение. Кажется, что даже монотонное дыхание компьютеров на мгновение остановилось. А Ирина сначала просто не поняла. Слова прозвучали, как нечто далёкое, будто речь шла о ком-то незнакомом. Она замерла — словно в воздухе заморозилось и время.

— Как? — голос дрогнул.

— Утром. Авария. Машина вылетела с дороги. Говорят, он даже не тормозил. Как будто… сам…

Она не договорила. Ирина ощутила, как внутри всё сжалось, будто ледяной ветер прорвался сквозь стены. Вчера вечером он стоял перед ней — живой, беспокойный, с этим быстрым и острым взглядом.

А теперь он мёртв.

Хотелось кричать: «Саши больше нет!», но крик увяз в горле тугим, тяжёлым комом. В груди разрасталось тяжелое, незнакомое чувство. Страх потери. Он приходил постепенно, разрастаясь внутри как раковая опухоль. Заменяя привычный ход событий постоянным страхом за будущее. Будущее, которое теперь казалось призрачным.

- Соболезную его близким, кажется, у него остались жена и маленькая дочка,- выдавила из себя Ирина скрипучим до неузнаваемости голосом, так как слова резали горло, как осколки битого стекла.

- Да,- подтвердила стажер и поспешила скрыться за дверью.

Семен Павлович, начальник отдела анализа, был грузным седоватым мужчиной в очках средних лет. По нему было видно, что он хотел, было что-то еще сказать, набирая в легкие воздух, но слова так и не вышли с его рта, гулко выдохнув, повернулся и тоже вышел.

Коллеги в кабинете, быстро уткнулись в свои мониторы, давая понять, что разговаривать на эту тему не стоит. А ей и не хотелось.

Снег за окном пошёл сильнее, будто кто-то хотел стереть с улицы следы, звуки, память... В кабинете стояла пугающая тишина, нарушаемая только монотонным гулом от компьютера.

Она нащупала в сумке флешку — ту самую, которую Саша передал ей накануне вечером. Он выглядел тогда уставшим и напряжённым, но живым. На тот момент нельзя было и предположить, что это их последняя встреча.

— Тогда это будет моя последняя ошибка, — всплыли в памяти его слова.

Она не поняла тогда, насколько всё зашло. А теперь этот крохотный чёрный прямоугольник будто обжигал ладонь. Теперь это уже не просто вещь. Она стала тяжёлой, как раскаленная глыба.

-Кто знает, что флешка у неё?

-Что на флешке и что теперь делать?

-И главное — не она ли следующая?

Пугающие мысли путались, как снежные вихри за окном. А сердце бешено колотилось, отдавая набатом в ушах.

Она медленно опустилась в кресло. Пальцы не слушались.

Зима только начиналась, но казалось, этот холод был не только на улице.

Теперь все было настолько реальным. Ирина понимала, что нужно не выдать себя. Нельзя поддаваться панике. Вечером ей предстоит узнать, что находится на флешке и из-за, чего погиб Саша.

А впереди целый рабочий день. Она включила монитор. На секунду экран озарил ее лицо. В этом отражении она не узнавала себя. На нее смотрела женщина, которая знала что-то страшное, способное сжечь все, что она любила в совей жизни.

Рабочий день тем временем продалжался – как будто ничего не произошло. Напряжение в воздухе никуда не делось, осталось висеть безмолвным наблюдателем.

Сначала собрали совещание. Начальник отдела разработки говорил о сроках, о важности соблюдения протоколов доступа, но никто не смотрел ему в глаза. Кто-то из коллег вставлял шаблонные комментарии. Все знали про гибель Саши, но никто ничего не говорил. В завершении начальник сухо выразил соболезнования по поводу гибели Александа Зуева, заметив, что на этом работа не останавливается и несмотря на то, что он был ценным сотрудником и ему в ближайшее время подберут замену.

Все расходились по своим рабочим местам. Не разговаривая между собой, прибывая в неком оцепенении.

Сердце Ирины сжалось. Вот так. И все. Вчера был человек, говорил с тобой, шутил. А сегодня ему подберут замену. Как деталь в хорошо отлаженно часовом механизме, что дала сбой.

Позже пришла рассылка от отдела HR «Коллеги, напоминаем о соблюдении режима информационной безопасности». Вроде ничего особенного. Стандартная форма. Но теперь все казалось подозрительным.

Появилась служба безопасности. Они не называли причин. Спрашивали про логины и рабочие ключи. Один из них пробыл в кабинете Саши почти сорок минут. Потом вышел с пустыми руками. И с тем же не читаемым лицом.

Ирина сосредоточилась на работе, чтобы не выдать себя неловким движением или взглядом. Хорошо хоть, что коды из цифр, не задают вопросы. Что позволяет скрыть свой страх и панику.

Во время обеда в столовой было тише, чем в серверной. Люди ели, не поднимая глаз. Даже те, кто обычно болтал у кофемашины, молчали. Обмениваясь лишь дежурными фразами. У нее тоже не было желания ни с кем разговаривать. Напряжение застыло в воздухе, будто коршун, готовый рухнуть с небес на свою добычу.

После обеда пришло письмо от отдела АйТИ: «В связи с обновлением внутренней системы безопасности ваши пароли будут сброшены. Пожалуйста, подтвердите личность».

Вроде бы тоже обычная процедура, но Ирина понимала, что они знают, что произошла утечка и пытаются найти. Проверяют контакты, исходящие и входящие сообщения. Точки входа с удаленным доступом. Все, что может подтвердить или опровергнуть их опасения.

Ближе к половине пятого к ней подошла Мария секретарь. Голос был тихий:

- К тебе кто-то походил из отдела безопасности?

- Нет. А что?

- Ты у нас работаешь недавно. Просто будь осторожна.

Вроде ничего необычного, просто дружеская забота, но все вместе, сковывало внутренности диким страхом, липким, медленно растекающимся по позвонкам, вызывая еще большую нервозность. От чего мысли путались. Работа не шла. Электронные коды цифр сливались в безличные черные точки.

Ирина быстро вышла из кабинета.

- Мне срочно нужно освежиться, - проговорила она вслух, скорее, для себя, чем для окружающих. В попытке зафиксироваться здесь и сейчас.

На повороте в уборную она едва не врезалась в начальника службы безопасности. Высокий, широкоплечий, с безупреченой военной выправкой. Коротко остриженные темные волосы уже тронула седина на висках. Лико казалось почти не подвижным, лишь чуть поджатые губы выдавали привычку держать эмоции под контролем. В холодном, цепком взгляде читалось редкое качество для людей его рода деятельности, он легко, на автомате замечал гораздо больше, чем показывал.

- Простите…- Ирина сделал шаг в сторону.

Мужчина слегка кивнул.

- Ирина Морозова?

Она на мгновение замерла.

- Да.

-Освоились?

- Не много.

Его взгляд задержался на ней чуть. Спокойный, неподвижный, он словно сканировал её, отмечая каждую мелочь. Через секунду проверка закончилась. Не найдя причин для беспокойства, он коротко кивнул и, не сказав больше ни слова, прошёл мимо, теряя к ней всякий интерес.

Зайдя в туалетную комнату, Ирина быстро юркнула в кабинку и заперлась, будто за ней кто-то гнался. Сердце колотилось, где-то в голове и заглушало все мысли.

Она сделала несколько глубоких вдохов, вышла к раковине и подставила ладони под струю холодной воды. Плеснула себе в лицо раз, другой, пытаясь привести себя в чувство. Холод немного отрезвил, но дрожь в пальцах не проходила. В голове набатом стучало одно: «Что теперь?».

Подняв глаза на зеркало, Ирина замерла. Оттуда на нее смотрела незнакомая женщина: бледная, с расширенными зрачками и растерянностью, которую она давно не позволяла себе показывать. Словно за короткий промежуток времени она стала другим человеком. Человеком, которому предстоит справляться в одиночку.

Она медленно вытерла лицо бумажным полотенцем и снова посмотрела на себя в зеркало.

- Возьми себя в руки, - едва слышно прошептала Ирина.

С этими словами она шумно выдохнула и покинула туалетную комнату.

До конца рабочего дня Ирина ни с кем больше не говорила. Она просто сидела перед своим монитором, механически выполняя привычные действия.

В голове снова и снова всплывали слова Саши: «Никому. Ни слова. Даже внутри себя.»

Но внутри все кричало.

Смерть Саши не была случайностью. Это было предупреждение.

Флешка лежала у нее в сумке. От осознания её сковал дикий, почти осязаемый страх. Страх потери.

Потери собственной жизни.

Потери будущего, которое казалось ей обычным.

Она вдруг поняла, что с того момента, как Саша передал ей флешку, её жизнь перестала принадлежать только ей.

Значит, следующей могла стать она…

Глава 3

Глава 3. Флешка

Вечер после работы был обманчиво тих.

Ирина пришла домой, ощущая флешку в кармане, как гранату с выдернутой чекой. Долго мыла руки. Пройдя на кухню, все также долго мыла овощи. Нарезала острым ножом машинально, будто руками резала — а головой всё ещё была там.

Слова Саши не отпускали: «-Тогда это будет моя последняя ошибка».

Рядом, за столом, сидела Аня. Её дочь. Пять лет. Худенькая, с большими внимательными карими глазами и пушистыми ресницами. Она не говорила, но замечала, что другие упускали. Иногда Ирине казалось, что дочь чувствует настроение матери раньше, чем та сама успевает осознать. Между ними давно возникла особая связь, где слова не нужны.

Аня медленно накручивала спагетти на вилку, старательно избегая прикосновения к овощам. На ее тарелке было разложено отдельно: отдельно спагетти, курица, овощи. Стоило кусочкам смешаться – и она тревожно отодвигала тарелку. Ирина же уже давно научилась с этим справляться, насколько это возможно.

Позже, когда Аня уснула, Ирина долго сидела рядом, слушая её ровное дыхание. Как будто это придавало ей сил.

Потом встала, не включая верхний свет, и прошла в рабочий угол. Лампочка над столом вспыхнула тусклым янтарём.

Она открыла ноутбук, предварительно отключив выход в интернет, только потом вставила флешку.

Операционная система на секунду замерла, будто распознала что-то чужое. Незваное. Но доступ был получен.

На экране всплыли папки. Без названий — только метки: цифры, символы, сокращения.

В голове Ирины мелькает тревожная мысль: Если она откроет файл, то назад пути уже не будет.

Не обращая внимания на нарастающую тревогу, Ирина решительно нажимает на правую кнопку мыши, открывая папки для просмотра.

Первый файл:

Камера в палате. Молодой парень в серой футболке сидит на койке смотрит в телевизор на стене. На запястье — датчики. За стеклом — люди в белом. Лиц не видно.

Мужской голос за кадром:

— Начинаем стимуляцию. Сигнал — 3.7. Сценарий: тревога.

Парень сначала просто морщится. Затем резко хватается за голову. Через несколько секунд взгляд становится пустым. Он замирает. Зрачки слегка расширены. Дыхание ровное. Затем медленно поднимается и начинает обходить палату. Движения механические, без малейших колебаний, словно кто-то другой управляет его телом.

00:02:13 — уровень подавления достиг порогового значения.

00:03:07 — активность в префронтальной коре стабилизирована.

00:04:21 — субъективная волевая реакция не обнаружена.

00:06:55 — команда «прекращение сопротивления» выполнена без отклонений.

Мужской голос за кадром:

- Протокол признан эффективным. Рекомендовано расширение фазы 2.

Ирина замерла. Ролик был короткий, но увиденное на экране ее шокировало.

Это не могло быть правдой.

Затем нажала она на следующий файл.

Второй файл.

Офисное здание. Камера в переговорной комнате.

За столом сидят двое мужчин. Один явно раздражен.

- Мы так не договаривались. Я не подпишу документы о передаче фирмы.

На стене переговорной вспыхивает экран монитора. Появляется уведомление о входящем звонке.

Мужчина в костюме невольно поднял взгляд.

На экране мелькает абстрактная анимация, затем короткий сигнал. Похожий на переключение канала.

Изображение исчезло также быстро, как и появилось. Всё заняло не больше минуты. Может показаться просто легкий сбой.

Мужчина моргнул. Зрачки расширились. Его лицо стало неподвижным.

Второй мужчина в белой офисной рубашке с закатанными до локтя рукавами, широко улыбаясь, говорит:

- Так на чем мы остановились. Ах, да вы хотели подписать бумаги.

Мужчина в костюме молча берет ручку и спокойно подписывает лежащие перед ним бумаги. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Все тот же пустой ничего не выражающий взгляд.

Он спокойно положил ручку на стол.

Поднялся.

Пожал руку собеседнику.

- Благодарю за встречу.

- Взаимно, - улыбнулся второй мужчина.

Первый развернулся и спокойно вышел из переговорной.

Стеклянная дверь за ним медленно закрылась.

Нескольку секунд в комнате стояла тишина.

Затем раздался голос за кадром.

- Эксперимент № 21 завершён.

- Удаленная активация протокола подтверждена.

- Изменение принятого решения достигнуто.

- Осознание вмешательства субъектом не выявлено.

Короткая пауза.

Все тот же голос:

- Протокол признан успешным. Рекомендован к применению.

Ирина коротко выдохнула.

- Нет… Это уже не эксперимент. Это управление человеком.

Она потеряла глаза рукой, пытаясь снять напряжение.

Затем направила курсор мыши на следующее видео.

Третий файл.

Камера наблюдения в небольшом кафе.

Молодая женщина сидит у окна, листая что-то в телефоне. Время от времени улыбается, отвечая на сообщения. Видимо кого-то ждет.

Мужской голос за кадром.

- Начинаем активацию. Канал передачи - мобильное устройство. Сценарий: Паническая атака.

Экран телефона вспыхивает входящим уведомлением.

Женщина машинально касается дисплея. На долю секунду появляется анимация загрузки и короткий едва слышный сигнал.

Она даже не успевает обратить на него внимание.

Через мгновенье женщина начинает хмуриться. Улыбка с ее лица исчезает. Зрачки немного расширены. Она нервно начинает оглядываться по сторонам. Дыхание становиться чаще, тяжело хватая ртом воздух. Пальцы дрожат. Она рваными движениями пытается снять красиво повязанный голубой платок с шеи.

Затем она резко хватает сумку и, опрокинув недопитую чашку кофе, выбегает из кафе. Телефон остается лежать на столе. Рядом медленно расползается коричневое пятно от кофе.

Снова голос за кадром.

- Эмоциональный сценарий активирован успешно.

- Удаленное воздействие подтверждено.

- Осознание внешнего вмешательства субъектом отсутствует.

После короткой паузы, голос резюмировал:

- Протокол признан успешным. Передача эмоционального нейрокода через мобильное устройство подтверждена.

По спине Ирины пробежал холод.

- Если это работает через обычный телефон…

Она представила миллионы людей, ежедневно смотрящих в свои экраны.

Сердце забилось чаще.

Следующий файл открылся почти автоматически.

Четвертый файл.

Камера под потолком спортивного зала.

Две любительские команды играют в дружеский волейбольный матч. Игроки смеются, подбадривают друг друга, кто-то шутит после неудачной подачи.

На табло счет 2:1.

Над трибунами большой рекламный экран. Идет обычный ролик спортивного питания.

Снова слышится мужской голос за кадром:

- Начинаем уделенную активацию.

- Канал передачи – рекламная видео панель.

- Сценарий: массовая агрессия.

Реклама продолжается и на 21 секунде между кадрами проходит серия незаметных импульсов, с коротким звуковым сигналом, который не слышно на общем фоне, но он есть.

Ни кто не обращает внимания. Игра в самом разгаре. Игрок под номером 7 принимает мяч. На мгновение всё замирает. Игроки смотрят на экран. Зрачки расширяются. И игрок под номером 7, вместо подачи он с силой бьёт мяч прямо в лицо своему товарищу по команде. В ответ получает удар от рядом стоящего игрока.

В зале наступает секундная тишина. Затишье перед бурей. Затем начинается хаос. Дальше по инерции все игроки втягиваются в драку. Волейбольная сетка падает на пол. И вот уже мяч летит в судью.

Со скамейки запасных выбегают остальные игроки. Одаривая ударами кулаков, всех кто попадал под руку.

На трибунах вспыхивает потасовка между болельщиками. Спортивный зал в считанные секунды превратился в массовое поле боя, где под раздачу попали все.

Через пять минут драка постепенно стихает. Люди тяжело дышат и растеряно смотрят друг на друга.

Держаться за ушибы. Помогают друг другу встать. Оглядываются по сторонам, словно не понимая, как вообще оказались участником побоища.

В это время мужской голос за кадром:

- Массовая активация подтверждена.

- Передача нейрокода через общественную видео панель выполнена успешно.

- Сценарий активирован у большинства субъектов.

- Осознание внешнего воздействия отсутствует.

И короткое завершение, после небольшой паузы:

- Протокол признан успешным. Массовое дистанционное управление поведением подтверждено.

Ирина резко отодвинулась от монитора.

Горло пересохло.

Она только что увидела, как за считанные секунды обычные люди превратились в обезумевшую толпу.

Глядя на экран, Ирина пыталась осознать масштабы эксперимента.

Кому и для чего это нужно?

Пятый файл.

Камера наблюдения на городской площади.

Обычный летний день. Люди гуляют, дети бегают у фонтана.

Чуть сбоку на перекрестке дежурит полицейский.

Мужской голос за кадром:

- Начинаем удаленную активацию.

- Канал передачи – персональное мобильное устройство.

- Целевой объект идентифицирован.

Полицейский достает телефон и на несколько секунд останавливается, глядя на экран.

Затем медленно опускает руку. Его лицо остается совершенно спокойным.

Взгляд теряет живость.

Он неподвижно стоит еще пару секунд, словно ожидая загрузки файла. Потом медленно поднимает голову. Его взгляд останавливается на мужчине, выходящем из административного здания.

Не меняя выражения лица, он уверенным шагом направляется к цели. На ходу расстёгивает кобуру. Достаёт табельное оружие. Останавливается в нескольких метрах и производит один прицельный выстрел.

Вокруг начинается паника. Крики. Из машины бежит его напарник.

Полицейский не пытается скрыться. Продолжает стоять на месте, словно ожидая следующей команды.

Ирина закрыла последний файл и тяжело откинулась на спинку стула. Всё тело ломило, будто она не сидела, а шла через бурю.

В голове стучала одна мысль: это не просто эксперимент на людях.

Это оружие.

Она посмотрела на желтые папки с файлами, зная, что за каждым из них - жизнь или её обломки.

- Зачем? — прошептала она в тишину. — Зачем это вообще делать?

Ответа не было.

Её руки дрожали, глаза наполнились слезами, которые тонкой струйкой беззвучно текли по щеке.

В комнате только слабый шум вентилятора в ее старом ноутбуке и мерцание экрана, нарушали эту пугающую тишину.

Её привычный, безопасный мир треснул, и она шагнула в эту трещину.

Пытаясь переварить увиденное, Ирина выключила ноутбук и экран погас. Вынула флешку.

А потом заплакала, прижимая ладони ко рту, чтобы не разбудить дочь.

Она плакала, не потому что не знала, что делать. Она плакала потому, что знала. Внутри уже появилось решение. Решение, которое она не хотела бы принимать, но по-другому нельзя. По-другому она не сможет. Не сможет жить, как будто ничего не знает.

Ради будущего Анюты. Завтра она встанет и сделает всё, чтобы разобраться. Или хотя бы понять, кто именно написал сценарий, в котором люди становятся лишь управляемой извне оболочкой.

Ирина смотрела в пустоту, чувствуя, как реальность сдвигается.

Тепло. Безопасность. Дом.

Это всё - иллюзия.

Выходя из комнаты, она закрыла за собой дверь и на мгновение замерла в прихожей. Квартира была тёмной и тихой.

Было слышно лишь равномерное дыхание спящей дочки. И медленное тиканье часов на кухне, напоминавшее, что начался обратный отсчет.

Тишина, в которой еще можно дышать.

Но всё внутри было сжато, как пружина.

Вот он - выбор без выбора…

Глава 4

Глава 4. Клиника Орион

Утром, сославшись на недомогание, Ирина отправилась в Клинику «Орион», которая обслуживала сотрудников АО «NeuraCoreа».

Клиника выглядела стерильно, нейтрально, с холодной вежливостью фасада. Совсем не похоже на обычные больницы с их длинными очередями.

Санитарки в белых наутюженных халатиках. Врачи с надменными лицами и дежурными улыбками, больше похожими на оскал хищника.

- Как удобно. Все под контролем. Все в одних руках, -подумала Ирина осматриваясь по сторонам.

На стойке регистрации — девушка с пустыми глазами и белоснежной улыбкой. Как кукла. Все было на столько идеально, аж до зубного скрежета.

- Вы на приём?

- Да. Ирина Морозова.

- Нейропсихологическая диагностика?

- Угу. Рекомендовали после… - она запнулась, - после перенесенного стресса на работе.

Девушка кивнула, не задавая лишних вопросов. Через пять минут Ирина ужесидела в белой комнате. Ни картин, ни запахов, ни чего лишнего.

Только кресло, стол и небольшой металлический ящик с надписью «MindTrace-X».

Она такой уже видела на видео с эксперементом.

Вошёл врач: невысокий, седой, с черезчур участливым взглядом, когда-то голубых глаз.

- Ирина Александровна, меня зовут Сергей Валентинович, я буду заниматься Вашей диагностикой и лечением.

- Хорошо, а в чем заключается диагностика по Вашему профилю?

- Узнать о состоянии пациента, расскажите, что чувствуете в последнее время?- Начал он опрос, с дежурной улыбкой на ничего не выражающем лице.

- Быструю утомляемость. Проблемы со сном. Иногда повышенную тревожность.

- Это часто бывает. Особенно у тех, кто работает с большими объемами информации. Ум устаёт. Душа тоже. Может, был перенесен стресс, в ближайшее время?

- Да, было. Нам сообщили, что наш коллега недавно умер. Он был совсем молод. Для меня это стало большим ударом.

- Бывает, - слегка выдохнул он.

- Мы сейчас проведём небольшой скан. Ничего болезненного. Просто сядьте, расслабьтесь.

Он подошёл с тонкими сенсорами, словно касаясь её мыслей.

- Это поможет вам лучше спать. Успокаивает потоки. Мягкое обнуление.

- А побочные эффекты? — спросила она, пристально глядя.

- Практически отсутствуют. У нас всё официально, — улыбнулся он. — Вы же с «NeuraCoreа»?

Она чуть замерла. А он продолжил:

- У нас хорошая связь с теми, кто строит будущее. Вы ведь и есть будущее, Ирина.

Она выдержала его долгий взгляд.

- Может, расскажите, какое будущее мы с Вами строим?

- Все очень просто, Ирина. Нет лишних мыслей – нет стресса. Нет стресса – нет страха, сомнений, бессонницы. И самое главное … все работает.

Он прикрепил сенсор к виску. Лёгкое пощипывание. Затем тишина. На экране появились волны: её мозг в прямом эфире.

Ирина подавила в себе бурную реакцию, пытаясь придать голосу более расслабленный вид, спросила:

- Вы сейчас говорите о лечении или о контроле?

Врач выдержал некоторую паузу, продолжая вглядываться в монитор, ответил:

- Иногда между ними нет никакой разницы. Все зависит от того, кто управляет процессом.

Потом словно переключаясь, сменил тему.

- Интересный паттерн, - произнес он почти шёпотом, как будто разговаривая сам с собой.

Но в его голосе уже не было прежней участливой мягкости. Только профессиональный интерес. Что-то изменилось. Атмосфера словно сгустилась, воздух стал плотнее. Он внимательно стал наблюдать за каждым ее движением и реакцией.

- Простите? – спросила Ирина.

- Большинство людей после процедуры задают совсем другие вопросы. Их интересует сон, самочувствие, здоровье. А Вы пытаетесь понять принцип работы системы.

Он сделал несколько пометок в планшете.

- Да? Это просто женское любопытство, - попыталась выдать Ирина максимально непринуждённо.

- Любопытство – редкая особенность. Обычно мы все быстро … стабилизируем.

Последняя фраза прозвучала уверено, с чувством легкого превосходства. Напоминая отношение лаборанта к подопытной мыши.

Она почувствовала, как внутри будто напряглась незримая пружина, как если бы за ней смотрели изнутри.

Подавление. Стабилизация.

Слова из логов. Вспышкой памяти всплыли в ее голове.

Ирина медленно подняла взгляд на врача.

- Вы ведь сейчас это не мне говорите… Вы оцениваете результат, не так ли?

- Наблюдение – неотъемлемая часть любого успешного эксперимента. Вам ли не знать.

- Простите. Вспомнила, что мне срочно нужно идти. Перенесите, пожалуйста запись на другое время.

- Конечно, мы уже практически закончили. Для стабилизации состояния, повторный прием через неделю, - врач улыбнулся так, как улыбаются тем, кто уже попался на крючок, но ещё об этом не знает.

Она вышла, не оборачиваясь.

Коридор казался длиннее, чем прежде. Стены будто приближались. Тени стали чуть гуще. Напряжение в голове только усилилось.

И вдруг — шёпот. Совсем рядом:

- Не возвращайтесь. Вас уже сканировали. Уходите.

Она резко обернулась.

Перед ней стояла медсестра в белой форме. Обычная женщина слегка за сорок. Только в ее силуэте было что-то смутно знакомое. Где-то она ее видела.

Воспоминание вспыхнуло мгновенно.

Экран монитора. Архивная запись первого эксперимента. Женщина в медицинской форме подготавливает электроды для наблюдения за испытуемым. Лицо не видно, но силуэт узнаваем.

Та самая медсестра.

- Аглая … - произнесла Ирина, читая имя на бейджике. - Я вас узнала, вы были на видео. Вы присутствовали при эксперименте.

- Тише, - прошептала она.

Ирина сделала шаг ближе.

- Что значит не возвращайтесь?

Аглая быстро огляделась по сторонам, крепко сжимая в руках папку с документами. В пустом коридоре было слышно лишь гул вентиляции.

- Значит, именно то, что я сказала.

- Но почему?

Аглая отвела взгляд.

- Иногда любопытство обходится слишком дорого.

- Вы меня пугаете.

- И правильно. Идите.

В ее голосе не было угрозы. Только усталость человека, который слишком много видел.

- Здесь происходят вещи, о которых лучше не знать. Если Вам дорога жизнь – держитесь подальше от этой клиники.

Ирина почувствовала, как внутри все сжалось.

- Если это правда, почему Вы сами не уйдете?

Аглая грустно усмехнулась.

- Некоторые двери закрываются раньше, чем понимаешь, что вошел не туда.

Она на мгновение встретилась с Ириной взглядом.

- Не повторяйте мою ошибку.

С этими словами Аглая поспешила уйти. Не оборачиваясь.

С улицы дохнуло холодом — колючим, декабрьским.

Крыши припорошены инеем, свет фонарей будто застывал в воздухе.

Она шла к остановке. Не ускоряя шаг. Чтобы не вызвать подозрений. После слов Аглаи Ирина понимала: если за ней наблюдают, то страх худший советчик.

Только когда двери клиники остались далеко за поворотом, она позволила себе глубоко выдохнуть.

И все же ощущение напряжения не исчезало.

Казалось, что кто-то продолжает смотреть.

Не со спины. Изнутри.

****

Дома было прохладно — батареи не справлялись, как и она сама. Зима во всю показывала, кто здесь хозяин положения. Не давая возможности согреться. Ирина чувствовала холод как снаружи, так и внутри.

Дочь сидела на полу, сосредоточено соединяя крупные детали конструктора. Перед ней уже возвышалась высокая башня – неровная, но удивительно устойчивая.

Она осторожно поставила сверху еще один блок, отступила на шаг и довольно улыбнулась.

Ирина смотрела на нее и вдруг подумала, что дети умеют дела то,что взрослые давно разучились: если конструкция рушится, они порсто начинают строить ее заново.

- Высокая,- тихо добавила она.

Дочь, увлеченная процессом, добавила еще один кубик. Башня слегка качнулась, но устояла.

Впервые за весь день тревога уступила место ясной мысли. Если Аглая говорила правду, то опасность могла коснуться не только ее.

Ирина посмотрела на телефон.

Родители жили за городом. Там было тихо. Не было клиники, странных совпадений, которые заканчиваются гибелью человека.

«Всего на несколько дней», - убеждала она себя, набирая мамин номер. – «Пока я не пойму, во что ввязалась».

Телефон ответил почти сразу.

- Ириш? Что-то случилось?

- Мам, можно Аня поживет у Вас несколько дней?

На том конце повисла короткая пауза.

- Конечно можно. Ты сама как?

- Потом расскажу. Просто нужно кое с чем разобраться.

Мама не стала расспрашивать.

- Привози мы дома.

Ирина отключила вызов.

Уже через час Аня с увлечением строила новую башню из конструктора на ковре маминой гостиной.

Мама хлопотала на кухне, привычно спрашивая, что приготовить на ужин, а отец, как всегда, сидел в своем кресле перед телевизором. На экране включен его любимый канал «Охота и рыбалка». Он молча наблюдал, как кто-то забрасывает спиннинг в туманную реку, лишь изредка переводя взгляд на внучку и довольно улыбаясь.

- Башня получилась еще выше, чем прежде - негромко сказала Ирина глядя на дочь.

Аня не смотрела в ее сторону, осторожно поставила еще один кубик сверху. Проверила, не качается ли башня и только после этого улыбнулась едва заметно самой себе.

Ирина наклонилась, поцеловала дочь в макушку и провела ладонью по ее волосам. Девочка на мгновенье прижалась щекой к маминой руке и снова вернулась к своему конструктору.

- Мам, я поеду. Нужно успеть добраться до дома, пока не стало совсем поздно.

Мама понимающе закивала: - Да конечно, езжай. Мы справимся, не переживай.

Попрощавшись с родителями, Ирина села в такси. И вдруг почувствовала облегчение, как будто обезопасила дочь, отрезав тонкую нить между обычным миром и тем, что шевелился где-то за стеклом.

Пейзаж за окном такси — как фон для сна, который никак не может закончиться.

Вечером, уже дома, она села за стол.

Положила перед собой телефон, скрины по кадрам из видео. Она была уверенна, что на видео есть зацепки, она их просто сразу не разглядела.

И вглядывалась в них, как в знаки.

Пульс бился в висках.

Разум искал объяснение, а тело уже готовилось к бегству.

Ирина взяла блокнот и начала искать не ответы, а собирать факты.

«NeuraCoreа».

«Орион».

Аглая.

Она долго вглядывалась в список. Пытаясь понять с чего начать.

Аглая знала гораздо больше, чем сказала. И боялась она не за себя, а за нее. Если человек предупредить незнакомку, значит страх сильнее желания молчать.

Ирина вспомнила Сашу. Он тоже знал больше, чем рассказал. Не успел.

В памяти всплыла новость его смерти.

Совпадение?...

Слишком удобное, чтобы быть просто совпадением. Если она права, у Аглаи почти не осталось времени.

Ирина закрыла блокнот.

Ответы были не в интернете. И не в медицинских отчетах. Ответы были у Аглаи.

Она должна поговорить с ней раньше, чем руководство клиники поймет, что возможна утечка информации. Иначе с ней может произойти то же, что и с Сашей.

С этой мыслью Ирина выключила свет.

Завтра она снова вернется в «Орион».

Но она боялась только одного - что завтра искать будет уже некого.

Глава 5

Глава 5. Провал в памяти

На следующий день, ранним утром, когда город ещё зевал сквозь декабрьский мороз, Ирина снова отправилась в Клинику «Орион».

На стойке рецепшн администратор уже другая молоденькая девушка, но с той же приклеенной улыбкой сообщила, что смена медсестры Новиковой Аглаи уже закончилась.

- Могу я вам еще чем то помочь. Могу направить Вас к старшей медсестре, если возникло недоразумение или нужны процедуры.

- Нет, нет. Спасибо. Все в порядке.

Выйдя из клиники, Ирина чувствовала разочарование, ведь завтра для Аглаи уже может не наступить.

Она пошла на автобусную остановку. Переминаясь с ноги на ногу, чтобы согреть вмиг окоченевшие ноги. Размышляла над следующим шагом.

- Где теперь искать Аглаю? Что делать дальше?- мысли роились в голове, как переполненный улей.

Ирина не сразу обратила внимание на вибрирующий звук телефона в сумке. Все также на автомате, погруженная в совои мысли, она взяла в руки телефон и неглядя на дисплей приняла вызов.

В секунду все тело напряглось. Она замерла. Пульс участился. Воздух стал вязким, как сироп. Что-то происходило вне её воли, внутри неё.

Ирина почувствовала, как в теле нарастает дрожь, не физическая, а какая-то глубокая, невидимая, разгоняя тревогу на клеточном уровне.

А потом… провал. Забытье.

---------------------------------------------------

Очнулась на скамейке в сквере, рядом с клиникой.

День продолжался без нее. Дети резвились, играя в снежки. Пожилая дама выгуливала шпица.

Она словно вынырнула из глубокой анестезии. Совершенно не помня как здесь оказалась. В голове туман. В руках — бумажный стакан с кофе.

Тёплый. Только что купленный?

Время: 12:42.

Последнее, что помнила, — 10:20. Она приняла вызов.

Более двух часов пустоты.

Не сна. Не отключки. Просто… ничего.

Грудную клетку сжало. Она резко втянула воздух — как человек, вынырнувший после слишком долгого погружения. Руки начали мелко дрожать.

- Где она была? Что делала? Почему никто не…

Телефон лежал на коленях. Разблокирован. В журнале вызовов неизвестный номер. Ирина коснулась экрана, но рука дрогнула. На дисплее открыта карта города. На ней точка. Мигающая. Как будто кто-то ведёт её. Или ждёт. С каждой секундой ощущение становилось плотнее, тяжелее.

Она не знала, кто следит. Но знала точно: Следят.

С каждой секундой нарастало ощущение близкое к панике, которое она не могла объяснить. Ирина свободной рукой растерла пульсирующие виски. Кровь, по которым казалось, текла в обратном направлении. Не пуская ее в свое же сознание.

Как будто внутри головы кто-то шевелился. Тихо, но настойчиво.

«-Это просто стресс. Ты перегрелась. Всё нормально…» — убеждала себя.

Мысли приходили чужие.

Не резкие - нет. Слишком спокойные, как голос автоматической системы:

- «Следующий шаг — точка на карте.»

Она вздрогнула. Эта мысль не была её. Слишком чёткая. Слишком уверенная. Без эмоций. Попыталась вспомнить, что делала за эти два часа. Обрывки: Переход через дорогу. Стеклянная дверь. Знакомый запах хлорки.

И вдруг снова, внутренний ответ, без запроса:

- «Не пытайся вспомнить. Это мешает выполнению задачи.»

Сердце забилось чаще. Она с силой зажмурила глаза, будто пытаясь вытолкнуть постороннее.

«Это невозможно. Я - это я. Я знаю, что думаю. Я помню, как...»

- «Вернуться к выполнению задачи».

Словно кто-то говорил изнутри её сознания, перебивая собственные мысли. Почерк внутреннего голоса был стерильно чужим - без боли, без страха, только четкие указания.

Она вскочила со скамейки. Кофе все такие выплеснулся из стакана. На экране телефона точка продолжала мигать. Ирина поняла: если она не отключится сейчас, то она уже не будет собой. Резко нажала на перезагрузку телефона. В надежде, что это хоть как-то поможет. Ей нужно было убедиться, что она все еще она. Её мысли, её тело, её решения по- прежнему принадлежат ей.

Вернувшись, домой Ирина долго стояла под душем, пытаясь смыть остатки забвения, который словно морок окутал ее, не давая возможности на собственные реакции, мысли. Её хотелось убедиться, что она это все еще она, что ее разум и тело принадлежит ей.

Теперь она не просто в игре. Она ее часть. И от ее дальнейших действий зависит слишком многое. В том числе и ее жизнь. Раньше Ирина думала, что должна спасти привычный ей мир, обезопасить близких. Сейчас вопрос безопасности касался ее самой.

- Может вернуться на работу. Продолжить жить как раньше…

Постепенно она провалилась в тяжелый сон. Мозг будто перезапускал систему, проверяя каждую настройку на соответствие исходной программе.

*********************************

Сергей Валентинович внимательно наблюдал за показаниями мониторов. Все шло стандартно. На одном экране отображалась карта активности головного мозга Ирины Морозовой, на другом – маршрут ее перемещений по городу.

После подключения она свернула к клинике, вошла через служебный вход, без колебаний прошла обследование и спокойно вышла. Каждый этап сопровождался подтверждением системы.

Врач сделал пометку в электронном журнале.

«- Реакция стабильная».

Сергей Валентинович удовлетворенно кивнул.

- А теперь … выпьем кофе.

Он ввел короткую последовательность команд.

На карте маршрут Ирины плавно изменился. Она свернула к ближайшей кофейне.

- Американо, без сахара,- произнесла не своим голосом.

Сергей Валентинович довольно улыбнулся.

- Работает.

Он сделал отметку в журнале.

Внезапно один из графиков дернулся, на долю секунды сигнал раздвоился.

Сергей Валентинович ввел команду прямо в сознание.

- Не пытайся вспомнить. Это мешает выполнению задачи.»

Монитор зафиксировал наложение двух паттернов мозговой активности. График не выровнялся. Он ввел ещё одну команду.

- «Вернуться к выполнению задачи».

На экране всплыло уведомление:

«Соединение прервано».

«Причина не установлена».

Довольная улыбка с его лица исчезла.

Он несколько секунд молча смотрел на экран, затем открыл журнал команд.

- Любопытно…Возможно система работает не так стабильно, как предполагалось.

Время отключения совпало с моментом, когда система еще удерживала полный контроль над сознанием объекта.

Он быстро пролистал протокол.

Команда на разрыв соединения отсутствовала. Сбоев в системе не обнаружено.

- Значит …она смогла сделать это сама. Как? …

Сергей Валентинович снова пролистал журнал команд, пытаясь найти хоть какое-то отклонение от протокола действий, но его не было. Все команды стандартные.

Вновь и вновь читал последние строки протокола:

- «Соединение прервано».

-«Причина не установлена».

Он медленно откинулся в кресле. Снял очки, и устало потер переносицу. Размышляя над произошедшим.

Если доложить сейчас, руководство немедленно остановит эксперимент. Ирину изолируют, а проект перейдет в руки службы безопасности. Дальнейшие исследования уже будут проводить без него.

Если промолчать …

Он получит уникальную возможность наблюдать явление, которое теория не допускала раньше.

- Если это не сбой … значит, мы чего-то не учли.

Он закрыл протокол и не отправил отчёт.

- Наблюдение. Только наблюдение. Пока.

Любой великий эксперимент должен сопровождаться и отклонениями. Если прекратить исследование после первой неудачи, то открытие никогда не случится.

Сергей Валентинович кликнул мышью на папку под названием «Архив».

Испытуемый №3.

Испытуемый №8.

Испытуемый № 11.

Он по очереди открывал каждую папку. Делая пометки в своем дневнике наблюдений.

- Любопытно … Нет ни одного подтверждения самопроизвольного выхода из системы. Ни одного.

- Значит, случай с Ириной – не ошибка. Это что-то другое…

В дверь кабинета негромко постучали.

- Войдите.

В кабинет вошла медсестра Аглая.

Сергей Валентинович снова открыл папку: «Испытуемая № 45. Ирина Морозова», не обращая на вошедшую медсестру внимания.

- Вы сегодня задержались. Что-то не так? – спросила она ровным голосом, будто речь шла об очередном пациенте.

- Нет. Просто любопытное наблюдение. – Ответил Сергей Валентинович, не отрывая взгляда от монитора. – Ирина. Она нарушила закономерность, чего раньше не случалось.

- Сбой в системе?

- Нет.

- Руководству сообщили?

- Нет. Сначала хочу понять, что именно произошло.

Аглая молча кивнула, опустив взгляд, скрывая облегчение.

-Он не отправил отчет. Значит, руководство еще не в курсе.

- Вы еще задержитесь? – спросила вслух она.

- Наверное, пойду. Поздно уже, - ответил Сергей Валентинович, выключая компьютер и потягиваясь, - А ты в ночную?

- Угу.

- Значит, до завтра. Благодаря прогрессу буйных пациентов у нас теперь не бывает, - широко улыбнулся он на выходе.

За окном быстро темнело. Зимнее декабрьское небо закуталось в черную вуаль, скрывающую под собой все шероховатости дня.

Уже взявшись за ручку двери, Аглая машинально подняла взгляд. Под потолком тускло мерцал объектив камеры. Она отпустила ручку, дождалась, пока загорится зеленый индикатор выключенного компьютера и вышла в пустой коридор.

Дверь кабинета мягко закрылась. Только теперь она позволила себе выдохнуть.

В ночь обычно оставалась из персонала дежурная медсестра и постовой охранник, наблюдавший за камерами.

Смена выдалась спокойной. Ночь тянулась привычно медленно. Аглая машинально заполняла журналы, обходила палаты.

Стоило ей на мгновение остановиться, как перед глазами вновь возникала папка: «Испытуемая № 45. Ирина Морозова».

Проходя по ночному коридору, Аглая привычно подняла глаза. Тревожные мысли не покидали ее. Красный индикатор камеры мерцал ровно, словно ни на секунду не оставляя ее одну.

Я должна найти способ её предупредить.

Но как?...

Гла